Прежде чем мы уйдём, я научу тебя извлекать энергию из звериных ядер, — голос королевы звучал мягко и ласково, словно весенний ветерок. — Это непросто, потому что так можно загрязнить твоё собственное ядро, но если ты найдёшь в диких землях хороший огонь, то сможешь очистить его ещё сильнее и в итоге поглощать практически чистую энергию. Впрочем, об этом стоит говорить лишь тогда, когда у тебя появится сродство с пламенем!
Королева медленно опустилась рядом с ней, её грациозная поза напоминала древнюю статую, после чего жестом велела повторить за ней. Она сидела, словно таинственный сфинкс, надежно зажав звериное ядро между передними лапами. Затем она пустила в ход собственную энергию, мягко, но уверенно надавливая на ядро, пока оно не издало тихий треск. После этого она принялась осторожно, крупица за крупицей, вытягивать сочившуюся наружу силу, наблюдая, как ядро постепенно теряет блеск и рассыпается в прах.
Айкэ широко распахнула глаза, пораженная чудесными изменениями, происходившими с этим крошечным ядром. В тот самый миг, когда оно треснуло, трещина вспыхнула чарующим светом, и оттуда, словно из прохудившейся газовой трубы, непрерывным потоком хлынула энергия. Затем сияние стало тускнеть, превращаясь в безжизненный камень, пока наконец не обратилось в горстку мелкого порошка!
Королева гордо выпятила грудь, заметив, как Айкэ в упор смотрит на неё взглядом, полным восхищения и зависти. В её сердце невольно шевельнулось застенчивое чувство — прежде ей было совершенно незнакомо подобное состояние. В конце концов, ей ещё не доводилось испытывать на себе столь чистый, палящий взгляд, лишенный всяких скрытых желаний.
Я буду вести тебя постепенно, чтобы ты не растратила зря энергию звериного ядра, — на лисьем лице расцвела нежная улыбка, теплая и успокаивающая, словно первый лучик утреннего солнца.
Айкэ уселась, подражая лисе, и попыталась применить собственную энергию. Однако этот процесс оказался невероятно тяжелым, словно она пыталась силой продавить воду в наглухо забившуюся канализацию. Из глубины тела то и дело накатывало дурноту, а временами — даже острая боль.
Что же это такое… — королева внезапно прервала свои действия и в полном недоумении посмотрела на странную реакцию Айкэ. — Неужели… — её сердце пронзило дурное предчувствие, а брови тесно сошлись на переносице.
Сперва остановись и расслабься, — суровым тоном приказала она Айкэ.
Айкэ послушно подчинилась: в конце концов, во многих вещах она всё еще разбиралась лишь поверхностно.
Королева попыталась просканировать её ядро — по крайней мере, попыталась это сделать, но результат оказался шокирующим. Айкэ вдруг отскочила в сторону, словно кошка, которой наступили на хвост, и громко закричала на королеву.
Больно! — её вопль прокатился эхом по всей пещере.
Королева беспомощно вздохнула и тут же бросилась за Айкэ. Естественно, в скорости Айкэ не могла тягаться с королевой, и в мгновение ока та легко прижала её к земле.
Она принялась сердито орать на эту отвратительную лису, но вскоре её захлестнула невыносимая, жуткая боль. Айкэ не выдержала и разрыдалась, её горестные стопы разнеслись далеко окрест; она пыталась вырваться из пут, но поняла, что бежать некуда.
Из глубины пещеры донесся настолько жалобный, полный отчаяния вопль, что у зверей поблизости задрожали лапы — они словно ощутили какой-то незримый ужас.
Проклятье! — не удержалась от ругательств королева. Она немедленно прекратила сканировать ядро Айкэ и быстро сотворила для неё заклинание [Очищения]. Затем она мягко принялась вылизывать Айкэ, пока та не перестала стонать, однако Айкэ по-прежнему неподвижно лежала на земле, казалось, лишившись всех сил. — Всё будет хорошо, — её голос под конец слегка дрожал, а в сердце медленно поднималось глубокое раскаяние в собственном решении.
Черт побери! Если бы я не баловала её так сильно, её ядро не оказалось бы в таком хаосе! — она горько корила себя, ведь большинство Пилюль способны убрать лишь малую толику примесей, а грязи внутри Айкэ накопилось столько, что само её выживание граничило с чудом. — Зря я её баловала. — Она нежно вылизывала Айкэ, и её собственное заблуждение незаметно крепло в глубине души.
Всё наладится, малышка, — с бесконечной нежностью утешала она дрожащую Айкэ. — Мы будем действовать не спеша, я помогу тебе постепенно исправить ядро, хорошо? — её голос звучал так мягко, словно она успокаивала раненого ребенка — этот ласковый тон она приберегала лишь для самых близких друзей.
Она продолжала вылизывать Айкэ, пока та не заснула крепким сном прямо на её передних лапах. Только она сама знала, насколько невыносимо острой бывает боль при сканировании, особенно когда звериное ядро находится в столь запущенном состоянии.
Если провести аналогию, представьте, что вы целый месяц не можете нормально сходить в туалет, и ваши кишки забиты до отказа. А затем внезапноявляется доктор и без лишних слов засухивает вам кулак в задницу. Всё внутри сжимается, растягивается до предела, кажется, будто кишки рвутся на части, и даже если врач внезапно остановится, пронзительная боль будет терзать вас еще очень долго.
Она испытывала жуткое чувство вины за эту ужасную ситуацию, ведь всё произошедшее целиком и полностью стало следствием её чрезмерного попустительства. Со временем ей придется терпеливо помогать Айкэ залечивать ядро — в конце концов, с самого начала это была её обязанность.
Впрочем, это не мешало ей снова и снова проклинать себя в мыслях. Прошлый подобный промах некогда спровоцировал даже ожесточенную войну в Высших Сферах.
Она регулярно накладывала на Айкэ заклинание [Очищения], позволяя той спать спокойно и не просыпаться от пота.
…
Спустя три дня Айкэ наконец медленно пришла в себя; тело казалось тяжелым, словно придавленным огромной горой, и невыносимо уставшим. Проклятая лиса лежала поверх неё и вылизывала шерстку, но Айкэ была слишком истощена, чтобы даже попытаться прогнать её. К тому же, это ощущение оказалось не столь уж отвратительным, в нем даже крылась какая-то особая, приятная истома — в общем-то, неплохо.
Мы попытаемся поднять твоё ядро до пика твоего нынешнего уровня. Тебе запрещено есть то, что я не приготовила сама, и я буду сама извлекать энергию, чтобы ты больше не впитывала никакой грязи, — продолжая вылизывать шерстку Айкэ, она время от времени обновляла на ней заклинание [Очищения]. — Когда достигнешь пика, я дам тебе Пилюлю, которая позволит очиститься еще сильнее. Будем надеяться, что твоя следующая эволюция пройдет не так нестабильно, как эта.
Айкэ слабо хмыкнула, не выражая возражений.
Ладно, теперь отдыхай, а я пойду добывать тебе еду. Мясо медведя использовать нельзя, иначе оно снова загрязнит тело Айкэ. Ей нужно отыскать мясо редких монстров с высокой чистотой, а затем дополнительно очистить его. И это огромная головная боль, ведь если монстр окажется высокоуровневым, её нынешней мощи пламени просто не хватит для полного очищения. Поэтому ей придется искать низкоуровневых, но чистых зверей — задачка тоже не из легких. Большинство зверей едят всё подряд, и со временем в их телах накапливается уйма примесей. Если загрязнение составляет менее десяти процентов, она еще может с трудом выдавить их, но если больше — это станет не только сложным, но и крайне долгим делом.
Тем временем Айкэ снова незаметно провалилась в сон.
Королева отсутствовала несколько дней; во сне Айкэ чувствовала себя голодной и немного изнуренной, но, к счастью, боль в теле заметно утихла.
Сегодня она наконец вернулась, зажав в лапах странную птицу с разноцветными перьями.
Немного, но хватит, — кивнула лиса и осторожно опустила птицу на землю.
Применив Божественное чувство, она выщипала птичьи перья и тщательно выдавила оставшуюся кровь. Затем она несколько раз подряд обработала тушку заклинанием [Очищения] и рассекла её острыми когтями.
Она окутала мясо собственной духовной энергией, изо всех сил стараясь вытолкнуть примеси наружу. Это неизбежно привело к некоторой потере качества мяса, но всё же было лучше, чем снова загрязнять ядро Айкэ.
Пока я не отыщу чистое пламя со свойствами очищения, мне придется медленно повышать её чистоту с помощью чистого мяса и чистых ядер, — думала она, готовя еду для с интересом наблюдающей за ней Айкэ.
В процессе вытягивания примесей мясо почернело, и она вновь несколько раз применила заклинание [Очищения], тщательно смывая черную гарь. Ополоснув мясо водной духовной ци, она дала ему немного обсохнуть, а затем принялась медленно запекать на огне. Мясо получилось нежным, сочным и мягким, так что Айкэ не пришлось бы трудиться над пережевыванием. Специй она добавила самую капельку — совсем не так щедро, как обычно, чтобы не потревожить слабый желудок Айкэ.
Подойдя к Айкэ, она наложила на неё заклинание [Очищения] и легко погладила языком. Айкэ издала несколько тихих звуков, но двигаться не стала, просто ожидая, пока аппетитное на вид мясо дожарится на огне.
Как же мне хочется портативную плиту, — мелькнула у неё мысль, пока кусок мяса всё еще висел в воздухе. — Тогда не пришлось бы постоянно держать их на весу, да и суп можно было бы сварить… — думая об этом, она невольно зевнула. — Я устала сильнее обычного. — Это обстоятельство её изрядно озадачило, но размышлять над ним она не стала — сама мысль об этом давалась ей с большим трудом.
Пахнет здорово, куда вкуснее того, что она стряпает обычно, — подумала Айкэ. Она понятия не имела, что чем чище мясо, тем оно изысканнее. Именно поэтому огненные звери пользуются такой бешеной популярностью. Их собственное пламя очищает тело, поддерживает высокую чистоту ядра, да заодно вычищает внутренности и мышцы.
Скоро будет готово. Я не позволю тебе съесть слишком много, потому что такое мясо трудно отыскать, но я буду носить тебя на руках, пока твоё ядро не стабилизируется, — нежно произнесла она, любовно расчёсывая шерстку Айкэ. Она не произносила этого вслух, но в глубине души признавала, что шерсть у Айкэ и впрямь невероятно мягкая. Ей даже захотелось принять человеческий облик, чтобы как следует потискать её.
Она положила готовое мясо перед Айкэ, и та принялась медленно его пережевывать. В ней уже не было прежнего энтузиазма, поскольку любые движения давались с трудом и порой отзывались болью.
Сердце королевы обливалось кровью: как сильно она хотела, чтобы Айкэ вновь стала такой же живой и резвой, особенно учитывая, сколько сил она вложила в приготовление этого мяса. Но она прекрасно понимала, что боль в зверином ядре — вещь невыносимая. Конечно, существуют пути культивации, которые опираются на боль, и некоторые безумцы намеренно калечат себя ради прорыва, однако более здравомыслящие практикующие избегают столь экстремальных дорог.
Мне нужно развивать Божественное чувство, чтобы сканировать её без необходимости прикасаться к самому ядру, но для этого требуется перейти на следующую ступень. А до неё мне еще очень далеко — именно поэтому я планировала сперва заглянуть в деревню маленьких лис, а уже оттуда направиться в поселение покрупнее, — она безнадежно вздохнула. Ближайшая деревня находилась на весьма почтительном расстоянии, и для Айкэ это путешествие станет тяжелейшим испытанием, но она не могла бросить её на произвол судьбы, раз уж заварила всю эту кашу. Приходилось оставаться верной собственной совести!
Айкэ жевала мясо, совершенно не обращая внимания на происходящее вокруг. Всего несколько кусков, но она чувствовала себя гораздо сытее и удовлетвореннее.
Завтра мы выступаем в путь, — мягко сказала лиса и прижалась к её боку.
Дожевав мясо, Айкэ снова улеглась, закрыла глаза и быстро погрузилась в сон, где её уже не тревожила боль.
…
Королева поднялась спозаранку, чтобы приготовить сегодняшнюю еду, и с нежностью глядела на всё еще крепко спящую Айкэ. Пока ядро не придет в норму, Айкэ оставалась практически беспомощной. Приходилось окружать её заботой и предугадывать любое желание. Она находила это чем-то похожим на её прежние игрушки, но в то же время между ними лежала пропасть. Вздохнув, она подумала, что этот пушистый малыш по крайней мере куда симпатичнее.
Спустя какое-то время Айкэ проснулась и молча наблюдала за тем, как лиса стряпает. На сердце у неё скребли кошки из-за того, что ей не разрешали есть вволю, но злить лису ей тоже не хотелось. С того самого моменты, как лиса прижала её к земле, Айкэ отчетливо осознала пропасть, лежавшую между ними. Тот миг беспомощности и полной парализованности глубоко выжгло в её душе. Она никогда не забудет это чувство и поклялась себе, что однажды непременно уложит эту лису на лопатки! То, как эта лиса будет беспомощно извиваться под ней, станет для неё высшим блаженством. Хи-хи~ — она невольно хихикнула, полностью погрузившись в столь приятные мечты.
http://bllate.org/book/21349/2168631
Готово:
