У Янь посмотрел на стаю маленьких ко-ко птиц, затем на Бай Шо, который совершенно серьёзно их защищал.
Немного поколебался — и не стал говорить правду.
Под горящими взглядами детей птенцы дрожали всем телом.
Бай Шо почему-то вспомнил вчерашнего себя.
Он заслонил стаю от остальных и начал распределять работу:
— У Янь, возьми троих и сходите помойте зелень. Нужно хорошо вымыть. Будьте осторожны и не играйте с водой. Цай Хун, ты с остальными принеси сухих веток.
Никто не возражал.
Когда дети разошлись и рядом остался только Бай Шо, ко-ко птицы сразу дружно запищали, словно жаловались на страшных крылатых, которые только что их окружали.
Бай Шо взял большой лист с загнутыми краями, налил немного тёплой воды и поставил на землю.
Шумная стая мгновенно ринулась к нему. Птенцы встали кольцом и опустили клювы в воду.
Но Бай Шо не дал пить слишком долго. Убедился, что каждому досталось, и убрал лист.
Вечером он попросит Бай Сюня сделать для них специальную поилку или небольшое корытце.
После вчерашнего вечера и сегодняшнего утра Бай Шо уже набрался опыта. На этот раз он жарил мясо уже быстрее.
Когда дети вернулись с вымытой зеленью, первая миска была готова.
Сам Бай Шо пока не проголодался. Он отложил немного отдельно, остальное отдал детям:
— По три ломтика каждому. Не драться.
Чистая зелень, внутри только что снятое с огня мясо — от одного вида слюнки текли.
А тем, кто уже ел так раньше, ждать было особенно тяжело.
Бай Лэ торопился сильнее всех. Откусил сразу — и тут же вскрикнул от жара.
Но выплюнуть мясо не смог заставить себя. Начал шумно втягивать и выдыхать воздух, охлаждая кусок во рту. Как только температура стала терпимой, мгновенно проглотил.
— Вкусно! — радостно объявил Бай Лэ.
Глядя на довольного младшего, Бай Шо тоже невольно улыбнулся.
Тем временем остальные делили порции.
После предупреждения Бай Шо все послушно брали только по три ломтика. Один кусок был размером примерно с детскую ладонь. Три ломтика плюс зелень — достаточно, чтобы ребёнок насытился примерно наполовину.
Когда все разобрали еду, Цай Хун подошёл с миской:
— Бай Шо, осталось три кусочка.
— Осталось три?
Бай Шо удивился. Он считал по числу детей. Всё лишнее уже положил Бай Лэ. Значит, кто-то не взял порцию.
Он огляделся, пересчитал людей и понял, чего не хватает.
— А У Янь где?
Цай Хун покачал головой. Во время раздачи все смотрели только на мясо и совершенно не заметили, когда У Янь ушёл, не говоря уже о направлении.
Один ребёнок рядом тут же указал рукой:
— Вон там!
Бай Шо посмотрел.
У Янь, похоже, только что отошёл от Цай Линь и направлялся к другой пещере.
У Цана и У Яня, вступивших в племя позже остальных, не нашлось свободной пещеры на горе. Поэтому отец с сыном жили внизу, недалеко от общего пищевого хранилища.
Бай Шо велел Цай Хуну идти есть, а миску с тремя ломтиками передал Бай Лэ.
— Отнеси У Яню. Если вернёшься, дам тебе ещё один кусочек.
Наверное, из-за того, что они только недавно переехали, У Янь пока не слишком сблизился с местными детьми. Обычно заканчивал работу и уходил один.
— Хорошо! — радостно ответил Бай Лэ прямо во время жевания.
Услышав про дополнительный ломтик, схватил миску размером больше собственной головы и помчался.
— Медленнее! — крикнул Бай Шо.
Он посмотрел на нескольких детей, которые внизу ещё учились уверенно ходить, потом на младшего, который мчался так, что ветер свистел, и снова убедился: сила еды огромна.
Ни один кусок, съеденный Бай Лэ, явно не пропал зря.
Вскоре тот радостно прибежал обратно.
Миска в руках была уже другая, наполовину наполненная красноверхами.
— Братик, это тебе.
Бай Шо не ожидал ответного подарка.
Если посчитать, У Янь в этом обмене, пожалуй, остался в минусе. В следующий раз надо сказать, чтобы не возвращал еду за каждый кусок.
Остальные дети после перекуса счастливо убежали играть.
Бай Шо начал готовить порции для тех, кто ушёл вместе с Бай Су. Они сегодня тоже помогали искать растения — нельзя обделять.
Бай Су с остальными вернулся позже. Его мешок из шкуры был наполнен красноверхами.
Дети разделили добычу, Бай Су вымыл свою часть и поставил перед братом.
Заметил рядом ещё одну миску.
С совершенно невозмутимым лицом отодвинул её подальше.
Бай Шо, заметивший маленькое движение старшего брата: «…»
Любимым занятием Бай Су всегда было кормить младшего. Ничего не изменилось и теперь.
Он взял палочки из рук Бай Шо:
— Иди ешь. Я посмотрю за мясом.
Бай Шо решил послушаться. Сел рядом и занялся фруктами.
Красноверхи размером с кулак. Полностью зрелые — чисто сладкие. Те, что чуть не дозрели, — с лёгкой кислинкой. И те и другие вкусные.
Плоды У Яня были краснее — видимо, он нашёл место, куда ещё не добрались остальные дети. У Бай Су цвет светлее, но вкус ничуть не хуже.
Бай Шо ел сам и не забывал чистить по одному для старшего и младшего братьев.
Закончив, вымыл руки и начал готовить семейный ужин.
За делами небо постепенно темнело.
Под вечер собирательские и охотничьи отряды один за другим вернулись. В племени стало шумно.
Бай Шо варил суп.
Из десяти кусков мяса, заработанных на приготовлении чужой еды, остался последний. Его как раз хватало на котёл супа из краснокислых плодов и му-му зверя.
Утром дети уже пробовали, а папа с мамой ещё нет.
Бай Юнь и Бай Сюнь вернулись почти одновременно.
Сегодня охотники добыли немного меньше, чем вчера. Зато собиратели ушли дальше и принесли больше растений. В целом день всё равно получился удачным.
Оставив добычу, оба первым делом отправились искать детей.
Ещё не дойдя, почувствовали незнакомый, но отчасти привычный аромат.
— Мясо варите? — Бай Сюнь принюхался.
Но чем внимательнее нюхал, тем сильнее понимал: не совсем обычное. Запах был насыщеннее и аппетитнее.
— Да. Папа, мама, я сварил суп из краснокислых плодов и мяса му-му зверя. Попробуйте.
Бай Шо уже взял деревянную миску, но Бай Юнь забрала черпак сама.
Сначала налила три половинные порции детям и поставила рядом. Затем полные — себе и паре.
В красноватом бульоне перекатывались ломтики мяса. Сверху Бай Шо посыпал мелко нарезанным зелёным луком.
Выглядело невероятно аппетитно.
Бай Сюнь невольно сглотнул.
Их второй ребёнок постоянно придумывал блюда, которых никто прежде не видел, — и каждое оказывалось невероятно вкусным.
После вчерашних шкварок и жареного мяса Бай Сюнь ещё до первой ложки был уверен: этот суп тоже лучше всего, что они варили раньше.
Он пару раз дунул и нетерпеливо попробовал.
Мгновенно пришёл в восторг и бессвязно начал торопить Бай Юнь: скорее попробуй!
Обжигался, шумно втягивал воздух, но скорость не снижал.
Бай Юнь не спешила. Подождала, пока немного остынет, и лишь затем попробовала.
Сразу поняла, почему Бай Сюнь так разволновался.
Краснокислый плод был не настолько кислым, как некоторые другие местные фрукты, но взрослые всё равно его почти не любили. В основном ели дети.
Проблема была в том, что после большого количества кислых плодов другие продукты вызывали неприятную боль в зубах.
Но в супе фрукт преобразился полностью.
Освежающая кислинка идеально убрала неприятный мясной запах. Остались лишь нежность, сочность и аромат.
Хотелось выпить ещё.
Оба взрослых осилили по огромной миске и почувствовали удивительное облегчение.
Раньше после целого дня работы они возвращались и только тогда начинали готовить. Голод давно стал привычным, никто даже не считал его чем-то неправильным.
Но возможность сразу наполнить желудок давала чувство счастья почти такое же, как первая успешная охота после окончания снежного сезона.
Будто впереди снова появлялась надежда.
Бай Сюнь отставил миску, подхватил ребёнка и уже собирался привычно подбросить повыше, как заметил на земле сбившуюся в кучку стаю ко-ко птиц.
Сразу развеселился:
— Где поймал? Папа почистит, потом пожарим?
Бай Шо, которого подняли так внезапно, что он не успел возразить: «…»
Похоже, кроме него, все вокруг считают маленьких ко-ко птиц исключительно едой.
Он боялся, что промедлит — и стая не переживёт этот вечер. Поэтому быстро объяснил: хочет сначала вырастить их, а потом уже есть.
Бай Сюнь не придал этому большого значения.
— Маленькие ко-ко птицы не выживают. Если принести их в племя, они ничего не едят и не пьют. Через пару дней умирают от голода.
Мысли у их ребёнка, конечно, необычные. Жаль только, птенцы в племени перестают есть. Если не забить сейчас, через несколько дней всё равно погибнут — тогда уже и мяса почти не останется.
— Не едят и не пьют? — Бай Шо опустил взгляд.
Стая теснилась рядом, но любопытно поглядывала наружу.
Что-то здесь не сходилось.
— Может, им давали не ту еду?
Этого Бай Сюнь не знал. Покачал головой:
— Не знаю. Раньше пойманных птенцов сразу съедали.
Они и так маленькие. Если подождать пару дней, станут ещё худее. Поэтому никто не видел смысла держать их живыми.
Днём Бай Шо уже поил своих птенцов и потому ещё сильнее сомневался в утверждении «не пьют».
— Папа, они только сегодня вылупились. Я хочу несколько дней попробовать их кормить.
— Корми. Хочешь — хоть несколько дней, — легко согласился Бай Сюнь.
Ребёнок всего второй день умеет превращаться, откуда ему знать такие вещи? Да и что тут страшного — всего несколько птенцов.
— Когда эти умрут от голода, папа поймает тебе новую стаю!
Бай Шо: «…»
Понятно.
В то, что он сможет их вырастить, отец не верит вообще.
Бай Шо внезапно вспомнил, как днём У Янь смотрел на стаю и словно хотел что-то сказать, но промолчал.
Наверное, тот тоже знал, что пойманные птенцы обычно не выживают, и просто не захотел его расстраивать.
Бай Шо присел и по очереди легонько погладил каждого по голове.
— Вы уж постарайтесь нормально расти.
Нужно тихонько вырасти — а потом шокировать всех.
В это же время У Янь обсуждал с У Цаном другое дело:
— Папа, можешь поймать мне стаю маленьких ко-ко птиц?
Бай Шо угадал правильно. У Янь действительно знал, что птенцов обычно не удаётся вырастить. Но говорить прямо не хотел — боялся, что беленький мягкий ребёнок расстроится.
Поэтому придумал выход: пусть У Цан каждый день ловит новую стаю, а он будет незаметно заменять тех, что начинают слабеть.
Тогда Бай Шо ничего не заметит.
Юный У Янь совсем не подумал о другой проблеме.
Если постоянно подменять птиц, которые никогда не становятся крупнее, не начнёт ли Бай Шо сомневаться в собственном рассудке?
…
О планах У Яня Бай Шо ничего не знал.
Когда родители вернулись, он закончил работу у костра. Теперь взрослые могли помочь, а сам Бай Шо занялся подсохшей пшеницей.
Колосья изначально были зрелыми и пролежали на солнце больше половины дня. Особых усилий уже не требовалось.
Достаточно зажать колос между ладонями, потереть туда-сюда — и зёрна сами осыпались.
Единственный недостаток: длинные ости были острыми и кололи руки.
Бай Юнь заметила содержимое ладоней сына и нахмурилась от узнавания. Взяла немного, помогла потереть и спросила:
— Шо, зачем тебе это?
Как глава отряда собирателей, Бай Юнь, конечно, знала это растение. Просто вкус был посредственный, во рту кололось, а созревало оно одновременно с куда более приятной зеленью и фруктами. Поэтому никто почти не собирал.
Бай Шо объяснил:
— Это пшеница. Если собрать зрелую, хорошо высушить, она может храниться несколько лет и не портиться. И очень сытная.
В зёрнах много крахмала. Конечно, по питательности это не мясо, но в голодный снежный сезон пшеница могла оказаться бесценной.
Бай Юнь удивлённо посмотрела на зёрна:
— Правда может лежать так долго?
Она спросила, но в глубине души уже почти поверила.
Их ребёнок всегда отличался от остальных. Пусть человеческую форму освоил поздно, зато понимал многие вещи лучше взрослых. Его словам почему-то невольно хотелось верить.
Бай Юнь лишь немного сожалела: их племя слишком маленькое, у них нет жреца.
Если бы Бай Шо родился в большом племени, его обязательно заметил бы жрец и лично обучал.
Бай Шо не знал, о чём жалеет мама, и уверенно кивнул:
— Точно. В этом году можешь проверить: собрать, высушить и оставить до снежного сезона.
Бай Юнь подумала и согласилась.
Завтра она начнёт собирать попадающуюся пшеницу.
Да, растение невкусное. Но зимой, когда еды вообще нет, вкус уже не имеет значения. Любая пища лучше голода.
Бай Шо добавил:
— Мама, собирай только пожелтевшие колосья. Зелёные не трогай, потом дозреют — вернёшься.
— Хорошо.
Многолетнего опыта собирателя хватило, чтобы сразу понять: брать только зрелое.
Добившись согласия, Бай Шо снова задумался о посадке.
Он не знал точную площадь территории племени, но охотники и собиратели каждый день уходили в разные районы — значит, земли очень много.
Использовать её только для охоты и сбора диких растений — расточительно. И нестабильно, и малоэффективно.
Гораздо лучше расчистить участок и выращивать пищу специально.
Проблема — работа.
Детям объяснять почти ничего не нужно: приготовил награду — и готово. Но для большого поля их силы не хватит.
Значит, понадобятся взрослые.
А взрослым придётся долго объяснять, зачем вообще сажать растения. И не факт, что они согласятся.
Бай Шо несколько раз перевёл взгляд с отца на мать и обратно.
В голове возникла идея.
После ужина он неожиданно спросил:
— Папа, мама, когти сегодня точить не будете?
Когти крылатых, как человеческие ногти, постоянно росли. Чтобы они не становились слишком длинными, кончики регулярно стачивали.
Где угодно: о стены пещеры, камни, толстые стволы…
Значит, почему бы не о землю?
Пусть медленнее. Можно поработать подольше.
И вот поддавшийся на уговоры отец в птичьей форме отправился на участок с редкими деревьями «точить когти».
Бай Юнь всё время чувствовала, что ребёнок снова что-то задумал. Она погладила Бай Шо по волосам, тоже превратилась и полетела следом за Бай Сюнем.
Несколько сытых крылатых заметили происходящее и спросили оставшегося ребёнка:
— Бай Шо, куда твои папа и мама?
Бай Шо с самым невинным видом покачал головой.
— Не знаю.
Одного «не знаю» оказалось достаточно, чтобы любопытство остальных вспыхнуло ещё сильнее.
— Может, они нашли что-нибудь вкусное?
— Пойдём посмотрим?
Предложение встретили мгновенно:
— Пошли-пошли!
Свободные крылатые один за другим приняли птичью форму и полетели следом.
Добравшись до места, обнаружили: ничего особенного. Бай Сюнь и Бай Юнь просто точат когти.
Все слегка разочаровались.
Но раз уж прилетели сюда, да ещё и уже птицами…
Каждый посмотрел на собственные когти.
Почему бы и правда не поточить?
Толстого дерева рядом не было, поэтому они повторили за парой и начали раздирать землю.
Почва слишком мягкая для настоящей заточки, зато погружать когти в рыхлую землю неожиданно приятно.
Компания быстро увлеклась.
В птичьей форме крылатые вообще становились заметно подвижнее.
Несколько особенно озорных начали вырывать когтями комья земли и швырять в соседей.
Их тут же окружили и избили.
Через некоторое время они снова принялись за то же самое.
Типичный случай: помнят веселье, забывают побои.
Лишь когда огромный участок оказался полностью разрыхлён, крылатые удовлетворённо встряхнули крыльями и полетели к реке купаться.
Дети легко заболевали и вечером в воду не лезли. Взрослым это не мешало.
А на следующее утро Бай Шо привёл целую компанию птенцов на место, где взрослые «точили когти».
И начал сеять пшеницу.
http://bllate.org/book/22318/2369600
Готово:
