Бескрайняя пустыня, лишённая каких-либо ориентиров и подсказок.
Опираясь лишь на скудную пустынную растительность, было абсолютно невозможно запомнить обратный путь, а следы ног замело бы первой же песчаной бурей. Без преувеличения можно сказать, что заблудись кто-нибудь здесь, он, скорее всего, не смог бы выбраться отсюда до конца своих дней.
Поэтому уровень смертности в этом подземелье был невероятно высок.
На первом этапе в хижине игроки легко могли сорваться, глядя на монстров, и впасть в безумие.
На втором этапе в пустыне можно было погибнуть, так и не отыскав детенышей-монстров.
Ци Юньмин скрипнул зубами и утер пот:
— Ты уверен, что они здесь? Почему вокруг нет ни малейших следов?
Ван Хун уже до смерти устал от этого горе-товарища по команде:
— Если нет, бери свой трекер и ищи сам!
Ци Юньмин снова умолк и был вынужден просто плестись следом за верблюдом Ван Хуна.
За последние несколько дней он не мылся и не переодевался, превратившись в сущую оборванку. Смириться с собственным столь жалким видом он никак не мог.
Наконец двое путников обрели надежду.
— Ты почему здесь? — увидев человека, которого сейчас меньше всего хотел встречать на свете, Ци Юньмин на мгновение скривился.
Цветы Кошмаров не выносили жары: палящие лучи солнца причиняли им страдания, а огонь мог сжечь их дотла.
Однако игра еще не закончилась.
— Бай Сань!
Они осторожно двинулись вперед.
Несколько цветков раскрыли свои бутоны, и их личики покраснели.
Подумав немного, он перед тем, как разбудить их, всё же снял очки.
Бай Сань посмотрел на бутоны в своих руках.
Зрители официальной трансляции были еще более ошеломлены и возбуждены.
Те и вправду выглядели весьма причудливо — совсем не как обычные цветы, а с какими-то уродливыми отметинами и крошечными глазками.
Как бы ни выпендривался Бай Сань, он всё равно оставался новичком и понятия не имел о механиках подземелья. Какой смысл городить весь этот вычурный вздор?
Главный квест выполнен.
Поскольку они не ожидали погони, у них совсем не было с собой ни снаряжения, ни оружия.
Похоже, победителями в итоге всё равно окажутся они.
Оба игрока с криками шарахались из стороны в сторону.
Им еще никогда не доводилось встречать столь красивых людей.
Перед ними были те самые девушки-гостьи в детском возрасте.
[!! Черт побери!]
[Опять поворот сюжета, ха-ха-ха, как же захватывающе и круто!]
[Ну конечно, новички всегда те еще монстры.]
[Ха-ха-ха, так смешно смотреть на вылезшие из орбит глаза Ци Юньмина! Представляю, как сильно у него подгорит, узнай он, что местные жители ежедневно боготворят Бай Саня.]
[Ха-ха-ха, встреча бомжа с жителем мегаполиса, умора.]
[Но если честно, Бай Сань и правда первый, кто выживает в пустыне с таким комфортом, ха-ха-ха.]
Ван Хун и без лишних слов понимал, что последние дни у того выдались на славу.
Несколько уродливых бутонов тихонько лежали там, вызывая у любого лишь отвращение.
Посреди пустыни обнаружился крупный кактус, а в его тени...
Стоило только убить их, как всё тотчас закончилось бы.
Стрелка остановилась.
Ци Юньмин больше не мог выносить такую жизнь, он тут же выхватил из рюкзака огненное ружье и нацелил его на маленькие Цветы Кошмаров.
Ван Хун вздрогнул и поспешно оглянулся на звук.
Голос звучал на грани срыва, переходя в исступленный рев.
Такие замкнутые и чокнутые местные жители — и вдруг стали по-доброму принимать Бай Саня?
Монстр-юноша, разумеется, не собирался вести с этой парочкой пустые разговоры: он тут же выхватил длинный клинок и бросился в атаку.
Ничего.
Они были смертельно утомлены, от их одежды уже исходил кислый и затхлый запах, лица покрылись грязью, а кожа слегка подрумянилась от палящего солнца. Бай Сань же разительно отличался от них: он походил на принца, только что прибывшего из столицы, чьи шелковые одежды были искусно сотканы по последней моде.
Именно здесь обитали те Цветы Кошмаров.
Зрители трансляции никогда прежде не видели ничего подобного, чат пестрел волнами ха-ха-ха и вопросительных знаков.
[Похоже, старички всё-таки рулят.]
[Ну и где те, кто только что расхваливал новичка?? Чего не заглянете, знатно вам щелкнули по носу, хи-хи.]
[И это всё? Бай Сань открыл новую ветку и завершил всё по линии правды? Я в шоке, только зря время потратил!]
[Эээ, мои чувства сейчас точно такие же, как если бы мне пообещали роскошный пир из сотен блюд, а накормили сюрстрёммингом. Хотите сказать, что все те интриги и загадки, которые нам понакидали раньше, просто слили?!]
[И правда, не стоит доверять новичкам, в следующий раз буду смотреть только на старых игроков...]
Энергия в прямой трансляции игрока Бай Сань падает, пожалуйста, попросите больше людей пополнить ее!
— Бах! —
Перед глазами запылал яростный огонь, и Цветы Кошмаров, судя по всему, в мгновение ока должны были обратиться в пепел.
Он улыбнулся так широко, что обнажил зубы — это была радость от обретения второй жизни.
Запаха паленого растения не чувствовалось.
Ци Юньмин и Ван Хун переглянулись, и оба прочли в глазах друг друга замешательство.
Что здесь вообще происходит? Ситуация примерно следующая: воспользовавшись тем, что родителей нет дома, попытались утащить чужих детей, но потерпели неудачу, а в следующий миг за ними в погоню бросились сами хозяева.
Маленькие Цветы Кошмаров прятались за растениями, спасаясь от палящих солнечных лучей.
Это действительно был Бай Сань, а рядом с ним стоял кто-то еще в таком же черном плаще.
Ван Хун без лишних напоминаний уже положил указательный палец на спусковой крючок: стоило лишь слегка нажать, и подземелье было бы пройдено.
— Нашел, — понизив голос, Ван Хун обернулся и усмехнулся.
А режиссерское шоу оказалось с характером: на второй день раскрыли личности мужчин-гостей, а на четвертый — женщин. Окажись здесь наивный новичок, для него узнать их истинную личину впервые означало бы пережить шок прямо сейчас.
Тут и испугаться недолго.
Бутон подтянул вверх свое цветочное платьице, пытаясь прикрыть свое странное лицо.
Бай Сань в полной мере проявил благородную добродетель заботы об аутичных детях и мягко произнес:
— Ничего страшного, на самом деле я слепой и совсем вас не вижу.
Услышав это, маленькие цветочки лишь полууверенно приоткрыли лепестки, обнажая пару любопытных глаз.
— Как вас зовут?
Наверное, из-за того, что стоявший перед ними человек был донельзя красив, крошечные цветочки густо покраснели:
— Лю… Люси.
— Лили, Фейли, Лар.
Ошибки не было, это они.
— Вы — бог? — поморгав зелеными глазами, осторожно спросила Люси.
Бай Сань покачал головой:
— Я не бог.
Люси тихонько пролепетала:
— Я никогда не видела таких красивых людей, как вы… И монстров таких красивых тоже не видела.
Лили тоже кивнула, не отрывая от него глаз:
— Я… я тоже хочу в будущем стать красивой.
Сказав это, она спряталась обратно в лепестки, словно жутко смутившись.
Вспомнив тех девушек, Бай Сань произнес:
— Вы в будущем тоже станете очень красивыми.
Люси с любопытством переспросила:
— Правда? Вы видели, какими мы будем?
Поразмыслив, Бай Сань мягко ответил:
— Видел, ведь мы еще встретимся в будущем.
Сейчас было прошлое, а в будущем они снова встретятся с ним в подземелье романтического шоу.
Тогда они уже превратятся в монстров, которые не станут так легко поддаваться комплексам.
— В… в будущем встретимся? Вы и это знаете?
Бай Сань поскреб в затылке и все же пустил в ход свое излюбленное амплуа шарлатана-жреца:
— Потому что я Великий Жрец.
Ци Юньмин впал в беспамятство и не может продолжать игру, подземелье засчитано как проигранное.
Ван Хун впал в беспамятство и не может продолжать игру, подземелье засчитано как проигранное.
Бай Сань опешил: стоило ему лишь немного поговорить с цветами, как эти двое уже выбыли.
Он даже не успел оглянуться, как бутоны у него в руках куда-то исчезли.
Цветочки почуяли, что жрец не в духе, и один за другим послушно соскользнули с рук Бай Саня.
Маленький жрец спрятал малышей в рукав и велел ему поправить очки:
— Я пойду устрою их.
Уловив знакомый запах, бутоны заснули прямо у него в рукавах: они всё еще оставались крайне слабыми духовными сущностями и не могли долго бодрствовать.
Если бы они не погрузились в сон, то в такой обстановке, где не было ни воды, ни почвы, они бы очень быстро рассеялись.
Бай Сань поинтересовался:
— Куда ты их устроишь?
Монстр-юноша поджал губы — судя по всему, он и сам этого не знал.
Пустыня не подходила для произрастания Цветов Кошмаров, да и многие горожане по-прежнему верили в легенду о глазах монстра, так что мирное сосуществование здесь было невозможно.
[Оказывается, в этой истории столько деталей! Линия правды — и та не до конца правдива, да и получилась слишком короткой по сравнению с той, по которой играл Бай Сань.]
[Черт, главный босс оправдывает звание главного босса: в боевой форме выносит двоих с одного удара.]
[Кажется, до сих пор он — единственный, кто дошел до концовки с этим боссом, боже мой!]
[Скажешь тоже, смерть Вана и Ци вполне себя оправдала! Их прикончил босс, с которым они прежде не сталкивались, зато теперь известны его боевые приемы, так что они в расчете!]
[Ржу, как же можно узнать боевые приемы, если тебя ваншотнули?]
Бай Сань тоже понимал его опасения: сейчас в этих краях просто не существовало условий, при которых цветы могли бы расти.
Чего уж говорить об этом месте — вся страна страдала от нехватки воды, так что переселиться было абсолютно некуда.
Маленький жрец прекрасно всё понимал. Выражение его лица оставалось спокойным и невозмутимым, а голос прозвучал ровно:
— На самом деле я предвидел сегодняшний день.
Он опустился на песчаный бархан, бросил взгляд на спрятавшиеся в рукаве бутоны, а затем перевел взор на солнце, висящее на вершине небосвода.
Казалось, оно чрезмерно любит эту страну, из-за чего всё, докуда хватало глаз, было выжжено дотла, однако светило вовсе не собиралось даровать этим землям благодатный дождь.
Эту страну правильнее было бы назвать не королевством под управлением людей из правящего рода, а краем, где безраздельно властвует солнце.
Это было проклятое место, нелюбимое солнцем. И люди, и монстры — все они были лишь несчастными изгнанниками, отбывающими здесь суровую казнь.
Бай Сань чувствовал царившую в его голосе безысходность.
Оказывается, даже будущий господин У порой испытывал подобные чувства.
— Здесь когда-нибудь шел дождь?
— Никогда, — маленький жрец закрыл глаза, чувствуя, как палящее солнце обжигает кожу. — С самого моего рождения это место было бесплодным.
Рождения, мучения, смерть — превратиться в удобрение посреди пустыни, похоже, было их извечным уделом.
Кто знает, возможно, из накоплений целых поколений в один прекрасный день среди руин все же прорастет цветок.
Маленький жрец саркастически усмехнулся и закрыл глаза.
Бай Сань сжал его руку и твердо произнес:
— Выход есть.
Это не безвыходная ситуация!
Оставался еще один способ решения проблемы — вмешательство внешних сил.
Эту подсказку ему дал Зонт Десяти Тысяч Явлений.
Бай Сань принялся искать нужный предмет в магазине очков.
Раз существовал зонт, способный вызывать дождь, значит, должна найтись и почва с водой, способные взрастить цветы.
Если этот зонт работал и мог помочь торговцам, то и другие использованные им предметы точно так же смогут помочь жрецу и остальным.
Бай Сань долго вглядывался в страницу с предметами — так долго, что жрец уже решил, будто тот просто пытается его утешить.
На самом деле, когда Люси обожгло подсвечником, он уже понял, что эти цветы боятся огня. Впрочем, причинять им вред он не собирался, зато Ван Хун и Ци Юньмин наглядно доказали ему, что огненное ружье способно нанести Цветам Кошмаров реальный урон.
Если огненное ружье могло их сжечь, то не могло ли водяное пистолет спасти их?
Бай Сань выкупил водяной пистолет.
Увидев, как в руке у того из ниоткуда материализовался какой-то предмет, жрец на мгновение опешил:
— Откуда это?
Бай Сань уже настолько вжился в роль Великого Жреца, что совершенно без всякого стыда заявил:
— Великий Жрец наколдовал.
— Я попробую.
Бай Сань несколько раз брызнул из водяного пистолета в воздух, и струи воды, словно из душевой лейки, пролились на бутоны.
Казалось, они почувствовали себя комфортно и заспали еще слаще.
И всё же воды было слишком мало — ее не хватило бы для поддержания их роста.
— Не годится, — Бай Сань потрогал подбородок.
Он продолжил искать в каталоге магазина подходящие предметы.
На следующих страницах он обнаружил нечто под названием Бескорневая вода.
Товар: Бескорневая вода.
Описание: вода без истока.
Продается кубическими метрами.
Бай Сань сперва купил один кубический метр и разместил его на земле.
Ощущения были точно такими же, как в какой-нибудь песочнице, когда он ставил там водяные блоки.
Жрец уставился на появившийся прямо посреди земли объем воды.
Да, именно на объем воды.
Такое описание звучало странно, но подходило идеально.
Эта вода казалась чужеродной, одиноко возвышающейся посреди мира: ее не выпаривало солнце и она не спешила впитываться в песок, а стояла столбом, напоминая скорее декоративный водяной блок, чем настоящую воду.
Маленький жрец вопросительно посмотрел на него.
Бай Сань дважды кашлянул:
— Великий Жрец колдует, не удивляйся.
Это работало, но пустыня была слишком велика: если выкладывать ее кубическим метром за кубическим метром, хватит ли у него очков?
Бай Сань оглянулся назад: его глаза физически не могли охватить всю пустыню целиком.
Ее и взглядом-то не окинуть, не говоря уже о том, чтобы расставлять там водяные блоки.
И дело даже не в том, хватит ли очков — сколько времени на это уйдет? А вдруг из-за нехватки воды она так и не соберется воедино и в конце концов просто испарится без остатка?
Тогда он же зря старался.
Бай Сань нахмурился, с озадаченным видом.
Маленький жрец, похоже, понял его терзания и, глядя на этот водяной блок, произнес:
— Есть одно место, оно отлично подойдет.
Бай Сань спросил:
— Где?
Маленький жрец ответил:
— Там есть ложбина. Если применить… это туда, должно подойти идеально.
Ложбина действительно подходила как нельзя лучше: она не только потребовала бы минимум водяных блоков, но и позволила бы выжать максимум из их эффективности, избавив от необходимости беспокоиться о быстром испарении воды.
Ложбина.
Это слово мгновенно пробудило в памяти Бай Саня кое-какие воспоминания.
Тогда, накануне Дня призыва, жрец привел его на смотровую площадку Моря цветов.
Жрец исполнил тогда полную Песню Солнца и Луны и поведал ему, что у их клана был благодетель.
Это звучало так:
— «Много лет назад здесь была лишь пустыня, где не могло расти ни одно растение. Согласно легенде, всё изменилось, когда они встретили человека, которого тогдашние люди называли Великим Жрецом. Он рассыпал по ложбинам чудесную воду, и постепенно ложбины разгладились, слившись в реку, пустыня превратилась в оазис, и здесь смогли зацвести Цветы Кошмаров, так что это место стало Морем цветов».
Пустыня, Великий Жрец, ложбина, чудесная вода.
Разве не тем же самым он сейчас и занимался?
http://bllate.org/book/22061/2293884
Готово:
