Шао Чжэнфэй твёрдо решил, что сегодня непременно сделает Сяосяо своей женщиной. Всё это время он нарочито холодно с ней обращался — лишь бы она снизила бдительность. Замысел привезти её в этот особняк он вынашивал давно, и вот наконец всё сошлось. Упускать такой шанс он не собирался ни за что!
— А-а-а! Сволочь! Шао Чжэнфэй! Прочь!.. — В ту самую секунду, когда его губы коснулись её, в голове у Сяосяо словно грянул гром. Что-то взорвалось в сознании! От ужаса слёзы хлынули из глаз. Она отчаянно вырывалась, и, заметив на тумбочке напольную лампу, из последних сил потянулась к ней. Схватив за стойку, она изо всех сил обрушила её на лоб Шао Чжэнфэя!
Бах!
— А-а-а! — Его движения мгновенно прекратились.
Лампа ударила прямо в лоб. Шао Чжэнфэй, всё ещё погружённый в поцелуй, внезапно ощутил пронзительную боль. Перед глазами замелькали звёзды, а в следующее мгновение по лицу потекла тёплая, солоноватая жидкость. Зрение тут же заволокло красной пеленой.
— А-а-а! Больно же… — Он вскрикнул от боли, прижал ладонь к ране и сел, всё ещё находясь на Сяосяо. Кровь из-под пальцев капала на её брюки и вскоре пропитала их большим алым пятном.
Воспользовавшись тем, что он приподнялся, Сяосяо резко натянула на себя одежду и, по-прежнему сжимая лампу, яростно закричала:
— Прочь! Не заставляй меня бить тебя снова! Я не пощажу тебя! Убирайся!
Увидев, что он всё ещё сидит на ней, она снова занесла лампу и со всей силы обрушила её на него!
Рука Шао Чжэнфэя ощутила острую боль. Он нахмурился, скатился с неё, но продолжал прижимать ладонь к ране на лбу.
— Сяосяо, прости! Не уходи, посмотри на рану! — Он схватил её за руку, когда та уже бросилась к двери.
Кровь текла быстро — похоже, лампа порезала ему кожу, и боль была невыносимой.
Сяосяо спрыгнула с кровати, мечтая немедленно сбежать, но его хватка была крепкой. Услышав его слова, она бросила взгляд на рану и холодно произнесла:
— Шао Чжэнфэй! Это ты сам виноват! Отпусти меня!
— Сяосяо! Я ошибся! Прости! Ты серьёзно меня ранила! Посмотри, может, глаз повредила… — Он отпустил её руку и, прикрыв один глаз, заметил на тумбочке коробку салфеток. Он потянулся к ней.
Сяосяо швырнула коробку рядом с ним и, не оглядываясь, помчалась к двери. Распахнув её, она бросилась вниз по лестнице.
Шао Чжэнфэй, прижимая салфетки к ране, последовал за ней:
— Сяосяо, все двери заперты! Ты не сможешь выйти!
Сяосяо стремглав спустилась вниз и бросилась к входной двери гостиной. Она крутила ручку изо всех сил, но дверь была заперта изнутри. Услышав шаги на лестнице, она в панике подбежала к окну, пытаясь открыть его и выпрыгнуть, но окна были закручены снаружи и защищены решётками — даже разбив стекло, выбраться не получилось бы! Она бросилась к другим окнам — все оказались точно такими же!
Когда шаги Шао Чжэнфэя уже приблизились к первому этажу, она схватила с этажерки декоративную статуэтку и, затаив дыхание, уставилась на лестницу.
Несмотря на то что один глаз заливало кровью, Шао Чжэнфэй быстро спустился вниз. Увидев Сяосяо у окна, он, пошатываясь, дошёл до гостиной. Сначала он нашёл аптечку и поставил её на журнальный столик перед диваном. Затем, глядя на Сяосяо, почти умоляюще произнёс:
— Единственный выход — через гараж. Сейчас я ничего тебе не сделаю. Прости, я был неправ! Сяосяо, помоги обработать рану. Обещаю, больше не посмею даже думать о чём-то подобном!
Сяосяо по-прежнему держала статуэтку и с недоверием смотрела на него:
— Я тебе не верю!
Она сожалела, что так легко поверила его словам и последовала за ним в это уединённое место. Вспомнив только что случившееся, она снова ощутила ужас. Если бы он добился своего, как ей теперь смотреть в глаза Шао Чжаньпину? От одной мысли о том, что он делал с ней, её тошнило и сжимало сердце.
Шао Чжэнфэй резко отнял руку от глаза и крикнул:
— Посмотри сама! Разве это не серьёзно? Если ты ничего не сделаешь, нам обоим не выбраться отсюда!
Сяосяо пристально посмотрела на его лоб. Над глазом зияла длинная рана, из которой не переставала сочиться кровь — зрелище было ужасающее!
Она занервничала: такую глубокую рану нужно срочно обработать, иначе могут быть осложнения!
— Ты… ты не смей… ко мне прикасаться! — Её голос дрогнул.
— Как я могу что-то делать в таком состоянии? — возразил Шао Чжэнфэй. Если бы его ударила любая другая женщина, он бы уже разозлился, но перед ним была Ся Сяосяо, да и то, что он только что сделал, заставляло его чувствовать вину.
Сяосяо нервно сглотнула. Помедлив мгновение и поняв, что пока не может уйти, она подошла к дивану и, не выпуская статуэтку из рук, поставила её рядом. Убедившись, что он не шевелится, она взяла аптечку, достала антисептик и ватный шарик, осторожно обработала рану. Та оказалась действительно глубокой. Найдя бинт, она аккуратно перевязала его. Однако кровь всё ещё проступала сквозь повязку.
— Наверное, нужно наложить швы. Кровь не останавливается. Отвезу тебя в больницу! — сказала она.
Шао Чжэнфэй сел и пошёл в ванную. Рана находилась слишком близко к глазу, и он не мог его открыть. Подумав немного, он вернулся в гостиную:
— Поднимись наверх и принеси ключи от машины. Я не вижу — отвези меня в больницу.
Сяосяо поняла, что рана действительно серьёзная, и тут же побежала наверх. Найдя ключи в комнате на четвёртом этаже, она быстро спустилась вниз.
Шао Чжэнфэй и вправду больше ничего не пытался предпринять — в его состоянии это было невозможно. Лоб пульсировал от боли. Сяосяо, следуя его указаниям, открыла гараж, вывела спортивный автомобиль из ворот и, осторожно маневрируя, направилась в сторону больницы.
Она никогда раньше не водила спортивные машины, но вскоре освоилась, хотя и ехала медленно, боясь аварии. К счастью, дорога прошла без происшествий, и она благополучно добралась до больницы, доставив Шао Чжэнфэя в приёмное отделение.
Врач повторно обработал рану и наложил пять швов, так как порез оказался довольно длинным. Из-за анестезии Шао Чжэнфэй не мог сразу уйти, и Сяосяо, выполняя его просьбу, сняла для него палату. Когда всё было устроено, она посмотрела на него и сказала:
— Шао Чжэнфэй, за сегодняшнее я вполне могу подать на тебя в суд. Даже если не стану этого делать, стоит рассказать твоему старшему брату — он тебя точно не пощадит. Но раз уж ты тоже пострадал, считай, что мы квиты! Если ты когда-нибудь ещё попытаешься со мной такое провернуть, не жди от меня милосердия!
С этими словами она развернулась и вышла из палаты.
Шао Чжэнфэй проводил её взглядом и, как только дверь закрылась, достал телефон и позвонил матери.
Сунь Сяотин, с тех пор как забеременела, заметила, что свекровь и Шао Чжэнфэй снова начали относиться к ней как раньше. Однако в душе она всё ещё тревожилась. Прошлый выкидыш оставил глубокий след, и она не была уверена, что нынешняя беременность приведёт к рождению здорового мальчика. Боясь, что при совместном обследовании с Пань Шаоминь могут выявиться какие-то проблемы, она решила сначала сама сходить в городскую больницу.
Сегодня было воскресенье. Шао Чжэнфэй уехал сразу после завтрака. Убедившись, что его машина скрылась за воротами виллы, Сунь Сяотин попросила разрешения навестить родителей. На втором месяце беременности она чувствовала себя как обычно, поэтому Пань Шаоминь без возражений отпустила её, велев шофёру доставить невестку домой и строго наказав Сунь Сяотин быть осторожной. Получив заверения, она позволила машине уехать.
Шофёр привёз Сунь Сяотин к её родителям и уехал. Убедившись, что машина покинула район, Сунь Сяотин вошла в квартиру и рассказала матери о своём решении. Та немедленно вызвала такси, и они отправились в больницу. Сначала Сунь Сяотин хотела выбрать небольшую клинику, но, опасаясь неточности диагноза, в итоге согласилась с матерью и поехала в городскую больницу.
Мать и дочь зарегистрировались и поднялись на второй этаж, в отделение акушерства и гинекологии. В коридоре почти не было людей, и они быстро заняли два свободных места в зале ожидания. Перед Сунь Сяотин оставалось всего три женщины. Вскоре прозвучало её имя, и она вошла в кабинет врача, попросив мать подождать снаружи. Закрыв дверь, она села напротив доктора и, взглянув на неё, почувствовала лёгкое знакомство.
— Сколько недель беременности? — спросила врач, взяв её карту и подняв глаза.
В этот момент Сунь Сяотин узнала её.
— Лян Яжу? Это точно вы? — недоверчиво воскликнула она.
Лян Яжу тоже не ожидала встретить здесь Сунь Сяотин. Услышав своё имя, она сняла маску:
— Да, это я!
Сунь Сяотин широко раскрыла глаза:
— Как вы здесь оказались? Разве вы не военный врач в части Шао Чжаньпина? Как вы попали сюда?
Лян Яжу горько усмехнулась:
— А куда мне ещё было деваться?
— Но… Вы же отказались от звания полковника? Вы пришли сюда на практику?
— Я ушла в отставку! В университете я специализировалась именно по акушерству, поэтому после увольнения устроилась сюда. Похоже, судьба нас свела снова! — Раньше Лян Яжу не любила Сунь Сяотин, и сейчас её чувства не изменились. Но, зная, что ей предстоит жить в этом городе, а Сунь Сяотин — невестка влиятельной семьи Шао, она не хотела портить с ней отношения.
— Ой, как жаль! Вы так долго шли к званию полковника, а теперь всё бросили! Вас перевели по собственному желанию? — Сунь Сяотин обрадовалась встрече: если наладить отношения с Лян Яжу, та, возможно, поможет узнать пол ребёнка. Её тон сразу стал приветливым.
Лян Яжу приподняла бровь и с сарказмом ответила:
— Конечно, нет! Всё это благодаря твоей невестке и бывшему жениху! Если бы не Шао Чжаньпин, я бы никогда не оказалась здесь!
— Что вы имеете в виду? — Сунь Сяотин растерялась.
http://bllate.org/book/2234/250173
Готово:
