Чжо Линъэр ничего не оставалось, как начать поиски в море духовной энергии И Жань. Обычно жизненная сущность неразрывно связана с душой. Душа практикующего, как правило, уязвима, поэтому она прячется в нижнем поле Даньтянь, тесно переплетаясь с морем сознания. Однако Даньтянь И Жань напоминал бескрайний океан — Чжо Линъэр не то что жизненную сущность, она даже саму душу найти не могла.
Прошло много времени, столько, что даже Чжо Линъэр начала утомляться. И наконец, посреди духовного моря она заметила маленький островок, окутанный морской водой.
Островок излучал приглушенное золотистое сияние. Чжо Линъэр не могла разглядеть его отчетливо: каждый раз, когда она пыталась всмотреться, глаза начинало нестерпимо жечь.
Она стиснула зубы и направила туда еще одну порцию божественного чувства, используя прежнюю как щит для защиты новой. Едва взглянув, она тут же была отброшена мощной волной энергии, которая вышвырнула её из Даньтяня И Жань.
У неё закружилась голова, и лишь спустя долгое время она смогла прийти в себя.
И Жань почувствовала, как её Даньтянь нанес ответный удар, и не смогла этому помешать. Глядя на маленькую лисичку, которая зажмурилась от боли, она невольно почувствовала вину.
— Как ты? Ты в порядке?
Маленькая лисичка пошевелила ушками и лишь спустя мгновение покачала головой.
И Жань, не понимая, что происходит, достала из накопительного кольца флакон с пилюлями среднего уровня. Это были пилюли Возвращения Истока — лучшие из тех, что сейчас могла изготовить секта Цинфэн.
Она высыпала одну пилюлю на ладонь и поднесла к мордочке лисички. Та, несмотря на сильную головную боль, прекрасно знала, что это такое — её носик уловил знакомый аромат. Хотя для неё эта пилюля была почти бесполезна, всё же лучше, чем ничего. В конце концов, сейчас она чувствовала себя настолько скверно, что у неё не было сил даже на простейшее заклинание.
И Жань с тревогой смотрела на неё — лисичке явно не становилось лучше.
Давно, еще когда мастер Чунхуа пытался исследовать её Даньтянь, он тоже ушел ни с чем. Если бы Божественные Очи Пурпурного Мрака можно было использовать на себе, она бы не стала беспокоить лисичку.
Прошло слишком много времени...
И Жань уже двадцать лет не могла сформировать Золотое Ядро. Она ждала слишком долго и почти смирилась, а теперь, встретив бессмертного демона, хоть и не питала особых надежд, всё же хотела узнать причину.
Кто бы мог подумать, что это причинит лисичке такие страдания. В тот момент она лишь почувствовала, как что-то внутри Даньтяня самопроизвольно отторгает чужака, и все попытки И Жань взять это под контроль оказались тщетны.
И Жань погладила страдающую лисичку, помогла ей прийти в себя и стала бережно расчесывать шерстку на голове, надеясь, что ей станет легче.
Спустя долгое время боль в голове лисички наконец утихла.
Она медленно открыла глаза. Тот удар прошел сквозь её божественное чувство прямо по самой душе. И Жань была лишь на стадии Закладки Основания, поэтому лисичка поначалу не уделила должного внимания защите и в итоге сильно поплатилась.
Однако то, что она увидела в тот миг, поразило её куда больше, чем боль в душе.
— Тебе получше? — И Жань увидела, что Чжо Линъэр открыла глаза, и погладила её по головке.
— М-м, немного лучше.
— Прости, это моя вина. Я не смогла вовремя сдержать энергию.
Маленькая лисичка покачала головой:
— Нет, это я проявила неосторожность. Не ожидала, что твой Даньтянь окажется настолько необычным.
И Жань не осмелилась расспрашивать дальше. Судя по всему, лисичка тоже ничего толком не выяснила. Она лишь продолжила гладить её по голове, молча ожидая, что та скажет.
— Ты ведь знаешь, что такое жизненная сущность? — подумав, спросила лисичка.
Лишь бессмертные могут чувствовать жизненную сущность, а И Жань видела её воочию — это было поистине удивительно.
И Жань кивнула. С тех пор как она начала практиковать, она видела эту сущность, так что была с ней хорошо знакома.
— Я не могу разглядеть твою душу, но в тот миг я отчетливо увидела: твоя жизненная сущность, боюсь, состоит всего из одной нити.
— Одной нити?!
Жизненная сущность каждого человека уникальна, это основа основ. Чем чище и сильнее она, тем больше потенциал к совершенствованию.
Обычно жизненная сущность имеет форму шара. Даже у обычных людей она размером с мячик для пинг-понга. Как может быть всего одна нить?
— Именно так, одна нить. Тонкая и бледная. По логике вещей, у любого практикующего она должна быть размером с кулак, пусть даже не самая чистая, но точно не похожая на туманную нить.
Чжо Линъэр помолчала и продолжила:
— У Кэ Дун жизненная сущность очень чистая и округлая, хоть и поврежденная, но она реальна. А у тебя... то, что ты вообще смогла дойти до стадии Закладки Основания с одной-единственной нитью, просто невероятно.
Чжо Линъэр не знала светских приличий. На её месте другой человек не стал бы говорить так подробно и жестоко. Но она была прямолинейна и говорила всё как есть. Эти слова шокировали И Жань и принесли ей немалую боль.
Если бы, как у Кэ Дун, была лишь рана, её можно было бы восстановить. Но когда есть только нить — даже не за что зацепиться.
Больше всего Чжо Линъэр поражало то, что И Жань, имея лишь одну нить, умудрялась практиковать. У Кэ Дун повреждена сущность, поэтому каждый раз при циркуляции энергии она испытывает адскую боль. А И Жань спокойно дошла до Закладки Основания. Более того, её нить, хоть и была тонкой, оказалась чище, чем у самой Линъэр, и таила в себе мощь, возможно, даже превосходящую её собственную.
Это врожденное? Или она утратила свою сущность позже?
Если второе, то каким же колоссальным был её изначальный потенциал?!
Услышав это, И Жань внезапно всё поняла. Неудивительно, что даже камень измерения духовных корней не мог их определить.
Духовный корень — это внешнее проявление жизненной сущности, и его сила напрямую зависит от неё. Камень лишь считывает энергию корня, которую очерчивает жизненная сущность.
Вот почему, когда Кэ Дун брала камень в руки, тот ярко светился, а в руках И Жань оставался тусклым.
Их корни были схожи, но в то же время различны. Кэ Дун обладала мутировавшим небесным корнем, который выходил за рамки пяти стихий, поэтому камень реагировал на сильные колебания её жизненной сущности. У И Жань были все пять стихий и мутировавший корень, но из-за того, что жизненная сущность почти иссякла, камень просто не мог ничего уловить.
И Жань вздохнула, приняв свою судьбу.
Вот оно что...
Она редко была к чему-то привязана, но чувствовала, что сильно задолжала своему мастеру, Чунхуа. В секте Цинфэн её баловали, и хотя никто не говорил об этом вслух, все очень любили младшую ученицу.
Лишь в последние годы И Жань стала реже появляться в секте, и это чувство немного притупилось. Но каждый раз, когда она возвращалась, её встречали с теплотой.
После стольких лет практики нельзя сказать, что она совсем не знала мира, но и частью его она не стала.
Слова маленькой лисички окончательно разрушили её мечты о формировании Золотого Ядра.
Лисичка осознала, что её слова могли ранить И Жань. Ведь каждый практик стремится к вознесению. Без поддержки жизненной сущности путь совершенствования был отрезан.
Она нерешительно произнесла:
— У всего в мире есть причина и следствие. Может, когда-нибудь ты сможешь вернуть свою жизненную сущность?
Это было лишь утешение. Мир огромен, но никто никогда не слышал, чтобы жизненная сущность могла покинуть тело, и где её искать?
И Жань покачала головой:
— Ничего, я просто на миг поддалась чувствам. Я уже много лет не могу продвинуться дальше, так что теперь, когда я знаю причину, это своего рода завершение.
Она выпрямилась, посадила лисичку на стол и спросила:
— Тебе лучше?
— Просто сотрясение души, ничего страшного.
— Через пару дней, когда принесешь еще пилюль, я начну помогать Кэ Дун восстанавливать раны, хорошо?
Лисичка пошевелила ушками, подумала и, ради Кэ Дун, решила не таиться:
— Что тебе нужно? Может, я сама приготовлю пилюли?
Вспомнив недавнюю пилюлю, она подумала, что та, что использует ученица, ничем не лучше тех, что она может создать.
— Ты умеешь готовить пилюли? — И Жань была удивлена, но тут же вспомнила историю, которую рассказывала лисичка, и не стала расспрашивать. В конце концов, лисичка обучалась подлинному, настоящему мастерству секты Цинфэн. Оно было куда лучше того, что передавалось в секте сейчас.
— Какие пилюли тебе нужны? В прошлый раз я дала Кэ Дун пилюлю Умиротворения Души. У меня есть еще Девятикратная Восстанавливающая, подойдет? Или нужно что-то другое?
И Жань была поражена. Девятикратная Восстанавливающая пилюля была высшего качества, на голову выше тех, что были у неё. Не говоря уже о способе приготовления, сейчас даже материалов для неё было не собрать. Пилюля Умиротворения Души, хоть она и не знала её ранга, тоже была явно не из простых.
Маленькая ученица действительно нашла сокровище.
И Жань не была жадной. Раз они теперь заодно, она сказала прямо:
— Это слишком ценно. И в прошлый раз рана лишь затянулась. Мне нужны обычные пилюли Возвращения Истока, чтобы восстановить духовную энергию, этого будет достаточно.
— Пилюли Возвращения Истока? Те самые, что были сейчас? Тебе нужно только восстановить энергию? — Лисичка удивилась. Восстановление жизненной сущности — дело серьезное, как можно использовать такие простые пилюли?
И Жань раскрыла карты:
— Да. Я лишь на стадии Закладки Основания. Рана у Кэ Дун не сказать чтобы огромная, но и не маленькая. По моим подсчетам, потребуется сотня пилюль Возвращения Истока. Даже у меня их нет в таком количестве, всего пять штук. Поэтому мне нужно вернуться в секту и подготовиться. Сотня — это немало, потребуется время. Если у тебя есть хоть немного, было бы замечательно.
Нужны всего лишь пилюли среднего уровня для восстановления энергии... Это было несложно.
Дело не в материалах, просто у лисички в запасе остались только пилюли высокого уровня и выше. Использовать их на стадии Закладки Основания — слишком большая роскошь, да и организм может не выдержать. Но, учитывая бездонный Даньтянь И Жань и её широкие меридианы, возможно, это сработает.
Она подумала и, протянув лапку, достала маленький темно-зеленый флакон:
— Это пилюли Возвращения Истока с тремя полосками. Считаются пилюлями высокого уровня низшего качества. Ты сможешь их выдержать?
И Жань взяла флакон, открыла крышку и осторожно достала одну пилюлю. Она была размером с конфету, да и цветом похожа, только на коричневой оболочке виднелись три бледные серые полоски.
На вид разницы почти никакой. И Жань, не открывая Божественных Очей, не могла сказать, в чем именно отличие. Но она не боялась и слегка улыбнулась:
— Конечно.
Глава 46. Прошлая жизнь. Чжо Цин (Часть 1)
Пик Цинъюнь был лишь второстепенным пиком секты Цинфэн, но местом, где сходятся потоки энергии девяти драконов, поэтому духовной ци здесь было в избытке.
За пиком вздымались горы, поросшие густым лесом, где слышалось пение птиц, а внизу бежал чистый ручей. Кроме диких зверей, на всей горе жил лишь один человек.
Тихо и уединенно.
Как и в прошлые два поколения, любимый ученик главы секты жил на пике Цинъюнь в знак особого расположения. В этот раз там жила Чжо Цин, третья ученица главы секты, Ло Хуа.
На сосне, чей возраст был неведом, чья толщина ствола была сравнима с обеденным столом, стояла фигура в светло-голубом одеянии. Легкий толчок носком — и она пролетела сотни чжанов.
В горах было безветренно, но от быстрого движения полы её одежды развевались, а черные волосы вторили каждому движению.
Она не стала продолжать полет, а подпрыгнула, ступив на облако, и, почти достигнув вершины, извлекла из накопительного кольца деревянный меч.
Меч казался обычным куском коричневого персикового дерева, но на нем были вырезаны магические узоры. Стоило ей ступить на него, как меч вспыхнул лазурным светом, окружив её защитным барьером, сдерживающим порывы ветра.
Она направила духовную энергию и устремилась ввысь. Было начало часа Кролика, солнце только всходило, и лучи окрашивали облака в багрянец — зрелище было невероятно красивым.
Женщина с волевыми бровями слегка улыбнулась. В её улыбке читались мягкость, ясность и свобода.
Пока она любовалась видом, внезапно до её слуха донеслись жалобные стоны у подножия горы.
В этот момент она даже пожалела о своем остром слухе, но сердиться не стала. Сделав пике, она устремилась вниз.
На территории секты Цинфэн, конечно, была защитная формация, но она не была предназначена для того, чтобы захватывать горы и вредить живым существам. Обычные животные могли свободно входить и выходить, формация же блокировала лишь демонов, призраков и чужаков без опознавательных знаков.
Когда женщина приземлилась, вокруг никого не было. Возможно, потому что на всем пике Цинъюнь жила лишь она, Чжо Цин, и даже стражи не было.
Она не любила лишних людей и не обращала на это внимания. Стоя на деревянном мече, она огляделась.
В лесу она увидела маленькую белоснежную лисичку в крови, которая пыталась сбежать. Из-за своего крошечного размера она двигалась медленно, но очень ловко.
А по пятам за ней следовал огромный серый волк. Он скалил зубы, облизывался и шел шаг за шагом, словно играя с добычей.
Это была обычная пищевая цепь, и Чжо Цин не собиралась вмешиваться. У всего живого свои законы, и вмешательство означало бы впутывание в кармические узы.
Но когда она увидела, как маленькая белая лисичка, охваченная ужасом, бросила на неё взгляд, полный мольбы о помощи, она на мгновение замерла.
В тот миг, когда волчья пасть была готова сомкнуться на тельце лисички, деревянный меч с силой рассек воздух, пролетая мимо левой щеки серого волка.
Волк от удара повалился на землю, жалобно завыв, и злобно уставился на лисичку, которая только что вырвалась из его пасти. На щеке зверя остался глубокий шрам. Он глухо зарычал, выражая недовольство тем, что кто-то в небе помешал его трапезе.
— Уходи, я не хочу тебя убивать, — Чжо Цин не придала значения действиям волка. Будучи на стадии Зарождающейся Души, она не боялась дикого зверя.
Но она не хотела лишать жизни. Взмахнув длинным рукавом, она подняла волка порывом ветра и выбросила его за пределы леса. Она отобрала у него добычу, но взамен оставила ему несколько плодов.
Лисичка лежала на земле, едва дыша, её живот кровоточил. Она тяжело дышала, сознание постепенно меркло.
Мама, малышка, кажется, не выживет... Скоро я приду к тебе...
Даже если она спаслась от волка, раны были слишком глубокими, и она вряд ли продержалась бы дольше нескольких часов.
Чжо Цин нахмурилась, достала из кольца флакон с мазью от ран. Она взмахнула мечом, срубила дерево, наступила на ствол и, присев, положила лисичку на пень.
У неё не было элемента воды, поэтому она могла лишь использовать водную ци из воздуха, чтобы слегка очистить рану. Кончиком пальца она нанесла немного мази на живот лисички.
Мазь оказалась эффективной, и вскоре рана под воздействием духовной энергии начала затягиваться.
Духовная энергия согревала рану, прогоняя жгучую боль.
Лисичка с недоумением пошевелилась. Силы не вернулись, но она поняла, что этот человек не причинит ей вреда.
Лисичка была крошечной, её головка не больше кулака, а ушки — размером с фалангу пальца.
Чжо Цин, видя озадаченное выражение лисички, не удержалась от улыбки:
— Маленькая лисичка, как ты здесь оказалась одна?
Неизвестно почему, но лисичка лишь слегка качнула головой, и Чжо Цин отчетливо поняла, что она отрицает это.
Она с удивлением спросила:
— Эй, лисичка, ты понимаешь, что я говорю?
Белая лисичка наконец нашла в себе силы приподняться, посмотрела на чересчур шумного человека перед собой и кивнула.
Глядя на её пояс цвета лунного света, на кожу, сияющую на солнце, на мягкие, волевые черты лица и открытую улыбку, она услышала, как та говорит:
— Маленькая лисичка, твой разум уже пробудился, но ты совсем не практикуешь. Почему бы тебе не пойти со мной изучать путь Дао?
Глава 47. Кошачья лежанка
Когда Кэ Дун и И Баоэр вернулись, было уже около семи вечера. Они загнали машину в гараж и выгрузили пакеты.
Кэ Дун не стала стесняться И Жань: она купила десяток вещей — одежду, белье, — но не тратила деньги впустую на дорогие бренды, выбирая качественные футболки и джинсы средней ценовой категории.
Из предметов первой необходимости они взяли полотенца, зубные щетки, кружки. Кэ Дун с радостью заглянула в зоомагазин, купив лисичке игрушки и кошачью лежанку.
Лежанка была сплетена из ротанга, внутри обшита мягким пледом, сверху — подстилка и слой кораллового флиса. Очень уютно. Круглая форма с навесом создавала укромный уголок, где питомец мог бы с комфортом свернуться калачиком.
— Ты уверена, что духовному питомцу это нужно? — с любопытством спросила И Баоэр. Лежанка стоила как три-четыре футболки. Она не была жадной, просто сомневалась, стоит ли обращаться с духовным питомцем как с обычной кошкой.
— Лисичка ведь почти как кошка, верно? — Кэ Дун выбрала еще и миску с черно-белыми лапками и косточкой на дне.
Они провозились какое-то время, перенося пакеты в гостиную, но не заметили ни И Жань, ни лисички.
Кэ Дун, не разбирая вещей, помчалась наверх. Двери были закрыты. Она толкнула дверь своей комнаты и увидела лисичку, свернувшуюся клубком на кровати.
Услышав шум, лисичка дернула ушком, подняла голову и прищурилась, пытаясь разглядеть вошедшего:
— Ты вернулась?
Кэ Дун растаяла. Она подошла, улыбаясь:
— Да, я вернулась.
Она присела на край кровати и подхватила лисичку на руки, потирая её заднюю лапку. Лисичка уже привыкла к таким нежностям и позволяла себя тискать.
— Идем, покажу, я купила тебе подарок! — она поспешила вниз, совсем забыв про мастера, которую еще даже не видела.
Она ловко распаковала изысканную лежанку.
Маленькое гнездышко. Чжо Линъэр моргнула, глядя на Кэ Дун, не понимая, что это значит.
Кэ Дун наклонилась, посадила Чжо Линъэр в кроватку и укрыла маленьким пледом:
— Смотри, это твоя кроватка. Нравится?
Э? Кэ Дун не хочет спать со мной?
http://bllate.org/book/21774/2251720
Готово:
