Пэй Цин благополучно выбрался из владений, подконтрольных Лин Юйцзи. Он быстро вызвал скорую помощь, и врачи погрузили Лу Цяочэня в машину, однако сопровождать его в качестве родственника Пэй Цин не мог — ведь он, по сути, не доводился Лу Цяочэню кем-то близким. К тому же, дорогой его сердцу Лин Юйцзи тоже был ранен и лежал без сознания, так что Пэй Цин должен был как можно скорее вернуться назад.
Врачи в больнице не впервые сталкивались с пациентами, которых некому было сопровождать из родных. Они быстро усадили Лу Цяочэня в машину и, включив сирену, умчались прочь.
Состояние Лу Цяочэня оказалось крайне сложным и запутанным. Только на то, чтобы извлечь все те гвозди, ушло немало времени, заставляя врачей и медсестер возмущаться жестокостью и бездушием того, кто сотворил подобное. Довести хорошего молодого парня до такого состояния — это просто возсмутительно.
— Сяо Лин, поищи у пациента личные вещи, вдруг найдется способ связаться с его родственниками.
Стоявшая рядом молодая медсестра тут же согласилась и принялась усердно шарить по карманам.
Надо же было такому случиться: врачом, оперировавшим Лу Цяочэня в этот раз, оказался тот самый участливый доктор Цзин из прошлых лет. К счастью, он пошел на повышение и теперь заведовал отделением скорой помощи в этой больнице международного уровня.
— Доктор Цзин, телефон больного нашелся, но в записной книжке всего один номер…
Доктор Цзин, одновременно ловко зашивая глубокие раны и останавливая кровотечение, бросил через плечо Сяо Лин:
— Сначала позвони, к чему столько лишних разговоров?
Доктор Цзин весь покрылся потом от напряжения. Наконец ему удалось немного стабилизировать состояние пострадавшего, но тут он заметил сочащуюся кровь в нижней части живота пациента, и это зрелище повергло его в шок. Как такое могло…
Он инстинктивно взглянул на лицо Лу Цяочэня.
— Это действительно он…
Доктор Цзин почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Надо же было столкнуться с Лу Цяочэнем, и ведь едва ли не в девяноста процентах случаев! Насколько же у парня слабое здоровье или сколько же у него врагов, что их число перевалило за все мыслимые пределы?
— Чунь Цзы, срочно доставь сюда аппарат для дренирования, гриф секретности — наивысший, живо!
Получив приказ доктора Цзин, молодая медсестра стремительно выбежала из операционной с крайне озадаченным выражением лица. Как ей объяснить сотрудникам складского помещения необходимость выдать эту аппаратуру по первому требованию, да еще и втайне? Главное — в операционной лежал мужчина.
Охваченные сомнениями Цяо Мосяо со своей свитой нос к носу столкнулись с Цзю Линем. Находясь недалеко от владений Лин Юйцзи и выслушав слова Вобо, Цяо Мосяо наконец понял, откуда взялось это странное, гнетущее предчувствие в его груди.
Стоило Вобо услышать имя Лин Юйцзи, как даже он, обычно отличавшийся исключительной рассудительностью, невольно выронил и разбил чашку.
В голове Цяо Мосяо неотступно крутились слова Вобо: Лин Юйцзи — просто безумец, свирепый и жестокий тиран, который пойдет на всё ради достижения своих целей.
У столь влиятельного молодого господина крупнейшего европейского синдиката не было никаких очевидных изъянов. Поразмыслив над всем этим, Вобо смог назвать лишь одну его ахиллесову пяту — подчиненного по имени Пэй Цин, слабого и хрупкого на вид мужчину.
Хотя никто и никогда не видел, чтобы Лин Юйцзи хоть в чем-то покровительствовал Пэй Цин, Вобо отчетливо чувствовал: к Пэй Цин у Лин Юйцзи было совершенно особенное отношение, не такое, как к остальным.
Совсем как у Цзинь Сэня к нему самому.
Лу Баобей вел за собой Шэн Сяобао, прокладывая путь впереди. Не спрашивайте, почему именно Лу Баобей расчищал дорогу — просто они были сильнее остальных. Ну, если честно, дело обстояло так:
Вобо: Мы с Цзинь Сэнем сейчас в медовом месяце, только что расписались, нам не пристало первыми лезть в кровавую бойню.
Цзинь Сэнь: Я делаю так, как он говорит.
Цяо Мосяо: Хватит на меня так смотреть. Настало время и вам пройти через испытания. Сынок, пора тебе стать мужчиной, способным защитить свою вторую половинку.
Чжэн Хуань: Чего вылупились на меня? У нас с Лян Цзышу еще свои дела есть. Максимум побудем авангардом, но никак не разведчиками.
Лян Цзышу кивнул.
И это еще полбеды — Шэн Сяобао вдруг подергал его за рукав и захныкал:
— Муж, мне кажется, они дело говорят.
Вся компания дружно кивнула. Лу Баобей лишь тяжело вздохнул: неужели это и вправду его законная жена?
Дорога, указанная Вобо, была до жути темной, продвигаться вперед приходилось на ощупь, освещая путь лишь тусклым светом экранов мобильных телефонов. Владения Лин Юйцзи простирались невероятно широко, и отыскать там Лу Цяочэня впотьмах казалось непосильной задачей.
Шэн Сяобао зарился на сладости, которые стряпал Лу Баобей, поэтому послушно отдал ему в обмен высокоинтеллектуальный смартфон-терминал, разработанный Шэн Тянем. Теперь им оставалось лишь двигаться вперед, держась за руки. Смартфона при Лу Баобее не было, так что эта вылазка грозила стать самой жалкой в их жизни.
Шагая в темноте, Шэн Сяобао обо что-то споткнулся, и предмет с громким звоном отскочил в сторону.
— Что это еще такое?
Лу Баобей подхватил Шэн Сяобао на руки, заботливо прижимая к груди, чтобы тот снова не пострадал.
Стоило Чжэн Хуаню и Лян Цзышу, шедшим в авангарде, услышать голос Лу Баобея, как они мгновенно выхватили два мощных полицейских фонаря и направили лучи вперед.
Цзю Линь от неожиданности зажмурился и заслонил лицо рукой. Увидев перед собой живого человека, Лу Баобей помрачнел и уже хотел врезать наглецу, но Шэн Сяобао в этот момент ухватился за его рукав и принялся вытирать нос:
— У-у-у… Муж… У меня носик так болит…
Лу Баобей тут же опустился на колени, аккуратно убрал руку Шэн Сяобао с лица и ласково погладил его по носу:
— Где болит?
— У-у-у… Вот здесь, в носу… У-у… Больно… Муж, подуй на него…
— Ну-ну, не болит, не болит, муж подует… — Лу Баобей на глазах у всех принялся дуть на нос Шэн Сяобао. Этот сопляк продолжал тереться носом о его одежду, а Лу Баобей, казалось, давно к этому привык и даже не думал возмущаться.
Все присутствующие: «……»
Лу Баобей еще не успел опомниться, как прямо над его головой мелькнуло дуло пистолета, нацеленного на Цзю Линя.
— Какого черта ты здесь делаешь? Признавайся, это твоя невеста Лян Юйшань пустила фальшивый слух?
Лицо Цяо Мосяо было суровым до предела, он следил за каждым движением Цзю Линя. Тот растерянно моргнул, совершенно не понимая, к чему ведут эти обвинения. Он уже три месяца не давал Лян Юйшань поводов для встреч и даже в глаза ее не видел — с какой стати ему просить ее распускать какие-то слухи?
— Господин Цяо, я не понимаю, о чем вы. К тому же, Лян Юйшань больше не моя невеста.
— Ты… — Цяо Мосяо не успел договорить, как зазвонил его телефон. На экране высветился знакомый до боли номер, и сердце рухнуло в пропасть. Дрожащим пальцем он нажал кнопку ответа.
— Чэнь-Чэнь… Ты…
— Алло, здравствуйте! Скажите, вы — родственник владельца этого телефона?
Мозг Цяо Мосяо на секунду словно отключился, но он тут же взял себя в руки:
— Да, я. Где он?
— О, здравствуйте, господин! Мы из реанимационного отделения Первой городской больницы. Состояние пациента крайне тяжелое, требуется… Алло? Алло?..
Сяо Лин в растерянности сбросила вызов, и доктор Цзин тут же осведомился:
— Родственникам сообщил?
— Сообщил. Только договорить не успела, как он бросил трубку. Неизвестно даже, явится ли…
Чунь Цзы наконец провозилась с аппаратурой и доставила ее на место, еле отбрехавшись от лишних вопросов. Заметив, что аппарат прибыл, доктор Цзин больше не стал медлить. Натянув защитную маску от мелкодисперсных частиц, он лично встал за пульт — на кону стояла человеческая жизнь.
— Доктор Цзин… Родственники еще не подписали согласие… Как же так…
Доктор Цзин даже не поднял головы, подключая прибор к розетке:
— Сяо Лин, запомни: в некоторых ситуациях нужно уметь отличать главное от второстепенного.
Цяо Мосяо гнал по дороге на предельной скорости, каждую секунду чувствуя, как сердце подступает к самому горлу. Почему он в реанимации?.. Будь оно все проклято!
Шэн Сяобао послушно сидел в машине, которую реквизировал для них его «муж-папочка», не смея даже дышать. Тем временем Чжэн Хуань и Вобо с пассиями продолжали выяснять отношения с Цзю Линем в том мрачном захолустье.
После долгих и отчаянных попыток реанимации доктор Цзин наконец устало покачал головой:
— Чунь Цзы, Сяо Лин, подойдите, помогите. Все же придется проводить плодовый дренаж.
Обе медсестры замерли от шока. Проводить мужчине… плодовый дренаж?
— Чего стоите столбом? Живо сюда!
Две молодые девушки отбросили в сторону шок и встали по обе стороны от доктора Цзин, ассистируя ему. Они и представить не могли, что, стараясь избегать работы в родильном отделении из-за боли от потери невинных детей, столкнутся с тем же самым в отделении скорой помощи, да еще и при столь редкой необходимости делать дренаж мужчине.
Прошел час, но для обеих противоборствующих сторон эти шестьдесят минут тянулись мучительно долго, словно целых два десятка лет, заставляя каждого острее чувствовать быстротечность уходящей жизни.
Наконец Лу Цяочэня перевели в палату высшего класса — это было куда лучше ожидавшегося морга.
У Чунь Цзы на глаза навернулись слезы. Она устроилась в больнице сравнительно недавно и еще никогда не видела ничего подобного.
— Доктор Цзин, значит ли это, что он поправился, или…
Доктор Цзин впервые отвел взгляд, чувствуя себя неуверенно:
— Я пока не могу сказать наверняка. Его внутренние органы слишком сильно повреждены, остается надеяться, что он выкарабкается. И хочется верить, что преступник не уйдет от возмездия. По крайней мере… за то, что он лишил этого парня зрения.
Чунь Цзы кивнула. Она уже успела просмотреть медицинские показатели: зрительные нервы пациента были тяжело повреждены, и восстановить зрение представлялось крайне маловероятным. К тому же никто не знал, как нервное расстройство отразится на его дальнейшей жизни.
Появление пылающего жаждой убийства Цяо Мосяо не стало для доктора Цзин неожиданностью — в конце концов, они встречались далеко не в первый раз, если считать все три их мимолетные встречи.
Впрочем, вряд ли Цяо Мосяо запомнил его. Едва переступив порог, он в ярости схватил доктора за воротник и приподнял над полом:
— Предупреждаю: если ты его не вылечишь, вся ваша больница заплатит своими жизнями за каждое ухудшение в его состоянии!
Шэн Сяобао пот Lся головой о подмышку Лу Баобея и тихонько пожаловался:
— Муж, твой папочка такой страшный… Даже страшнее моего папы.
Лу Баобей протянул руку и уткнул Шэн Сяобао носом себе в грудь, после чего одарил косисившегося на него Цяо Мосяо фирменной улыбкой.
Доктор Цзин сохранял завидное хладнокровие. Не обращая внимания на угрозы Цяо Мосяо, он обстоятельно и методично изложил состояние Лу Цяочэня и обрисовал самые мрачные возможные сценарии, под конец сухо посоветовав тому морально подготовиться.
То ли восхищаться железной выдержкой доктора Цзин, то ли…
Цяо Мосяо жаждал сорвать злость, но нетерпение поскорее увидеть Лу Цяочэня пересилило, и он отпустил доктора, бросившись прямиком к больничной койке.
Лу Цяочэнь едва дотягивал ростом до метра семидесяти, и на этой огромной постели казался совсем крошечным и чужеродным. К изголовью крепилась капельница с пакетом крови, а его лицо было настолько лишено красок, что казалось мертвенно-бледным. Сердце Цяо Мосяо сжалось от боли, такой сильной, будто из него кусок за куском вырывали плоть; казалось, лежащий перед ним человек может в любой момент растаять и исчезнуть.
Доктор Цзин вошел в палату с папкой медицинских сводок в руках. Даже Лу Баобей в душе невольно зауважал этого врача — надо же иметь столько мужества, чтобы в присутствии его грозного папаши раз за разом говорить вещи, бросающие вызов любым дозволенным границам.
http://bllate.org/book/22029/2290298
Готово:
