Видя, что гнев Кэ достиг своего предела, Чжу Цин благоразумно отступила на шаг и произнесла:
— Я передала слова госпожи гуйфэй. А что именно решит делать госпожа Кэ — это уже не в ведении госпожи.
Сказав это, она перешагнула через порог и удалилась.
В комнате осталась лишь госпожа Кэ, сжимавшая в руке ожерелье. В ее глазах мерцали досада и жгучая обида. Спустя долгое время эти чувства утихли, скрывшись в самой глубине ее души. Вскоре покои госпожи Кэ наполнились лишь протяжными, жалобными всхлипами, похожими на вой раненого зверя.
***
На следующее утро.
Поскольку сегодня не нужно было идти на утреннее приветствие, Чу Сюаньмо наслаждался покоем. Однако он обещал встретиться с госпожой Кэ, а нарушать данное слово не собирался. Ближе к полудню, когда Е Шу вернулась, Чу Сюаньмо переоделся и приготовился к выходу.
— Любимая, куда это мы собрались? — Е Шу, следуя жестам Чэнь Юй, сбросила с себя тяжелое императорское облачение.
— Иду разбираться с твоими грязными делишками, — ответил Чу Сюаньмо, даже не подняв головы. Его слова повергли Чэнь Юй и Дин Сян в полное недоумение.
— О? Тогда я пойду с тобой! — Е Шу, накинув верхнюю одежду, которую протянула Чэнь Юй, ловко обхватила Чу Сюаньмо за талию.
Какая же она тонкая и мягкая, подумал он про себя.
— Отпусти, — голос Чу Сюаньмо внезапно стал ледяным, а брови дернулись от раздражения.
— Любимая, ты сопротивляешься? — голос Е Шу вдруг стал низким и вкрадчивым. — Неужели ты считаешь, что я обижала тебя последние дни?
На ее лице промелькнуло подобие нежности. Чу Сюаньмо хотелось задушить ее на месте. Как эта женщина может пользоваться его лицом, чтобы строить такие чертовы гримасы!
— Пойдем, любимая. Раз уж в последние дни я был к тебе несправедлив, то, конечно, компенсирую это в другом.
Е Шу, словно не замечая ярости Чу Сюаньмо, продолжала обнимать его за талию, увлекая за собой за порог. Дин Сян и Чэнь Юй, наблюдавшие за ними, лишь умилялись тому, как нежны друг с другом император и госпожа Е.
— Я велел тебе отпустить меня, ты оглохла?
Чу Сюаньмо чувствовал, что от этой женщины у него болит не только голова, но и все внутренности. Как на свете может существовать настолько бесстыжая особа?
— Какая ты горячая, любимая! — Е Шу не разозлилась, а рассмеялась и послушно разжала руки, однако кончиками пальцев успела провести по подбородку Чу Сюаньмо.
Понимая, что переходит границы, она поспешила вперед. Чу Сюаньмо сжал кулаки: он был готов вырвать душу Е Шу из своего тела. Эта женщина испытывала его терпение каждую секунду!
К тому времени, как Чу Сюаньмо справился с кипевшим внутри гневом, они уже вошли в Императорский сад. Госпожа Кэ ждала их там уже давно. Увидев, что император пришел вместе с ней, она невольно помрачнела.
Она присела в реверансе:
— Приветствую императора, желаю вам благополучия.
— Встань, — Е Шу слегка кивнула и, ухватив Чу Сюаньмо за запястье, уселась на каменный табурет.
Взгляд госпожи Кэ стал тяжелым.
— Не знаю, зачем госпожа Кэ пригласила госпожу Е, что случилось? — Е Шу взяла из рук Чэнь Юй лакомство и не спеша задала вопрос.
Госпожа Кэ не стала отвечать прямо, а перевела взгляд на Чу Сюаньмо:
— Я думала, что сегодня сестра придет одна. Не ожидала, что император будет сопровождать ее. Похоже, слухи последних дней правдивы, и сестра действительно пользуется величайшей благосклонностью.
— Госпожа Е ослепительно прекрасна и обладает кротким нравом, разумеется, я ее люблю, — Е Шу отправила лакомство в рот, легко произнося эти слова.
Кроткий нрав? Это описание никогда не подходило госпоже Е. Госпожа Кэ усмехнулась про себя, но внешне лишь согласно кивнула и достала шкатулку.
— Сегодня я хочу подарить сестре вот это.
Она пододвинула шкатулку ближе. Чу Сюаньмо равнодушно опустил взгляд и открыл её. Внутри лежало ожерелье из сине-красного агата. На вид ничего особенного, но от украшения исходил странный аромат. Женщины обычно не могут устоять перед такими вещами, и хотя Е Шу в прошлой жизни не была падкой на украшения, сейчас она проявила любопытство:
— Почему от этого ожерелья так сильно пахнет?
Госпожа Кэ едва заметно улыбнулась:
— Сестра, ты ведь сама подарила мне это ожерелье. Неужели забыла, что тогда говорила?
Она посмотрела на Чу Сюаньмо. У того дернулся уголок рта, а лицо едва не исказилось от досады. Откуда ему знать, что Е Шу дарила другим людям?
— Прошло слишком много времени, я уже забыла, — Чу Сюаньмо нашел оправдание, не заметив, как в глазах госпожи Кэ на мгновение мелькнула насмешка.
— У сестры столько дел, что немудрено забыть о такой безделице, — госпожа Кэ подняла ожерелье и крепко сжала его края.
Щелк!
Ожерелье, казавшееся цельным, внезапно раскрылось. Из него посыпался мелкий порошок, и резкий, душный аромат заполнил воздух. Е Шу и Чу Сюаньмо одновременно поморщились — запах был отвратительным.
— Сестра, этот аромат не кажется тебе знакомым? — госпожа Кэ, словно не замечая вони, собрала порошок в ладонь. — Ведь это ты сама пожаловала мне его. Как ты могла забыть?
В глазах госпожи Кэ играла улыбка, но Чу Сюаньмо видел в ней лишь бесконечную злобу. Почувствовав неладное, он инстинктивно схватил Е Шу за запястье, собираясь отступить, но в этот момент госпожа Кэ с диким оскалом выхватила спрятанный кинжал и бросилась прямо на него!
— Умри! Я убью тебя!
С этим криком она метнулась вперед.
— Вот черт! — воскликнула Е Шу. Ее тело среагировало быстрее мозга: она нанесла резкий удар ногой, выбив кинжал из рук госпожи Кэ на несколько метров.
Чу Сюаньмо, застигнутый врасплох, рухнул прямо в объятия Е Шу. Чэнь Юй заслонил их собой, гневно глядя на госпожу Кэ, и приказал стражникам:
— Она посмела напасть на императора! Схватить её!
Стража мгновенно скрутила нападавшую. Госпожу Кэ прижали к земле, но её ненавидящий взгляд был прикован к Чу Сюаньмо. Её голос, подобный демоническому шепоту из преисподней, был пропитан ядом:
— Это всё ты! Ты, дрянь, из-за тебя я не могу иметь детей! Я заставлю тебя заплатить, я убью тебя!
Взгляд Е Шу стал ледяным. Она отстранила стражников, схватила госпожу Кэ за подбородок и холодно произнесла:
— Кто дал тебе право так говорить?
http://bllate.org/book/21751/2248760
Готово:
