Первый подземный ярус.
В ярко освещенной комнате Лоу Чу лежал в лечебной капсуле. Прислушиваясь к звукам снаружи, он раздраженно бросил:
— Юй Ваньяо, ублюдок, бьет в спину. Когда он только пришел на черный рынок, это я его приютил! Я потом и кровью помог ему подмять нижние восемь этажей, а в итоге он даже часть верхних семи ярусов мне не отдал! Какого хрена?!
— Но это не значит, что ты должен был провоцировать его людей прямо сейчас, — раздался холодный голос. — Мы еще не выяснили, кто такой этот Лян Хуань. Юэ Хан тоже всегда держался в тени. Твоя сегодняшняя выходка — это просто подарок для Юй Ваньяо.
— Да плевать я хотел! С меня хватит! — рявкнул Лоу Чу. — Вы всё время заставляли меня терпеть. Раньше я терпел, но теперь он лезет на мои нижние восемь! Если мы не ударим первыми, он нас рано или поздно уничтожит!
— Я говорю о сегодняшнем инциденте, — ледяным тоном ответил голос снаружи.
Лоу Чу на секунду замолчал:
— Учитель, я думал, Лян Хуань — обычный кабинетный червь, у него физика Е-минус... Поэтому я и осмелился пойти за ним, чтобы просто припугнуть Юй Ваньяо. Кто же знал, что с ним будет этот предатель Ли Яо? Да и сам Лян Хуань вообще не похож на Е-минус. Он мне чуть башку не проломил одним ударом. У нас в разведке крот?
— Трудно сказать. Я давно не выходила за пределы нижних этажей, моя информационная сеть устарела, — снаружи лечебной капсулы в кресле сидела пожилая женщина и пила чай. На плечи была накинута черная шаль, лицо испещрено морщинами, а на тыльной стороне ладоней отчетливо виднелись шрамы от ожогов. Если бы Ли Яо был здесь, он бы сразу узнал в ней ту самую старушку, что пряталась в углу лавки. Вот только теперь на её лице не было ни следа страха и беспомощности. Её взгляд, острый и пронзительный, как у ястреба, заставлял опустить глаза.
Лоу Чу выбрался из капсулы и с уважением посмотрел на неё:
— Учитель, что нам теперь делать? Не можем же мы просто взять и отдать нижние восемь ярусов?
Лин Сюань прикрыла глаза:
— Лоу Чу, мои дни сочтены. Даже если повезет, сколько мне еще осталось? Пару лет? Ты не можешь вечно бегать ко мне за советом по каждому поводу.
Лоу Чу мгновенно запаниковал. Он подошел к ней, опустился на одно колено и, сдерживая слезы, сжал её руку:
— Учитель, если бы не вы, я бы даже на нижних ярусах не удержался. Я обязательно найду лучших врачей, я вылечу вас! Я еще не исполнил вашу мечту. В этот раз я ошибся, мне не следовало действовать без приказа. Впредь я буду слушаться вас во всем.
Лин Сюань опустила на него взгляд, медленно покачала головой и высвободила руку:
— Возвращайся к себе. Я устала и хочу отдохнуть.
— Учитель... — растерянно пробормотал Лоу Чу.
Лин Сюань закрыла глаза и больше ничего не сказала.
Лоу Чу был слишком глуп. Удерживать нижние этажи — это предел его возможностей. К сожалению, сама она не могла покинуть этот ярус. Если бы только она могла найти более умного управляющего... В её памяти внезапно всплыло лицо молодого человека, стоявшего сегодня рядом с Ли Яо. Но она тут же отбросила эту мысль.
Такого человека, как Лян Хуань, она контролировать не сможет.
---
Левитирующая машина остановилась на верхнем ярусе черного рынка.
Лян Хуань протянул Ли Яо пакет с травами:
— Здесь не хватает трех компонентов. Я попросил доктора Су заменить их аналогами. Давай сначала посмотрим, сработает ли это. Когда вернешься, пусть Цзиньбао зажарит для тебя отвар.
— Зажарит? — Ли Яо взял пакет.
— Заварит, — поправился Лян Хуань. — Соблюдай диету, постарайся пока не использовать ментальную силу и не засиживайся допоздна.
(Лян Хуань использует глагол 煎 (jiān), который в традиционной китайской медицине означает вываривание трав для отвара. Однако в современном языке это слово чаще всего переводится как «жарить на масле» (например, яичницу или стейк).
— Понял, — Ли Яо раздраженно дернул ручку двери, собираясь выйти, но Лян Хуань перехватил его за руку. Наемник обернулся с насмешливой улыбкой: — Что, не можешь со мной расстаться?
Лян Хуань протянул свободную руку:
— Верни.
— Что вернуть? — Ли Яо притворился дурачком и легонько хлопнул его по ладони. — Я потратил на тебя три миллиона, а ты думаешь, что я буду у тебя что-то красть? Ты разбиваешь мне сердце.
— Усилитель ментальной силы, — рука Лян Хуаня не дрогнула.
Ли Яо со смешком развел руки в стороны:
— Нет у меня ничего. Сказал, что не брал — значит, не брал. Мужик сказал — мужик сделал. Не веришь — обыскивай. Но сразу предупреждаю: если ничего не найдешь, дело примет серьезный оборот. Я имею полное право подать в суд за оскорбление достоинства.
Лян Хуань потянул вниз молнию на его куртке и на мгновение замер, увидев обнаженный пресс. Этот человек действительно не надел под куртку ничего.
Ли Яо язвительно заметил:
— Если просто хочешь попялиться на мое тело — так и скажи. При наших-то отношениях можешь смотреть сколько влезет.
Лян Хуань нахмурился:
— Почему ты не надел нижнюю рубашку?
— Это у твоего умственно отсталого робота надо спросить. У него вдруг случился приступ чистоплотности, и он перестирал все мои вещи. А на полпути отключили электричество, так что ничего не высохло. Эти две вещи я сам досушивал, — Ли Яо распахнул куртку и откинулся на спинку сиденья, всем своим видом показывая, что ему все нипочём. — Дальше расстегивать будешь? У меня под штанами только трусы.
— ... — Лян Хуань нахмурился еще сильнее.
— Я так и знал, что ты не из таких, — Ли Яо с нескрываемым злорадством наблюдал за его реакцией и потянулся к ручке двери. — Ну, я пошел...
Он не успел договорить. Лян Хуань резко схватил его за плечи, впечатал в дверь машины и потянулся расстегивать его ремень. Ли Яо в панике попытался перехватить его руку, но Лян Хуань ловко скользнул рукой по его талии и вытащил из-за пояса ровно три флакона усилителя.
Лян Хуань с улыбкой спросил:
— Мужик сказал — мужик сделал?
Ли Яо:
— ...Я тебя не бью только потому, что у меня ангельское терпение. Уяснил?
Он отвернулся. Распахнутая куртка, расстегнутые штаны, чудом держащиеся на бедрах, да еще и шнурок на ботинке, на который наступил Лян Хуань — Ли Яо выглядел так, словно его только что пытались раздеть силой.
Лян Хуань опустил взгляд на флаконы в своей руке и серьезно сказал:
— Эти препараты разрушают тело. Больше их не принимай.
Ли Яо выглядел крайне раздраженным, а в его глазах читалось непонимание:
— А тебе-то какое дело до моего здоровья? Твоя задача — помочь мне поднять ментальную силу. Лоу Чу не понимал нормальных слов, до тебя тоже туго доходит?
Лян Хуань встретился с ним взглядом. И когда Ли Яо уже приготовился к тому, что тот разозлится и полезет в драку, Лян Хуань вдруг смягчил тон:
— Это я не продумал всё до конца. Давай так: ты просто снизишь дозу. Максимум полфлакона в неделю, хорошо?
Ли Яо постоянно выходил на задания и должен был тренироваться. Полностью отказаться от использования ментальной силы для него было нереально. К тому же База наемников — то еще змеиное гнездо. Ли Яо нажил себе слишком много врагов, и если они почуют слабину, у него начнутся проблемы... Лян Хуань привык раздавать приказы и постоянно забывал, что Ли Яо — не покорный подданный, а настороженный и опасный противник. К тому же такие слова, как признание собственной неправоты, Ли Яо вряд ли выдавил бы из себя даже под пытками.
— ... — агрессивный напор Ли Яо словно окатили холодной водой. Внешне он всё еще хорохорился, но аргументы иссякли, и он долго не мог выдавить из себя ни слова.
Лян Хуань отсыпал из флакона недельную норму, вложил в руку Ли Яо и мягко произнес:
— Прости, Мы были слишком резки. Не сердись.
Ли Яо фыркнул:
— Мне этого даже на один глоток не хватит.
Лян Хуань поднял на него глаза. Взгляд его заледенел, а голос стал тяжелым:
— Ли Яо.
Каким бы терпеливым он ни был, всему есть предел. Он уже сделал шаг навстречу. Если Ли Яо продолжит упрямиться и игнорировать его заботу, это неминуемо вызовет недовольство.
— Чего зовешь? Думаешь, я тебя испугался? — дерзко вскинул бровь Ли Яо. — Если мы сцепимся по-настоящему, еще неизвестно, кто кого. Я тебе просто фору даю.
— Можешь не давать, — ледяным тоном отозвался Лян Хуань.
— Ну давай, попробуй, — рассмеялся Ли Яо.
Сложно сказать, кто ударил первым, но когда система левитирующей машины подала сигнал, на двери уже красовалась внушительная вмятина. В салоне было гораздо теснее, чем во внедорожнике, и размахнуться в полную силу не получалось. Ли Яо только-только увернулся от кулака Лян Хуаня, как тот подсек его ногу и впечатал в спинку сиденья. Лян Хуань перехватил его куртку, скрутил и надавил локтем на горло. В следующую секунду Ли Яо ухватился за ремень Лян Хуаня, раздался щелчок, и ремень оказался в его руке. Он безжалостно перекинул его через спину Лян Хуаня, затем обмотал ремень вокруг его руки и с силой дернул. Лян Хуань ударил его кулаком в живот, и когда Ли Яо согнулся, нажал ему на затылок, впечатав лицом в стекло.
Ли Яо выругался, закинул ногу и обхватил ногу Лян Хуаня под коленом. В пылу борьбы кто-то случайно задел кнопку старта, машина резко рванула с места, и от сильного толчка оба кубарем свалились на пол.
Ли Яо навалился на Лян Хуаня сверху и со злобным блеском в глазах прошипел:
— Надо было тебя сразу скрутить и увезти на базу. И никаких проблем.
Лян Хуань процедил:
— Мы были слишком снисходительны к тебе, вот ты и возомнил о себе невесть что.
Как только он договорил, машину сильно тряхнуло, и расстояние между ними резко сократилось. Ли Яо молниеносно вцепился в газовый амортизатор сиденья, чтобы избежать нежеланного поцелуя. Но тут машина резко вошла в поворот, Ли Яо потерял равновесие и начал заваливаться набок. Лян Хуань рефлекторно вытянул руку, чтобы поддержать его за затылок, но не рассчитал силу и дернул на себя. Губы обожгло тупой болью, раздался отчетливый стук зубов.
В это мгновение время словно замедлилось. Лян Хуань отчетливо почувствовал привкус крови на губах Ли Яо, увидел шок в его глазах и услышал, как у того перехватило дыхание.
Машина с грохотом врезалась в ограждение и наконец замерла.
Ли Яо медленно приподнялся, выражение его лица было непередаваемым.
Лян Хуань поднял руку, стер кровь с губ и невозмутимо констатировал:
— Так вот почему ты злишься. Ты хотел забрать меня с собой.
Ли Яо усмехнулся:
— И что с того? Ты хоть понимаешь, какой сброд обитает на черном рынке? Где ты видел, чтобы после свадьбы люди жили по отдельности? В каком свете ты меня выставляешь?
— Наш брак фиктивный, — напомнил Лян Хуань.
— Фиктивный? А целовался ты со мной только что тоже фиктивно? — с вызовом бросил Ли Яо.
— Мы не цело... — Лян Хуань осекся, заметив ссадину на губе Ли Яо.
Да, он сам притянул его к себе, но только чтобы тот не разбил голову о дверь. Он не планировал ничего подобного.
— Не переворачивай всё с ног на голову, — Лян Хуань попытался сесть, но Ли Яо наступил ему ногой на плечо.
— Не хочешь возвращаться — и черт с тобой. Гний на своем черном рынке. Когда пожалеешь — не приходи ко мне плакаться. Если я хоть палец о палец ради тебя ударю — возьму твою фамилию, — бросив эту угрозу, Ли Яо пнул дверь и ушел.
Только тогда Лян Хуань смог подняться. Отряхнув куртку от пыли, он пошарил на полу и выудил ремень. Застегнув его, он понял, что это ремень Ли Яо. Лян Хуань не выдержал и рассмеялся.
Эта драка была какой-то нелепицей. Он же действовал исключительно ради блага Ли Яо, а тот не только не оценил, так еще и начал возмущаться! Будь на его месте кто-то другой, Лян Хуань бы уже давно... Он нахмурился, почувствовав саднящую боль на губах, и это вызвало у него легкое раздражение.
Он посмотрел вслед ушедшему. Ящик с усилителями так и остался в машине. Ли Яо забрал только ту половину флакона, которую Лян Хуань ему отсыпал, и пакет с травами.
С непроницаемым лицом Лян Хуань нажал кнопку вызова на чипе:
— Дэн Мэн, бери двоих людей и спускайся на первый ярус.
---
Ю Чжаочэнь, сидевший на корточках возле своей машины, при виде подходящего Ли Яо резко вскочил:
— Тебя что, на черном рынке прессанули?! Это Лоу Чу тебя так отделал?
Ли Яо вытер кровь с губы:
— Это не Лоу Чу.
Ю Чжаочэнь опешил:
— Лян Хуань?!
Он вытянул шею, пытаясь разглядеть кого-нибудь за спиной Ли Яо:
— Ты же клялся, что сегодня любой ценой притащишь его на базу! Где он? Я тебе и сильнейший транквилизатор достал, и ментальный подавитель! Не сработали?
— Не ори. Заткнись, — Ли Яо просто сел на обочину.
Ю Чжаочэнь присел рядом и начал причитать:
— Я там целую роту на уши поднял, чтобы тебя прикрыть! Даже криокапсулу приготовил! А ты решил со мной в игрушки поиграть посреди ночи?!
— В криокапсуле у него могли начаться некрозы тканей, а долгое нахождение там привело бы к смерти мозга, — Ли Яо закурил и сделал пару неглубоких затяжек. — Я его сегодня проверил. Его стиль боя вообще не похож на армейский... Надо искать кого-то другого.
— Ли Яо, твоя ментальная сеть уже превратилась в решето! Ты сам говорил, что найти подходящего кандидата почти нереально. Наконец-то мы нашли Лян Хуаня — а он оказался шпионом Юй Ваньяо, да еще и с военными завязан! — Ю Чжаочэнь смотрел на него с отчаянием. — Я не спрашиваю, что ты задумал. Ладно. Ты сказал, что тебе нужно поднять ментальную силу, чтобы пилотировать меху. Ладно, я помогаю. Но сейчас, когда Лян Хуань в твоих руках, ты вдруг даешь заднюю! Он шпион! Он пришел по твою душу! Неужели ты не можешь заткнуть свою гребаную совесть «Звезды Рассвета»?! Думаешь, ты всё еще святой, обязанный спасти человечество?! Да кому это нужно! Они клеймят тебя предателем, они готовы утопить тебя в плевках! Очнись! Ты сейчас живешь хуже собаки!
Ли Яо усмехнулся:
— Твою ж...
Ю Чжаочэнь со злости пнул машину, отошел на пару шагов, затем вернулся:
— Ты реально не собираешься сделать из Лян Хуаня внешний ментальный источник?
Ли Яо встал и похлопал его по плечу:
— Сяо Ю, не кипятись. Мы должны верить, что рассвет обязательно наступит.
Ю Чжаочэнь ошарашенно уставился на него:
— Ты совсем рехнулся?
Ли Яо расхохотался и обнял его за плечи:
— Погнали! Сегодня я угощаю братву жареной курицей!
— На какие шиши, нищеброд?
— Слушай, а почему меня сегодня все подряд ругают?
— А кто тебя еще ругал?
— Да вроде и не ругал, всё время улыбался. Но когда разозлился — было реально жутко. Тц.
— Кто? Лоу Чу?
— Один робот.
— Погоди, а губа у тебя откуда так распухла?
— ...А, об робота ударился.
---
— Брат Лян, ты в порядке? — Дэн Мэн с содроганием смотрел на искореженную машину и испуганно перевел взгляд на Лян Хуаня.
— В порядке. Небольшая авария, — спокойно ответил Лян Хуань. — Отгоните её в мастерскую. И заберите ящик с лекарствами.
Дэн Мэн лично вытащил ящик из салона. В его руке блеснул металлический жетон:
— Брат Лян, это, кажется, жетон наемника.
Лян Хуань бросил на него взгляд:
— Наверное, кто-то случайно обронил. Отдай его мне.
Дэн Мэн послушно передал жетон, хотя прекрасно понимал, что номер «969» не мог принадлежать никому, кроме Ли Яо. Стоявший рядом Цзин И обеспокоенно спросил:
— Брат Лян, а что с губой? Так сильно распухла...
Дэн Мэн подал ему знак глазами, и Цзин И мгновенно сообразил, прикусив язык:
— Брат Лян, я пойду посмотрю, как там с машиной!
Лян Хуань перевел взгляд на Дэн Мэна. Тот смотрел прямо перед собой, прикидываясь слепоглухонемым.
Лян Хуань сел в другую машину. Дэн Мэн прыгнул за руль:
— Брат Лян, на седьмой ярус?
— Поехали прокатимся по Базе, — сказал Лян Хуань. — Я здесь уже давно, но так и не посмотрел, как всё устроено.
— Понял, — Дэн Мэн завел двигатель.
— Дэн Мэн, если я попрошу тебя сделать то, что тебе не хочется, но я сделаю это ради твоего же блага, ты согласишься? — спросил Лян Хуань.
Дэн Мэн с улыбкой ответил:
— Брат Лян, ты спас мне жизнь. Я сделаю всё, что ты скажешь, тем более, если это для моего блага.
Лян Хуань чуть заметно улыбнулся.
Дэн Мэн осторожно продолжил:
— Но бывают и исключения. Возьмем, к примеру, наемников. Они каждый день ходят по лезвию ножа, живут одним днем. Они не загадывают на будущее. Даже если знают, что что-то пойдет им на пользу, могут отказаться это делать. К тому же конкуренция на базе наемников чудовищная. Я слышал, стоит кому-то получить травму, как его могут прикончить свои же прямо на полигоне. Был случай, когда у одного наемника начала шалить менталка, свои же это заметили на задании и просто убили его, чтобы не тянул отряд на дно... Поэтому многие скрывают свои раны. Возвращаются с задания и молча подыхают у себя в комнатах. Их находят только тогда, когда приходит время следующей миссии. Вот почему многие отморозки предпочитают прозябать на нижних этажах черного рынка, чем идти в наемники.
Лян Хуань опустил глаза на жетон в своих руках. Цифры были выгравированы темно-бордовым цветом — словно их раз за разом заливали кровью.
«...в первый год после каждого задания он возвращался весь в крови... бросали в комнате подыхать...»
«...иногда он может просидеть взаперти дней семь-восемь. Я уж боялся, что он там помрет...»
Он вспомнил слова дяди Яна и медленно провел большим пальцем по шершавым цифрам на жетоне.
«А-Хуань, жизнь некоторых людей изначально сложна. Им суждено нести на себе бремя чужих судеб. Тебе не суждено жить для себя».
«Ваше Величество, не все в этом мире готовы вам служить. Они не марионетки, а живые люди».
«Лян Хуань, ты творишь невообразимое зло! Ты убиваешь министров без суда, вырезаешь невинных десятками! Страна погрязла в войнах, народ в панике, сколькие лишились крова из-за тебя! Как ты смеешь смотреть в глаза предкам Северной Лян?!»
«Вы — мудрый правитель, но не тот, за кем я хотел бы следовать».
«Вы, Ляны, — хладнокровные безумцы! Как бы искусно ты ни притворялся, правда выйдет наружу... Всегда найдутся те, кто откажется быть твоей пешкой!»
Ли Яо сегодня так его провоцировал... Неужели он что-то понял?
Лян Хуань медленно закрыл глаза, на его губах заиграла холодная, презрительная полуулыбка.
И что с того?
Если он кого-то захотел... ничто не сможет ему помешать.
http://bllate.org/book/21669/2372250
