Юань Ин лишь со вчерашнего дня, после того как увидел кошмар, начал замечать неладное: даже после того как Ци Шаоцзюнь сошёлся с ним, его чувства к своей «белой лунной сияющей» любви ничуть не угасли. Более того, казалось, он стал привязан к нему ещё сильнее, постоянно пытаясь обнять или поцеловать, что Юань Ина порядком смущало.
Рыжий кот, который неотступно следовал за ним, подошёл к его ногам и, задрав голову, посмотрел на растерянного юношу:
— Ты только сейчас это заметил?
Юань Ин моргнул и перевёл взгляд на кота:
— Что ты имел в виду, когда вчера говорил про добавленные сцены?
004 поморщил нос и ответил странным тоном:
— Я и сам толком не знаю, мяу. Но, похоже, этот мир признал тебя в роли «белой лунной сияющей» любви и самостоятельно дополнил сюжет. Проще говоря, ты стал незаменимой силой для функционирования этого мира.
Юань Ин окончательно запутался:
— Но ведь... я вытянул роль пушечного мяса, второстепенного персонажа.
004 покачал круглой головой:
— Обычно влиять на развитие сюжета могут только люди из Мира Истока. Ты, как второстепенный персонаж, не обладаешь энергией, чтобы изменить мировую линию и самому стать главным героем. Однако информация, которую я получил, указывает именно на это.
— Значит, моё задание провалено? — Юань Ин всё ещё помнил цель, с которой прибыл сюда. — Гу Линь по-прежнему главный герой?
Рыжий кот закрыл глаза, запуская поиск информации, и на мгновение его плотное тело превратилось в виртуальный зелёный код из цифр.
Юань Ин подождал некоторое время, прежде чем кот наконец открыл глаза и обессиленно произнёс:
— Мяу, я не могу получить доступ к запросу прав главной системы, но твоё исходное задание, скорее всего, провалено. Гу Линь всё ещё главный герой, но ему больше не нужно идти по любовной линии «жестокий господин и униженный возлюбленный» с боссом Ци.
Юань Ин опешил:
— Но разве этот мир не называется «Ледяной президент: Огненное крематорий для жены»?
— Мяу, я тоже не знаю. Возможно, Гу Линь теперь может сосредоточиться на карьере кинозвезды.
Юань Ин задумался. И правда, вместо того чтобы добиваться любви мужчины, в чьём сердце живёт другой, лучше уж всерьёз заняться делом.
— И сколько мне ещё здесь оставаться?
Кот задумался и почесал белую грудку:
— Думаю, пока весь мир не сможет функционировать самостоятельно. В любом случае, награда после выхода будет немалой, мяу!
Его пакет ресурсов был уже не за горами!
Юань Ин подпёр подбородок рукой и моргнул:
— В таком случае, стоит ли мне продолжать придерживаться плана «надоедливого липучки»?
Хотя этот план и увёл сюжет в сторону, но полученный результат, кажется, был совсем неплох?
004, выступая в роли советчика, припомнил Сто способов влюбить в себя жестокого господина:
— Возможно, стоит вести себя немного холоднее... Мяу, попробуй изменить частоту сообщений. Разве сотрудники корпорации Ци уже не начали жаловаться?
К тому же, пусть Ци Шаоцзюнь, который раньше по полдня не отвечал на сообщения, сам прочувствует «потерю, тоску, раскаяние и процесс активного ухаживания», мяу!
Юань Ин подумал, что это разумно. От такой липкости он и сам порядком устал. Если не придётся постоянно следить за телефоном, он быстрее закончит свою картину «Земная звезда».
Решив так, он дождался, пока Ли Си выведет сотрудников, и с головой ушёл в работу над конкурсной картиной.
Когда Ци Шаоцзюнь закончил совещание и вошёл в комнату, он увидел, как у огромного окна, в лучах солнечного света, тихий и прекрасный юноша сосредоточенно рисует.
Юноша поджал губы, похожие на лепестки цветов, его кожа на солнце казалась белее снега, а пальцы, сжимавшие кисть, были гибкими и сильными. Он тщательно прорисовывал контуры и цветовые слои.
Картина была почти закончена. Цветовая гамма, как и в полотне «Погоня за светом», показанном на благотворительном вечере, была яркой и смелой, с преобладанием тёплых оттенков. Юноша как раз дорисовывал тёмный уличный уголок. Такой резкий контраст цветов делал танцующего на картине мужчину похожим на упавшую с небес звезду.
Ци Шаоцзюнь некоторое время любовался своим маленьким художником, но, заметив, что тот трёт глаза, подошёл и прервал его:
— Почему ты не попросил Ли Си открыть защитную панель? Смотреть на что-то под прямыми солнечными лучами очень вредно для зрения.
Мужчина перехватил руку Юань Ина, которой тот тёр глаза. Его глаза, прежде ясные и чёткие, как у щенка, покраснели, будто он расплакался от обиды.
— Раньше солнце не было таким ярким, я за работой и не заметил.
Ци Шаоцзюнь с долей ревности взглянул на картину, а затем повёл Юань Ина к дивану:
— Не три глаза, я сейчас принесу капли.
Юань Ин послушно кивнул и остался сидеть на диване, наблюдая, как мужчина суетится вокруг него. Глядя на это, он не удержался и прошептал лежащему рядом на солнце коту:
— 004, тебе не кажется, что босс Ци на самом деле неплохой?
Система-спутник издала «мяу» и открыла глаза, наблюдая за действиями Ци Шаоцзюня.
На самом деле она гадала, не он ли тот самый человек, что изменил мировую линию. Но как ни смотри, отличий от обычного жителя этого мира не было. Да и даже если он это сделал, зачем существу, способному влиять на волю мира, менять сюжет ради Юань Ина? Только потому, что тот глупенький и помешан на любви?
Кот дёрнул хвостом. Одно лишь осознание того, сколько энергии нужно потратить на изменение мировой линии, заставляло его содрогнуться.
Мяу, в любом случае, для их Юань Ина это сплошная польза. Учитывая его текущий уровень ментальной силы, после выхода он всё равно не вспомнит, что именно здесь происходило.
Закрыв защитную панель и принеся капли, Ци Шаоцзюнь вернулся к Юань Ину. Он тихо успокоил юношу, попросил его открыть глаза и аккуратно закапал лекарство.
Юань Ин моргнул, почувствовав облегчение. Он улыбнулся и радостно поблагодарил мужчину:
— Брат Шаоцзюнь так добр ко мне.
Ци Шаоцзюнь посмотрел в его вновь ясные глаза, и на душе стало спокойнее. В то же время нахлынули накопившиеся обида и ревность, и он с лёгкой горечью произнёс:
— Раз уж ты считаешь, что я добр к тебе, то почему до сих пор нет вестей о нашем символе любви?
Картина для другого мужчины уже почти закончена.
Юань Ин издал «а», будто действительно забыл.
Взгляд Ци Шаоцзюня стал опасным. Если бы здесь отображался уровень симпатии, Юань Ин не сомневался бы, что над головой мужчины загорелось бы огромное «-10».
— Ты забыл?
Юань Ин яростно замотал головой.
— Тогда почему до сих пор ничего нет?
Юань Ин, словно маленький кролик, втянул голову в плечи:
— Потому что я не могу придумать ничего, что стоило бы тридцать миллионов.
— ...
Ци Шаоцзюнь вздохнул, наполовину от безысходности, наполовину смирившись. Он приподнял лицо юноши и начал учить его:
— Символ любви ценен не стоимостью, а искренностью чувств.
Юань Ин непонимающе смотрел на него, словно всё ещё не улавливая сути.
— Вещь, которую дарит любимый человек, будь то камень или травинка, мне будет дорога. Если он считает, что это подходит мне, и, глядя на это, я буду вспоминать о нём, я буду дорожить этим подарком. Я подарил тебе «Погоню за светом» по той же причине. Это твоя работа, и, глядя на неё, я вспоминаю о тебе. Поэтому я выкупил её и передал тебе, надеясь, что ты запомнишь новый смысл, который я в неё вложил.
Ци Шаоцзюнь редко говорил так много. Казалось, он учит Юань Ина значению символа любви, но на самом деле он открывал своё сердце, восполняя недостаток признаний в прошлом.
— Сяо Ин, я хочу, чтобы ты думал обо мне. Это то, что я хотел бы увидеть в твоём подарке.
Поэтому, будь то картина или фотография, спортивный автомобиль или дорогое вино, роскошные часы или просто камень, трава, недолговечная безделушка — что угодно, лишь бы это было от Юань Ина, он будет бережно хранить.
Юноша был тронут. Он моргнул, чувствуя, как глаза наполнились влагой, и уткнулся в объятия мужчины, словно хрупкая лиана, тесно обвившаяся вокруг опоры. Он тихо прошептал:
— Есть, у меня есть... В моём сердце есть ты.
Он подумал, что теперь знает, какой подарок станет символом их любви.
Для этого мужчины, который так искренне готов учить его тому, что такое любовь.
http://bllate.org/book/21596/2226497
Готово:
