Цяо Янь привёл Цяо Цзина в кабинет, чтобы рассказать ему о происхождении Чэнь Суйхуая.
— Он сын того самого дяди Чэня, который пятнадцать лет волонтёрил в горной деревне? — глаза Цяо Цзина сияли, в них читалось чистейшее восхищение.
Этого дядю звали Чэнь Сюйфэн. Хотя Цяо Цзин никогда не видел его вживую, он много раз слышал о нём от Цяо Яня.
Цяо Янь даже показывал ему фотографии Чэнь Сюйфэна в молодости: худощавый, интеллигентный, с первого взгляда было понятно, что у него мягкий и приятный характер. Он составлял яркий контраст с суровым и строгим Цяо Янем, стоявшим рядом.
— Да. — Однако Цяо Янь отвернулся, избегая взгляда Цяо Цзина. — Его больше нет в живых.
— Что? — Цяо Цзин был потрясён. Он всегда очень любил этого легендарного дядю Чэня. По его мнению, человек, способный столько лет преподавать в горной деревне, помимо доброго сердца обладал ещё и выдающейся силой воли.
Он ужасно завидовал такой жизни — когда человек живёт по зову сердца и не считается ни с какими жертвами.
Но он никак не ожидал, что у него больше никогда не представится шанса встретиться с этим уважаемым старшим товарищем.
— Он отправился спасать ребёнка, упавшего в горах, и попал под сель. Ребёнка он спас, а самого его унесло потоком, — вздохнул Цяо Янь. — Суйхуай вообще-то тоже поступил в твой университет на С-скую, но после трагедии с Сюйфэном он словно помешанный искал его в горах целых три месяца и в итоге пропустил сроки зачисления.
Тем самым старым другом и был Цяо Янь.
[Сёстры, папа привёз из командировки в горы щенка-волчонка, такой злой QVQ, как к нему подступиться?]
[Ой, привет, дорогая!]
[Ты дорисовала заказанный арт с персонажами? Нечего тут о собаках думать!]
[У нынешних художниц что, у каждой по кошке и по собаке? Есть фотки, я хочу посмотреть QAQQ]
[Пост висит уже полчаса, и никто нормально не отвечает, я человек простой! Купи художница побольше того, что он любит поесть, щенки-волчата очень быстро привыкают к людям, поймёт, что ты к нему добра, и перестанет злиться.]
Цяо Цзин: Слава богу, девчонки в сети просто чудо. Завтра же потащу Чэнь Суйхуая в самый знаменитый ресторан С-сити, наверняка удастся заказать то, что ему по вкусу!
Вообще-то, возвращаясь домой в этот раз, он хотел воспользоваться моментом и как следует поговорить с Цяо Янем насчёт своего рисования. Но оказалось, что Чэнь Суйхуая приёмным сыном привели вот так, а Чэнь Сюйфэн был лучшим другом Цяо Яня в прошлом — сейчас явно был не подходящий момент для других тем.
Ладно, потом как-нибудь.
Пока он ждал и размышлял об этом, неужели этот Цяо Цзин настолько нетерпелив, что едва познакомившись, решил устроить ему показательную порку?
Поэтому он простоял здесь целый час.
В прошлой жизни они на самом деле познакомились не так рано. Почти через год после смерти Чэнь Сюйфэна Чэнь Суйхуай получил на свой телефон текстовое сообщение с приветствием от старого друга отца, сообщил ему о гибели родителя, и только после этого всё завертелось.
Цяо Цзин отодвинул в сторону профессиональные книги из сумки, открыл ноутбук и вошёл в свой основной блог.
До чего же бедняга.
Цяо Цзин мгновенно простил Чэнь Суйхуаю его недружелюбный взгляд и оценивающее разглядывание. Пережить такой тяжёлый удар сразу после сдачи экзаменов в гаокао — тут затаишь обиду на весь мир, и это будет ещё мягко сказано.
У него, кажется, скверный характер, наверное, он не хотел бы, чтобы кто-то смотрел на него с жалостью?
Но как бы сделать так, чтобы он незаметно влился в здешнюю жизнь и поскорее забыл о своём горе?..
— Хорошо, — послушно кивнул Цяо Цзин.
Цяо Цзин в полном отчаянии поплёлся обратно в свою комнату: он чувствовал себя растерянным из-за смерти Чэнь Сюйфэна и в то же время не понимал, как теперь общаться с Чэнь Суйхуаем.
Ему было трудно поставить себя на место Чэнь Суйхуая и вообразить, что бы он чувствовал в подобной ситуации.
— Я узнал об этом только в прошлый месяц и сразу решил забрать Суйхуая жить к себе. На прошлой неделе меня не было дома как раз потому, что я ездил забирать прах Сюйфэна, заодно вывез Суйхуая из Цяошаня. Я уже оформил ему документы на зачисление в ваш университет по китайско-иностранной программе, так что в эти выходные покажи ему С-сити, а в понедельник проводи Суйхуая в университет.
Руки Цяо Цзина невольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони.
Хотя с самого детства его вечно заставляли учиться тому, что ему не нравится, в целом его жизнь текла гладко, и он не сталкивался с серьёзными ударами судьбы.
Мать Цяо Цзина умерла в год его рождения, поэтому с тех пор, как он себя помнил, ему не доводилось познать горечь разлуки с близкими.
Погодите... неужели он кого-то забыл в гостиной?
*
Чэнь Суйхуай тихо и неподвижно стоял в гостиной. Перед уходом Цяо Цзин предложил ему присесть на диван, но обивка хранила следы двух людей, вызывавших у него жгучую ненависть, и ему претило даже приближаться к этому месту, не говоря уже о том, чтобы садиться.
На самом деле Чэнь Суйхуай никогда при жизни не слышал от Чэнь Сюйфэна имени Цяо Яня, однако стоило ему отправить ответное сообщение, как уже на следующий день в Цяошане он встретил человека, назвавшегося лучшим другом Чэнь Сюйфэна.
А тот взял и увёз Чэнь Суйхуая в С-сити, подарив ему совершенно новую жизнь.
Тот Цяо Цзин уже успел пройти стажировку в нескольких крупных компаниях, был намного солиднее и опытнее нынешнего и мастерски пользовался своей привлекательной внешностью, чтобы с первого же взгляда располагать к себе людей и усыплять их бдительность.
Чэнь Суйхуай был исключением — на него фокусы Цяо Цзина не действовали.
Короче говоря, прежний Цяо Цзин ни за что не стал бы бросать человека в гостиной на целый час, даже не заглянув к нему при первой встрече.
Даже если бы он искренне кого-то невзлюбил, внешне он непременно разыграл бы всё как надо, не оставив ни единой зацепки.
Чэнь Суйхуаю ещё не исполнилось девятнадцати. Хотя раньше его жизнь была тяжелой и питался он небогато, он отличался молодостью и выносливостью, привык карабкаться по горам и переходить реки, так что простоять с часок в тёплом доме для него ничего не стоило.
А этот Цяо Цзин просто наивный глупец, не на тех напал. Решил поиздеваться — и выбрал такой идиотский способ.
Делать было нечего, и Чэнь Суйхуай неторопливо развязал бантик на коробке с шоколадом. Узел был завязан затейливо: тонкие ленточки сплетались в изящное произведение искусства.
Вытягивая ленту по узору, он почему-то испытал странное удовольствие, похожее на расчленение чего-то прекрасного.
Чэнь Суйхуай ненавидел подобные педантичные, изысканные вещи — глядя на них, он видел всю эту лицемерную знать: сними с них напыщенную лощёную оболочку, а внутри плещется одна гнилая, кислая жижа.
Уже совсем стемнело. Цяо Янь привёл Чэнь Суйхуая в особняк семьи Цяо, и за панорамным окном гостиной виднелся лишь собственный двор, совсем не так, как в просторной квартире, где Чэнь Суйхуай позже поселился в прошлой жизни — там за окном открывался вид на вечно спешащий поток машин и неоновые огни.
Но стоя перед этим кромешно чёрным панорамным окном и глядя на отражение молодого, но такого чужого лица в стекле, он чувствовал себя точно так же одиноко, как и до перерождения.
— П-п-п-прости! — Цяо Цзин впопыхах сбежал по лестнице.
По всему особняку были разостланы мягкие, роскошные ковры, но он бежал босиком, забыв надеть домашние тапочки, и по ковру раздавалось отчётливое тук-тук-тук. Чэнь Суйхуай давно догадался, что Цяо Цзин изображает спешку исключительно для того, чтобы придумать какое-нибудь оправдание и замять инцидент.
— Ничего, ты был занят, я знаю.
— Я совсем про тебя забыл...
Они заговорили одновременно и, договорив, замерли.
Цяо Цзин замахал руками:
— Я не был занят, совсем нет, просто голова дырявая, память ни к чёрту. Чэнь... Чэнь Суйхуай, верно?
Чэнь Суйхуай молча кивнул.
Цяо Цзин не стал придумывать отговорок и напрямую признал вину. Неужели он слишком юн, неопытен и по простоте душевной сболтнул правду? Если корпорация Цяо достанется кому-то вроде него, ей конец.
Глядя на едва скрываемый гнев в глазах Чэнь Суйхуая, Цяо Цзин почувствовал, как вина заскребла на сердце ещё сильнее:
— С этих пор это твой дом, не нужно так зажиматься, тебе стоило подняться ко мне... Тётя Цюй приготовила тебе комнату?
— Ещё нет, — холодно бросил Чэнь Суйхуай, проигнорировав первую фразу Цяо Цзина. — Найдите любое место, где можно прилечь, а в понедельник пойду в школу и сразу сниму квартиру.
— Это весь твой багаж? — Цяо Цзин подкинул на плечо незнакомый чёрный рюкзак, валявшийся на диване, и повернулся к Чэнь Суйхуаю: — Хочешь жить рядом со школой? Я как раз снимаю квартиру неподалёку, отлично, переезжай ко мне, заодно получше узнаем друг друга!
Чем больше он говорил, тем больше эта идея казалась ему удачной:
— Ты взял с собой так мало вещей! Я там почти не бываю, но есть всё необходимое, очень удобно!
Цяо Цзин как раз ломал голову над тем, что квартира возле университета оказалась слишком большой и пустой, а тут нашлся идеальный сосед — да ещё и сын человека, которым он восхищался больше всех.
А Чэнь Суйхуай опасно прищурился: чего это добивается Цяо Цзин? Находит предлог удержать его возле себя и шпионить за ним круглые сутки? Губа не дура.
Однако стоило Чэнь Суйхуаю попытаться отказаться, как Цяо Цзин схватил его за пояс плаща и с улыбкой потянул за собой:
— Пойдём, третья молодая госпожа.
Это ещё что такое?
Как собаку на поводке ведёт?!
Чэнь Суйхуай с хлопком оттолкнул руку Цяо Цзина и тут же услышал, как тот тихо ахнул, прижав свободную руку к месту удара.
К запястью.
Чэнь Суйхуай: «Ха-ха, ну и артист».
Он же даже не задел это место. Этот Цяо Цзин и правда совсем не умеет держать себя в руках: неужели он всерьёз думает, что из-за такой ерунды побежит жаловаться Цяо Яню и приведёт старших разбираться?
На губах Чэнь Суйхуая заиграла ещё более злая усмешка, он уже открыл рот, чтобы высмеять изнеженность Цяо Цзина, но увидел, как тот приложил палец к губам:
— Тсс...
— Ни в коем случае не говори папе и старшему брату.
— ...?
— У меня снова обострился тендинит. Если они узнают, то поймут, что я тайком продолжаю рисовать. — Цяо Цзин подмигнул Чэнь Суйхуаю. — Я раскрыл тебе свой секрет, так что больше не смотри на меня букой.
— ...
Это всё-таки заставило Чэнь Суйхуая удивиться.
Он понятия не имел, что Цяо Цзин начал рисовать так рано. Чэнь Суйхуай всегда думал, что тот занялся живописью от безысходности в более поздние годы и просто обладал огромным талантом, благодаря которому быстро добился успеха.
Выходит, он вскрикнул от боли потому, что у него действительно была травма руки?
И раз уж он получил от него такой удар, почему он не злится?
Чэнь Суйхуай настороженно наблюдал за Цяо Цзином, но даже когда у того постепенно разгладились красивые брови, которые до этого были сердито сдвинуты, больше никаких упрёков не последовало.
— Эта боль накатывает волнами, не переживай. Пойдём, я провожу тебя выбрать хорошую комнату.
Кто переживал?
Чэнь Суйхуай вдруг заметил, что его собственные брови тоже сошлись на переносице, из-за чего Цяо Цзин и истолковал его реакцию неверно.
Он вовсе не волновался за руку Цяо Цзина — он просто погрузился в задумчивость, глядя на его лицо.
Черты лица Цяо Цзина были слишком тонкими, а сам он был невысоким; отрасти он волосы ещё чуть-чуть — и в женском платье на улице никто бы не заподозрил подвоха.
На самом деле он совсем не был похож на Чэнь Сюйфэна. Тот был человеком простым и неразговорчивым, с самой заурядной внешностью, затеряйся он в толпе — ни за что не сыщешь. Но поговаривали, что мать, бросившая мужа и ребёнка сразу после родов, когда-то была прославленной красавицей. Непонятно, чем её привлёк Чэнь Сюйфэн, но, пожив с ним пару лет, она тихо исчезла.
Видимо, внешностью Цяо Цзин пошел в свою бессердечную матушку.
И всё же, когда Цяо Цзин хмурился, это пробуждало в памяти Чэнь Суйхуая один давний эпизод.
Много раз, поднимая голову от завалов учебников посреди ночи, Чэнь Суйхуай видел, как Чэнь Сюйфэн, который, по его мнению, давно должен был спать, сидел в одиночестве на крыльце у дверей комнаты, с силой сдвинув брови и отрешённо глядя в даль на зелёные горы и чистые воды.
Сейчас Цяо Цзин выглядел точь-в-точь как Чэнь Сюйфэн в те минуты.
Когда Чэнь Суйхуай вернулся после перерождения, Чэнь Сюйфэн уже был мёртв, и ему не довелось застать приёмного отца в последний раз. Увидев на лице Цяо Цзина знакомый изгиб бровей, почти стёршийся из старых воспоминаний, он не смог сдержать побежавших вразнос мыслей.
Из-за этой заминки Чэнь Суйхуай окончательно упустил лучший момент для отказа от предложения Цяо Цзина.
— Это моя комната, — Цяо Цзин широким жестом распахнул дверь, после чего развернулся и открыл другую, прямо напротив своей. — Как тебе эта комната?
http://bllate.org/book/22420/2354041
Готово:
