Неудивительно, что Гу Эньлин отреагировал именно так.
Стоя наверху, они видели лишь троих, но, спустившись, всё стало очевидно: Лу Яньсюй пытался взять Пэй Чжии за руку, а Сяо Чи и вовсе крепко обнимал её.
Он всё-таки недооценил её.
Думал, что она лишь смазливая омега, от которой без феромонов не будет никакого толку, но реальность больно ударила по самолюбию. Неизвестно, какими способами, но без всяких феромонов она добилась того, что Лу Яньсюй и Сяо Чи сами тянутся к ней.
Да, Гу Эньлин никогда не видел Сяо Чи таким.
Даже когда другие омеги оказывали ему умиротворение, он позволял им лишь коснуться своего запястья, а как только процесс заканчивался — тут же отстранялся.
А сейчас? Сяо Чи буквально вцепился в неё и не желал отпускать.
Гу Эньлин с полуулыбкой принялся изучать Пэй Чжии взглядом.
— Яньсюй, что здесь происходит? — холодный, спокойный мужской голос раздался у них за спинами. Но прежде чем взглянуть на Пэй Чжии, вошедший склонился над лежащим на земле Гао Синфанем.
Этим человеком был Ши Минь. Он встретился с Гу Эньлинем по пути, но если Гу Эньлин, завидев остальных, тут же бросился к ним, то Ши Минь следовал за ним не спеша.
Теперь отряд был в полном составе.
Лу Яньсюй первым активировал систему регистрации. Отряд собрался, и они автоматически прошли во второй тур.
Увидев, как отметка сменилась с красной на зеленую, Лу Яньсюй поднялся. Бросив косой взгляд на Сяо Чи, который всё ещё не разжимал рук, он нахмурился:
— У Сяо Чи случился срыв духовной силы. Пэй Чжии оказывает ему умиротворение, ему, видимо, стало слишком хорошо, вот он и не отпускает.
Он старался описать действия Сяо Чи максимально объективно, но эти слова немедленно привлекли внимание Гу Эньлина.
— Слишком хорошо? — переспросил тот, приподняв бровь.
Никто из них не был новичком в умиротворении, все прекрасно знали, каковы эти ощущения. Однако Гу Эньлин знал, что Лу Яньсюй не из тех, кто лжет — в подобной ситуации врать не было никакого смысла, ведь рано или поздно умиротворение потребуется каждому из них.
Тем не менее было трудно представить, насколько же хорошо должно быть Сяо Чи, если даже в беспамятстве он не желает отпускать девушку.
Взгляд Ши Миня тоже упал на Пэй Чжии, которую обнимал Сяо Чи.
На фоне крупного, атлетичного мужчины она казалась ещё более хрупкой и изящной.
Похоже, она не ожидала, что столько людей будут пристально её разглядывать. Её щеки порозовели, алые губки плотно сжались, а взгляд забегал по сторонам — она словно боялась встретиться с ними глазами.
Пэй Чжии чувствовала себя крайне неловко: ей ещё не доводилось оказываться в объятиях одного красавца на глазах у целой группы других, да ещё и без возможности вырваться.
Жар приливал к лицу, но она изо всех сил старалась сохранять невозмутимость.
Однако нашелся тот, кто решил подлить масла в огонь. Гу Эньлин подошел и остановился в метре от неё:
— Пэй Чжии, ты так покраснела.
Словно на белый нефрит нанесли румяна, даже мочки ушей горели огнем.
Пэй Чжии понимала: чем больше она будет прятаться, тем виноватее будет выглядеть. Она сжала свои тонкие пальцы в кулаки:
— Естественно. Если тебя обнимет омега и не будет отпускать, ты тоже будешь чувствовать себя не в своей тарелке.
Гу Эньлин на мгновение замер, словно впервые видел её, и смерил взглядом с ног до головы:
— Кажется, сегодня ты стала смелее, чем раньше.
Она осмелилась ему возразить! А ведь раньше вела себя как тихая жертва.
— А я вот ещё не пробовал, каково это — когда омега обнимает и не отпускает, — он насмешливо приподнял бровь, глядя на Пэй Чжии. — Может, попробуешь со мной?
Не успел он закончить фразу, как отскочил на несколько метров в сторону. Пэй Чжии лишь заметила, что трава на том месте, где он только что стоял, оказалась аккуратно срезана лезвием воздуха.
— Брат Ши Минь! Я чуть не попался! — Гу Эньлин, стоя поодаль, вмиг растерял всю свою невозмутимость и чуть ли не подпрыгивал от возмущения.
Ши Минь, не меняясь в лице, подошел от Гао Синфаня к Пэй Чжии. Просканировав ситуацию своей духовной силой, он обратился к девушке:
— Благодарю за труды. Прости, что Сяо Чи доставил тебе столько хлопот.
Стоило ему задействовать духовную силу, как он почувствовал напряжение Сяо Чи и мгновенно понял суть проблемы.
В отличие от язвительного Гу Эньлина, Ши Минь казался вполне нормальным человеком. Да что там, во всем отряде он был единственным, кто выглядел адекватным — остальные, как чувствовала Пэй Чжии, были с причудами.
После его слов она даже не смогла найти повода для отказа.
— Всё в порядке, — послушно ответила она.
Гу Эньлин закатил глаза.
Ши Минь перевел взгляд на Лу Яньсюя:
— Почему не позвал учителя?
Он имел в виду Гао Синфаня. Проверив его состояние, Ши Минь понял, что у того тяжелейший срыв духовной силы, а Лу Яньсюй по своему характеру не стал бы ввязываться в подобные неприятности.
Лу Яньсюй вкратце описал предысторию, и только тогда Гу Эньлин и Ши Минь узнали, сколько всего произошло между ним и Пэй Чжии.
Разобравшись в ситуации, Ши Минь кивнул Лу Яньсюю и позвал Гу Эньлина:
— Пойдем со мной.
Гу Эньлин потер лицо и, неохотно вздохнув, последовал за ним.
— Брат Ши Минь, — первым нарушил молчание Гу Эньлин, когда они отошли в сторону.
Ши Минь посмотрел на него. Гу Эньлин был самым младшим в отряде и самым непоседливым. Если он хотел, его слова могли быть сладкими, как мед, но если он решал ужалить — мог довести человека до того, что тот готов был сквозь землю провалиться от стыда.
— Эньлин, это объединенный экзамен, — Ши Минь знал его больше десяти лет и понимал, почему тот стал таким, но сейчас Гу Эньлин должен был уяснить: пора прекращать балаган. — Ты хочешь, чтобы Пэй Чжии привязалась к тебе?
Его тон был резким и вызвал у Гу Эньлина закономерную реакцию.
Лицо парня, напоминающее кукольное, напряглось:
— Конечно, нет.
Он ненавидел всех омег.
— Ты прекрасно знаешь, чем заканчивали омеги в наших отрядах, — сказал Ши Минь. Это был не первый раз: Гу Эньлин всюду раздавал знаки внимания, делая вид, что увлечен ими, но никто из тех омег не замечал насмешки, скрытой в глубине его глаз. — Если действительно не хочешь, чтобы она к тебе приближалась, не делай вещей, которые могут быть истолкованы превратно.
Например, его недавнее предложение Пэй Чжии обняться — этого не стоило произносить.
Нанеся удар, Ши Минь перешел к смягчению:
— У Пэй Чжии очень высокий уровень умиротворения. Можешь вести себя как хочешь позже, но не сейчас. Хотя бы этот месяц будь осторожнее.
Гу Эньлин окончательно притих — Ши Минь выразился предельно ясно. Неважно, есть ли у Пэй Чжии виды на них, он сам не должен давать ей повода.
На мгновение он сник, но спорить с Ши Минем не стал — знал, что тот желает ему добра. Парень пожал плечами и тяжело выдохнул:
— Понял.
Ши Минь не был до конца уверен в его словах. Даже если Гу Эньлин сейчас согласился, характер человека не меняется за один день — сегодня он думает так, а завтра всё может измениться.
Гу Эньлин сунул руки в карманы и сам сменил тему:
— Брат Ши Минь, говорят, семья собирается представить тебе омегу?
Будучи наследником клана Ши, он был обречен на типичный политический брак. Гу Эньлин слышал слухи, что дядя Ши планирует выбрать кандидатуру до окончания Ши Минем университета. Как только Ши Минь пойдет в политику, брачные узы станут его естественным политическим капиталом.
Ши Минь поднял глаза на Гу Эньлина и не стал отрицать:
— Да.
Отец уже принял решение познакомить его с омегой после этого экзамена, просто он сам пока не дал окончательного согласия.
http://bllate.org/book/22127/2304906
Готово:
