Шу Юньчжи последовал за Се Аньсюнем обратно в академию. На этот раз он явился в образе Третьего принца — в конце концов, личина главы Тяньцзигэ совершенно не подходила для появления в учебном заведении.
Он боялся навлечь на Се Аньсюня лишние неприятности.
Се Аньсюнь бросил косой взгляд на Шу Юньчжи, пораженный скоростью, с которой тот сменил наряд, но всё же произнес: — Третий принц обычно так занят, с чего это у тебя вдруг нашлось время заглянуть в академию?
— Аньсюнь, даже в гневе нельзя же так со мной обращаться, — вздохнул Шу Юньчжи. Кто же знал, что у Сун Хуя хватит наглости зайти так далеко? Знай он об этом заранее, ни за что не позволил бы ему вести себя столь вольготно.
— И на тебя, и на Сун Хуя я одинаково сердит. Он удумал такую глупость — с какой стати Шэн Хуай вообще его задевал? А ты... вечно твердил, что прекрасно понимаешь Сун Хуя, и ведь действительно понимаешь. — Закончив говорить, Се Аньсюнь повернулся и направился к своей комнате.
Шу Юньчжи уже хотел было броситься за ним в погоню, но его окликнул внезапно появившийся Государственный наставник: — Третий принц.
Шу Юньчжи замер на месте и мог лишь бессильно смотреть вслед удаляющемуся Се Аньсюню.
С недовольным видом он подошел к Фэн Цзину и бросил: — Что понадобилось Государственному наставнику в академию в столь поздний час?
Фэн Цзин бросил взгляд в сторону, куда ушел Се Аньсюнь, и протянул: — Третий принц так интересуется этим Се Аньсюнем?
Лицо Шу Юньчжи мгновенно ожесточилось, когда он посмотрел на Фэн Цзина: — С каких это пор делами нашего принца стал ведать Государственный наставник?
— Это не мое дело, прошу прощения. И всё же я вынужден заметить: Се Аньсюнь — всего лишь ученик академии. Третьему принцу не стоит концентрировать всё свое внимание исключительно на нем, иначе выйдет только хуже.
— Неужели нашему принцу еще и учиться у Государственного наставника, как поступать? — Шу Юньчжи отвернулся, больше не желая смотреть на Фэн Цзина. Этот человек вечно совал нос не в свои дела.
Он прекрасно помнил, что его покойную матушку погубили прошлый Государственный наставник и канцлер, а нынешний наставник вызывал у него лишь стойкое отвращение, поэтому он развернулся и покинул академию.
Се Аньсюнь шел к своей комнате, но не успел дойти до двери, как чей-то внезапно возникший силуэт преградил ему путь.
Он нахмурился и посмотрел на незнакомца.
Тот ответил ему пристальным взглядом: — Говорят, ты знаком с главой Тяньцзигэ?
— Ты еще кто? — брови Се Аньсюня сошлись на переносице. За всё время учебы в академии он этого человека не видел.
— Пэй Бонянь. Я лишь хотел сказать: если хочешь закрепиться в столице, приходи в полночь ко мне в комнату, я обязательно тебе всё объясню.
С этими словами Пэй Бонянь развернулся и ушел. Се Аньсюнь не придал его словам никакого значения и спокойно вернулся в комнату.
Линь Чэнъюй в это время сидел у окна с книгой. Заметив, что Се Аньсюнь вошел, он тут же заговорил: — Тот человек снаружи — побочный сын из поместья Динъюаньхоу. Он давно жаждет проявить себя и добиться успехов в роду Динъюаньхоу.
— Какое мне дело до его успехов? — Се Аньсюнь подошел к столу, налил себе чаю, осушил чашку, а затем взял лежавшую рядом книгу.
Линь Чэнъюй дважды выглянул в окно и, убедившись, что никого поблизости нет, заговорил тише: — Говорят, Динъюаньхоу спит и видит, как бы искоренить Тяньцзигэ по приказу императорского двора. Ранее он даже подослал в организацию своего человека, но глава Тяньцзигэ лично вычислил лазутчика и казнил его на месте. Раз уж этот Пэй Бонянь ищет с тобой встречу, скорее всего, он хочет заставить тебя втереться в доверие к Тяньцзигэ точно так же.
Се Аньсюнь на мгновение замер, поднял глаза и посмотрел в окно: до полуночи оставалось всего полчаса.
— К тому же этот Пэй Бонянь страсть как падок на женщин. Раз он назначил тебе встречу на полночь, наверняка преследует еще какие-то цели.
— Раз зовет — пойду. С чего он решил, будто может творить что вздумается лишь потому, что он побочный сын из поместья Динъюаньхоу? Спать.
Се Аньсюнь отложил книгу и поднялся, собираясь лечь в постель.
Линь Чэнъюй снова окликнул его: — Но ведь брат Шэн до сих пор не вернулся. Мы будем его ждать?
После всего произошедшего Шэн Хуай наверняка не смог бы вернуться. Се Аньсюнь тяжело вздохнул: — Ждать не нужно. Сегодня вечером он уже не придет.
— Вот как, — Линь Чэнъюй кивнул и, не став расспрашивать о причинах, поднялся, подошел к свече и задул ее.
На следующий день, едва забрезжил рассвет, к Се Аньсюню кто-то пришел со словами, что у ворот его дожидаются.
Он думал, что это Шу Юньчжи, но каково же было его удивление, когда рядом обнаружился еще и Сун Хуй.
Слегка нахмурившись, он подошел к Шу Юньчжи: — Вы чего здесь?
— Шэн Хуай разве не возвращался?
— Что? — Се Аньсюнь опешил. Разве Шэн Хуай не у Сун Хуя?
— Он пропал! Прошлой ночью я ненароком заснул, а проснулся — его уже след простыл, — Сун Хуй начал паниковать. Шэн Хуай был так слаб, а теперь еще и... Куда он мог направиться?
— Сперва поищем вокруг, а если и впрямь не найдем — отправимся в Юэчжоу, — Се Аньсюнь тоже забеспокоился. Он повернулся к Шу Юньчжи и спросил: — Разве ты не говорил, что за ним присмотрят?
— ...
Шу Юньчжи решил, что самой большой глупостью в его жизни было связываться с Сун Хуем.
Сун Хуй сам заварил эту кашу, пусть сам ее и расхлебывает. Зачем он вообще полез в это дело?
— Как только мы отбыли, я уже разослал людей из Тяньцзигэ на поиски.
— Мм.
Се Аньсюнь искренне дорожил Шэн Хуаем как другом, и теперь, когда тот пропал, он не мог не тревожиться.
— Аньсюнь.
Раздался знакомый мужской голос. Се Аньсюнь вздрогнул, резко обернулся и бросился к говорившему на всех парах.
— Отец? Вы как здесь оказались?
— У меня были дела в столице, вот я и заглянул повидаться с тобой.
В глазах Се Ци стояли слезы. Спустя мгновение он тяжело вздохнул: — Соскучился я по тебе... Думал забрать тебя обратно в Циньчжоу.
Се Аньсюнь на миг растерялся, а затем улыбнулся: — Отец, что вы такое говорите? Разве не вы сами меня сюда отправили?
— Да-да, отец совсем голову потерял, это я тебя отправил, — Се Ци смахнул слезы, выступавшие на глазах, и перевел взгляд на Сун Хуя. — Твой двоюродный брат вымахал таким большим, я бы его и не узнал.
На сердце у Сун Хуя скребли кошки, но он всё же подошел ближе и кивнул Се Ци: — Дядя.
— Ну хорошо-хорошо. Ахуй, раз уж Аньсюнь под твоей защитой в столице, я могу быть спокоен.
Сегодняшний Се Ци казался странным донельзя. Се Аньсюнь нахмурился еще сильнее и спросил: — Отец, с вами всё в порядке?
— Пустяки. Мне нужно идти по делам, вечером я навещу тебя.
— Хорошо.
Се Аньсюнь долго смотрел вслед удаляющейся фигуре отца, не в силах прийти в себя.
— Аньсюнь, в чем дело?
Услышав голос Шу Юньчжи, он наконец опомнился, покачал головой и ответил: — Мой отец сегодня ведет себя очень странно.
— То есть?
— Не знаю. У меня дурное предчувствие, будто что-то должно случиться, — голова Се Аньсюня начала побаливать. Он вздохнул, глядя на Шу Юньчжи: — Я пойду внутрь. Как только найдете Шэн Хуая, сразу дайте мне знать.
— Аньсюнь, ты всё еще дуешься на меня? — Шу Юньчжи поспешно окликнул его.
Не дав ему опомниться, он обхватил его за талию и затащил внутрь кареты.
Се Аньсюнь даже опомниться не успел, как Шу Юньчжи прижал его к мягким подушкам и принялся страстно целовать.
Лишь когда Се Аньсюнь начал задыхаться от нехватки воздуха, Шу Юньчжи соизволил отпустить его.
С глазами, подернутыми влажной дымкой, парень возмущенно выдохнул: — Ты что творишь?
— А если бы не так, разве стал бы ты со мной разговаривать? Больше смей меня не игнорировать. Если еще раз вздумаешь дуться, я прямо здесь, в этой карете, тебя...
— Больше не буду, не буду! — Се Аньсюнь поспешно прервал его на полуслове.
Он ни капли не сомневался, что Шу Юньчжи исполнит угрозу.
http://bllate.org/book/21733/2246367
Готово:
