Это был самый обыкновенный день. Если и требовалось найти хоть какое-то отличие от будней, то им, пожалуй, стало это мрачное, свинцовое небо, казавшееся предвестником бури.
Ранним утром еще спавший Хэ Цзысюань услышал звонок от отца, Хэ Юньфэна.
— Цзысюань, твой дедушка в больнице, он хочет тебя видеть.
Парень мгновенно проснулся и ответил:
— Я сейчас же приеду.
Хэ Цзысюань не смел медлить. Умывшись и переодевшись, он уже собирался уходить, но, проходя мимо спальни Е Цзэ, внезапно замер на пороге.
Осторожно повернув ручку двери, он на цыпочках подошел к кровати Е Цзэ и посмотрел на его спокойное, мягкое во сне лицо.
В последнее время им овладевало странное чувство тревоги и страха потерять любимого. Перед каждым уходом ему обязательно нужно было убедиться, что тот все еще рядом, и только тогда на душе становилось спокойно.
Хэ Цзысюань наклонился и поцеловал Е Цзэ в лоб, но никак не ожидал, что во сне ресницы юноши слегка дрогнут и он медленно откроет глаза.
Хэ Цзысюань нежно произнес:
— Еще рано, поспи еще немного.
— Мм, тебе нужно куда-то идти?
— Дома кое-что случилось.
— Тогда поезжай быстрее.
Хэ Цзысюань улыбнулся:
— Разве ты не должен подарить мне поцелуй на прощанье?
Е Цзэ прикрыл свои персиковые глаза и, когда тот подался ближе, чуть приподнял подбородок, легко коснувшись губами его щеки.
— До встречи, Цзысюань, — проговорил он.
— До вечера, А-Цзэ.
Хэ Цзысюань протянул руку, чтобы пригладить его волосы, и только после этого выпрямился и направился к выходу.
Е Цзэ смотрел вслед удаляющейся фигуре, пока та окончательно не скрылась из виду.
Он тихо вздохнул, встал с постели, умылся и занялся сборами.
Чтобы не вызывать подозрений у Хэ Цзысюаня, раньше он свои вещи не упаковывал. К счастью, взять с собой предстояло не так уж много, поэтому сборы завершились быстро.
Готовый к отъезду, Е Цзэ в плаще сидел за письменным столом и вывел на бумаге короткое прощальное письмо.
Затем он вложил послание в нотный сборник для фортепиано и оставил на книжной полке в спальне Хэ Цзысюаня.
Катя за собой чемодан, Е Цзэ подошел к двери, оглянулся на комнату, в которой прожил больше полугода, и без малейших колебаний повернулся и вышел.
Его дом под номером один еще не успел скрыться из виду, когда с неба хлынул лилуй.
Е Цзэ раскрыл принесенный с собой зонт и зашагал вперед, не останавливаясь ни на секунду.
Проходя мимо зеленеющих ив у озера Вэймин, он мысленно прокрутил в голове множество воспоминаний — и в каждом из них неизменно присутствовал Хэ Цзысюань.
Иногда ему казалось странным: почему прошло всего каких-то неполных четыре года, а он так отчетливо помнит каждую мелочь, связанную с Хэ Цзысюанем? Если отбросить его врожденную феноменальную память, возможно, все дело было в тех самых пресловутых чувствах?
В конце концов, количество целей его заданий, стертых из памяти, исчислялось далеко не единицами.
— Е Цзэ! Е Цзэ! — сквозь шум дождя донесся до него чей-то нечеткий женский голос.
Е Цзэ обернулся и увидел Лян Сюэин, которую не встречал уже давно.
Ее светлое длинное платье насквозь промокло от дождя и плотно облегло тело, обнажая соблазнительные изгибы фигуры.
Когда девушка подбежала ближе, Е Цзэ чуть наклонил зонт в ее сторону.
— Что-то случилось?
Лян Сюэин перевела сбивчивое дыхание и, немного успокоившись, выпалила:
— Я видела твое заявление об отчислении. Почему ты уходишь из университета?
Рано утром она заглянула в учебный отдел помочь с разбором бумаг и, заметив заявление об отчислении на имя Е Цзэ, не удержалась и тайком заглянула внутрь, чтобы проверить, тот ли это Е Цзэ, которого она знает.
Получив подтверждение, она сгоряча нашла повод уйти пораньше, желая разыскать Е Цзэ и поговорить с ним лицом к лицу.
Лян Сюэин со всех ног помчалась к первому корпусу принца и никак не ожидала, что по дороге столкнется с Е Цзэ, который как раз катил чемодан по направлению к выходу из кампуса.
Так и состоялся их недавний диалог.
Вопросы Лян Сюэин показались Е Цзэ совершенно неуместными.
— Я действительно подал заявление об отчислении, — холодно произнес он. — Но тебя это, кажется, не касается?
Лян Сюэин задрала голову, глядя на него, и ее побелевшее от холода прелестное лицо выражало упрямство.
— Ты сказал Хэ Цзысюаню? Он знает об этом?
— Узнает, — равнодушно бросил Е Цзэ.
— Ха! Узнает? — с сарказмом усмехнулась Лян Сюэин. — Ты вообще по-настоящему любишь его? Почему ты скрываешь от него даже такие важные вещи? Куда ты собрался после отчисления? Ты... Ачхи!
Она торопливо закрыла нос и рот рукой, громко чихнув, и ее хрупкое тело задрожало под порывами пронзительного весеннего ветра, словно нежный цветок, не способный выдержать ударов бури.
Е Цзэ снял с себя плащ, бросил ей в руки и под ее удивленным взглядом сказал:
— Надень. Я провожу тебя до вон той библиотеки, у входа есть бесплатные зонты общего пользования.
Кутаясь в еще не остывший плащ, Лян Сюэин продолжала допытываться:
— Т-ты так и не ответил! Говори быстрее! Эй, иди медленнее!
Е Цзэ замедлил шаги, искоса глядя на нее:
— Ты суешь нос не в свое дело.
Лян Сюэин уже открыла рот, чтобы огрызнуться, но, заметив его холодный, словно высеченный изо льда профиль, осеклась.
Попытавшись поставить себя на его место, она предположила:
— Эй, у тебя что, есть какие-то скрытые причины?
Е Цзэ оставил ее слова без ответа.
Библиотека находилась недалеко от места их встречи, и вскоре Е Цзэ доставил утонувшую в лужах барышню до пункта назначения.
Лян Сюэин все не прекращала болтать и расспрашивать.
Е Цзэ и без того был не в лучшем расположении духа, а ее галдеж только раздражал.
— Мисс Лян, так бесцеремонно лезть в чужую личную жизнь — не то занятие, которым должна заниматься хорошо воспитанная девушка. Мои дела с ним... не требуют ваших комментариев.
Лян Сюэин схватила один из общих зонтов и парировала:
— Думаешь, мне охота вмешиваться? Я просто хотела убедиться, действительно ли ты убираешься отсюда, чтобы я могла воспользоваться моментом. Испугался? Мне самой от этих мыслей страшно. Эй, чего ты молчишь?
Она оглянулась, но рядом никого не было. Повернувшись в другую сторону, она увидела лишь то, как высокая фигура Е Цзэ растворяется в пелене дождя.
— Ублюдок... — процедила Лян Сюэин.
Немного подумав, она решила, что все-таки стоит позвонить Хэ Цзысюаню.
Хэ Цзысюань сделал глоток кофе, его брови слегка сошлись от раздражения.
Он никак не ожидал, что Хэ Юньфэн заманит его в больницу поддельным предлогом, а затем прикажет телохранителям отвезти его в это кафе на свидание вслепую.
Какая нелепая выходка!
Сидевшая напротив девушка смущенно покраснела и заискивающе заговорила:
— Ч-что ты обычно любишь делать в свободное время?
Хэ Цзысюань холодно ответил:
— Уж точно не сидеть здесь и ходить с тобой на свидания вслепую.
Девушка вытаращила глаза и с недоверием уставилась на него:
— Т-ты что сказал?
В ее голосе уже слышались слезы.
В этот момент раздался телефонный звонок. Хэ Цзысюань взглянул на экран.
Лян Сюэин.
Он тут же сбросил вызов, но спустя пару секунд телефон зазвонил снова.
Раздраженный до предела, Хэ Цзысюань снова нажал на отклонение вызова и, подумав секунду, решил внести номер Лян Сюэин в черный список.
Стоило ему разблокировать экран, как пришло новое сообщение от нее.
[Лян Сюэин: Хэ Цзысюань, Е Цзэ бросил учебу, я только что видела, как он с чемоданом шел к выходу из университета.]
В голове Хэ Цзысюаня зазвенело.
Заставив себя успокоиться, он бросил быстрый взгляд на настороже стоявших телохранителей. Обернувшись к девушке, он бросил:
— Прошу меня извинить, мне нужно в уборную.
Не дожидаясь ее ответа, он быстрым шагом направился в сторону туалета.
Несколько секьюрити, притворявшихся обычными посетителями, переглянулись, и двое из них тут же последовали за ним.
Тем временем Е Цзэ уже прибыл в международный аэропорт Столицы.
А Хэ Цзысюань, оторвавшись от преследовавших его телохранителей, мчался на машине к Цзинскому университету.
По дороге он позвонил знакомому в полицию и попросил поднять записи с дорожных камер, чтобы отследить путь Е Цзэ.
Добравшись до Цзинского университета, Хэ Цзысюань выпрыгнул из машины, взлетел по лестнице к корпусу и распахнул дверь комнаты Е Цзэ.
Внутри царила идеальная чистота и порядок, все вещи лежали на своих местах.
И все же он сразу заметил пропажу предметов, имевших для Е Цзэ огромную ценность: семейной фотографии в рамке со стола, подаренного им самим художественного альбома с полки и резной деревянной статуэтки, которую он преподнес в подарок в этом семестре.
Заглянув в гардероб Е Цзэ, Хэ Цзысюань обнаружил, что тот опустел больше чем наполовину.
Его сердце словно тоже опустело.
Неужели А-Цзэ мог поступить так бессердечно? Разве он не оставил хотя бы пару слов на прощание?
Охваченный этой надеждой, Хэ Цзысюань принялся лихорадочно обыскивать комнату и наконец нашел прощальную записку Е Цзэ, спрятанную между страницами нотной тетради на книжной полке.
Письмо оказалось коротким — всего несколько фраз, легко и непринужденно ставивших точку в их отношениях и прощавшихся навсегда.
Внутри Хэ Цзысюаня все вскипело от гнева, а в глубине его темных глаз проступила багровая пелена.
Внезапно зазвонил телефон. Хэ Цзысюань ответил — это был тот самый друг, который помогал разыскивать Е Цзэ.
— Твой человек в международном аэропорту Столицы.
Узнав номер такси, на котором уехал Е Цзэ, друг потянул за эту ниточку и быстро выяснил пункт назначения.
— Спасибо, с меня обед.
— Не забудь.
Хэ Цзысюань сбросил вызов и бросился к выходу.
Стоило ему выбежать из первого корпуса принца, как он заметил поджидавших у его машины телохранителей. Те, кто все это время бдительно наблюдал за окрестностями, сразу увидели выделяющуюся фигуру Хэ Цзысюаня и тут же бросились за ним.
Хэ Цзысюань припустил со всех ног, двигаясь быстрее молнии.
Заметив неподалеку мужчину, который как раз открывал водительскую дверь, он прибавил скорости, подбежал, вырвал из рук ключи и завел двигатель.
— Прошу прощения, одолжу машину на время.
Несчастный владелец, оттолкнутый толчком в сторону, растерянно моргал, глядя, как его любимый автомобиль срывается с места.
Он бросился вслед за ним, вопя:
— Эй! Это моя машина! Ублюдок! Остановись!
Мчась в международный аэропорт Столицы, Хэ Цзысюань одновременно звонил людям, чтобы пробить рейс Е Цзэ.
На полпути ему пришло смс-сообщение.
[Информация о рейсе: UA850747, время вылета 9:00, пункт назначения — Чикаго.]
Было уже восемь тридцать четыре, времени почти не оставалось.
Хэ Цзысюань вдавил педаль газа в пол, увеличивая скорость.
Хотя шел сильный дождь, опасных конвективных явлений и непредсказуемого сдвига ветра не наблюдалось, поэтому самолет Е Цзэ вылетел строго по расписанию.
Взглянув на наручные часы, Е Цзэ отметил, что до отрыва от земли оставалось всего десять минут.
Сложив руки на животе, он прижался затылком к подголовнику и прикрыл глаза.
По прилете в Чикаго ему предстояло пересесть на другой самолет до аэропорта Рочестера.
Почти суточное путешествие по воздуху кого угодно могло вымотать — а Е Цзэ, страдавшему в последнее время от бессонницы, было просто необходимо воспользоваться этой возможностью, чтобы хорошенько выспаться.
В полусне Е Цзэ вдруг показалось, что он слышит голос Хэ Цзысюаня.
Тот звал его по имени — отчаянно и горько.
Он мысленно горько усмехнулся: похоже, он действительно отравился этим человеком раз и навсегда, раз ему уже начали мерещиться подобные вещи.
В девять часов самолет начал движение по взлетной полосе.
Вскоре Е Цзэ ощутил легкую невесомость.
Его место находилось у иллюминатора, и, повернув голову, он увидел, как мрачные серые тучи за окном сменились бескрайним синим небом и ярким солнцем.
Аэропорт внизу стремительно уменьшался, превращаясь в крошечные точки, пока окончательно не исчез из вида.
— Прощай, Хэ Цзысюань.
— А-Цзэ! А-Цзэ! Е Цзэ!
Смотря во все глаза на то, как самолет с Е Цзэ на борту пронзает облака, Хэ Цзысюань чувствовал, как его сердце из рая рушится прямо в ад.
Какое еще трехмесячное испытание? Какое возвращение к началу?
Он и не подозревал, что Е Цзэ может быть настолько безжалостным!
Оторвав от себя цеплявшихся за него охранников, Хэ Цзысюань с остекленевшим лицом побрел к выходу из аэропорта.
Ливневые потоки воды не давали открыть глаза.
Он уже не мог разобрать, что именно течет по его лицу — дождевая вода, слезы или все вместе.
Холодный дождь пробирал до костей, и эту въевшуюся в плоть леденящую дрожь было уже не остановить.
Вернувшись в машину, Хэ Цзысюань тупо уставился на руль обеими руками.
В кармане разрывался телефон, но он не обращал на него внимания.
Мелодия умолкла ненадолго, прежде чем Хэ Цзысюань наконец завел двигатель и направил машину в сторону виллы на горе.
Стоило автомобилю выехать на скоростное шоссе, как телефон снова зазвонил.
На этот раз Хэ Цзысюань ответил. Из динамика сразу же донесся сдерживающий гнев голос Хэ Юньфэна:
— Ты где сейчас? Немедленно возвращайся!
— Отец, это ты тогда, около недели назад, искал А-Цзэ? — спокойно спросил он.
Хэ Юньфэн холодно усмехнулся:
— Думаешь, это я его прогнал?
— Если нет...
— Он и сам от тебя бежал сломя голову! Хэ Цзысюань, приди в себя, у вас двоих не может быть будущего. В таких семьях, как наша, никогда не потерпят подобную нечисть!
Хэ Цзысюань потерянно пробормотал:
— Нечисть?.. Я просто...
Я просто люблю его.
Яркий свет фар ослепил глаза, он судорожно крутанул руль, пытаясь уйти от мчавшегося навстречу внедорожника.
Но из-за скользкой от дождя дороги потерявший управление автомобиль на полном ходу врезался в дорожное ограждение. Его оглушило, в глазах поплыло, а руки и ноги пронзила острая боль.
Услышав в трубке жуткий скрежет и грохот, Хэ Юньфэн испуганно закричал:
— Цзысюань! Что случилось?! Ты где? Ответь мне немедленно!
Сознание Хэ Цзысюаня постепенно угасало, по лбу побежала теплая струйка крови.
Перед тем как веки сомкнулись окончательно, ему мерещился чей-то призрачный силуэт.
Белые одежды, черные волосы, благородное и величественное лицо — вылитый небожитель.
Слабо изогнув уголки губ, он прошептал в бреду:
— А-Цзэ...
http://bllate.org/book/21636/2232525
Готово:
