Ян Мин чувствовал, как во рту разливается горечь. То, как Юй Босы заискивал перед Юй Ли, было очевидно — он никогда не видел, чтобы Юй Босы вел себя с кем-то настолько подобострастно. Раньше он полагал, что такое чрезмерное почтение вызвано лишь разницей в возрасте и кровным родством, но теперь всё встало на свои места. Какое там уважение? Это была чистой воды любовь!
Юй Босы любит Юй Ли!
От этого осознания нервы Яна Мина словно начали рваться на части. Еще войдя в этот дом, он почувствовал неладное: Юй Босы готов был нести Юй Ли на руках всё самое лучшее — как глубоко нужно любить, чтобы дойти до такого? Ян Мин не мог представить, что Юй Босы, всегда такой сдержанный и рассудительный, человек, который не любил тратить время на пустые чувства и вечно твердил, что карьера превыше всего, способен на подобное безумие.
Он был наслышан об этом особняке еще на этапе строительства. Юй Босы не побоялся рассориться с партнерами и понести огромные убытки, лишь бы возвести его. Ян Мин когда-то думал, что это будет их общее семейное гнездышко. Он даже спрашивал Юй Босы, зачем тот тратит столько сил, возводя дом собственными руками, но тогда так и не получил ответа. Теперь же загадка была разгадана.
Ян Мин чувствовал себя донельзя жалким… Он любил Юй Босы так преданно, так низко, лишь бы вымолить хотя бы один его взгляд, а оказалось, что он был ему вовсе не нужен, ведь сердце Юй Босы уже давно было занято другим. Оставаться здесь — лишь множить позор. Ян Мин, пошатываясь, отступил на два шага. Его красивое лицо побледнело, и он с потерянным видом пробормотал:
— Я… я всё понял… сейчас же уйду…
Сказав это, он, спотыкаясь, выбежал вон.
Юй Босы боялся, что Ян Мин мог сболтнуть Юй Ли что-то лишнее. Увидев, что тот послушно ушел, он с облегчением выдохнул и тут же принялся жаловаться Юй Ли:
— Брат, ну что ты за человек! Не стоит видеться с кем попало, а вдруг что-то случится? Ян Мин — человек Юй Цзяньцзе, если он вдруг…
Слушая, как тот отзывается о Яне Мине, Юй Ли внезапно ощутил отвращение:
— Ты ведь сам знаешь, что Ян Мин — человек Юй Цзяньцзе, так почему же ты тогда с ним спал?
Юй Босы задрожал, руки его затряслись. Он так тщательно всё скрывал, не раз строго наказывал Яну Мину молчать об их связи, и тот всегда был послушен. Откуда Юй Ли мог узнать? Сердце Юй Босы едва не выскочило из груди, лоб покрылся холодным потом. Худшее, чего он боялся, свершилось. Но, нет, возможно, еще есть шанс всё исправить:
— Брат, Ян Мин наговорил тебе глупостей? Не верь ему, у нас с ним ничего не было!
Юй Ли почувствовал тошноту. Человек, которого он когда-то собственноручно воспитал, оказался никчемным подонком, не способным отвечать за свои поступки:
— Юй Босы! Ты прекрасно знаешь, кто я такой. Кто вырастил тебя и помог добиться того, что ты имеешь сейчас? Ты держишь меня за трехлетнего ребенка? Думаешь, раз ты оперился и запер меня в этом доме, я не узнаю, какими грязными делишками ты промышлял за моей спиной?!
Лицо Юй Босы то краснело, то белело. Он не верил, что Юй Ли мог узнать об их отношениях с Яном Мином из других источников — должно быть, Ян Мин, движимый обидой, сам всё выложил. В душе он уже проклял его тысячу раз. Но раз всё раскрылось, скрывать дальше не было смысла, и он, стиснув зубы, признался:
— Брат, я просто боялся, что ты накрутишь себя. На самом деле я общался с Ян Мином лишь для того, чтобы выведать информацию о Юй Цзяньцзе, никаких других чувств к нему у меня не было.
— Значит, ты играл чувствами Яна Мина? А теперь, когда он стал не нужен, просто выкинул его? — с сарказмом произнес Юй Ли.
Юй Босы, с мрачным видом стиснув зубы, наконец не выдержал и рявкнул:
— Ты думаешь, я это для кого делал? Для тебя! Чтобы ты поскорее смог свергнуть Юй Цзяньцзе! Ты думаешь, мне хотелось притворяться перед Ян Мином? Меня каждый раз воротило! Юй Ли, у тебя есть сердце? Неужели ты совсем не чувствуешь, что я всё делаю ради тебя?
Юй Ли молча закрыл глаза, чувствуя сильную усталость. Он возлагал на Юй Босы большие надежды, с детства растил его как сына, привязался к нему, но никак не ожидал, что однажды ошибется в человеке. Он вырастил неблагодарного щенка.
— Ты говоришь, что делал это ради меня? Хорошо. Тогда уступи мне место главы Клана Юй, дай мне самому им управлять, как тебе такое? — с иронией сказал Юй Ли.
Юй Босы перехватило дыхание. Разве не было уговора, что после свержения Юй Цзяньцзе он перестанет вмешиваться в дела клана и передаст пост наследника ему? Юй Босы немного успокоился. Он знал, на что способен Юй Ли — у этого человека были невероятные таланты, и в глубине души Юй Босы испытывал перед ним неистребимый страх и трепет. Подбирая слова, он смягчил тон:
— Брат, ты злишься из-за того, что у меня была связь с Ян Мином? Обещаю, больше я ни с кем не буду, только с тобой.
Это самонадеянное заявление звучало просто абсурдно. Юй Ли не желал больше тратить на него слова — он всё равно уезжает завтра и больше не намерен ввязываться в эти разборки.
— Уходи. Я очень устал, мне нужно отдохнуть. — Юй Ли был так разгневан, что не смог даже пообедать, и сразу направился наверх.
Юй Босы, охваченный паникой, бросился следом, схватил его за запястье и снова принялся уверять:
— Брат, не злись, я клянусь, что отныне буду хорошо относиться только к тебе и буду всегда рядом.
— Хорошо, я понял. — Юй Ли чувствовал невыносимую тяжесть от каждого лишнего слова, ему хотелось лишь поскорее спровадить его.
Видя, что тон брата стал мягче, Юй Босы разжал руку и с радостью сказал:
— Тогда отдыхай, брат. Я приду к тебе, как только закончу дела.
***
После дневного сна настроение Юй Ли немного улучшилось, но поскольку обед он пропустил, сейчас его мучил голод. Он перекусил фруктами, как вдруг снова раздался звонок в дверь.
Это был Юй Дунцзинь.
Получив два отказа, он был вынужден явиться лично. Юй Ли был человеком крайне пассивным: если ты не сделаешь шаг навстречу, можно прожить целую жизнь и не добиться от него никакого отклика. Юй Дунцзинь давно знал об этой его скверной черте. Такие люди — самые сложные для завоевания. Они глубоко скрывают свои мысли, кажутся равнодушными к мирским благам и довольными своей судьбой, словно легкие семена одуванчика: где ветер стих, там они и пустили корни, а дунет порыв — и они улетают в дальние края, так что их уже не найти.
Юй Ли открыл ему дверь:
— С чего это ты решил прийти? Даже не позвонил.
Если бы я позвонил, ты бы сейчас наверняка был не дома. Юй Дунцзинь не решился сказать это вслух, поэтому отшутился:
— Захотел сделать тебе сюрприз. — Он протянул изысканную подарочную коробку.
Юй Ли не принял подарок, повернулся и принялся за фрукты:
— Без заслуг не принимаю наград. Не нужно каждый раз дарить мне такие дорогие вещи.
Юй Дунцзинь небрежно бросил коробку на диван и равнодушно ответил:
— Мелочь, ничего ценного, ты преувеличиваешь.
Юй Ли закатил глаза. Вещи стоимостью в десятки, а то и сотни тысяч он называет недорогими? Он заметил, что в последнее время Юй Дунцзинь стал мастерски врать в глаза. Но Юй Ли не был жадным, и раз уж Юй Дунцзинь столько ему надарил, нужно было ответить взаимностью. Он указал вилкой для фруктов на обстановку в комнате:
— Каждая вещь в этом доме представляет коллекционную ценность, некоторые из них бесценны. Выбери, что приглянется, я подарю тебе.
Юй Дунцзинь проследил за его жестом, окинул взглядом убранство дома, но в итоге задержал взгляд на самом Юй Ли и многозначительно улыбнулся:
— В этом доме действительно есть одно бесценное сокровище, которое я очень хочу заполучить. Не знаю, готов ли ты мне его отдать.
Юй Ли встретился с его глубоким взглядом, безмолвно дернул уголком рта и ловко перевел тему:
— Ладно, если по правде, то вот… — он указал вилкой на картину маслом на стене у лестницы. — Эта картина — самая дорогая вещь в доме, стоит 23 миллиона. Если нравится, забирай.
Юй Ли очень любил эту картину и собирался забрать её с собой, когда уедет. Если Юй Дунцзинь действительно её попросит, он, конечно, скрепя сердце, уступит. Но Юй Дунцзинь вряд ли захочет именно её, решил Юй Ли.
— Хорошо, пусть будет она. — Юй Дунцзинь с очаровательной улыбкой, глубоко взглянув на Юй Ли, поднялся по лестнице, чтобы снять полотно.
Юй Ли застыл с вилкой во рту, ошарашенный. Он ведь просто ляпнул первое, что пришло в голову…
Под ошеломленным взглядом Юй Ли, Юй Дунцзинь осторожно снял картину со стены, бережно прижал её к груди и неспешно спустился вниз:
— Договорились, эта картина теперь моя.
Юй Ли хотелось ругаться…
На глазах у Юй Ли Юй Дунцзинь с нарочитой тщательностью взял газету, которую тот читал утром, и принялся аккуратно заворачивать картину. Затем он отправился на кухню, достал из холодильника пакеты для хранения продуктов и слой за слоем обмотал упакованную в газету картину. После чего, обнимая полотно стоимостью 23 миллиона, спросил:
— Есть ли в доме пупырчатая пленка? Так будет надежнее и безопаснее.
Юй Ли смотрел на него с каменным лицом, чувствуя крайнее раздражение от этого спектакля! Он делает это специально! Прекрасно знает, как дорога ему эта картина, и всё равно неспешно упаковывает её у него на глазах!
— Эх… почему молчишь? Тогда сам поищу? — Юй Дунцзинь не выпускал картину из рук, прижимая её к груди.
Юй Ли процедил сквозь зубы:
— Пленки нет, но есть сумка-пакет. Я принесу.
— Как замечательно, спасибо! — просиял Юй Дунцзинь.
Юй Ли внезапно осознал, что ведет себя по-детски, и с досадой вздохнул:
— Вот, держи. Пакет достаточно большой, должен влезть. — Он убеждал себя, что в мире тысячи шедевров, и, уехав за границу, он найдет себе другие, не стоит из-за этого злиться на Юй Дунцзиня.
Сумка действительно оказалась подходящей. Юй Дунцзинь с довольным видом завязал ручки и аккуратно положил сверток на диван. Он не собирался уходить прямо сейчас — как минимум, хотел дождаться ужина, приготовленного руками Юй Ли. Он оглядел комнату и заметил, что многие привычные вещи исчезли. Вспомнив, как заглядывал в холодильник, который оказался пуст, он отметил, что это совсем не похоже на привычки Юй Ли.
Он немного подумал и сказал:
— У тебя дома совсем нет еды. Давай сходим в супермаркет, а то вечером останемся голодными.
Завтра он уезжает, запасы еды давно закончились, остались только фрукты. Юй Дунцзинь оказался догадлив. Юй Ли пришлось соврать:
— В последнее время аппетит неважный, ем только фрукты.
— Как это аппетит неважный? Ты заболел? Давай сходим к врачу, — Юй Дунцзинь выглядел обеспокоенным.
Юй Ли поспешно отказался:
— Не нужно, наверное, из-за жары. У меня такое бывает, всё в порядке.
— Правда? — Юй Дунцзинь всё еще сомневался.
Юй Ли невозмутимо кивнул:
— Я прекрасно знаю свой организм, не волнуйся.
Юй Дунцзинь остался при своем мнении, чувствуя, что что-то здесь не так, но не мог понять, что именно. Впрочем, он понял одно: сегодня вечером ему не отведать ужина, приготовленного Юй Ли. В душе он почувствовал легкое сожаление, но возможность провести еще немного времени с этим человеком уже делала его счастливым.
Оставшееся время они провели за разговорами, чаепитием и парой партий в шахматы. Искусство игры Юй Ли, оттачиваемое долгие годы, было на уровне профессионалов мирового класса, поэтому Юй Дунцзинь, разумеется, проиграл в пух и прах. Но его это не расстроило — он лишь еще больше убедился в том, насколько Юй Ли выдающийся и ценный человек.
Приятное время пролетело быстро, и вечером Юй Дунцзинь неохотно засобирался домой. Юй Ли проводил его до выхода, дождался, пока тот погрузит картину в машину, и уже собирался попрощаться, как вдруг Юй Дунцзинь развернулся и пошел обратно.
Юй Ли удивился:
— Что такое?
Юй Дунцзинь распахнул объятия и обнял его, положив подбородок на плечо:
— Уезжаю, и снова долго не увидимся. Нужно подзарядиться.
Юй Ли усмехнулся:
— Что за…
— Ты пока не понимаешь, потом поймешь, — глухо сказал Юй Дунцзинь.
— Ладно, ладно, заряжайся, — смирился Юй Ли.
Юй Дунцзинь постоял так некоторое время, а затем сказал:
— Всё, зарядился. — Он отстранился и посмотрел на Юй Ли с такой глубиной, словно хотел запечатлеть его образ в памяти навсегда.
Юй Ли почувствовал неловкость и отвел взгляд. Внезапно Юй Дунцзинь рывком притянул его к себе и прошептал прямо в ухо:
— Насчет той картины…
Юй Ли попытался отстраниться, но не смог — Юй Дунцзинь держал его крепко.
— Мне очень нравится твое приданое. Я буду ставить его у изголовья кровати и любоваться каждый день, в ожидании того дня, когда ты согласишься любоваться им вместе со мной. — Сказав это, Юй Дунцзинь быстро чмокнул его в щеку и поспешил к машине.
Всё произошло в одно мгновение. Юй Ли не успел прийти в себя, даже когда машина Юй Дунцзиня скрылась из виду. Ему признались в любви, и сердце его забилось быстрее, а щеки предательски вспыхнули. Кто сказал, что Юй Дунцзинь — профан в любви, который боится даже за руку подержать? Да он мастер соблазнения!
Юй Ли вздохнул. Он только что потерял самообладание. Ему было жаль Юй Дунцзиня: надо же было влюбиться именно в него, ведь у этих чувств не было будущего.
***
Юй Ли спал спокойно, а на следующее утро рано встал и привел себя в порядок. Он договорился с водителем попутной машины, который должен был забрать его через полчаса и отвезти в аэропорт.
Позавтракав хлебом и йогуртом, он был готов. Юй Ли напоследок с грустью оглядел тщательно обставленную комнату. Хотя он терпеть не мог Юй Босы, этот дом ему действительно очень нравился. Мысленно попрощавшись, он подкатил чемодан к двери и потянулся к замку.
Дверь была заперта наглухо — ни механический замок, ни электронный не реагировали. Юй Ли замер, понимая, что его заперли.
— Брат, куда это ты собрался? — раздался голос Юй Босы за спиной.
Юй Ли медленно обернулся и отрезал:
— Путешествовать. Что, теперь обязан отчитываться перед тобой? — В этот дом, кроме него, мог войти только Юй Босы, значит, он пришел сюда еще ночью и спрятался в гостевой комнате.
— Твои слова ранят меня в самое сердце. Вчера вы с Юй Дунцзинем так миловались, я уж подумал, что ты решил сбежать с ним! — насмешливо бросил Юй Босы. Вчера, глядя на монитор видеонаблюдения, как Юй Дунцзинь обнимает и целует Юй Ли, он в ярости разбил экран.
— Это не твое дело. Открывай дверь! — Юй Ли смотрел на него холодно, без единой капли чувств.
Юй Босы никогда не видел такого безразличия. Гнев в нем достиг предела, он бросился вперед, прижал Юй Ли к двери и, схватив за плечи, прошипел с ненавистью:
— Что мне сделать, чтобы ты принял мои чувства? Я так люблю тебя! Вчера я обещал, что больше не буду видеться с Ян Мином и никого у меня больше не будет. А стоило мне уйти, как ты снова заигрываешь с Юй Дунцзинем, а теперь хочешь уйти по-тихому!
Юй Ли перехватил его руки и с силой разжал их. Лицо его оставалось спокойным и бесстрастным:
— Ты не только самонадеян, но и рассуждаешь как бандит. Я никогда не говорил, что люблю тебя, у меня нет перед тобой никаких обязательств. С кем хочу, с тем и буду, куда хочу, туда и пойду. Я свободный человек, и с тобой меня ничего не связывает.
Каждое слово — как нож в сердце! Юй Босы впервые получил такой категоричный отказ, и от кого — от того, кого любил больше жизни! Он с недоверием смотрел на Юй Ли, не в силах принять эти слова:
— Забери свои слова обратно, и я забуду всё, что было.
— Забудешь? Ты всё дерзее со мной разговариваешь! — усмехнулся Юй Ли.
— Не вынуждай меня применять силу, — тон Юй Босы стал еще жестче.
— Применять силу? И как же? Ударишь меня или убьешь?
— Юй Ли, я не хочу, чтобы между нами было так. Злись, ненавидь меня, но я тебя не отпущу. — В глазах Юй Босы горело безумие.
***
Юй Ли щелкнул зажигалкой, прикурил сигарету и бросил зажигалку на пол. На тыльной стороне его правой руки виднелись красные следы. Сигарета, зажатая между средним и указательным пальцами, дымилась, и этот дым придавал его ранам некое болезненное изящество.
Он прислонился к стене. Его прическа, над которой он работал утром, растрепалась, три пуговицы на рубашке были расстегнуты, обнажая широкую полоску белой, как нефрит, груди. Он выглядел диким и необузданным. Затянувшись, он спросил:
— Юй Босы, какой код от двери?
Юй Босы казалось, что все его кости превратились в пыль. Он лежал на полу, тяжело дыша, не в силах даже пошевелиться. Он никогда не знал, что Юй Ли обладает такими поразительными боевыми навыками. После того, как тот его избил, он даже не успел среагировать, и теперь его охватывал страх. Он вырос рядом с Юй Ли, знал его как мудрого стратега, но понятия не имел, что тот так искусно дерется. Каждое движение было выверенным, даже такой профан, как он, понимал, что это мастерство. Когда же он успел этому научиться?
— Какой код?! — Юй Ли затушил окурок. Если не выйти сейчас, он опоздает на самолет. Раздражение росло, а вместе с ним и желание курить. Он давно не дрался, ноги еще слегка дрожали.
Юй Босы отвернулся, выражая явный отказ.
Юй Ли подошел и пнул его в плечо:
— Думаешь, если не скажешь, сможешь меня удержать?
Юй Босы слегка приоткрыл рот — губа была разбита, на языке чувствовался привкус железа. Боль была невыносимой, он мог лишь глухо пробормотать:
— Я не дам тебе уйти… ты… не надейся меня покинуть…
— Похоже, я был слишком добр к тебе, раз ты решил, что мной можно помыкать. — Юй Ли наступил ему на запястье и с каменным лицом принялся беспощадно давить: — Код!
Юй Босы взвыл от боли, лоб покрылся испариной, в глазах потемнело, запястье онемело. Но еще больнее было внутри. Вспоминая прошлое, когда Юй Ли всегда был с ним ласков, не позволял себе даже резкого слова, всегда прощал любые ошибки и опекал до мелочей… он столько лет верил, что занимает в сердце Юй Ли особое место.
Теперь он понял, что всё это время выдавал желаемое за действительное… Он впервые увидел жестокость этого человека. Удары, которые тот наносил, были безжалостными.
Но он всё равно не хотел отпускать его. Он любил этого мужчину столько лет, мечтал состариться вместе с ним — как он мог позволить ему просто так уйти?
— Ладно, раз не хочешь говорить — не надо. В любом случае, сегодня я уеду. — Юй Ли убрал ногу и достал телефон, чтобы сделать звонок.
Юй Босы торжествующе улыбнулся, тут же поморщившись от боли в ранах:
— Оставь надежду. Снаружи мои люди, даже если выйдешь, тебя схватят… К тому же там установлена «глушилка», телефон не сработает…
Юй Ли посмотрел на экран — сигнала действительно не было. Он усмехнулся:
— А ты мастер разыгрывать спектакли!
Юй Босы закрыл глаза, восстанавливая силы. Он наконец удержал Юй Ли, и это принесло ему странное чувство достижения.
http://bllate.org/book/21657/2234834
Готово:
