Положение Великого государства Су становилось всё более отчаянным. Оно напоминало кузнечика на плавающем по воде листе: не то что буря — даже малейшая рябь могла опрокинуть его.
Из-за того что новый император перебрасывал войска, во многих местах силы ослабли, а кое-где и вовсе обнажились. Не дожидаясь прихода мятежников, многие города один за другим сдавались, а некоторые чиновники, не дожидаясь беды, вместе с семьями переходили на сторону врага.
В глазах каждого стало очевидно: гибель государства Су предрешена!
Мятежные войска двигались на север, и их столкновение с армией императора произошло у Цзиньсюаня.
Внутри Цзиньсюаня возвышалась неприступная Стена Мистических Врат, а снаружи текла бурная, бездонная река, служившая рвом. Для мятежников, которые, хоть и шли победоносным маршем, были уже измотаны до предела, это сражение обещало стать тяжелым испытанием.
Но у Цзиньсюаня, при всех достоинствах, были и недостатки.
Враг не мог прорваться внутрь, но если он возьмет город в кольцо, люди внутри окажутся заперты, и рано или поздно запасы продовольствия иссякнут.
***
В темном, сыром подземелье тусклый свет свечи, стоявшей в углу, не разгонял мрак, а лишь придавал обстановке зловещий вид.
Су Е, облаченный в тяжелые доспехи, сидел на деревянном стуле рядом с огнем, мрачно глядя на человека напротив. Тот был в арестантской робе, пропитанной кровью после пыток плетьми, а его руки и ноги были скованы цепями толщиной в большой палец.
— Доклад! Срочное донесение! — солдат, придерживая рукоять меча, вбежал в темницу и, спотыкаясь, опустился на колени у ног Су Е.
Лишь тогда Су Е отвел холодный взгляд от узника и медленно посмотрел на солдата. Он поднял чашку, сделал глоток чая и неспешно произнес:
— Говори.
— Докладываю Вашему Величеству: земли Лин и Нань потеряны. В городе Су… командующий столичной стражей Лю Юй поднял мятеж. Он вырезал всех в императорском дворце, поднял над городскими стенами знамена бывшей армии Чжэньнань и присягнул Су Цзюя!
— Вот как? Я понял. Ступай, — он сжал в руке чайную чашку, и на его спокойном лице не дрогнул ни единый мускул.
— Это… Слушаюсь, мой повелитель. — Столица пала, а император даже не разгневался? Это было невозможно. Солдат сглотнул, украдкой взглянул на человека перед собой и поспешно удалился.
Хрусть!
Как только солдат вышел, в тишине подземелья раздался резкий звук.
— Тц… — Су Е посмотрел на раздавленную в руке чашку и, не обращая внимания на кровь, струящуюся по пальцам, поднялся и направился к узнику.
— Скажи мне, как убить Су Цзюя, и я подарю тебе быструю смерть, — он приподнял веки, и злоба в его голосе едва не выплескивалась наружу. — Мой дорогой братец… Я никогда не заключал с тобой сделок, но давай попробуем, а? Как только Су Цзюя не станет, я исполню свое обещание. Бай Нинъюй, лучше хорошенько подумай.
— Су Е, до чего же ты бессердечен… — из уст пленника вырвался слабый голос. Он поднял голову, обнажив обезображенное лицо, и посмотрел на человека, который отрекся от всех родственных уз. — В детстве Цзюя, ты и я — мы выросли под одной крышей. Твоя жизнь с рождения текла гладко, ты был Наследным принцем, и тогда ты искренне любил Цзюя. Но стоило ему стать заметнее, как ты начал лицемерить, постоянно подавлять его, пока в четырнадцать лет не вынудил его уйти. Но даже когда он уехал, ты не оставил его в покое. Самое смешное, что, видя успехи Цзюя, ты не захотел сделать его своей опорой, а превратил своего самого любимого младшего брата в заклятого врага! Ха-ха-ха, Су Е, теперь я бесполезен. На самом деле, я давно предвидел такой финал, просто не ожидал, что это случится так скоро.
— У тебя есть право смеяться надо мной? Или, может, Государственный наставник полагает, что сам он был верхом добродетели? — Су Е холодно усмехнулся. Взмахнув рукой, он поймал летевший со стороны свечи кнут и, возвышаясь над коленопреклоненным Бай Нинъюем, посмотрел на него сверху вниз. — Если говорить о кознях, то мои интриги против Су Цзюя вряд ли сравнятся с твоими, не так ли? Су Цзюя держали в Наньцзине, не позволяя ни разу вернуться в город Су. В столице даже ходили слухи, что Князю, Подавляющему Юг, навечно запрещено входить в пределы столицы — разве это не твоя заслуга? Даже брак Ци Юаньюань с Князем — это была твоя личная рекомендация бывшему императору! Не говоря уже о поджоге гор у города Гуаньнань — это был твой блестящий план, я лишь немного помог тебе!
— Ты… ты просто бесстыдник! — Бай Нинъюя едва не хватил удар от такой наглости. Он поднял голову, с недоверием глядя на мужчину. — Положи руку на сердце и скажи: разве я не служил тебе верой и правдой столько лет? Разве хоть что-то из того, что я делал, было не ради тебя? Из-за тебя чиновники проклинали меня, называя колдуном, сбивающим императора с пути! Ради твоего трона я пошел против собственного друга! Но что в итоге? Что я получил? Лишь сырое, вонючее подземелье и пытки плетьми день и ночь! Су Е! Спроси свою совесть, перед кем ты чист?! Перед Цзюя? Или перед тем, кто вывернул душу наизнанку ради тебя?
— Я ни перед кем не чист! Но я чист перед самим собой!
С этими словами он взмахнул кнутом, нанося жестокий удар по телу Бай Нинъюя.
— Нинъюй, вини во всем судьбу. Ты думаешь, я хотел этого? У человека сердце не из камня. Цзюя был моим самым любимым братом, неужели ты думал, что только ты это понимал? Знаешь ли ты, сколько кошмаров мне приснилось после того, как я впервые подговорил принцессу Жунчан столкнуть его в ледяной пруд? Мне снилось, что мой девятый брат замерз насмерть и стал неприкаянным призраком, который приходит ко мне и шепчет: Брат-принц, мне так холодно. Знаешь, как мне было больно? Как я жалел об этом? Это был мой любимый брат! Но выхода не было, я должен был взойти на этот трон. Ты думаешь, я сам этого хотел? Я тоже хотел бы, как другие принцы, копить силы и скрывать свои таланты, но судьба не дала мне шанса! С детства меня сделали Наследным принцем, и все думали, что это великая честь, но как только остальные принцы подросли, меня начали травить со всех сторон. Каждый из моих братьев жаждал моей крови. Если бы я не плел интриги, если бы не нанес удар первым, то мертв был бы я! И сегодня здесь стоял бы не я! Бай Нинъюй, ты говоришь, что понимаешь… что ты вообще понимаешь? По сравнению с моими страданиями, твои — лишь притворство, капля в море!
— Даже если бы здесь стоял не ты, это не должен был быть никто другой! Но это ты! Страдания? Разве твои страдания — не заслуженная кара? — Бай Нинъюй усмехнулся. — Ради трона ты бросил Цзюя в самое пекло, он не раз был на волосок от смерти. Ты использовал его, чтобы противостоять другим принцам. Когда Цзюя не выдержал дворцовых интриг и ушел в армию, ты использовал его славу Князя, Подавляющего Юг, чтобы держать в страхе двор, ведь все знали о вашей детской привязанности и считали, что Князь — опора Наследного принца! Но, используя Цзюя, ты тайком не давал ему вернуться в столицу и заставил меня выдать за него Ци Юаньюань! Ты разыграл отличную партию, используя и меня, и Цзюя! Даже Си Юэ… если бы она не была дочерью министра Ци, за которым стоит старый тесть Вэй-гун, разве ты взял бы ее в жены? В конечном счете, всё, что ты делал, было ради трона! Ты шел по головам, так к чему эти разговоры о страданиях? Не притворяйся, что ты действовал по принуждению, лишь бы успокоить свою совесть!
— Ха, раз ты всё понимаешь, к чему лишние слова? Я не умолял тебя помогать мне, ты сам выбрал меня! — он злобно оскалился и снова взмахнул кнутом, хлестнув Бай Нинъюя по лицу. — Скажи, согласен ты или нет помочь мне убить Су Цзюя? Я подарю тебе быструю смерть!
— Ха-ха-ха! Ха-ха-ха… — удар кнута оставил след на лице Бай Нинъюя, но тот издал странный смешок. — Ты всё еще хочешь его убить? Он правда был твоим самым любимым братом? Ха-ха-ха! Су Е, да ты просто зверь!
— Мой он брат или нет — не тебе решать! Только его смерть принесет мир государству Су!
— Ха-ха-ха… — Мир? — Разве этот мир еще может быть спокойным?
— Я сказал — будет, значит, будет! Бай Нинъюй! — мужчина схватил его за волосы, заставляя поднять голову. — Не забывай, что в нынешнем положении есть и твоя вина! Если бы не твои просчеты, позволившие Князю выжить, разве наше великое государство Су оказалось бы в таком состоянии?
— Ха-ха-ха… — Бай Нинъюй вдруг успокоился. — Даже сегодня ты считаешь, что во всем виноваты другие? Су Е, ты ничтожен. Хорошо, я согласен.
Он перевел дыхание и добавил:
— Я помогу тебе покончить с Су Цзюя. Но после того, как дело будет сделано, я хочу умереть быстро!
— Хорошо! Вот и славно. Зачем было терпеть эти муки?
http://bllate.org/book/22162/2308600
Готово:
