— Молодой господин, — Лу Цзю вовремя перехватил длинную иглу, которую Ли Жолю намеревался вонзить себе в глаз, и тихо вскрикнул.
— Это ты, Лу Цзю! Почему еще не спишь в такой поздний час?
Ли Жолю открыл глаза, тут же прикрыл их обратно, безвольно уронил руки и приник к краю купальни.
Лу Цзю скользнул взглядом по старым шрамам на его гладкой спине, в глубине души почувствовав укол жалости. Он осторожно вытащил иглу и принес халат:
— Молодой господин, вода остыла, пора выходить.
— А-а-а…
Ли Жолю, одевшись, не переставал зевать и, совершенно потеряв всякий вид, распластался на столе.
— Раз ты здесь, то где Хунсю?
Лу Цзю, вытирая полотенцем его длинные волосы, ответил:
— Я нажал ей на точку сна.
Ли Жолю повернул голову:
— Ах ты! Все еще не доверяешь ей!
— Человеческие сердца непредсказуемы, мне спокойнее оставаться в тени.
Черные, словно атлас, волосы Ли Жолю были очень приятны на ощупь и легко выскальзывали сквозь пальцы.
— Ты собираешься уйти?
— Лекарство для молодого господина еще не доставили, я подумал…
Ли Жолю прижал руку Лу Цзю к столу, округлил глаза и указал на ущербную луну за окном:
— До этого еще почти десять дней!
— От Подземной Стражи пришло известие: не хватает одного компонента.
Лу Цзю почувствовал холодные руки человека перед собой. Был уже четвертый месяц, и хотя на нем было надето много одежды, а в комнате горели серебряные угли, тело его, казалось, никогда не излучало тепла.
Ли Жолю, услышав это, как всегда, не придал значения:
— Все равно это лишь облегчает симптомы, пропущу один прием — ничего страшного. Подземная Стража охраняет покой страны, тратить их силы ради меня — просто расточительство.
— Как это может быть пустой тратой? Вы очень важны для Государства Юэ.
— Полукалека, стоит ли обо мне жалеть?
— Если Его Величество услышит такие слова, он разгневается.
— Тогда не говори ему! Лу Цзю, ты моя Подземная Стража, а вечно гнешь линию в другую сторону, хм!
— Молодой господин!
— Тс-с! Ты слышишь? Кажется, снаружи шум.
Услышав это, Лу Цзю одним движением оказался у окна. Осторожно приоткрыв щелку, он долго и внимательно наблюдал, но не заметил ничего подозрительного. В недоумении он обернулся и увидел, что Ли Жолю уже забрался под одеяло и притворился спящим, отчего лишь тяжело вздохнул.
На следующий день после возвращения в семью Жун.
Сад Лантин.
Ли Жолю сладко спал, когда Хунсю вытащила его из теплой постели. Ли Жолю, с трудом разлепив глаза, в мятой одежде и без конца зевая, был крайне недоволен:
— Хунсю, небо упало?
— Небо на месте, зато в семье Жун котел взорвался.
Котел? Какой еще котел?
— Молодой господин, из Резиденции министра прибыли люди с тремя огромными сундуками. Сейчас все члены семьи Жун собрались в передней.
Говоря это, Хунсю протянула ему теплое полотенце.
— Вот как? Пойду посмотрю, как приведу себя в порядок.
Ли Жолю облачился в светло-голубой халат, на поясе закрепил изысканный кошелек, а черные волосы перехватил лентой, отчего выглядел необычайно утонченно. Как только он вошел, все присутствующие перевели на него взгляды.
Ли Жолю ступал медленно, с ленивым выражением лица, являя собой образ хрупкого красавца. Члены семьи Жун отреагировали по-разному: Жун Янь, охваченная ревностью, первой же взглянула на своего мужа, но Лю Цянь уже стал осторожнее и, не смея поднять глаз, едва не просверлил в полу дыру.
Ли Жолю не собирался приветствовать домашних — он с любопытством уставился на три больших сундука.
— Ваш слуга Бо Ци приветствует молодого господина.
Возглавлял делегацию молодой человек, одетый как ученый.
Ли Жолю кивнул с интересом:
— Что это?
— В ответ господину: я исполняю волю министра, который велел мне проведать вас.
Едва он договорил, сопровождающие открыли все три сундука одновременно, и по комнате пронесся вздох изумления. В одном — золото, серебро и нефрит, во втором — шелка и парча, в третьем — ценные лекарственные травы.
— Ого!
Хунсю вскрикнула, тут же зажала рот рукой, а ее глаза засияли, как звезды.
Ли Жолю смотрел на блестящее золото, и на душе у него стало радостно, но внешне он сохранил невозмутимость и с недоумением спросил:
— Господин министр уже прислал свадебные дары, это что же…
Бо Ци с подчеркнутым почтением доложил:
— Господин не знал, привыкли ли вы к жизни в родном доме, поэтому приказал подготовить кое-что еще. Скажите, где вы живете, и мои люди отнесут это в ваши покои.
— О, вот оно что. Благодарю господина за заботу. Я живу в Саду Лантин, в той части, что побольше.
Услышав это, Жун Юцай молча вытер пот со лба: хорошо-то как! Ло Жуфан изо всех сил прижала к себе готовую выйти из себя Жун Янь.
Ли Жолю наблюдал за их лицами и улыбался все очаровательнее. Глядя на три полных сундука, Хунсю пришла в восторг:
— Молодой господин, сколько же тут денег! Служанка впервые видит такое богатство!
Ли Жолю уставился на сундуки, и что-то пришло ему в голову:
— Хунсю, как думаешь, сколько свадебных даров прислал Цянь Юань?
— М-м, не знаю. Мы с вами вернулись, но я ни от кого не слышала и сама не видела.
Хунсю погладила мягкую парчу, мысленно уже прикидывая, какие наряды сошьет из этого для господина.
Ли Жолю усмехнулся:
— Разве мы не узнаем, стоит лишь взглянуть на список даров!
— Молодой господин, вы хотите сказать…
— Свадебные дары предназначены мне, я должен на них взглянуть.
— Сейчас же пойду найду Жун Эра!
Хунсю, будучи умницей, уже привыкла к стилю поведения Ли Жолю: стоило ему сказать хоть слово, как она мгновенно понимала его намерения. Когда она попросила список, Жун Эр, хоть и удивился, но все же достал его из кладовой.
Ли Жолю просмотрел опись — для ранга министра это были весьма щедрые дары. Разбогател! Разбогател!
— Кхм-кхм, Хунсю, семья Жун — богатые купцы, они ведь не станут зариться на мои восемь сундуков с дарами, верно?
Хунсю прикрыла рот рукой:
— Конечно! Семья Жун ворочает огромными капиталами, им такие мелочи не нужны!
Ли Жолю довольно кивнул и с самым серьезным видом произнес:
— Вот и отлично! Пошли, Хунсю, заберем дары!
— Слушаюсь.
Жун Юцай, услышав доклад Жун Эра, выплюнул чай и опешил:
— Что ты сказал? Жун Жо пришел требовать свадебные дары?
— Молодой господин с утра велел Хунсю забрать список, я не подумал о последствиях и отдал его.
— Ты… — Жун Юцай от ярости готов был распустить руки.
Ло Жуфан тоже принялась его отчитывать:
— У тебя свиные мозги? Разве Жун Жо прост? Если он что-то затеял, жди беды.
После вчерашнего случая Ло Жуфан ненавидела Жун Жо всей душой.
— Жун Эр, с чего ты вдруг так поглупел? — Жун Юцай был крайне недоволен поведением слуги.
Получив нагоняй от хозяев, Жун Эр чувствовал себя обиженным: издревле свадебные дары передавались семье невесты… ну, или мужа… то есть той стороне, в которую входили, и он совершенно не подумал об этом аспекте!
— Где он сейчас?
Раз дело дошло до такого, нужно решать вопрос, нельзя позволять Жун Жо вертеть ими как вздумается, решил Жун Юцай.
— Молодой господин в передней.
— Идем!
В передней Ли Жолю попивал чай, расставляя распоряжения слугам, чтобы те красиво разложили три тарелки с закусками. Увидев число три, супруги Жун невольно вспомнили о только что полученных трех сундуках, и сердце у них сжалось от боли. Они совершенно не заметили, что Хунсю, которая обычно следовала за ним по пятам, сейчас рядом нет.
Жун Юцай подошел к столу, но Ли Жолю даже не поднял глаз, продолжая наслаждаться чаем, отчего тот в ярости тяжело опустился на стул. Увидев, что муж сел, Ло Жуфан сразу заняла место рядом, в ее глазах блеснула жестокость.
Ли Жолю усмехнулся, отставил чашку и прямо спросил:
— Где мои свадебные дары?
Жун Юцай не собирался идти на поводу:
— Издревле дары принадлежат родителям. Хоть наша семья и не нуждается в деньгах, в вопросах этикета мы всегда строги.
Ли Жолю сложил руки на столе и подпер подбородок, глядя на него с предельной серьезностью:
— Вот оно что! Что ж, справедливо. Семья Жун — влиятельный дом, думаю, когда придет время выдавать замуж Ло Юна, вы станете для него надежной опорой.
http://bllate.org/book/21905/2275650
Готово:
