А!
Раздался полный боли вопль. Ма У, который еще мгновение назад прижимал Цзюнь Тяньяо к земле, широко раскрыл глаза, а его лоб был залит кровью.
Хрусть! Хрусть!
Его голова, словно заржавевший механизм, медленно повернулась. Последнее, что он успел увидеть — это бледное, ледяное лицо.
Когда Ма У рухнул, открыв окровавленную половину тела Цзимо Ци, Цзюнь Тяньяо на мгновение ощутил неловкость. Цзимо Ци, чье тело было на пределе сил, все еще крепко сжимал в руке острый окровавленный камень. Стало ясно: он, будучи при смерти, бросился на помощь тому самому негодяю, который совсем недавно хотел воспользоваться ситуацией и ударить его исподтишка.
Даже для Цзюнь Тяньяо, который привык считать себя безжалостным и бесстыдным, это было неловко. Но странный звук заставил его отбросить эти неуместные чувства: тот самый здоровяк, которого он ударил в пах, осторожно пытался сбежать в сторону леса.
За те несколько мгновений, что прошли, он успел отбежать уже на десяток шагов.
— Хе-хе, хочешь сбежать…
Злобно усмехнувшись, Цзюнь Тяньяо искривил губы в ухмылке. В его глазах блеснул опасный огонек, и он неторопливо вытащил кинжал из рук Ма У. Сверкание холодного металла, короткий взмах — и огромная фигура впереди рухнула на землю, сраженная кинжалом, вошедшим в спину по самую рукоять.
— Бинго! Прямо в цель!
Цзюнь Тяньяо и сам не понимал, что с ним происходит. Он просто подумал, что убил уже столько людей, а то, что его недавний крик был пропитан злобой, понял бы даже дурак. В присутствии Цзимо Ци он больше не мог притворяться невинным зайчиком, так что стоило ли вообще сдерживать свою натуру?
Его довольная, радостная улыбка в лунном свете напоминала демоническое очарование, пробуждая в душе ледяное, странное чувство.
Он ожидал услышать ненависть и проклятия, но, к своему удивлению, Цзимо Ци произнес слова, от которых у него на лбу проступили черные полосы:
— Твоя улыбка… такая красивая!
Ошеломленный и не веря своим ушам, Цзюнь Тяньяо медленно обернулся. Глядя на пошатывающегося черноволосого юношу, он слегка нахмурился и больше не стал скрывать свою неприязнь:
— Ты что, глупый?
Он вел себя как невинный кролик, притворяясь, что хочет сблизиться с ним, спасая его, а тот взял и повелся. А теперь, когда истинная сущность Цзюнь Тяньяо была полностью обнажена — если не сказать кровожадная и порочная, то уж точно эгоистичная и бессердечная — он всё равно находит ее красивой?
— Я никогда не лгу.
Глаза Цзимо Ци были темными и опасными. В них появилось гораздо больше спокойствия и твердости, чем в той недавней застенчивости. Но Цзюнь Тяньяо этого не заметил — он уже успел повесить на юношу ярлык: внешне холоден, но в душе горяч, наивный простак.
— Ци-гэгэ…
Маленькое тело, ступая мягко и грациозно, словно кошка, подошло к Цзимо Ци. Цзюнь Тяньяо накручивал на палец прядь волос, свисавших до плеч, приподнял свои круглые глаза и позвал его детским, нежным голосом. Несмотря на юный возраст, в нем сквозило странное искушение, отчего голова Цзимо Ци, и без того кружившаяся, стала болеть еще сильнее.
Цзимо Ци слегка потер виски, пытаясь подавить неуместное головокружение, но услышал лишь еще более резкие и неприятные слова:
— Ты сейчас хвалишь мою улыбку — это ты дурак или я?
Темные глаза, не мигая, уставились на Цзюнь Тяньяо. В их пустоте он не смог разглядеть мысли Цзимо Ци. Это ощущение потери контроля разожгло в глубине души Цзюнь Тяньяо пламя ярости.
— Ты хоть понимаешь, что значит убивать людей? Ты же знаешь, что я все это время тебя обманывал? Скажу прямо: я всегда считал тебя жирным барашком, глупым и богатым!
Маленький белый пальчик слегка коснулся груди Цзимо Ци. Там было горячо, но Цзюнь Тяньяо не обратил на это внимания, чувствуя лишь, как внутри него все закипает от злости:
— Все, что ты видишь — это ложь!
Холодный, словно демон из ада, Цзюнь Тяньяо исказил свое маленькое личико. И он сам, и его характер — всё это было фальшью. Внезапно он вспомнил свою первую встречу с Цзюнь Тяньяном: маленький, жестокий юноша хотел убить своего старшего брата, рожденного от наложницы. Телохранители падали один за другим, и остался только тот мужчина в белом с теплой улыбкой. Что он тогда сказал?
Твоя манера убивать… так прекрасна. Эти слова лишили его сна на многие ночи, породив жгучую ненависть.
— Поэтому, Ци-гэгэ, не вини меня!
Раз уж карты раскрыты, Цзюнь Тяньяо не заботило, что придется убить еще одного человека. В конце концов, он сам вернулся. Злоба в его глазах разгоралась всё сильнее.
Сердце стучало, словно барабан. Цзюнь Тяньяо широко расставил пальцы и с силой надавил на горячую грудь, не ожидая сопротивления. Но прежде чем его «тонкие нити» успели коснуться тела Цзимо Ци, тот без всякого предупреждения начал заваливаться на маленькую фигурку Цзюнь Тяньяо.
Вся жажда крови, все воспоминания рассыпались в прах. Не успев увернуться, Цзюнь Тяньяо со скрежетом зубов подхватил это худое, но довольно тяжелое тело:
— Эй! Очнись! Черт возьми, ты что, хочешь раздавить меня?
Надув губки, Цзюнь Тяньяо оглядел безмолвную округу, затем перевел взгляд на три трупа у своих ног и выдохнул:
— Ладно, ладно, видно, не суждено тебе сегодня умереть, ты как раз вовремя отключился…
Бормоча себе под нос, Цзюнь Тяньяо, поддерживая потерявшего сознание Цзимо Ци, зашагал в сторону леса. Он не знал, были ли у тех пятерых сообщники, так что лучше было уйти отсюда.
Проходя мимо, Цзюнь Тяньяо мимоходом полоснул кинжалом по забытому мешку, проделав в нем дыру длиной в фут. Кажется, кто-то внутри открыл глаза, но у Цзюнь Тяньяо не было обязанности тащить на себе еще одну обузу.
Сделать доброе дело в свободное время не значит быть святошей.
— Шурх… шурх…
Звук шагов отдавался в ушах. В жуткой ночной тишине это звучало пугающе, и Цзюнь Тяньяо невольно прижался к Цзимо Ци. Материалист из Поднебесной, пережив трансмиграцию, иногда был готов молиться всем небесным богам.
Цзюнь Тяньяо не заметил, как в глазах юноши, на которого он опирался, на мгновение промелькнула нежность.
В лунном свете два следа сплетались воедино, словно они были самыми близкими людьми, которых невозможно разлучить.
http://bllate.org/book/21941/2279441
Готово:
