Ло Ин поднялся, собрал чаши из-под лекарства и направился к выходу. Стоило ему подойти к дверям, как позади послышался голос Гуань Юэ:
— А Ин, спасибо тебе.
Ло Ин едва заметно дернул уголком губ, вышел и плотно прикрыл за собой дверь. Как только она захлопнулась, его лицо вновь стало бесстрастным.
— Ух ты, Ло Ло, уровень симпатии героини к тебе достиг шестидесяти! — сфера 014 закружилась вокруг Ло Ина, радуясь даже больше, чем он сам.
Ло Ин погладил пушистую «голову» системы, наконец заставив взбудораженного ИИ угомониться — эта система была куда шумнее, чем все девчонки в его школе.
— Звучит неплохо. А что именно нужно сделать для завершения задания?
— Есть два способа. Первый — поднять симпатию героини до ста. Тогда она будет предана тебе всей душой, и первоначальная концовка в стиле гаремника станет невозможной. Второй способ — довести ее симпатию до восьмидесяти, одновременно опустив ее отношение к другим обитателям гарема до отрицательных значений, то есть довести уровень ненависти до ста. Это тоже позволит избежать нежелательного финала.
— Эти способы кажутся неравноценными по сложности…
— Верно. Система настоятельно рекомендует выбрать первый вариант. Большинство романов, в которых ты работаешь, строятся вокруг главной героини, поэтому завоевание ее симпатии лучше всего соответствует сути повествования.
— Понятно…
Ло Ин кивнул и направился на кухню. Юноша, набиравший воду, увидев его, тут же почтительно поклонился:
— Господин.
В Бамбуковой обители, помимо Ло Ина, жили двое: юноша по имени Сяо У и девушка Цинде. Они присматривали за его хозяйством, хотя чаще всего Ло Ин предпочитал оставаться один.
— Сяо У, принеси мне ту кашу.
— Слушаюсь, господин, одну минуту.
Ло Ин взял поднос с кашей и направился обратно. Он уже собирался войти, как вдруг к нему подбежала Цинде, а следом за ней — человек в одеянии дворцового слуги.
— Господин, эти люди хотят вас видеть. Это евнух Лю, приближенный Его Величества.
Последнюю фразу Цинде прошептала ему на ухо. Ло Ин кивнул и посмотрел на вошедшего, который тут же сделал шаг вперед.
— По приказу императора, прошу вас немедленно проследовать во дворец Цянькунь.
— Что-то случилось с Его Величеством?
— Император велел лишь пригласить вас, о причинах он не сообщал.
Ло Ин на мгновение задумался, не в силах придумать повод, по которому Цзи Юй мог его вызвать. В итоге он передал поднос Цинде, наказав ей позаботиться о Гуань Юэ, и последовал за слугами во дворец Цянькунь.
Цинде, неся поднос, толкнула дверь и увидела, что Гуань Юэ стоит на пороге. Та, почувствовав прилив сил после лекарства, хотела немного размяться и случайно услышала разговор снаружи. Пойманная за подслушиванием, Гуань Юэ смутилась, но, заметив, что Цинде не проявляет недовольства, облегченно выдохнула.
— Девушка, это еда, которую господин приготовил для вас. Желаете перекусить?
— Да, спасибо тебе.
— Не стоит благодарности, это мой долг.
Видя, с каким трепетом Цинде произнесла эти слова, Гуань Юэ поняла, что здесь снова дают о себе знать сословные предрассудки древности. Однако у нее не было сил исправлять чье-то мировоззрение. Она спокойно подошла к столу и, дождавшись, пока Цинде расставит блюда, как бы невзначай спросила:
— Цинде, я сейчас слышала, что император вызвал А Ина?
— Да, это так.
Услышав подтверждение, Гуань Юэ похолодела. Мало того, что она попала в прошлое, так еще и оказалась в одном месте с императором. Вдруг ее казнят за одно неверное слово? Хотя она и не собиралась бороться за права человека в этом времени, свои собственные права она защитить хотела.
— А кто такой А Ин?
— Господин — это…
Пока Гуань Юэ пыталась выведать информацию, Ло Ин уже подошел к дворцу Цянькунь. После доклада евнух Лю велел Ло Ину войти, а сам остался снаружи.
В зале было тихо, никого из слуг не было. Ло Ин прошел в центр и поклонился:
— Простолюдин Ло Ин приветствует Его Величество.
Еще при жизни покойного императора Ло Ину было даровано право не преклонять колен, поэтому он был единственным, кто при встрече с Цзи Юем не опускался на пол.
Цзи Юй сидел за столом, склонившись над докладами. Он словно не услышал приветствия — то ли действительно не заметил, то ли сделал вид. Прошло полчаса, прежде чем он поднял голову.
— Привыкли ли вы к жизни во дворце?
Ло Ин не ожидал такого вопроса. Он слегка приподнял голову, его лицо смягчилось.
— Здесь очень красиво, я вполне привык.
— Раз так, почему бы вам не остаться здесь на пару лет?
С момента прибытия Ло Ина во дворец прошло уже больше двух лет, и через несколько месяцев срок его службы истекал. Цзи Юй решил его удержать?
— Прошу прощения, я привык к вольной жизни. Как бы ни был хорош дворец, это место не для меня.
— Хм, вся земля под небесами принадлежит мне. Разве не везде одинаково? Разве не все подданные мои? Я — Сын Неба, разве не в порядке вещей, если вы будете служить мне?
Ло Ин не знал, что у Цзи Юя такая железная логика, но выражение его лица не изменилось. Он снова поклонился и мягко ответил:
— Я врач, мой долг — спасать жизни и помогать нуждающимся. Для меня Его Величество — лишь один из многих людей, и если я буду заботиться только о вас, забыв об остальных, то ввергну вас в неправедность. Ваше Величество милосердны и любите народ, вы непременно поймете мои устремления.
Цзи Юй с грохотом бросил кисть на стол и в ярости вскочил:
— Вы так человеколюбивы, что я, выходит, проявил недальновидность.
— Не смею утверждать.
— Не смеете? Вы осмелились оставить меня снаружи холодного дворца, чего же вы еще не смеете?
— …
Ло Ин ошарашенно посмотрел на императора. Откуда он узнал об этом? Ведь тогда Цзи Юй был вне себя.
Вид Ло Ина еще больше разозлил Цзи Юя, он буквально прорычал:
— Думаете, я не знал? Хоть я и не мог управлять своим телом, разум мой был ясен. Хорошо еще, что я все помнил, иначе я бы так и не узнал, как сильно вы мной недовольны.
Ло Ин почувствовал, что император вот-вот окончательно выйдет из себя, и поспешил оправдаться:
— Прошу прощения, Его Величество. В ту ночь была сильная роса, а мой дом далеко. Я побоялся, что вы простудитесь, если я потащу вас туда, поэтому и поступил так.
— И ты просто бросил меня у входа?
— Там жили наложницы, как бы я мог войти? Чтобы не запятнать вашу репутацию, мне пришлось уйти.
Услышав это, гнев Цзи Юя немного поутих. Встретившись взглядом с полными искреннего беспокойства глазами Ло Ина, он внезапно смутился и отвел лицо, словно обжегшись. Осознав, как глупо он выглядит, он снова сердито уставился на Ло Ина. Тот, заметив эту детскую выходку, не сдержал легкой улыбки.
— Чему вы улыбаетесь?
— Ничему.
Пока император не успел снова вспыхнуть, Ло Ин принял озабоченный вид:
— Ваше Величество, вы неважно себя чувствуете? Позвольте мне проверить пульс.
— Не нужно.
Цзи Юй не был под воздействием яда так долго, как Гуань Юэ, да и сам он был крепок, так что ничего страшного не случилось.
— Прошу, протяните руку, это займет всего мгновение.
— Я же сказал — не нужно! Мне повторить?
Ло Ин посмотрел на него, улыбка исчезла, а голос стал строгим:
— Вы — правитель Великой Чжоу, ваше здоровье важнее всего. Не ведите себя как ребенок.
Цзи Юй опешил от такой прямоты. Пока он приходил в себя, Ло Ин уже подошел ближе и взял его за запястье. Пальцы у врача были прохладными, но это было приятно. От него исходил тонкий аромат лекарственных трав, и Цзи Юй, привыкший к тяжелому запаху драконьего благовония, невольно сделал глубокий вдох.
— Вы только что сказали, что я для вас — лишь один из многих. Так в чем же моя важность?
— По сравнению со всем миром вы, конечно, не важнее других.
— Вы…
— Но для подданных Великой Чжоу вы — божество. Они верят в вас, разве это не важно?
Через мгновение Ло Ин отпустил его руку:
— Я выпишу два рецепта для восстановления сил, евнух Лю принесет их вам. Принимайте лекарство вовремя.
Цзи Юй промолчал.
— Если у вас больше нет дел, я откланяюсь.
— Уходите.
Цзи Юй нетерпеливо махнул рукой. Он хотел устроить разнос, а в итоге сам оказался в дураках — его настроение было хуже некуда.
Только выйдя из дворца, Ло Ин обратился к системе:
— Сколько лет Цзи Юю?
— Когда покойный император скончался, ему было тридцать пять. Цзи Юй взошел на трон в пятнадцать, прошло два с лишним года. Оригинальный персонаж вошел во дворец как раз после смерти старого императора.
— Значит, он еще ребенок. Неудивительно… — Ло Ин вдруг понял причину его ребяческого поведения.
Ходили слухи, что покойный император был без памяти влюблен в Вдовствующую императрицу и во всем гареме была лишь она одна. После его смерти власть перешла к Цзи Юю, но фактически оказалась в руках матери. Мать и сын не ладили, Цзи Юй рос без ее любви, в ядовитой атмосфере дворца, что и сделало его характер таким скверным. В конце истории, вернув себе власть, он пожизненно заточил мать в холодном дворце.
Ло Ин понимал, что Цзи Юй еще не стал тем властным правителем, поэтому его характер пока был податлив. Хотя сам Ло Ин выглядел как юноша, он существовал с самого создания этой игры и не считал себя ровесником императора.
***
— Тук-тук…
Ло Ин стоял у двери и постучал по косяку.
— Девушка, это Ло Ин. Можно войти?
— А? Подожди… подожди секунду.
Гуань Юэ, сидевшая перед зеркалом, от неожиданности вскочила, задела край стола, и стоявшее на нем бронзовое зеркало упало на пол, разлетевшись на куски.
Черт!
Она выругалась и присела, чтобы собрать осколки, но в спешке порезала палец. Гуань Юэ вскрикнула от боли.
Ло Ин, не дождавшись ответа и услышав звон разбитого стекла и вскрик, без колебаний вошел в комнату. Он увидел Гуань Юэ, растерянно сидящую на полу с окровавленным пальцем.
— Ты в порядке?
— А, да, все хорошо. — Она поспешно встала, замахала руками, а заметив, что Ло Ин смотрит на палец, спрятала руку за спину.
Ло Ин подошел к ней, лицо его было серьезным:
— Покажи.
Они смотрели друг на друга три секунды, после чего Гуань Юэ сдалась. Она медленно протянула руку и заискивающе улыбнулась:
— А Ин, это просто мелкая царапина, ничего страшного.
Ло Ин ничего не ответил. Он усадил ее на стул, достал из ящика бинты и пузырек с лекарством и сел рядом.
— Дай руку.
Он бережно протер палец, присыпал рану порошком и аккуратно перевязал ее полоской ткани.
— Почему ты такая неосторожная?
— Я… я… — Гуань Юэ не могла найти оправданий. Кто же знал, что в этом теле она станет такой неуклюжей?
— Ты еще слаба, не ходи много. Если что-то нужно — зови меня, не калечь себя. — Он завязал узел на бинте с такой нежностью, словно работал с драгоценностью.
Увидев это, Гуань Юэ почувствовала, как к горлу подкатил ком, и отвернулась.
— Я не стою того, чтобы ты так заботился.
— Что за глупости ты говоришь.
Ло Ин не заметил перемены в ее настроении и принялся убирать лекарства. Гуань Юэ внезапно встала и отступила на шаг:
— Это не глупости! Мое лицо изуродовано, я теперь уродка! Я не пара тебе, не нужно заботиться обо мне из жалости.
Руки Ло Ина замерли. Он поднял взгляд на Гуань Юэ, и его обычно холодные глаза подернулись дымкой, в которой невозможно было ничего прочесть. Гуань Юэ испугалась такого Ло Ина. Разум, затуманенный осознанием собственной уродливости, начал возвращаться. Она опустила голову, боясь увидеть в его глазах разочарование, и почувствовала отвращение к самой себе. Как она могла срывать злость на А Ине? Ведь он здесь ни при чем.
Ло Ин подошел к ней и коснулся ладонью ее щеки. Его голос был спокойным, как всегда, но именно от этого Гуань Юэ наконец разрыдалась.
— Я забочусь о тебе не из жалости. Ты можешь остаться со мной. Навсегда.
Ло Ин вытер слезы с ее лица платком и, помолчав, нерешительно добавил:
— И еще…
— Что?
— Могу я узнать твое имя? Я ждал, что ты сама скажешь.
— А?
Гуань Юэ покраснела. Она действительно забыла представиться. Как можно было забыть о такой мелочи? Она уже не пыталась спасти свой имидж в его глазах.
— Меня зовут Гуань Юэ. Зови меня Сяо Юэ.
— Сяо Юэ…
Мягкий, низкий голос Ло Ина заставил ее лицо вспыхнуть еще сильнее. Она никогда не знала, что ее имя может звучать так красиво.
— Если что-то понадобится, скажи Цинде.
— Хорошо.
Ло Ин убрал лекарства на место.
— Если больше ничего нет, я пойду.
Гуань Юэ хотелось его задержать, но не знала как. Когда Ло Ин уже сделал два шага, она вдруг вспомнила:
— А Ин, ты ведь врач?
— Да, а что?
— Ничего, просто я так рада. — В этот момент она была невероятно благодарна себе за то, что когда-то выбрала медицинский факультет.
— Если хочешь, я могу тебя научить.
— Правда? А можно прямо сейчас?
— Когда поправишься.
— Вот как… — Гуань Юэ поникла, но, вспомнив, что он заботится о ней, снова просияла.
— Отдыхай.
Ло Ин вышел и вернулся в свою комнату. 014 следовал за ним, мигая белым светом — Ло Ин и без слов понимал, что симпатия героини снова выросла.
— Ло Ло, симпатия героини поднялась до восьмидесяти! Я так рад, так рад!
— Хм.
Ло Ин вернулся в комнату, посмотрел на полки с медицинскими книгами и, выбрав одну, сел у окна. 014 покрутился на столе и затих.
— Ло Ло, что теперь?
— Ждать.
— Чего ждать?
— Сюжета.
…
Сюжет не заставил себя долго ждать. Через полмесяца прислали за Ло Ином. Тот был готов немедленно отправиться к евнуху Лю, как вдруг из комнаты выбежала Гуань Юэ:
— А Ин, ты уходишь?
— Да, Вдовствующая императрица нездорова, император просил осмотреть ее.
— Можно… можно мне с тобой? — Как современный человек, она не могла не интересоваться древним дворцом. К тому же, она совсем засиделась в четырех стенах.
Ло Ин лишь на мгновение задумался и кивнул. Так Гуань Юэ отправилась с ним под видом его ученицы.
— Ло Ло, зачем ты берешь героиню к Вдовствующей императрице? Главный герой наверняка будет там.
— Именно поэтому я ее и беру.
— Не понимаю… — Обычно хозяева стараются развести главных героев по разные стороны, а тут наоборот — сам подталкивает ее к нему.
— Скоро поймешь.
Вскоре они прибыли во дворец Ваньи. После доклада евнух Лю проводил Ло Ина внутрь. Как и ожидалось, Цзи Юй сидел у постели императрицы, опустив голову.
Увидев вошедшего Ло Ина, Цзи Юй встал и вышел из-за полога.
— Простолюдин (простолюдинка) приветствует Его Величество.
— Встаньте.
Цзи Юй сначала окинул взглядом Ло Ина, а затем перевел его на Гуань Юэ, стоявшую позади.
— Кто это?
— Гуань Юэ — моя ученица.
— Пф… С каких это пор у тебя появились ученики?
— Взял на днях.
— Подними голову, дай-ка посмотрю. — Судя по тону, Цзи Юй все еще не забыл прошлую обиду и хотел отыграться.
Гуань Юэ подняла голову, и десятисантиметровый шрам на ее правой щеке предстал перед глазами императора. Как и следовало ожидать, на лице Цзи Юя отразилось отвращение.
— Как ты мог взять в ученицы такую уродку?
— …
— Симпатия героини к Цзи Юю упала на 30.
— Симпатия героини к Цзи Юю упала на 20.
— Текущая симпатия героини к Цзи Юю: -20.
— … — Ло Ин знал, что помешанный на красоте и язвительный Цзи Юй разозлит Гуань Юэ, но не ожидал, что до такой степени. В оригинале Цзи Юй, даже не зная, что именно героиня его отравила, сразу невзлюбил ее за внешность. Поэтому его и считали самым никчемным и вредным персонажем.
— Прошу вас, Ваше Величество, будьте осторожнее в выражениях. — Ло Ин сделал шаг вперед, закрывая Гуань Юэ от взгляда императора.
— Похоже, вы очень дорожите этой ученицей. У вас что, проблемы со зрением?
Оказывается, и в древности умели обзывать людей слепыми…
Ло Ин не хотел, чтобы Цзи Юй продолжал обсуждать внешность Гуань Юэ, и холодно ответил:
— Когда можно приступить к осмотру Вдовствующей императрицы?
— Разумеется, прямо сейчас. Евнух Лю, принеси господину стул.
Ло Ин достал шелковую нить, велел служанке обернуть ее вокруг запястья императрицы и начал диагностику через полог. Если бы у него не было навыка древней медицины, он бы точно не справился.
http://bllate.org/book/21651/2234355
Готово:
