Хэ Лянчэнь снова зачерпнул еду, и Лу Юй продолжил есть!
Так они, наверное, кормили друг друга неизвестно сколько времени. Лу Юй уже физически не мог впихнуть в себя ни кусочка, но Хэ Лянчэнь сейчас походил на бездушного робота для кормления — он снова подцепил палочками кусок чашуо из своей пиалы и протянул со словами:
— А-а-ам!
— Я правда больше не могу, братишка!
Лу Юй прикрыл рот рукой и едва не задохнулся от позывов к рвоте — от одного запаха мяса его уже воротило!
Хэ Лянчэнь вдруг замер, прикрыв рот ладонью, и во все глаза уставился на Лу Юя. Неужели... он в положении? Я же вроде ничего с ним такого не делал! Похоже, теперь я обязан нести за него ответственность!
— Хэ Лянчэнь, дай мне стакан воды! Хэ Лянчэнь?
Позванив несколько раз и не дождавшись ответа, Лу Юй нахмурился: что этот придурок на этот раз вытворяет? Будь у меня зрение, я бы этой чмошной морде уже давно навалял! Стоп, погоди-ка, если бы я видел, разве стал бы я вообще от него зависеть?
— А, а, вода-вода-вода!
Хэ Лянчэнь в спешке протянул стакан. Только что он отвлекся и снова по-идиотски залип на него! В очередной раз мысленно отругав себя, он подумал: не слишком ли сильно он помешан на чужой красоте?
Хэ Лянчэнь, мать твою, приди в себя!
— Ты что, хочешь мне воду прямо в нос залить?
Погруженный в процесс самобичевания молодой господин Хэ заметил, что со стаканом в руке приткнулся прямо к ноздрям Лу Юя. Он тут же аккуратно поддержал стакан снизу, помогая парню пить, и, несмотря на всю свою толстокожесть, с легким смущением произнес:
— Извини, прости, пей давай, пей!
Лу Юй ломал голову над загадкой: это у меня крыша едет или он слепой?
Покончив с обедом, Хэ Лянчэнь решил дойти до святилища пешком — как раз отличный повод прогуляться и потратить калории. Поглядывая на голые деревья вдоль дороги, Хэ Лянчэнь замечтался: как же здорово было бы прийти сюда в сезон цветения сакуры! Лепестки кружатся по всему небу — до чего же романтично...
Они оба просто обожали сакуру. Нет, дело было даже не в конкретном цветке, а в самом ощущении падающих лепестков, когда идешь по аллее, сжимая в руке ладонь любимого человека, точь-в-точь как они сейчас! Как же хорошо! Как романтично!
Хэ Лянчэнь посмотрел на их сцепленные руки, потом скосил взгляд на идущего рядом Лу Юя: вот он, человек, которого я люблю!
В детстве, когда семья заставляла его учиться всему подряд, только бабушка прижимала его к груди и приговаривала, что в будущем он обязательно должен найти того, кто ему по-настоящему дорог. Пусть у этого человека не будет денег и внешность окажется заурядной, но главное — чтобы он относился к нему с добротой, не предъявляя завышенных требований и не заставляя перекраивать себя ради чужих стандартов. Иначе так можно и потерять самого себя — нужно искать того, кто будет принимать тебя со всеми недостатками!
Хэ Лянчэнь считал, что Лу Юй идеально вписывается в бабушкины стандарты для выбора спутника жизни, даже перевыполняет план: богат, красив, да еще и заботится о нем!
С тех пор как они сбежали из дома, они зависели только друг от друга. Три бурных года в старшей школе посреди шумной компании друзей он как-то не осознавал, насколько Лу Юй важен для него и как сильно тот о нем заботится. Но после переезда в другой город, когда привычный галдеж вокруг внезапно стих, оставив их вдвоем, всё стало кристально ясно!
Проверить чувства Лу Юя оказалось не так уж сложно. Хэ Лянчэнь качнул их соединенные руки и, включив привычный режим наглого вымогателя, заныл:
— Папа, а давай в этом году на мой день рождения приедем сюда посмотреть на сакуру!
Первой реакцией ленивого Лу Юя было: как же это хлопотно!
Прямолинейные слова сорвались с языка сами собой:
— В городе Р разве нет своего парка сакуры?
— Нет, я хочу именно сюда! Здесь атмосфера совсем другая! Хочу увидеть прародителя всех вишневых деревьев! — продолжал канючить Хэ Лянчэнь, не собираясь отступать.
Лу Юй подумал про себя: этот гад всё такой же неисправимый засранец! Если я сейчас же не соглашусь, он же начнет выносить мне мозг посреди улицы! Ему-то плевать на стыд, а вот мне перед людьми совестно!
— Ладно-ладно, увидим твоего прародителя! Увидим! — выпалил Лу Юй наотмашь, лишь бы не позориться за границей — у него всё-таки имелся статус публичной персоны, которую нужно держать!
Услышав это, Хэ Лянчэнь аж расцвел: ну надо же! Только посмотрите! Мой папочка меня любит! У меня прибавилось еще капелька уверенности, что я смогу увести его из-под носа у той легендарной девицы, и занять место законной супруги станет лишь вопросом времени!
Лу Юй услышал донесшийся сбоку смешок. Чего это он так мерзко хихикает? Я же просто согласился составить ему компанию на день рождения, когда зацветет сакура! Больше-то я ни на что не подписывался, верно?
Эти дни выдались слишком странными, ненормальными какими-то! Небесный Владыка и Владычица Мать, умоляю, верните мне зрение! Как только вернусь, сразу же пожертвую денег на ремонт мостов и дорог, только дайте мне снова прозреть и как следует отметелить этого фантазера, что вечно витает в облаках! Я больше не могу это терпеть!
Как говорится, бьет — значит любит, ругает — значит жалеет. Пожалуй, мне стоит проявить к нему еще больше нежности!
Если я не прозрею в ближайшее время, то всерьез начну опасаться, что этот тип заведет меня в какую-нибудь глубокую канаву!
И сколько мы уже тащимся? Разве мы не собирались в какое-то святилище? У этого храма что, ноги отрасли? Мы делаем шаг вперед, а он отступает на целый метр? Нет, надо спросить!
— Хэ Лянчэнь, мы еще не дошли до святилища?
— Пришли, прямо перед нами! Я проведу тебя внутрь! Этот храм приносит удачу в любви, пошли, заглянем за компанию! У Хэ Лянчэня были свои скрытые мотивы: он до последнего молчал о том, что они уже пришли, потому что хотел сделать Лу Юю сюрприз!
Добравшись до подножия горы, где стояло святилище, он с раздражением подумал, что этот девайс для выгула детей жутко ему мешает! Без него он мог бы идти, приобняв Лу Юя за плечи, а так — вынужден довольствоваться лишь переплетенными пальцами...
А что, если мне отстегнуть его?
Хэ Лянчэня озарила догадка!
— Лу Юй, давай я тебя на спину возьму? Здесь слишком много ступенек! — предложил он.
Лу Юю сейчас меньше всего хотелось думать о том, нести его на спине или нет. Ему срочно требовалось в туалет — он выпил слишком много супа! Ухватившись за руку Хэ Лянчэня, он легко похлопал его по плечу:
— Сначала отведи меня в туалет!
— Туалет? Сейчас посмотрю... туалет, туалет... о, вижу! Общественный туалет чуть выше по тропинке! Придется всё-таки мне тебя нести! Сначала я расстегну эту детскую упряжь... — Хэ Лянчэнь отстегнул поводок от запястья Лу Юя и уже было собрался взвалить парня себе на спину, но не тут-то было — получил отказ.
— У меня есть ноги, я сам дойду! Лучше давай командуй мне голосовым навигатором!
Хэ Лянчэнь полагал, что при ленивом характере Лу Юя тот ни за что не откажется от бесплатного транспорта в виде чужой спины, но никак не ожидал в нем такой тяги к независимости! Заметив на лице Лу Юя выражение нетерпения, он решил не затягивать и, придерживая за локоть, повел его в сторону уборной.
— Я постою снаружи, если что — зови! — Хэ Лянчэнь завел Лу Юя в кабинку, помог сориентироваться, где находится унитаз, а сам остался стоять на страже, словно храмовый дух-добык.
Лу Юй за последние дни уже почти привык к слепоте, так что поход в туалет прошел без особых препятствий. Стоило ему толкнуть дверь кабинки, как его руку тут же перехватили. Хотя он и догадался, что это Хэ Лянчэнь, тело всё равно сработало на рефлексах — хотелось увернуться.
— Это я! Не бойся!
Хэ Лянчэнь поспешно заговорил, крепко сжав ладонь Лу Юя. Он заметил, как сильно тот пугается резких прикосновений, и понимал: если заранее не обозначиться, в следующую секунду Лу Юй уложит его на лопатки. А в боевых навыках этого парня сомневаться не приходилось!
Сичжилан Сано!
Провозившись добрую половину дня, они наконец-то смогли нормально погулять по святилищу. Опасаясь непредвиденных обстоятельств, Хэ Лянчэнь снова пристегнул поводок! Раз уж артефакт выдан, значит, и выгуливать подопечного придется до конца!
Лу Юй слегка качнул запястьем, к которому крепился поводок, чувствуя себя несколько неловко. Он, конечно, понимал, что Хэ Лянчэнь действует из лучших побуждений, но эта штука на руке заставляла его чувствовать себя собакой на прогулке!
И тут возникал резонный вопрос: кто здесь собака?
Но точно не я.
— Пошли-пошли, сначала помоем руки в источнике, а потом пойдем звонить в колокол и загадывать желания! — Хэ Лянчэнь возбужденно потряс их соединенные руки, резвясь точь-в-точь как ребенок.
Лу Юй тоже заразился этим подъемом и с улыбкой ответил:
— Хорошо~, пошли!
Хэ Лянчэнь привел Лу Юя к ритуальному водоему, сначала тщательно омыл ему руки, потом себе, а в конце смочил пальцы водой и легонько коснулся сперва губ Лу Юя, а затем своих.
Считается ли это поцелуем через посредника?
Определенно считается!
Мимолетная мысль принесла молодому господину Хэ массу удовольствия.
Лу Юй не имел ни малейшего понятия, что у Хэ Лянчэня на уме и чем он там занимается, поэтому просто позволял делать с собой всё что угодно — в его положении оставалось лишь относиться ко всему проще! В конце концов, кто в детстве не играл в куклы Барби!
Войдя во внутренний зал, Хэ Лянчэнь крепко сжал руку Лу Юя, помогая тому звонить в колокол, а затем подсказывал, когда нужно поклониться и сделать три хлопка!
Наконец наступил черед загадывать желания!
Сложив ладони вместе, Хэ Лянчэнь мысленно взмолился: О божества островного государства, умоляю, помогите мне в будущем увести этого товарища из-под носа у той удивительной девицы, к которой он неравнодушен, и занять законное место его второй половинки! А еще — чтобы я мог каждый день держать Лу Юя за ручку и целовать его в губы. Ну а если удастся затащить его в постель — вообще прекрасно! Вы же все тут, божества, наверняка знакомы друг с другом? Перекиньтесь парой слов в мессенджере, выручите друг друга, помогите мне исполнить это скромное желание!
Закончив молиться, Хэ Лянчэнь критически оценил свой список: не слишком ли многого он просит? Впрочем, неважно — пусть исполнят хотя бы что-то одно, мне хватит!
Распахнув глаза, он посмотрел на стоявшего рядом Лу Юя: интересно, о чем же попросил он?
А желание у Лу Юя было самым простым: лишь бы все мечты Хэ Лянчэня поскорее сбылись!
Стоило им выйти из храма, как Хэ Лянчэнь не выдержал:
— Лу Юй, а ты что загадал?
— Если скажешь вслух, не сбудется!
— Да ты шепни мне на ушко, божества не услышат! А даже если и услышат — не страшно, вернемся на родину и сходим к нашим отечественным богам на поклон! — с умным видом рассуждал Хэ Лянчэнь.
Лу Юй подумал про себя: ишь как этот хитрый жук всё рассчитал! Словно шашлычки на шпажках ест — одно доел, берется за следующее!
— Не скажу.
— Ну скажи-ка~ — Хэ Лянчэнь принялся раскачивать руку Лу Юя, включая режим брутального кокетства.
— Бесполезно, хоть умоляй, не скажу. Сдавайся! Этот твой приемчик на меня больше не действует! Еще хоть звук издашь — отлуплю! — бросил Лу Юй и потер плечи, по которым побежали мурашки. С каких это пор навык выпрашивания у этого парня стал развиваться с такой пугающей прогрессией?
Тьфу~
— Братишка Лу Юй~
От этого слащавого обращения только что исчезнувшие мурашки вернулись с удвоенной силой. Стряхнув руку Хэ Лянчэня, Лу Юй пригрозил ему пальцем:
— Отвали, бесстыдник! Сам старше меня, а еще братишкой называет!
— Да я тебя вообще папой зову! Кто сказал, что в день рождения нужно смотреть на месяц рождения? Разве не по цифрам возраст меряют? Ты в сентябре родился, а я в апреле! Девять больше четырех, значит, ты старше! — включил дурака Хэ Лянчэнь.
— То, что я старше тебя — факт, о котором достаточно знать нам двоим. Не обязательно орать об этом на всю заграничную улицу!
Хэ Лянчэнь с удивлением посмотрел на Лу Юя:
— За границей вообще-то тоже ограничения по скорости действуют, следи за языком!
— Всё равно я ничего не вижу, так что буду нести что попало!
Хэ Лянчэнь: «......»
В этот момент Хэ Лянчэнь заметил впереди парочку, которая делала селфи на телефон. Скосив взгляд на Лу Юя, он подумал, что Лу Юй выглядит намного симпатичнее той девчонки, да и сам он явно привлекательнее того парня!
Я тоже хочу фото!
— Лу Юй, давай сфотографируемся на память! Столько дней здесь торчим, а совместного снимка до сих пор нет. Пусть сакуры нет, но зимний пейзаж тоже по-своему красив! Сойдет и так!
Лу Юй приподнял бровь: прикинув всё в уме, он понял, что совместных фото с Хэ Лянчэнем у них и правда почти не сохранилось, и согласился.
Хэ Лянчэнь снова взял его за руку, подвел к раскидистому дереву, в очередной раз отстегнул поводок и, приобняв Лу Юя за плечи, принялся щелкать кадры на телефон! Пользуясь тем, что Лу Юй ничего не видит, Хэ Лянчэнь исхитрился встать под таким углом, что на снимке они выглядели так, будто целуются!
Эту фотографию он непременно поставит на заставку!
Лу Юй снова превратился в бездушный аппарат для фотосессий.
Ладно-ладно, побуду разок добрым папашей! Пусть тешится, как хочет!
Прикинув, что до ярмарки еще уйма времени, Хэ Лянчэнь решил немного поводить Лу Юя по окрестностям, а ближе к вечеру вернуться на гулянья и ужин.
Но едва он выпрямился, как в животе резко кольнуло. Неужели съел что-то не то с утра? Хотя вроде бы не так уж много...
— Ты чего замер, Хэ Лянчэнь? — Лу Юй услышал сдавленное шипение и принялся шарить руками вокруг, пока не нащупал Хэ Лянчэня — тот согнулся пополам, прижимая руку к животу. Тревога в голосе усилилась: — Живот болит?
Хэ Лянчэнь поморщился и выдавил короткое: «Угу». Природа звала так настойчиво, что терпеть больше не было сил!
— Тогда бегом в туалет, чего стоишь? Я буду ждать тебя прямо здесь! Никуда не уйду!
Превозмогая боль, Хэ Лянчэнь выпрямился, усадил Лу Юй на скамейку и с тревогой наказал:
— Телефон держи наготове, у тебя в быстром наборе мой номер первый! Туалет метрах в двухстах позади тебя, вправо. Если что случится или дозвониться не сможешь — иди туда! А-а~
— Ладно-ладно, беги уже! Я буду ждать тебя здесь! — Лу Юй легонько хлопнул Хэ Лянчэня по плечу, подгоняя.
— Если что, кричи громче, я услышу! — не унимался тот, терзаемый дурными предчувствиями.
Лу Юй уже устал с ним возиться — этот тип явно воспринимал его как ученика младшей школы. Придав лицу максимально раздраженное выражение, он принялся выгонять его:
— Знаю я, беги давай! Неужели я за те пару минут, пока ты облегчаешься, успею потеряться? Проваливай в туалет!
— Я пошел тогда!
— Иди уже.
— Чуть что — кричи! — донеслось из-за спины, когда Хэ Лянчэнь уже сделал пару шагов.
Лу Юй выругался сквозь зубы:
— Катись отсюда!
Хэ Лянчэнь двигался по принципу «два шага вперед — оглядка назад», и лишь убедившись, что Лу Юй сидит на месте и не двигается, со всех ног припустил к туалету!
— Эх, и когда же это пройдет... — Лу Юй закинул голову к небу и тяжело вздохнул, уставившись невидящими глазами ввысь.
Стоило Хэ Лянчэню уйти, как накатило непривычное чувство одиночества! Вокруг стояла звенящая тишина! Посидев какое-то время смирно, он погрузился в фантазии, представляя себя в режиме виртуальной реальности.
Лу Юй воображал, будто прямо за его спиной растет вишневое дерево — огромное-огромное! Подует легкий верочек, и лепестки вишни с тихим шорохом полетят вниз. Замечтавшись, он медленно протянул руку, пытаясь поймать воображаемые падающие цветы.
Погруженный в грезы, он вдруг услышал совсем рядом щелчок камеры. Решив, что Хэ Лянчэнь уже вернулся, он с улыбкой бросил:
— А ты быстро управился!
А ведь и правда шустро облегчился~
Но вместо ответа Хэ Лянчэня раздался голос с заметным японским акцентом, говоривший по-китайски:
— Вы... китаец?
Лу Юй опустил руку, лицо его мгновенно подобралось, превратившись в маску настороженности:
— Кто ты? Это ты сейчас щелкнул?
— Простите, я просто не смог сдержаться! Здесь было так красиво, что мне обязательно захотелось запечатлеть это на память! Вы меня не помните? Я тот самый парень со лыжного склона, который звал вас посоревноваться, но вы мне отказали!
Лу Юй нахмурился: мир и впрямь тесен! Уже в третий раз натыкаюсь на него! И после моего отказа он всё еще полон энтузиазма подходить и здороваться?
Чудак какой-то.
— Вы случайно не ослепли? Это снежная слепота? — с этими словами незнакомец попытался протянуть руку и коснуться глаз Лу Юя.
В этот момент уровень бдительности Лу Юя достиг пика. Почувствовав движение в опасной близости от лица, он молниеносно перехватил чужое запястье:
— Все вокруг только и говорят, какая здесь вежливая нация. Разве ты не должен был сначала назвать свое имя, а не распускать руки?
— Простите-простите, я не хотел вас обидеть! Меня зовут Сичжилан Сано, но можете называть меня моим китайским именем — Гото!
Сичжилан Гото? Какое оригинальное имя придумал для него какой-то шутник!
— Я Лу Юй, китаец! — в свою очередь представился он.
Сичжилан опустился рядом на скамейку и принялся в упор разглядывать глаза Лу Юя:
— Вы повредили глаза в тот день на курорте? Как жаль, что такая красота скрыта темнотой...
— Через пару дней пройдет.
Я же не навсегда ослеп, с чего это он вдруг развел тут такие жалостливые разговоры?
Сичжилан пошарил по карманам, достал визитку и вложил ее в ладонь Лу Юя:
— Это моя визитка, я врач-офтальмолог. Если симптомы снежной слепоты не пройдут, обращайтесь, я очень хорош в своем деле!
Слушая этот ломаный китайский с японским акцентом, Лу Юй невольно усмехнулся — до чего же забавное произношение!
— Вы так красиво улыбаетесь! А глаза... глаза у вас самые красивые! — не скупясь на комплименты, продолжал восхищаться Сичжилан.
Вот в чем разница между простым восхищением и настоящей любовью: для одержимого фанатика Хэ Лянчэня у Лу Юя даже волоски на голове были прекрасны, не говоря уже о глазах!
Лу Юй сунул визитку в карман и с улыбкой отозвался:
— Спасибо за комплимент.
— Пусть мои слова прозвучат немного внезапно, но я всё же скажу: вы мне нравитесь. Я влюбился в вас с первого взгляда — мне нравятся ваши глаза и та свобода, с которой вы неслись по склону. Это правда завораживает! — Сичжилан смело подался вперед и взял Лу Юя за руку.
Лу Юй опешил от такой прямоты, но шок длился всего несколько секунд. Быстро отняв руку, он холодно и спокойно произнес:
— Извини, у меня уже есть любимый человек.
Наблюдавший за этой сценой от начала до конца молодой господин Хэ мысленно поставил парню жирный лайк: сработано блестяще!
Выбежав из туалета, Хэ Лянчэнь издали заметил незнакомца, подсевшего к Лу Юю. Сердце тут же заколотилось от паники, он бросился вперед со всех ног — и угодил как раз к моменту признания! От увиденного его тут же защемило изнутри от ревности! Он уже собирался вмешаться, как услышал ответ Лу Юй: ну просто красавец, весь в своего папочку!
Отказ прозвучал четко и безапелляционно! А теперь на сцену выхожу я!
— Лу Юй, я вернулся! — Хэ Лянчэнь подбежал, перехватил руку Лу Юя и бросил свирепый взгляд на храбреца, решившего признаться его возлюбленному. Твою мать! Да это же тот самый тип, что пытался полапать Лу Юя на горнолыжке! Каким ветром его сюда занесло?!
— Его зовут Сичжилан Сано, — коротко представил соперника Лу Юй.
Услышав это имя, Хэ Лянчэнь едва не расхохотался прямо на месте: Сичжилан Гото (желе) — это же самый ненавистный снек его папочки! Он уже проиграл хотя бы по имени! Какое тебе Сичжилан, я тебе сейчас покажу Сияющий Барашек!
— Здравствуйте, я Сичжилан Сано, приятно познакомиться! — Сичжилан вежливо протянул Хэ Лянчэню руку.
Хэ Лянчэнь приподнял бровь, с готовностью пожал ее, расплывшись в сияющей улыбке, но при этом вложил в рукопожатие всю свою силу:
— Я Хэ Лянчэнь, взаимно!
Вздумал увести у меня человека? Мне плевать, Сичжилан ты или Серая Шкура, я тебе все кости переломаю!
Почувствовав мертвую хватку, Сичжилан растерянно хлопал глазами, совершенно не понимая, в чем провинился. Попытавшись вытянуть руку и потерпев неудачу, он выдавил:
— Послушайте, мистер, вы...
Не дав ему договорить, Хэ Лянчэнь резко разжал пальцы, брезгливо вытер руку о куртку, словно измазался в чем-то липком, но этого ему показалось мало — он тут же принялся тереть ладонь о рукав одежды Лу Юя, будто распыляя по нему парфюм!
Сичжилан бросил взгляд на их соединенные руки и, кажется, начал догадываться, в чем дело. Заметив этот взгляд, Хэ Лянчэнь переплел их пальцы еще крепче: мол, у кого есть хоть капля соображения, тот должен сразу убраться восвояси!
Но Сичжилан оказался парнем уникальным — ни капли смущения на лице. Напротив, он пошел напролом:
— Скажите, вы — тот самый человек, которого любит Лу Юй?
Хэ Лянчэнь качнул их сцепленные руки, снизу вверх глянул на соперника и изогнул бровь:
— А сам-то как думаешь?
Лу Юй сидел рядом, тихо улыбаясь и сохраняя молчание.
— Думаю, да, — честно ответил Сичжилан.
— Сразу видно — офтальмолог! Держи заслуженный лайк! — Хэ Лянчэнь тут же задрал вверх большой палец.
Сичжилан слегка покрутил в руках фотоаппарат и с извиняющейся улыбкой произнес:
— Я действительно искренне восхищаюсь мистером Лу Юем и очень им дорожу. Мне уже достаточно того, что я смог открыто сказать о своих чувствах. И напоследок... могу ли я сохранить ту фотографию мистера Лу Юя, которую я только что сделал? Она потрясающая~
— Можно.
Лу Юй кивнул. Этот островитянин показался ему на удивление забавным: у него и акцент смешной, и сам он какой-то простодушный. Получив отказ, он вовсе не рассердился — открытый и искренний парень!
Хэ Лянчэнь медленно повернул голову к Лу Юю с выражением полного шока на лице! Он-то рассчитывал, что Лу Юй с порога завершит этот разговор, а тот взял и разрешил!
http://bllate.org/book/21928/2278266
Готово:
