Глава 18
Честно говоря, Вэй Хуай и сам не понимал, как его угораздило оказаться в компании дедушек и бабушек и вместе с ними заниматься тайцзи.
Он всего лишь хотел прогуляться по парку со своей бабушкой. Кто же знал, что она, едва сделав несколько шагов, увидит вдалеке группу стариков, практикующих тайцзи, и тут же загорится желанием к ним присоединиться, втянув в это занятие и его — человека, который в эту компанию совершенно не вписывался.
— Ой, госпожа Чэнь, какой у вас паренек статный!
— И правда, красавец. Сколько ему лет? Девушка уже есть?
— Раньше мы тебя с ним не видели, почему не приводили?
Бабушка Вэй Хуая раньше преподавала в Наньчэнской средней школе № 4, а позже даже некоторое время занимала пост завуча, поэтому многие её знали.
— Да он раньше не здесь учился, только в этом году приехал, — отвечала она.
Вэй Хуай с каменным лицом стоял рядом с бабушкой, чувствуя себя крайне неловко, словно нашкодивший цыпленок. В будни он предпочитал темную одежду, и сегодня на нём была черная толстовка с начёсом и темно-серые спортивные штаны. Среди стариков, облаченных в одинаковые белые костюмы для тайцзи, он выглядел как бельмо на глазу.
Сегодня был выходной, и хотя до полудня было еще далеко, в парке собралось много людей. Девять из десяти прохожих бросали на Вэй Хуая любопытные взгляды, а самые смелые даже доставали телефоны, чтобы сделать пару кадров.
Мелодичная музыка звучала снова и снова, как вдруг раздался встревоженный голос:
— Ох! Совсем память дырявая, договорилась же с госпожой Чжао на сегодня в маджонг играть! — Бабушка Вэй Хуая хлопнула себя по лбу и повернулась к внуку: — А Хуай, бабушка пойдет, развлекайся тут сам.
Вэй Хуай остался стоять на месте, утешая себя тем, что прохожие всё равно его не знают.
— Вот именно, глядя на тебя, я своего внука вспоминаю…
Вэй Хуай как раз выполнял движение «обхватить хвост птицы», когда услышал своё имя. Он обернулся.
Цоу Ин, который из-за плохого зрения не сразу разобрал, что происходит, подошел ближе и произнёс:
— Кажется, там продают сахарные рисунки.
— А куда делась госпожа Чэнь?
Болтовня вокруг сменила тему. Цоу Ин пришел в себя и тоже взглянул в ту сторону.
Сахарные рисунки?
— Почему там столько народу?
Что ж, раз уж все смотрят, посмотрит и он.
— Брат Ин, в последнее время тебя совсем не видно, чем занят?
Отлично, спасители!
В одно мгновение радость в его сердце хлынула подобно водам Хуанхэ.
— Эй, что там происходит? — Вэй Хуай локтем толкнул Цоу Ина в бок, прищуриваясь: он не мог понять, продают там фонарики или что-то другое.
Стрелка на вращающемся диске бойко бегала по кругу и в итоге остановилась на изображении персика.
Просто развлекаются.
Цоу Ин нахмурился, мечтая поскорее вернуться домой и вздремнуть после обеда:
— Ничего особенного. У вас что-то случилось?
Дедушка-продавец, вальяжно развалившись в кресле-качалке, даже не пошевелился. Он лишь указал веером на диск:
— Можно крутить барабан, что выпадет — то и сделаем. А если приглянулся конкретный рисунок, можно купить сразу, цены указаны.
Раз уж они здесь, надо попробовать.
— И как тут играть?
— Тот парень в черном — заводила?
Вэй Хуаю стало любопытно, он такого еще не видел.
— Вот именно, если бы случайно не встретились, тебя бы и не увидели.
Вэй Хуай отсканировал код и, крутанув диск, выиграл обезьяну.
Сахарные рисунки делали быстро, и вскоре у них в руках были готовые сладости. Цоу Ин изначально вышел в парк по делам, обошел несколько магазинов, прежде чем нашел нужное, и как раз собирался вернуться к Вэй Хуаю, как вдруг наткнулся на этих олухов.
— ...Тогда что мне делать?
Вэй Хуай стоял на месте, чувствуя, что уйти сейчас будет невежливо, а продолжать заниматься тайцзи — как-то слишком уж неловко.
— Похоже, кучка бабушек машет руками. Что тут интересного?
Цоу Ин давно привык к подобным сценам — в этом парке полно мастеров сахарных фигурок, но всё же тоже отсканировал код.
— Ой! Друзья пришли, дедушки и бабушки, я пойду, в следующий раз снова приду с бабушкой! — Вэй Хуай изобразил искреннее сожаление, попрощался с группой стариков и внутренне возликовал — наконец-то он свободен.
Двое подошли ближе и увидели большой картонный щит с надписью Вращение — 10 юаней и приклеенными рядом сине-зелеными QR-кодами.
Не подозревая, что в глазах старшего они превратились в помеху на пути, компания продолжала шуметь и хохотать вокруг Цоу Ина, обсуждая планы на совместный обед или караоке.
— Ну, парень, постой с нами еще немного.
— Хорошо… — не успели они договорить, как, вытаращив глаза, наблюдали, как Цоу Ин, даже не взглянув на них, поспешно удалился.
Вэй Хуай зевнул — в парке всегда клонило в сон:
— Это долгая история, короче говоря, сегодня я знатно опозорился.
— Вэй Хуай!
— Почему ты тут тайцзи занимаешься? — Цоу Ин и Вэй Хуай неспешно шли по тенистой аллее, где сквозь листву пробивались солнечные блики, создавая атмосферу умиротворения.
Вэй Хуай не спешил есть, а вертел свой рисунок в руках, разглядывая его с таким любопытством, что Цоу Ин невольно усмехнулся.
— Бабушка, может, я провожу тебя… — Вэй Хуай замер на полуслове, осознав, что наконец свободен.
Что ж, выбор делать не пришлось.
— Идите без меня, я увидел знакомого. — Он остановился, бросил фразу и зашагал к толпе.
Он потянулся и с любопытством огляделся — в этом парке он был впервые.
— Не нужно, путь короткий, сама дойду, ты лучше погуляй как следует. — Сказав это, она, не обращая внимания на внука, заложила руки за спину и ушла прочь.
Парк был полон извилистых дорожек. Цоу Ин находился недалеко от Вэй Хуая, но петляющая каменная тропинка заставила их сделать большой круг.
— Знаешь, как это называется? — Вэй Хуай немного понаблюдал за реакцией друга, а потом вдруг приложил свой сахарный рисунок к рисунку Цоу Ина.
— Что? — Цоу Ин прищурился, ему было интересно, что такого выдаст Вэй Хуай.
— Это называется Обезьяна крадет персик. — Он рассмеялся. Будь на его месте кто другой, это прозвучало бы пошло, но на его открытом, искреннем лице это выглядело как проявление юношеской непосредственности.
— ... — Цоу Ин не ожидал ничего путного, но всё равно не знал, что ответить, лишь шутливо обозвал его бесстыдником.
Если спросить Вэй Хуая, на вкус этот сахар был слишком приторным, снаружи он выглядел аппетитнее, чем был на самом деле — скорее забава, чем лакомство.
Этот парк считался крупнейшим в Наньчэне, здесь даже можно было покататься на лодках. Цена была невысокой, но желающих — море. Купив билеты, они узнали, что ждать очереди придется как минимум полчаса.
— Может, сначала поедим? — Вэй Хуай взглянул на часы, пора было обедать.
— Идёт.
В самом парке было много чайных, но не было нормальной еды, поэтому пришлось выйти наружу. К счастью, место было людное, и у входа работало несколько закусочных.
После обеда прошло около двадцати минут, они поспешили обратно к кассам, где перед ними оставалось всего три группы. Через несколько минут они уже сидели в лодке.
Самое интересное — грести самому, особенно если вы такие «мастера», как Вэй Хуай и Цоу Ин, у которых нет ни опыта, ни слаженности. Им было суждено лишь кружиться на одном месте.
Развлечение — и для себя, и для окружающих.
Спустя десяток минут кружения сосед-мужчина, который совершил полный круг и вернулся обратно, не выдержал. С характерным северо-восточным акцентом он стал вместе со своей девушкой показывать им, как надо грести, и так разнервничался, что готов был сам прыгнуть к ним в лодку, чтобы стать лодочником.
После недолгих наставлений Вэй Хуай и Цоу Ин наконец смогли ровно сдвинуться с места.
Время пролетело быстро. Как только истекли два часа, работник на берегу сделал им знак причалить и сдать лодку.
Возможно, из-за слишком активных движений во время кружения по озеру, штанины Вэй Хуая промокли наполовину, да и Цоу Ин выглядел не лучше.
— Куда теперь? — Вэй Хуай в лодке так сильно смеялся, что теперь, вспоминая это, его лицо непроизвольно кривилось.
Цоу Ин протянул руку и начал ерошить волосы Вэй Хуая, сдерживая дыхание и выглядя донельзя раздосадованным:
— ...Хватит смеяться!
— Ха-ха-ха… прости, прости, но… это правда было очень смешно. — Вэй Хуай вспоминал, как Цоу Ин, пытаясь грести, случайно ударил себя веслом по голове, и снова начинал хохотать.
Особенно его забавляло то, как у друга покраснел лоб, и как тот, сгорая от неловкости и стыда, пытался грозно требовать, чтобы он прекратил.
Это было так мило. Словно рассерженный большой тигр, который пытается казаться грозным, а сам лишь просит ласки.
Вэй Хуай подумал об этом — и снова захотел рассмеяться.
— Эй, ладно-ладно, не смеюсь. — Увидев угрожающее выражение лица Цоу Ина, Вэй Хуай тут же изменил мимику и даже изобразил рукой, что застегивает рот на молнию.
Цоу Ин хмурился и сверлил его взглядом, но знал, что это бесполезно — приходилось самому переваривать неловкость и терпеть насмешки. Подумав об этом, он хмыкнул и отвернулся, не желая больше видеть лицо Вэй Хуая, которое никак не могло принять серьезный вид.
— Ха-ха… обиделся? — Вэй Хуай не переставал улыбаться, он знал, что Цоу Ин просто притворяется. — Смотри, это красиво? Давай куплю тебе такой?
Как он и ожидал, Цоу Ин тут же с каменным лицом повернулся к нему — воли хватило ненадолго.
— ...Что? — Цоу Ин долго разглядывал витрину, не видя ничего особенного, и неохотно спросил.
— Вон то, — Вэй Хуай улыбнулся и указал вперед: — Воздушный шар с водородом.
— Этот поросенок тебе очень идет. — Сказав это, он снова рассмеялся.
— ... — Цоу Ин разозлился и усмехнулся: он-то думал, Вэй Хуай правда хочет что-то подарить, а тот просто нашел новый способ подколоть его.
— Я серьезно, а как насчет того маленького пони?
Цоу Ин внимательно изучил выражение его лица и лишь спустя долгое время убедился, что Вэй Хуай действительно хочет купить ему эту детскую игрушку.
— Не надо мне. — Кому охота таскаться по улице с таким огромным шаром? Стыд-то какой.
Но Вэй Хуай был тверд в своем намерении заставить Цоу Ина опозориться. Он схватил друга за руку, втиснулся в толпу и парой слов договорился о покупке — в руках у него оказался шар в виде сердитого кота.
— Последний остался, успел выхватить, ну как? — Он гордо вышел из толпы, держа шар за ниточку.
— Никак. — Цоу Ин закатил глаза, не желая отвечать.
— О, не хочешь? — Вэй Хуай с деланным сожалением вздохнул: — Тогда я его просто отпущу…
Цоу Ин подумал, что Вэй Хуай шутит, но краем глаза заметил, как глупая кошачья голова в самом деле устремилась вверх, и тут же запаниковал: — Кто сказал, что я не хочу!
Он тут же схватил нитку.
— Ха-ха-ха-ха-ха…
Цоу Ин не сразу понял, почему тот смеется, пока не посмотрел вниз и не увидел, что конец нитки надежно намотан на запястье Вэй Хуая.
— ...
— Ладно-ладно, не смеюсь, давай привяжу тебе. — Вэй Хуай перестал смеяться, стал серьезным и попросил Цоу Ина протянуть руку.
Цоу Ин не особо хотел плясать под дудку Вэй Хуая, но боялся, что тот опять что-нибудь выкинет, и в итоге он снова станет посмешищем. Овчинка выделки не стоила. Подумав об этом, он покорно протянул руку.
Вэй Хуай отрегулировал длину нити и, наклонив голову, принялся завязывать узел на его запястье. Его сосредоточенное, лишенное дурашливости лицо было необычайно притягательным.
Цоу Ин смотрел на него и вдруг подумал, что это, кажется, первый подарок, который ему сделал Вэй Хуай. И этот воздушный шар в его глазах мгновенно стал чем-то особенным.
В конце концов, первый подарок. У первого всегда особое значение.
Подумав об этом, он вдруг ощутил легкое сожаление.
— О чем жалеешь? — Вэй Хуай завязал крепкий бант и поднял голову, услышав бормотание Цоу Ина.
Цоу Ин порой бывал очень скрытным, держал мысли в себе, но иногда становился поразительно прямолинейным и не скупился на слова.
— Воздушный шар, из него быстро выйдет газ, жаль, что его нельзя долго хранить. — Он немного подумал и добавил: — В конце концов, это первый подарок, который ты мне сделал…
Вэй Хуай удивленно посмотрел на него, а затем глухо рассмеялся.
— Чего ты смеешься… — Цоу Ин смутился и нахмурился, скрывая неловкость.
— Какая разница? — Вэй Хуай потянул за ниточку, притягивая шар пониже, щелкнул по голове сердитого кота и отвел взгляд, чтобы скрыть смущение. — В крайнем случае, будем приходить сюда чаще, я буду покупать тебе новые.
Шар издал глухой звук «бум», будто сердитый кот ругал его.
— ...Ясно. — Цоу Ин запереживал за свой шарик, боясь, что от щелчка Вэй Хуая он лопнет, и поспешил отойти от него подальше, крепко прижимая нить к себе.
— ... — Вэй Хуай, глядя на его жадную до шарика реакцию, рассмеялся, и нахлынувшие было нежные чувства мгновенно улетучились.
— Пойдем покатаемся на том! — Спустя несколько шагов сказал Цоу Ин. Вэй Хуай посмотрел туда, куда указывал друг — над лесом возвышалось огромное колесо обозрения.
— ? — Вэй Хуай перевел взгляд на Цоу Ина, понимая, что тот не шутит. — Ты что, серьезно хочешь на этом кататься?
В понимании Вэй Хуая, только девчонки влюбляются в такие бесполезные вещи.
— Нельзя? — Цоу Ин покосился на него: — Что, не хочешь со мной? А с кем хочешь?
— Это всё для девчонок… — Вэй Хуай пытался отстоять свою позицию. — К тому же, все приходят вечером, кто катается днем?
Цоу Ин задумался, решив, что это разумно: — Значит, придем вечером.
Но взглянув на время, понял, что до полуночи еще семь с лишним часов, в парке делать больше нечего, и ждать так долго нереально.
Вэй Хуай озадачился: разве в этом суть? Разве не первая часть фразы была главной?
— ...Кажется, ждать слишком долго, может, пойдем домой? — предложил Цоу Ин.
— ... — Вэй Хуай потер лицо. Видя, что тот настроен решительно, он решил не спорить.
Прогулявшись по парку, они, словно обычная парочка, не спеша прогуливались по тротуару вдоль шумной дороги, беседуя обо всём на свете.
— Ты правда хочешь на колесо обозрения? — Вэй Хуай не сдавался. — Это же такой анахронизм.
Цоу Ин тоже засомневался. Он предложил это под влиянием момента, а теперь и сам понимал, что это странно. Но, сжав зубы, выпалил: — Поедем! — просто чтобы не дать Вэй Хуаю настоять на своем.
— Ну ладно.
Вернувшись домой, поужинав и отдохнув, они наконец дождались одиннадцати часов.
Поскольку в небольшом парке рядом с домом тоже было колесо обозрения, они не стали ехать далеко, перекусили на улице закусок неподалеку и отправились туда.
Сегодня был обычный день, людей почти не было, в очереди стоять не пришлось, поэтому, когда пришло время, они купили билеты и поднялись.
Оказавшись внутри кабинки, оба пожалели: чувствовали себя полными идиотами, которые посреди ночи вместо сна занимаются этой старомодной романтикой. Они переглянулись и одновременно прониклись презрением к самим себе.
Но по мере того, как колесо поднималось всё выше, они начали понимать, в чем прелесть.
Например, в том, что если в полночь колесо окажется в самой верхней точке, влюбленные никогда не расстанутся.
— Глупо, правда? — спросил Вэй Хуай, взглянув на время.
— Угу. — Цоу Ин на удивление не стал спорить, облизнул губы: — Глупо.
Затем они повернулись друг к другу. Дыхание Цоу Ина участилось, во рту было влажно и жарко, чувствовался слабый привкус табака. То же самое было и у Вэй Хуая. Их сбивчивое, хриплое дыхание постепенно заполняло тесное пространство кабинки.
А что до времени — да какая разница.
Раз уж они занимаются такой глупостью, кто будет придираться к паре минут погрешности?
Глубокая ночь. Круглый воздушный шар тихо дрейфовал под потолком комнаты, иногда покачиваясь от ветра из окна. Длинная нить на его конце медленно опускалась прямо на кровать, и кто-то, не просыпаясь, отбрасывал её в сторону.
— Цоу Ин, твой сынок снова щекочет мне лицо. — Вэй Хуай, засыпая, лениво протянул руку и отодвинул нить подальше, но та снова поплыла по ветру.
— ... — Цоу Ин молчал. Он даже глаза открывать не хотел, раз его по лицу не хлещет — значит, всё нормально.
Вэй Хуай не выдержал, открыл глаза, схватил нить и перетянул шар на сторону Цоу Ина.
Вскоре Цоу Ин почувствовал, насколько это раздражает, когда нить щекочет лицо.
Потерпев немного, он пихнул Вэй Хуая:
— Вставай, закрой окно.
— Нет… — раз уж Вэй Хуай улегся в постель, никто не заставит его встать. — Окно на твоей стороне, сам и закрывай.
— ...
В ответ — лишь долгая тишина и внезапно начавшийся храп, который явно был притворным.
Черт.
http://bllate.org/book/22079/2295996
Готово:
