Лысый, то ли от головокружения, то ли от страха, едва не наложил в штаны — еще немного, и точно бы сошел с ума.
Был еще старик с двумя внучками-близняшками. Старик страдал тугоухостью и, похоже, деменцией, а внучки, судя по всему, еще ходили в начальную школу. Юй Вэнь не мог поднять руку на детей — это было бы уже физическим насилием.
Иностранец Майк знал всего два выражения — «Ни хао» и «Ни шо шэмо», от которых толку было ноль.
А Лао Юй… Лао Юй только и знал, что пить.
Юй Вэнь наконец прочувствовал всю глубину отчаяния своего брата.
***
922 заносил багаж в комнату и, заметив, что Юй Вэнь замер перед очагом, спросил:
— Советую тебе отойти от огня подальше. Не хватало еще сгореть заживо, так и не ответив на вопросы.
Юй Вэнь, махнув рукой на всё, подумал: «Плевать, лучше уж сгореть, хоть смерть будет яркой».
Он поднял взгляд на чердак.
Стекло было старым и мутным, а свет наверху — тусклым. Кто знает, что этот экзаменатор 001 сделает с его братом? А вдруг брат сейчас смотрит оттуда на них, видит, как они мечутся в панике, и разочарованно думает, что Юй Вэнь — никчемный слабак…
— Осталось пять минут, — напомнил 922.
Все вокруг засуетились.
***
В этом разваленном доме мест, где можно было жить, было мало, а мест, где можно было сидеть — и того меньше.
На обеденном столе стояла посуда, один из комплектов которой сулил смерть, поэтому занимать стулья наугад было нельзя.
922 покрутился с чемоданом по комнате и в итоге примостился на диване рядом со 154.
154 в недоумении прошептал:
— Разве босс не на чердаке?
— Знаю, — отозвался 922.
— Тогда зачем ты притащил сюда чемодан? Ждешь, что он сам его занесет?
— Оба тех, с кем лучше не связываться, сейчас наверху. Я пока не горю желанием туда соваться.
154 промолчал.
Трус.
922 поджал губы:
— Чего зыркаешь? Если такой смелый, иди сам.
154 выпрямился, наблюдая за экзаменуемыми:
— Я слежу за порядком.
— Разве тебя просили следить за ними? Тот, за кем нужно следить в первую очередь, сейчас на втором этаже.
— Босса вполне достаточно.
922 и 154 замолчали.
В конце концов 922 вздохнул:
— Я работаю экзаменатором уже три года… Хотя нет, даже если прибавить время, когда я сам сдавал экзамены, я еще не видел таких беспредельщиков.
Он думал, что 154 кивнет в знак согласия, но тот помолчал и ответил:
— Видел.
922 опешил:
— А? Кого? Когда?
154 кивнул в сторону чердака.
922 на мгновение завис, а потом его осенило… Точно! Как он мог забыть! Предыдущий такой же проблемный экзаменуемый позже стал экзаменатором 001.
Цинь Цзю в свое время довел систему до такой степени, что она чуть не развалилась.
— Кстати, я всегда хотел набраться смелости и расспросить босса о его былых подвигах, — сказал 922. — Ведь я видел их только дважды.
154 поспешно его осадил:
— Ты с ума сошел? Не вздумай!
922 не понял:
— Чего такого? Спрашивать нельзя? Заметил, как ты каждый раз меня перебиваешь, стоит мне заговорить о прошлом босса.
— Я боюсь, что ты слишком быстро отправишься на тот свет, — холодно отрезал 154. — Босс сам не помнит, что было раньше. Говорят, произошел какой-то сбой в экзаменационной системе, его задело, и он кое-что забыл.
922 застыл:
— Серьезно? Почему я не знал?
154 ответил с каменным лицом:
— Потому что ты только и умеешь, что жевать.
922 ошарашенно уставился на него.
154 добавил:
— Ты разве не замечал, что он сам никогда не упоминает прошлое? Когда я только стал экзаменатором, я однажды совершил глупость… В общем, я не хочу проходить через это снова, и ты наверняка тоже. Так что умоляю, придержи язык.
***
На чердаке единственная лампа не была включена.
Пространство здесь было небольшим, и свет снизу, пробиваясь сквозь люк и стекло, лишь слегка очерчивал контуры предметов.
За окном по-прежнему бушевала метель, с воем ударяясь о стены.
Ю Хо не сводил глаз с того, что происходило внизу. Он выглядел спокойным, словно не торопился, но в то же время его молчание казалось вынужденным. В глубине его глаз мерцал холодный свет, а серьга в ухе время от времени поблескивала.
Цинь Цзю немного понаблюдал за ним, а затем вдруг проговорил низким, ленивым голосом:
— Мы с тобой раньше не встречались?
Спустя какое-то время Ю Хо повернул голову. Его светло-карие глаза напоминали ледяное озеро в зимнюю ночь.
— Нет. Если бы встречались, в живых остался бы только один.
Голос Ю Хо звучал прохладно и насмешливо.
— Вот как? — Цинь Цзю прикусил щеку, словно всерьез обдумывая ответ, а затем согласился: — Жаль. Но, кажется, ты прав.
В этот момент лестница на чердак заскрипела.
Раздался голос 154:
— Босс, время почти вышло.
Следом донеслось бормотание 922, который, по-видимому, шел позади:
— Там наверху всё в порядке? Почему мне так не по себе?
154 шикнул на него:
— Заткнись.
— Босс, — 154 первым просунул голову в люк. — Вы спускаетесь? Пора сдавать работы.
Цинь Цзю спросил:
— Как успехи? Я видел, один паренек строчил без остановки.
922, еще не показавшись, подал голос:
— Бесполезно. Я не разглядывал, что именно он написал, но даже беглого взгляда достаточно, чтобы понять: если за такое дадут баллы, то я…
154: «…»
***
На буфете стояли старинные часы, и каждый щелчок секундной стрелки отдавался в тишине. Обычно на них никто не обращал внимания, но сейчас этот звук действовал на нервы.
Часы протикали несколько раз, и прокукарекал петух, возвещая о конце экзамена.
Три экзаменатора спустились вниз под этот тревожный звук. Чтобы не нарушить правила, они дождались последнего, девятого крика петуха, и только тогда развязали Ю Хо.
Люди, словно цыплята в корзине, забились в самый дальний угол подальше от двери, будто боялись, что если не наберут баллы, их вышвырнут из зала.
Почти все закрыли глаза, ожидая оглашения приговора.
Прошла минута.
922: — Может, текста слишком много и система зависла?
Не успел он договорить, как Стена ответов изменилась. Среди длинных и путаных записей в двух местах появились ярко-красные кружки.
Юй Вэнь выглянул из-за пальцев.
В одном месте был его ответ: «Коэффициент преломления».
В другом — рисунок, который Юй Яо добавила в самый последний момент: простая схема преломления света.
Рядом с красными кружками возникли цифры: 1 и 2.
Люди смотрели на цифры, не в силах осознать происходящее.
Стена ответов снова изменилась: все лишние ответы, не принесшие баллов, исчезли. На свободном месте появилась новая красная надпись:
«Бонусные баллы: из 13 человек погиб 1, требование задачи выполнено: 6».
«Дополнение: все остальные экзаменуемые выжили: 2».
«Итого за экзамен: 11 баллов».
В домике воцарилась тишина, а затем Юй Вэнь взвыл:
— Твою мать! Одиннадцать баллов! Я думал, мы трупы! А набрали одиннадцать!
— Брат! Видал?! Я заработал один балл!
922, оглушенный криком экзаменуемого, ошарашенно спросил 154:
— Система спятила? За убийство в задаче еще и бонусные баллы дают?!
Увидев, что 154 и сам в шоке, он перевел взгляд на Ю Хо.
Этот «большой босс», просидевший связанным больше двадцати минут, в одиночку заработал 8 баллов.
Ю Хо холодно наблюдал за его выражением лица и, протянув красивую руку, сказал:
— Дай голову, отпразднуем.
922: «…»
Система, подсчитав общую сумму, видимо, тоже сочла себя сумасшедшей. Помедлив, она выдала еще одну строку:
«Оформление: -2».
Итоговая сумма мигнула и превратилась из 11 в 9.
Юй Вэнь, который строчил как заведенный, сначала получил 1 балл, а потом потерял 2. Итого: минус один балл.
Поздравляем.
Как раз в тот момент, когда в домике царил хаос, надпись на Стене ответов сменилась:
«Условие: в домике охотника осталось 12 гостей и 12 комплектов посуды. По одному на каждого, больше никакой борьбы. Но тайна посуды всё еще скрыта, она таится под светом. Тот, кто сидит перед лицом заговора, столкнется с проклятием. Станешь ли ты этим человеком?»
«Задача: найти тот самый особый комплект посуды (не повредив его)».
«Тема: оптика».
«Бокал».
Как только задание обновилось, в домике раздался странный звук…
Словно острые ногти скребли по дереву.
— Кто? Кто это?
У всех волосы встали дыбом, они начали оглядываться, пытаясь найти источник звука.
В такой пугающей обстановке никто не хотел оставаться один, поэтому все сбились в кучу.
Вдруг кто-то закричал в истерике:
— Сзади! Сзади! Прямо у меня за спиной! Помогите…
Кричал Лысый.
Он был единственным, кто не лез к Стене ответов. С самого начала он сидел в одиночестве у обеденного стола, словно парализованный, вжавшись в выбранный стул.
Лысый, который до этого упал в обморок от страха перед Охотником А, теперь очнулся от скрежета.
Он рыдал, размазывая слезы и сопли:
— Оно прямо за спиной! Помогите! Спасите меня!
— Но за тобой никого нет… — тихо сказала Юй Яо.
— И правда, никого…
Услышав это, Лысый зарыдал еще сильнее.
Остальные не решались подойти, лишь махали ему руками:
— Не сиди просто так! Иди сюда, скорее!
— Я не могу! Этот стул… я не могу встать, он меня держит! — в панике лепетал Лысый.
— Ты хочешь сказать, что стоит сесть на этот стул, как уже не встать?
— Да! Он хочет моей смерти! Хочет, чтобы я умер! — выл Лысый.
Люди в ужасе отпрянули от стола, но Ю Хо в одиночку направился к нему.
— Брат? — позвал Юй Вэнь.
Он хотел удержать Ю Хо, чтобы тот не рисковал, но, вспомнив, на что способен его брат — и взглянув на свой позорный минус один балл — решил последовать за ним.
Они обошли стул Лысого и наконец поняли, откуда шел звук: на спинке стула невидимая рука скребла дерево, обнажая светлую сердцевину.
— Оно пишет?! — воскликнул Юй Вэнь.
Ю Хо коротко отозвался: «М-м».
У этого «большого босса» терпения к призракам было гораздо больше, чем к людям, поэтому он просто стоял рядом, сложив руки на груди.
Экзаменуемые, помедлив, потянулись за ним и спрятались у него за спиной.
— 12! Там написано 12! — крикнул Татуированный.
Следом заскрежетало на соседнем стуле.
Ю Хо шагнул к нему, и толпа двинулась следом. Он остановился, и все резко затормозили.
«…»
Ю Хо начал подозревать, что они сдают не физику, а игру «догони-поймай».
***
Скрежет продолжался пять минут, пока на каждом стуле у стола не появилась цифра.
От 1 до 12. Всё стало предельно ясно: чтобы найти особый комплект посуды, нужно было просто записать номер на Стене ответов.
Юй Вэнь предположил:
— Мой ответ и ответ сестры Юй Яо засчитали, потому что они связаны с преломлением. Значит ли это… что для поиска посуды тоже нужно использовать преломление?
— Должно быть, так, — зашумели остальные. — Но что такое преломление?
Юй Вэнь: «…»
Его ошарашенный вид был настолько комичен, что Юй Яо не выдержала и прыснула со смеху.
Она постоянно плакала, выглядела хрупкой и несчастной. Это был первый раз, когда на ее лице появилось что-то, кроме слез, и она сама удивилась этому.
Постояв немного, она вдруг вернулась к людям и принялась терпеливо объяснять им, что такое преломление.
Юй Вэнь, придя в себя, поднял голову и заметил, что Ю Хо о чем-то задумался.
— Брат… — он тихо подобрался к нему.
Юй Вэнь проследил за его взглядом: там были старики, старый диван и три экзаменатора, которые никуда не уходили.
Он прошептал:
— На что ты смотришь?
Ю Хо перевел взгляд на него.
Юй Вэнь втянул голову в плечи:
— Ладно-ладно, забей, я ничего не спрашивал.
***
Хотя они пережили сдачу работ и выиграли еще 6 часов, никто не чувствовал облегчения.
Все разглядывали посуду на столе, как будто оценивали антиквариат.
— Эту тарелку можно трогать? — пробормотал Татуированный. — Если я возьму её, это не сочтут за выбор стула?
— Лучше не трогай, смерть…
Лао Юй не успел договорить, как Ю Хо взял один бокал.
— …неизбежна! — закончил Лао Юй.
Татуированный закатил глаза.
Люди с тревогой смотрели на Ю Хо, но, увидев, что тот спокойно стоит и его не припечатало к стулу, успокоились и тоже начали брать посуду.
— Как у тебя хватает смелости! — Лао Юй поспешил к племяннику. — А вдруг взять бокал тоже считается?!
Ю Хо взял второй бокал:
— Не считается. Я уже брал один на кухне.
Лао Юй: «…»
Ты еще и гордишься этим?
Лао Юй закипал от злости, но из страха не решался отчитать племянника, лишь сверлил его взглядом там, где тот не видел.
— Пап, подвинься.
Юй Вэнь отодвинул отца и потянулся за серебряной ложкой. Ничего не обнаружив, взял вилку.
На первый взгляд всё было самым обычным: белые тарелки без узоров, простые приборы.
Когда он потянулся за соусником, то вдруг заметил, что его брат не трогает ничего, кроме бокалов.
— Брат, почему ты смотришь только на бокалы? — не удержался он.
— Остальное не нужно, — Ю Хо отставил третий бокал и отошел от стола.
— Не нужно? — Юй Вэнь замер.
Пока он тупил, Татуированный, человек нетерпеливый, уже осмотрел почти всё. Он раздраженно буркнул:
— В этом хламе ничего нет, какая еще тайна!
Другой экзаменуемый добавил:
— Задание становится всё непонятнее, даже подсказок нет, как искать?
***
Ю Хо присел на корточки рядом с телом Охотника А и поднял осколок стекла.
Для него подсказок в задании было уже достаточно.
На кухне он уже подшутил над Охотником А и заметил, что тот был крайне привязан к этим вещам. А когда Охотник А разбил бокал, в условии задачи появилось уточнение: «осталось 12 комплектов».
Это значило, что для системы единственной важной частью комплекта был бокал.
Значит, тайна определенно скрыта в них.
Юй Вэнь, который всё это время смотрел на Стену ответов, внезапно хлопнул себя по бедру и подскочил:
— О! Брат, я понял! Остальное — мусор! Только бокалы — настоящая посуда!
Люди, держащие в руках тарелки, вилки и ложки, замерли.
Юй Вэнь замахал руками:
— Хватит смотреть на них, смотрите только на бокалы!
Он подбежал к Ю Хо, плюхнулся на пол и потребовал похвалы:
— Я ведь довольно сообразительный, да?
Ю Хо равнодушно хмыкнул.
***
Однако радость длилась недолго.
Вскоре все снова приуныли.
Они осмотрели каждый бокал, дышали на них, пытались согреть, трясли, переворачивали — никакой тайны не было.
На диване 922 хрустнул пальцами:
— Я немного нервничаю и хочу есть. Работа экзаменатором всегда такая изнурительная?
154 ответил:
— Терпи. Еще 36 часов впереди.
922 выглядел отчаянно.
Цинь Цзю подпер голову рукой, его взгляд скользнул по столу в дальний угол.
Там Ю Хо, стоя к ним спиной, рассматривал осколки. Его плечи и спина напряглись, создавая четкий силуэт.
Цинь Цзю долго смотрел на него, а потом вдруг спросил:
— Вы раньше его не встречали?
154 опешил:
— Кого?
922 впал в ступор:
— А?
Эта реакция сказала всё за себя.
Цинь Цзю помолчал и лениво добавил:
— Никого. Если проголодались, идите на кухню, перекусите.
154 и 922 взглянули на кухню и ответили с каменными лицами:
— Совсем не голодны.
Через несколько секунд 922 поднялся, потирая руки:
— М-м… схожу-ка я на кухню, прогуляюсь.
154 не выдержал:
— Ты серьезно? Ты готов есть после того, что там было?
— Я просто посмотрю, — отрезал 922.
Когда он ушел, 154 еще немного понаблюдал за экзаменуемыми, и вдруг до него дошел смысл вопроса Цинь Цзю. Он глянул на Ю Хо, потом на босса.
После минутного молчания их босс наконец подал голос:
— Я что, помер, что вы так смотрите на меня, как на покойника?
154: «…»
Цинь Цзю бросил на него взгляд:
— Есть что сказать — говори.
154 взвесил слова:
— Я просто хотел сказать… если бы мы встречались, этот господин, который постоянно нарушает правила, наверняка бы нас узнал.
Цинь Цзю снова перевел взгляд на Ю Хо.
Через мгновение он ответил:
— М-м.
154 был прав. Если бы они действительно встречались, реакция была бы другой.
Не может же быть, чтобы каждый встречный терял память, как он. Слишком уж невероятное совпадение.
***
922 покрутился на кухне, но в итоге решил сменить дислокацию.
Он вернулся к дивану, открыл чемодан, достал гриль и коробку нарезанной говядины. Только он открыл крышку, как услышал крик Юй Вэня:
— Брат, не надо!
Три экзаменатора обернулись и увидели, как Ю Хо взял донышко бокала, которое держал Охотник А, и стукнул им по краю стола.
Раздался хруст.
Донышко отломилось еще сильнее…
У 922 дрогнула рука, и говядина вывалилась ему на штаны.
Он посмотрел на остатки еды и спросил 154:
— Четыре нарушения — это повод взять его к нам в коллеги? Я больше не хочу быть его экзаменатором.
154: «…»
Кто захочет — тот идиот.
***
Экзаменуемые подпрыгнули от страха, Лао Юй заметался:
— Ты! Опять ты! Разве не сказано было: нельзя повреждать посуду?! Ты… эй!
Ю Хо, разглядывая осколок, даже не поднял головы:
— Я знаю, что делаю.
922: «…»
Положи руку на сердце и скажи еще раз, что ты знаешь?!
Человек, который питается нарушениями правил, заявляет, что знает меру? У него вообще есть совесть?
В комнате наступила тишина.
http://bllate.org/book/21805/2256673
Готово:
