Тот немного затекший и ноющий вхрустку шейный отдел под его пальцами быстро вернулся в норму. Поднявшись, он увидел пустой стул рядом с собой: судя по всему, Хуа Минцзюнь уже ушел. Он-то еще понимал, в какой момент тот перестал сидеть рядом, но вот когда именно тот исчез, осталось загадкой.
Налив в гостиной стакан воды, он поднял глаза и заметил, что дверь на кухню плотно закрыта. Приблизившись, можно было расслышать доносившиеся оттуда звуки — кто-то явно занимался там готовкой. Поколебавшись немного, он всё же толкнул дверь.
Перед его взором предстал Хуа Минцзюнь, стоявший на кухне в фартуке. В его движениях при нарезке овощей не чувствовалось ни малейшей неловкости, словно он привык готовить постоянно. Стоило ему небрежно бросить ингредиенты на сковороду, как по комнате отчетливо разнесся аппетитный аромат еды.
— Посиди пока в гостиной, обед будет готов с минуты на минуту! — Хуа Минцзюнь бросил на него короткий взгляд и снова уткнулся в свое дело.
Шан Сююнь шагнул в гостиную и, достав книжку, принялся ее листать. Еда, как и обещал Хуа Минцзюнь, подоспела быстро, и вскоре он уже выставлял на стол одну за другой тарелки с поднимающимся от них паром. Судя по цвету и аромату, блюда выглядели исключительно заманчиво, вот только из-за отсутствия пробы судить о вкусе оставалось лишь гадать.
— Отведай-ка того, что я приготовил своими руками! — Хуа Минцзюнь протянул палочки для еды Кэ Хуасиню. Он искренне радовался, что владел искусством кулинарии. Пусть в будни ему редко доводилось стряпать для себя, но ради него он был готов постараться.
— Очень неплохо, — кивнул Шан Сююнь. Обладая богатым жизненным опытом, он, разумеется, перепробовал бесчисленное множество изысканных блюд. Хуа Минцзюня, конечно, нельзя было назвать первоклассным шеф-поваром, но его стряпня определенно заслуживала высшей похвалы, превосходя даже кулинарные шедевры из пятизвездочных отелей этого мира. Он никак не ожидал, что президент какой-то компании способен так искусно готовить.
— И как по сравнению с Ли Цзяо? — Хуа Минцзюнь был уверен, что по части кулинарии укладывает Ли Цзяо на лопатки с большим отрывом, однако ему не терпелось узнать мнение Кэ Хуасиня. Если в глазах Кэ Хуасиня Ли Цзяо была любимым человеком, то всё, что он сам ни сотворил бы, вряд ли смогло бы с этим тягаться.
— Сравнивать тут нечего. — Кэ Хуасинь проглотил кусочек еды и только после этого произвел оценку: — Ли Цзяо умеет готовить разве что самую простую домашнюю еду. А тебя, судя по всему, обучал очень известный и авторитетный шеф-повар!
— …Пожалуй, так оно и есть, — признал Хуа Минцзюнь, кивнув. Он постигал кулинарное мастерство еще до поездки на учебу за границу: желая и на чужбине наслаждаться подлинной китайской кухней, он созвал бесчисленных мастеров своего дела на обучение. Естественно, его навыки стояли на голову выше того, что умела Ли Цзяо. Но от того, с каким усердием Кэ Хуасинь выгораживал Ли Цзяо, на душе у него всё равно скребли кошки.
Вспомнив всю собранную досье информацию об этом человеке, он поневоле воспринимал любую мелькавшую перед глазами женщину как потенциальную соперницу в любви. Особенно эту Ли Цзяо, занимавшую, судя по всему, какое-то особенное место в сердце Кэ Хуасиня. И в самом деле: почему, если во всех прочих случаях его романы длились от силы месяц, после чего пара неизменно разбегалась, Ли Цзяо умудрилась задержаться подле него на целых два года? И пусть они официально не состояли в отношениях парня и девушки, это зрелище невыносимо резало глаза!
— Ты закончил работу? — Хуа Минцзюнь подавил вспыхнувшее раздражение и изо всех сил постарался принять мягкий вид.
— Закончил. Можешь проверить: если что-то требует доработки, лучше вовремя внести исправления, — стоило зайти разговор о работе, как Шан Сююнь заметно посерьезнел.
— Я тебе доверяю. Раз покончено с делами, давай во второй половине дня как следует расслабимся и куда-нибудь выберемся развлечься, как тебе идея? — предложил Хуа Минцзюнь.
— Идет, — кивнул Шан Сююнь.
Обедавших ждала уборка посуды, после чего Хуа Минцзюнь, ухватив Кэ Хуасиня за руку, потащил его на выход. Выгнав из гаража личный автомобиль, он направился прямиком в определенную сторону — судя по всему, всё было спланировано заранее.
Шан Сююнь всю дорогу разглядывал проплывавшие за окном пейзажи. Шумный мегаполис с его кипучей толчеей растерял толику присущего древности колорита, зато поражал куда большим великолепием. Скользя взглядом по уличным пейзажам, он следил за дорогой, пока машина наконец не затормозила.
Крупные вывезенные надписи ХХ-Парк развлечений заставили Шан Сююня на мгновение замереть: он никак не ожидал от Хуа Минцзюня подобных склонностей. С виду такой суровый человек, а на деле сохранил детскую непосредственность! Большинство посетителей парка составляли родители с детьми либо парочки влюбленных. Встречались среди гуляющих и парочки мужчин вроде них — не то чтобы совсем единичные случаи, но всё же большая редкость.
Поймав взгляд Кэ Хуасиня, Хуа Минцзюнь слегка порозовел лицом, мысленно проклиная генерального директора собственной компании и по совместительству своего друга Чжуан Тяньхуа. Назвал же тот это место святым уголком для свиданий! И это в их-то годы тащиться на свидание в парк развлечений?! Уж лучше бы вместо парка развлечений подались в бассейн — глядишь, посчастливилось бы поглазеть на Хуасиня в купальном костюме...
— Пойдем, — напомнил Шан Сююнь и решительно зашагал вглубь парка. Он протащил его через несколько щекочущих нервишки аттракционов: хотя оба мужчины не орали во всю глоть, подобно остальным посетителям, лица у них заметно побелели.
— Минцзюнь, сюда!
Хуа Минцзюнь издалека услышал, как кто-то зовет его по имени, и, вскинув голову, обнаружил того самого проклятого им человека, который как раз шел к ним под ручку с очаровательной девушкой. Похоже, в будущем ему действительно придется прибавить этому товарищу рабочей нагрузки, раз тот средь бела дня слоняется по паркам развлечений.
Чжуан Тяньхуа легонько похлопал спутницу по руке и двинулся навстречу Хуа Минцзюню. Заметив человека рядом с ним, он вспыхнул удивлением в глазах: вопреки ожиданиям, вокруг Хуа Минцзюня не вилась никакая писаная красавица — напротив, компанию ему составлял поразительно утонченный на лицо мужчина. При всей своей изысканной внешности тот излучал столь мощную ледяную ауру в стиле не подходи — убью, что впору было содрогнуться. Неужели это и есть тот самый избранник Хуа Минцзюня?!
— Минцзюнь, не представишь нас? — Чжуан Тяньхуа не сводил глаз с Кэ Хуасиня, лихорадочно припоминая собственную бестактность насчет «девушки», которую тот якобы притащил в парк развлечений, и опасаясь, как бы какой-нибудь вредный приятель не свел его в могилу прямо на рабочем месте.
— Хуасинь, это Чжуан Тяньхуа, генеральный директор нашей компании, — обращаясь к Чжуан Тяньхуа, голос Хуа Минцзюня мгновенно растерял всю мягкость, сделавшись ледяным, — а это мой друг, Кэ Хуасинь.
— ...Обязательно было так подчеркивать разницу в тоне? — Чжуан Тяньхуа полностью оправдывал свою репутацию, казалось, ни капли не задеваясь отношением Хуа Минцзюня. — Как насчет прогуляться вместе? Я тут приметил неподалеку отличный спортзал, можно заглянуть туда размяться.
— Не нужно, мы уже уходим, — с плеча срубил Хуа Минцзюнь и, ухватив Кэ Хуасиня за руку, быстрым шагом направился к выходу. Лишь когда они устроились в салоне машины, до него дошло, сколь резким мог показаться его жест.
— Хуасинь, впредь держись от Чжуан Тяньхуа подальше! — Хуа Минцзюнь всё еще тревожился. Хотя Чжуан Тяньхуа крутил романы преимущественно с девушками, время от времени в его компании замечали и смазливых пареньков.
— Хорошо, — Шан Сююнь размял запястья и кивнул.
...
Шан Сююнь с раннего утра привел в порядок все материалы по сайту, скинув их на новенькую флешку. Пусть работу нельзя было назвать безупречной во всех мелочах, большинство функций и деталей расписали на совесть. Будучи перфекционистом до мозга костей, он выжимал из ситуации максимум возможного.
Стоило ему распахнуть дверь, собираясь выйти, как обнаружилось, что тот, кого он как раз собирался искать, уже замер на пороге. Знакомая полуулыбка, тронувшая губы с самого вчерашнего дня, и зажатая в руке еда красноречиво объясняли причину утреннего визита Хуа Минцзюня.
— Доброе утро, Хуасинь, собрался куда-то? — Хуа Минцзюнь как раз собирался постучать, когда дверь отворилась сама собой. Бросив беглый взгляд на одежду Шан Сююня — в целом домашнюю, но с уже смененной обувью, — он сразу понял: парень намылился на выход. Уйти в такую рань означало с высокой долей вероятности отправиться за завтраком. Как же удачно он подгадал время!
— Доброе утро, — откликнулся Шан Сююнь. — Собирался отдать тебе сайт.
— Отлично, — кивнул Хуа Минцзюнь и протянул руку за флешкой. — Давай сначала поедим, а потом я переведу плату на твою банковскую карту.
Шан Сююнь бросил взгляд на накопитель, подспудно чувствуя, что самого Хуа Минцзюня содержимое флешки волнует меньше всего. И пусть запрошенная за проект сумма оказалась немалой, для корпорации «Минчэнь» она составляла лишь капля в море, не представляя никакой проблемы. При таком раскладе личный визит Хуа Минцзюня выглядел не слишком-то обоснованным. Коль скоро дело обошлось вовсе не бездумной заботой об интересах компании, оставалось одно — всё ради конкретного человека?
Единственной точкой соприкосновения между ними оставалась Ли Цзяо. Неужели этот человек решил досконально изувить его подноготную, заодно самоутвердившись за его счет? По части положения в фирме, личных качеств и той нежной заботы, с какой тот ухаживал за окружающими, ему, пожалуй, не удастся тягаться с Хуа Минцзюнем, если он и дальше станет скрывать истинное лицо. Впрочем, если дело обстояло именно так, то его насквозь видели уже давным-давно.
Вот только Хуа Минцзюнь вел себя странно, путая главное с второстепенным: так упорно кружа вокруг него, тот неминуемо обделял вниманием Ли Цзяо. Подобное легко могло породить ненужные недоразумения. Особенно учитывая прямолинейный нрав Ли Цзяо, не умевшей прятать собственные мысли: стоит ей выдать себя, как кто-нибудь непременно воспользуется моментом.
— Минцзюнь, будь добр, присмотри за Ли Цзяо на работе, — напомнил Шан Сююнь. Если Хуа Минцзюнь и впрямь воспринимал его как соперника в любви, эти слова непременно осядут в его памяти. Мужчина просит приглядеть за женщиной обычно по двум причинам: либо поручает ее опеку надежному близкому другу, либо уже отпустил ее и подыскал себе кого-то нового, кому намерен хранить верность. Очевидно, до приятельских отношений им с Хуа Минцзюнем было еще далеко.— Разумеется... — Хуа Минцзюнь с такой силой сжал палочками миниатюрный сяньлунбао, что из него брызнул аппетитный бульон. По комнате тут же разнесся насыщенный аромат, способный разжечь зверский аппетит у кого угодно.
Однако сам Хуа Минцзюнь испытывал в этот момент прямо противоположные чувства. Если бы не отчетливое понимание того, где он сейчас находится, он бы, пожалуй, просто взмахнул рукавом и ушел.
Но он прекрасно осознавал характер своих нынешних отношений с Кэ Хуасинем: они не были чужими людьми, но друзьями их назвать тоже язык не поворачивался. Вспыли он сейчас — и от этой хрупкой связи ничего не останется, они запросто могут превратиться в заклятых врагов.
Стараясь не дать гневу вырваться наружу, он сразу после завтрака с едва сдерживаемым раздражением отправился в офис.
Ли Цзяо сегодня смотрела на Хуа Минцзюня с каким-то постоянным внутренним трепетом. Она, конечно же, замечала его тяжелое настроение и старалась действовать предельно осторожно, что бы ни делала. Но казалось, даже это не способно угодить генеральному директору. Когда она невзначай поднимала глаза, то неизменно натыкалась на пару черных, словно смоль, зрачков, в которых клубилась настоящая буря, наполненная кровожадной, убийственной жестокостью. Впрочем... возможно, ей просто показалось.
Еще вчера настроение генерального директора было на редкость прекрасным, и Ли Цзяо понятия не имела, почему всё так резко изменилось. К тому же ей упорно казалось, что эта сдерживаемая ярость направлена именно на нее. Должно быть... это просто иллюзия.
Ли Цзяо невольно сжалась в комочек, забившись в самый угол, и изо всех сил постаралась стать как можно менее заметной. Вскоре от пережитого напряжения ее тело покрылось испариной. Но у нее не хватало смелости даже протянуть руку, чтобы вытереть пот со лба, а конечности словно одеревенели.
И всё же он был истинным генеральным директором компании — одна лишь его аура подавляла настолько, что ей оставалось только подчиняться. Хотя Ли Цзяо была довольно наивной девушкой, те, кто отличается подобной простотой, зачастую острее прочих чувствуют, как избежать опасности и найти выгоду.
— Ли Цзяо, сходи-ка подготовь для меня один документ и принеси мне в кабинет.
Чжуан Тяньхуа выглядел так, будто абсолютно не замечал царившего вокруг низкого атмосферного давления. Он уверенно вошел в кабинет генерального директора и, как обычно, принялся распоряжаться, поручая Ли Цзяо работу. Не дожидаясь, пока Хуа Минцзюнь хоть что-то скажет, Чжуан Тяньхуа вальяжно уселся на мягкий диван, развалившись на нем почти всем телом в крайне небрежной позе.— Как, вы ещё не разобрались? Может, мне помочь? — В глазах Чжуан Тяньхуа читалось явное любопытство, при этом сам он даже не шелохнулся. Для людей их круга было обычным делом завести одного-двух мальчиков для развлечения. И хотя Хуа Минцзюнь вовсе не выглядел так, будто просто играет, вряд ли в конце они останутся вдвоём. Вместо того чтобы тянуть время так неторопливо, не проще ли сразу взять то, что даётся легче всего?
Алые губы провели по нижней губе, придавая этому внешне сдержанному мужчине нотку чувственной манящей опасности. Он благоразумно опустил голову, скрывая мгновение, в которое проступила его хищная сущность.
— И чем же ты поможешь? Лишь бы только хуже не сделал! — без колебаний отпарировал Хуа Минцзюнь, не забывший вчерашнее «свидание». Хотя Кэ Хуасинь и не говорил, что ему не нравится, но очевидно было и то, что особого восторга он не испытывал. Подумать только, додумался же назначить свидание в парке развлечений!
— Вчерашнее — случайность, откуда мне было знать, что твоя «девушка» — парень! — с видом оскорбленной невинности произнёс Чжуан Тяньхуа, добавив про себя, что знай он об этом заранее, непременно вклинился бы в их дела. Уж лучше короткая боль, чем долгие мучения. Будучи известным молодым предпринимателем, Хуа Минцзюнь мог позволить себе интрижки, но у него решительно не мог появиться муж-мужчина. Да и тот парень совсем не походил на человека, способного стать любовником.
— Жди моих хороших новостей, всё устрою в лучшем виде! — С этими словами Чжуан Тяньхуа вышел из кабинета генерального директора, не оставив Хуа Минцзюню времени даже на возражения.
Хотя на словах Хуа Минцзюнь был резок, нельзя было отрицать, что план Чжуан Тяньхуа вызвал у него определённые надежды. Он хорошо знал своего друга: когда тот брался за ухаживания — будь то за женщинами или за мужчинами, — у него почти никогда не было осечек. Какую бы неприязнь объект ни выказывал поначалу, Чжуан Тяньхуа всегда добивался своего.
Шан Сююнь не стал сразу искать новую работу. Хуа Минцзюнь уже перевёл ему деньги, и этого вознаграждения хватит на несколько дней отдыха. Он заглянул в известную поблизости лавку традиционной китайской медицины и приобрёл необходимые травы.
— Кэ Хуасинь? Какая встреча, не желаешь пропустить по стаканчику? — Чжуан Тяньхуа опустил руку на плечо Кэ Хуасиню. Что же до упомянутого им совпадения, то о его истинной подоплёке он прекрасно знал сам.
— Чжуан Тяньхуа? — Вопрос прозвучал в ультимативной форме, но на лице Кэ Хуасиня не было и тени сомнения. Он держался так, словно перед ним был случайный прохожий, не вызывающий ни малейшего интереса. А раз так, то и любые действия собеседника были не способны взволновать его душу.— Угу. Пойдём посидим в каком-нибудь ресторанчике неподалёку! — Чжуан Тяньхуа снова озвучил приглашение, а его взгляд — так, будто он осматривал какой-то товар — с головы до ног, скрытно и оценивающе, пробежал по человеку. Стоило признать, у Хуа Минцзюня действительно имелся вкус: столь превосходный экземпляр встречался крайне редко. Особенно эта его отстраненная аура, не подпускающая никого близко — так и хотелось прижать к земле и жестко овладеть. Если Хуа Минцзюнь наиграется, он бы с удовольствием перехватил этого парня на какое-то время.
— Хорошо. — Кэ Хуасинь кивнул, не стал отказываться, уложил купленные китайские травы в свой рюкзак и последовал за ним в ресторан.
Заведение, выбранное Чжуан Тяньхуа, тоже славилось на всю округу, причем, в отличие от остальных ресторанчиков, здесь специализировались именно на лечебных блюдах. Главным их принципом было регулирование работы организма с помощью правильного питания, и в этом городе они пользовались огромной популярностью. Особенно славились здешние фирменные целебные настойки, от которых было просто невозможно оторваться.
Чжуан Тяньхуа живо заказал полный стол яств, и аппетитный аромат еды смешивался с горьковатыми нотками лекарственных трав. Для кого-то другого подобное сочетание могло показаться непривычным, но Кэ Хуасинь прекрасно знал этот запах. Совершенно не меняясь в лице, он палочками взял одно из блюд и попробовал его: целебные травы не выставлялись напоказ прямо в еде. Если судить исключительно по внешнему виду, вряд ли кто-то догадался бы, что перед ним лечебные кушанья.
Необходимые лекарственные ингредиенты сначала вываривали до состояния концентрированного сока, а затем уже смешивали с пищей. Неудивительно, что в еде было почти невозможно заметить присутствие трав.
Кэ Хуасинь отправил кушанье в рот и невольно кивнул. Хотя он и сам считал свои навыки врачевания непревзойденными, недооценивать остальных людей в Поднебесной он не собирался. Взять хотя бы эти лечебные блюда: он, разумеется, смог бы приготовить нечто подобное, и эффект для оздоровления организма оказался бы даже лучше. Но вот что касается вкуса — тут явно было бы небо и земля.
Перед ними все-таки ресторан, а не медицинская лавка. Так что жертвовать целебными свойствами ради более изысканного вкуса было вполне простительно.
— Не налетай только на еду, давай выпьем по рюмочке. Это же фирменная настойка нашего ресторана, хозяин ни за что не стал бы выставлять ее напоказ, если бы не столкнулся со знакомыми. — Чжуан Тяньхуа поднял глиняный кувшин с налётом старичности и наполнил рюкю Кэ Хуасиня. Налил доверху, так что жидкость почти переливалась через край.
Шан Сююнь поднес рюмку к лицу, и в его глазах промелькнул живой интерес: от этого спиртного совершенно не исходило запаха, оно выглядело чистым, как родниковая вода. Даже если слегка покачнуть сосуд, аромат не появлялся.
— Для нас это поистине драгоценное зелье, ну, до дна! — с этими словами Чжуан Тяньхуа осушил свою рюмку одним глотком.
Шан Сююнь тоже не стал отказываться, запрокинул голову и выпил вино до последней капли. Однако едва он проглотил жидкость, его лицо слегка изменилось в лице, хотя мгновение спустя он вновь взял себя в руки. Оставшееся на языке едва уловимое послевкусие заставило его вновь и вновь убеждаться в том, что именно он только что выпил.
Хотя это и впрямь невероятно полезно для мужчин, но... пожалуй, чересчур хорошо, настолько, что удержаться под воздействием такого зелья крайне сложно.
Чего же добивается Чжуан Тяньхуа?!
Видя, что Кэ Хуасинь проявил уважение и выпил всё до дна, Чжуан Тяньхуа торопливо плеснул еще вина в их рюмки. Бросив беглый взгляд на легкий румянец, проступивший на лице Кэ Хуасиня, он снова поднял свой бокал, предлагая выпить еще.
— Сто раз услышать — не значит один раз увидеть, а увидев сайт господина Кэ воочию, я просто не могу не восхищаться им. Ну, давай еще по одной! — Всё, что он сейчас говорил, преследовало лишь одну-единственную цель: заставить собеседника опрокинуть еще парочку рюмок.
— Господин Чжуан, должно быть, тоже слышал выражение: хорошего понемногу. Если выпить слишком много, это не оздоровит, а лишь навредит организму. — Кэ Хуасинь больше не притрагивался к стоявшей перед ним рюмке. Что касалось лечебных блюд и настоек, они никогда не действовали по принципу чем больше, тем лучше. С давних времен существовало немало примеров, когда ослабленный организм не мог принять мощную подпитку. Если тело не способно выдержать нагрузку, но ее навязывают силой, в конечном итоге это лишь подорвет саму основу здоровья.
Одного стакана этого крепчайшего средства для потенции было вполне достаточно, чтобы использовать его как мощный возбуждающий препарат, а если перебрать с дозой — оно вполне могло сойти за яд. Разумеется, ресторан редко подавал подобное пойло.
— ... — Чжуан Тяньхуа опустил рюмку, которую уже поднес было к губам. Он никак не ожидал, что Кэ Хуасинь с ходу раскусит истинное назначение этого вина. Впрочем, теперь это уже не имело значения. Раз уж зелье выпито, его цель достигнута. Теперь оставалось лишь дождаться момента, когда тот перестанет справляться с действием препарата.
По мере того как шло время, его собственные щеки тоже все сильнее розовели. Кое-где в нижней части тела уже вовсю заявляло о себе возбуждение, которое становилось все труднее сдерживать. К счастью, он подготовился заранее и вовсе не планировал с этим бороться. То, чего некоторые старательно избегали, для других служило лишь средством разнообразить постельные утехи.
Шан Сююнь тоже без труда заметил изменения, происходящие в его теле: действие препарата оказалось гораздо сильнее, чем он предполагал. Впрочем, подавлять его с помощью Внутренней силы он вовсе не собирался. Внутренняя сила позволяла распознавать чужеродные вредоносные субстанции и порой даже напрямую выгонять яды из тела.
Однако афродизиаки в строгом смысле слова ядом не являлись.
http://bllate.org/book/21693/2237500
Готово:
