Эн-эн, какой красивый цвет! Розовый, переливающийся.
Даже Се Цзяоюэ не могла противостоять тяге к розовому цвету, а глазки Хуан Синьюэ и вовсе согнулись в лучиках, уголки рта чуть приподнялись, обнажая прелестные ямочки на щеках. Ни одна женщина не в силах устоять перед драгоценностями и самоцветами.
В этот самый момент Хуан Синьюэ и Се Цзяоюэ еще не знали, что произойдет дальше. Когда они обе сошлись во мнении, что этот розовый бриллиант прекрасен, этап демонстрации ювелирных изделий подошел к концу.
Итак, мы полагаем, все уже смогли оценить ослепительное великолепие нашего открывающего лота — Розовой звезды! Разумеется, его коллекционная ценность в мире ювелирного искусства исключительно высока, и начальная цена составляет сто миллионов! Шаг повышения ставки — не менее пяти миллионов!
Под голос аукциониста торги за Розовую звезду официально начались. Стоит признать, что этот аукцион действительно заслуживал того, чтобы его рекламировали под названием Наследие веков, ведь стартовая цена только первого лота составляла сто миллионов! Страшно представить, какой безумный ажиотаж начнется дальше!
Как только аукционист объявил цену в сто миллионов, в зале сразу же последовали ставки.
Гость под номером двадцать три предлагает сто пятьдесят миллионов!
Гость под номером тридцать один — двести миллионов!
Гость под номером тринадцать — двести тридцать миллионов!
Каждое приращение исчислялось десятками миллионов, отчего у всех, кто сидел даже в отдельных кабинках, замирало сердце. Где Лань Хуань видел такие масштабные зрелища? У какого-то случайного украшения начальная цена сто миллионов, во сколько же раз возрастет итоговая сумма?!
Се Цзяоюэ и Хуан Синьюэ тоже широко раскрыли глаза: они действительно считали Розовую звезду неописуемо красивой, но и ее ценник, конечно, поражал воображение.
Не прошло и полминуты, как начальная цена в сто миллионов взлетела прямиком до трехсот пятидесяти миллионов!
С этого момента шаг поднятия цены составлял уже по десять миллионов, однако желающих поучаствовать в торгах оставалось немало. Каждый хотел потратить как можно меньше денег, но при этом заполучить этот крупнейший в мире розовый бриллиант — можно сказать, единственный в своем роде экземпляр такого размера на всей планете.
Его уникальность и редкость заставляли этих богачей терять рассудок.
В отдельной кабинке царила абсолютная тишина, контрастировавшая с накалом страстей снаружи, и когда цена наконец подскочила до пятисот десяти миллионов... больше никто не перебил ставку!
Итак, наш девятнадцатый гость назвал цену в пятьсот десять миллионов. Есть ли еще желающие продолжить торги? Если нет, то пятьсот десять миллионов раз... пятьсот десять миллионов два...
В тот самый момент, когда аукционист внизу собирался опустить молоток, внезапно раздался новый голос.
Гость под номером три предлагает шестьсот миллионов! Есть ли среди присутствующих желающие продолжить?
Услышав цифру в шестьсот миллионов, аукционист даже засиял от восторга. В конце концов, если первый лот задаст хороший тон, то и дальнейшие торги пойдут гладко. Разве мог аукционист не радоваться, видя, что Розовую звезду удалось продать за шестьсот миллионов?
И действительно, услышав о шести веке миллионах, девятнадцатый гость больше не стал повышать ставку.
Лань Хуань счел этого третьего гостя каким-то странным, напряг память и, хлопнув себя по лбу, произнес:
Приемный отец? Тот третий гость, о котором говорят... это ведь вы, да?
Кабинет, в который они только что пришли, как раз значился под номером три, только вот разве они видели, чтобы приемный отец хоть что-то делал? Откуда же взялась ставка?
И в самом деле, вслед за словами Лань Хуаня к ним поднялся сотрудник аукционного дома. Хотя торги только что завершились, все равно требовалось оформить процедуру передачи лота — по крайней мере, удостовериться, что человек, выигравший выставленный экспонат, действительно располагает средствами для оплаты.
Се Тинчжоу повел себя весьма непринужденно и просто протянул сотруднику черную карту. Обычно в таких случаях деньги с карты переводят на счет их аукционного дома Вечность, а после того как гость забирает лот, эту сумму списывают, что было крайне удобно.
Управляющий Хуан Ю и Ся Цзяци дежурили снаружи, поэтому они, разумеется, прошли следом. Защита активов главы семьи — это прямая обязанность управляющих.
Когда посторонние удалились, Хуан Синьюэ и Се Цзяоюэ посмотрели на Се Тинчжоу с крайним изумлением.
Зачем ты это купил?
Шестьсот миллионов! Не шесть же юаней!
И правда, пап, какого черта ты это купил?!
Се Цзяоюэ даже сообразить не могла, сколько всего она смогла бы накупить на шестьсот миллионов, а родной отец взял и вывалил эту сумму за один единственный бриллиант.
Разве он вам не нравится? Понравился — вот я и купил его для вас. Впрочем, Цзяоюэ, этот розовый бриллиант папа купил в подарок твоей маме, а чуть позже посмотришь, что еще тебе приглянется, и я куплю это для тебя, м?
У Се Тинчжоу нашлось время даже на то, чтобы успокоить дочь, отчего Се Цзяоюэ не знала, смеяться ей или плакать. Хуан Синьюэ же сначала собиралась отчитать Се Тинчжоу за бессмысленную трату денег, но припомнив особняк и баснословно дорогие спорткары, решила, что ей все равно уже не справиться с ним.
...Лишь бы ты был доволен.
Будучи получателем подарка, она вроде бы должна радоваться, но Хуан Синьюэ почему-то ощущала жуткое давление — словно нищий в одночасье сказочно разбогател и никак не мог к этому привыкнуть.
Вскоре настоящий розовый бриллиант вместе с черной картой вернули владельцам. Увидев Розовую звезду вблизи, Хуан Синьюэ наконец подумала, что эти шестьсот миллионов, пожалуй, были потрачены не зря?
Се Тинчжоу повертел в пальцах баснословно дорогой розовый бриллиант, надел его прямо на безымянный палец Хуан Синьюэ, а затем поцеловал ее в тыльную сторону ладони и произнес:
Раньше я думал: если разбогатею, обязательно куплю тебе самое лучшее и самое большое обручальное кольцо. И пусть сейчас все мои деньги достались мне в наследство от другого человека, их хватит на то, чтобы наша семья ни в чем не нуждалась до конца дней. Я больше не хочу, чтобы ты, сестрица, терпела лишения рядом со мной. Отныне все, что бы ты ни захотела, я буду покупать тебе.
В каждом слове Се Тинчжоу не было признаний в любви, но в каждом слове заключалась вся его любовь.
У Хуан Синьюэ внезапно защипало в глазах. Она не ожидала, что Се Тинчжоу до сих пор помнит свое давнее обещание. В этот миг ей показалось, что все невзгоды позади, все тяготы испарились, а впереди ждет совершенно новое будущее.
Се Цзяоюэ тоже с радостью наблюдала за нежностью родителей. В конце концов она оттеснила папу в сторону и принялась рассматривать розовый бриллиант на маминой руке, искренне восхищаясь тем, как невероятно красиво он сидит на маме! Потрясающе!
Аукцион внизу продолжался своим чередом, но на сей раз стоило Се Цзяоюэ и Хуан Синьюэ задержать взгляд на какой-нибудь вещи чуть дольше обычного, как Се Тинчжоу тут же интересовался, нравится ли она им.
Сначала обе женщины даже не сообразили, в чем дело, но вскоре заметили: стоило им несколько раз обмолвиться, что вещица им по душе, как Се Тинчжоу немедленно выкупал ее.
В их число вошли:
Часы с цветными бриллиантами весом более 110 карат от ведущего мирового ювелирного бренда Graff со стартовой ценой в сто миллионов, которые в ходе торгов подорожали до четырехсот миллионов.
Король скрипок Вийом, изготовленный более трех лет назад — абсолютная вершина мечтаний для всех любителей музыки как с точки зрения коллекционной ценности, так и практического применения, ушедший в итоге за двести миллионов.
Глобальная юбилейная лимитированная серия часов от Patek Philippe общим тиражом всего в семь экземпляров по всему миру и с высочайшей коллекционной ценностью, проданная за двести пятьдесят миллионов.
Кольцо с голубым бриллиантом Оппенгеймер чистым весом 14.62 карата со стартовой ценой в сто миллионов и итоговой стоимостью в четыреста двадцать миллионов.
Специальная модель хрустального рояля Heintzman, при создании которой использовались уникальные разновидности хрусталя, ушедшая за сто миллионов — на фоне предыдущих лотов сумма даже казалась небольшой.
Лань Хуань прошел путь от первоначального шока до полного онемения. Он уже привык к тому, что приемный отец относится к аукциону как к овощному рынку — в конце концов, автомобили приемный отец покупал точно так же, как покупают зелень к ужину.
Многие гости в зале тоже заметили неладное. К пяти часам вечера, начиная с часу дня, этот загадочный третий клиент выкупил изрядную долю выставленных лотов — от драгоценностей до самых причудливых вещиц. Если прикинуть хотя бы приблизительно, на это ушло не меньше десятка миллиардов!
В таких местах, как аукционные дома, принято расплачиваться наличными. У кого вообще может быть столько денег?
Хуан Синьюэ и Се Цзяоюэ уже устали. От первоначальной нервозности и беспокойства по прибытии на аукцион до шока при покупке первой Розовой звезды, а затем и оцепенения при виде того, как Се Тинчжоу скупает баснословно дорогие коллекционные редкости, словно копеечную капусту, обе женщины совершенно потеряли чувствительность к цифрам.
Особенно когда они поняли, что если вначале Се Тинчжоу просто спрашивал про вещи, на которые они засматривались дольше обычного, то вскоре он перестал даже спрашивать: стоило ему счесть, что эти две женщины в его доме могут в чем-то нуждаться, как он начинал просто щелкать ставки одну за другой!
Обе уже сбились со счета, сколько всего накупил Се Тинчжоу. Хуан Синьюэ даже начала подозревать, что ее благоверный страдает какой-то неизлечимой болезнью, при которой люди умирают, если не тратят деньги.
Однако, видя, как услужливость персонала аукционного дома по отношению к Се Тинчжоу растет с каждой минутой, женщины понимали, что муж богат, а потому чувствовали себя намного спокойнее.
Се Тинчжоу пробыл на месте до семи часов вечера, пока наконец не появился финальный, самый главный экспонат всего аукциона Наследие веков!
Сегодняшний финальный лот нашего аукциона Наследие веков — экспонат, который пользуется наибольшей любовью у отечественных ценителей искусства. Это работа австрийского художника Густава Климта Портрет Адели Блох-Бауэр I! Эта картина пережила множество легендарных перипетий, и после того, как ей владели частные зарубежные коллекционеры, полотно вернулось на родину и теперь выставлено здесь! Полагаем, все ждали его появления с наибольшим нетерпением!
Под слова аукциониста это шедевральное полотно Портрет Адели Блох-Бауэр I появилось на подиуме, и даже на экранах внутри отдельных кабинетов во всей красе отражалось великолепие этой картины.
Окутанная золотом женщина мгновенно приковала к себе взгляды абсолютно всех присутствующих. Ослепляющая роскошь полотна не позволяла отвести глаз; даже Хуан Синьюэ, ничего не смыслящая в живописи, оказалась заворожена, что уж говорить о Се Цзяоюэ?
Многие погрузились в созерцание красоты этого творения мирового масштаба, а аукционист объявил начальную ставку.
Наш Портрет Адели Блох-Бауэр I — это первоклассная картина мирового уровня и величайшее произведение искусства, достойное любой коллекции. Начальная цена — пятьсот миллионов! Шаг повышения ставки — не менее десяти миллионов!
Верно! До безумия много! На самом деле немалая часть гостей прибыла на этот аукцион именно ради того, чтобы заполучить полотно, и изначально они не планировали покупать ничего другого.
Одна лишь ценность и редкость этой картины с лихвой перекрывали любые материальные эквиваленты.
Услышав о стартовой цене в пятьсот миллионов, все были шокированы: если даже старт торгов начинается с такой цифры, до каких же высот взлетит итоговая стоимость?
Впрочем, все прекрасно знали, что в прошлый раз, когда эта картина уходила с молотка, финальная цена составила девятьсот миллионов. Но с тех пор утекло много воды, прошли годы, и при повторной продаже сумма, разумеется, будет совсем иной.
Хуан Синьюэ тут же посмотрела на Се Тинчжоу, понимая, что за это полотно он намерен бороться до конца.
Се Цзяоюэ же спохватилась с опозданием: ей хотелось сказать отцу, что это слишком дорого и покупать картину не нужно, но в то же время она безумно ее желала, так что ее глаза метались в полнейшем смятении.
Цзяоюэ, тебе ведь нравится эта картина? — спросил Се Тинчжоу.
Се Цзяоюэ закусила губу, не зная, как ответить, но Се Тинчжоу уже принял решение за нее.
Мы пришли на этот аукцион как раз для того, чтобы я купил тебе это полотно. Ты любишь рисовать, так что после покупки повесим его дома — будешь любоваться им в любой момент, когда захочешь. Сколько душе угодно.
Словно стоило обрести отца, как разом исполнились все желания на свете.
У Се Цзяоюэ вмиг покраснели глаза, и в конце концов она кивнула. А торги внизу тем временем шли полным ходом!
Помилуйте, это же картина мирового уровня!
Кто захочет упустить такой шанс?
Гость под номером тридцать четыре предлагает шестьсот тридцать миллионов!
Гость под номером двадцать пять предлагает шестьсот сорок миллионов!
Гость под номером двенадцать предлагает шестьсот пятьдесят миллионов!
Цена росла постепенно. Каждый желал заполучить полотно, но действовал куда осторожнее, опасаясь угодить в чужую ловушку, поэтому к вопросу назначения цены и осмотрительности все подходили совершенно иначе.
Не прошло и нескольких минут, как планка цен перешагнула очередной рубеж.
Гость под номером двенадцать предлагает миллиард сто десять миллионов!
Гость под номером шесть предлагает миллиард сто пятьдесят миллионов!
Гость под номером семь предлагает миллиард двести миллионов!
Когда борьба накалилась до предела, многие сошли с дистанции, ведь цена картины уже перевалила за миллиард двести миллионов и продолжала расти. Кто знал, до какой умопомрачительной цифры дойдут торги сегодня?
Лишь когда цена достигла полутора миллиардов, в схватке осталось всего двое соперников.
Гость под номером шесть предлагает миллиард пятьсот десять миллионов! Есть ли еще желающие повысить ставку?
К этому моменту все остальные превратились в зрителей, наблюдающих за представлением — ценность полотна действительно оказалась запредельной. И именно тогда в игру вступил Се Тинчжоу.
Вскоре раздался голос аукциониста:
Гость под номером три предлагает миллиард шестьсот миллионов!
В зале воцарилась мертвая тишина. Даже люди в шестой кабинке на мгновение замерли, но быстро сообразили: этот гость из третьей кабинки за сегодняшний вечер скупил уже столько всего, что потратил порядка десятка миллиардов, а если продолжать бодаться с ним напролом, итоговая цена может взлететь слишком высоко, к тому же наживешь влиятельного врага.
Шэнь Инь, которая тоже присутствовала на аукционе, разумеется, не желала, чтобы знакомые ей люди столкнулись лбами, поэтому тут же велела передать в шестую кабинку предупреждение, что человек из третьей кабинки связан с золотыми приисками.
И тогда обитатели шестой кабинки благоразумно воздержались от дальнейших ставок.
Аукционист никак не ожидал, что финальное полотно уйдет по столь колоссальной цене! От избытка чувств его голос зазвучал еще звонче:
Итак, миллиард шестьсот миллионов раз! Миллиард шестьсот миллионов два! Продано за миллиард шестьсот миллионов!
Под звук удара молотка это шедевральное полотно перешло к Се Тинчжоу. В то время как все остальные думали о подарках или инвестициях, никому и в голову не могло прийти, что причиной, по которой Се Тинчжоу выкупил эту вещь, было банальное желание порадовать дочку...
http://bllate.org/book/21589/2225086
Готово:
