Медицинская бригада поспешно подошла к месту происшествия.
В этот же момент лежавший на траве юноша наконец с шумом выдохнул воду, и из его ноздрей вырвалось слабое, прерывистое дыхание.
Главный врач присел, чтобы осмотреть его, а ассистенты окружили их, направляя свет фонарей.
— Время утопления неизвестно, пришел в себя через три минуты после начала сердечно-легочной реанимации, — холодно констатировал Лань Юйчжи.
Врач тщательно осмотрел тело Цинь Юаня:
— Кратковременная асфиксия, серьезных повреждений нет. Сейчас дыхание немного слабое, на запястьях и животе видны явные синяки…
Взгляд Лань Юйчжи при словах врача стал ледяным.
Семья Цинь! Цинь Жун!
Вокруг Лань Юйчжи сгустилась пугающая аура. Без очков он выглядел невероятно суровым. Ассистенты, прекрасно знавшие его методы, уже могли предсказать участь семьи Цинь.
Следуя указаниям врача, Лань Юйчжи бережно поднял юношу на руки и направился в ближайший флигель. Это здание давно пустовало, но прислуга поддерживала там чистоту. Выбрав первую попавшуюся опрятную комнату, он уложил Цинь Юаня на кровать.
Ассистенты подали заранее приготовленные сухие полотенца и горячую воду. Лань Юйчжи аккуратно обтер юношу и переодел его в чистое, после чего вошел врач, чтобы профессионально нанести лекарства, а затем остался дежурить в соседней комнате.
Лань Юйчжи бросил взгляд на все еще не пришедшего в сознание юношу, встал у дверей, охраняя его покой, и тихо заговорил с помощниками.
Здесь собрались почти все сотрудники пятого отдела ассистентов и команда телохранителей, даже главный помощник Хуан Шань подоспел с опозданием.
Столь серьезный инцидент требовал его личного вмешательства; дело господина Цинь Юаня он уже перевел в разряд приоритетных.
— Мобильный телефон и одежда господина Цинь Юаня уже отправлены на экспертизу… — помощник говорил с опаской. Господин сразу почуял неладное, как только получил известие, и поспешил сюда, но следы на месте преступления уже были уничтожены, а одежда юноши…
— Я не хочу больше слышать это обращение.
Лицо Лань Юйчжи оставалось бесстрастным, хотя он редко позволял себе такой резкий тон с подчиненными.
Семья Цинь больше никогда не должна — и не будет — иметь никакого отношения к Цинь Юаню.
Ассистенты прикусили языки, молча записывая этот запрет в память.
— Мы уже выяснили местонахождение преступника. Судя по записям камер на подъездных путях, сегодня вечером отсюда уезжали несколько молодых людей из влиятельных семей. После отъезда они посещали различные развлекательные заведения, так что их можно исключить из числа подозреваемых.
— Есть еще несколько слуг, один из них вызывает наибольшие подозрения. Он обладает навыками контрразведки и скрылся в районе центра города, где нет плотной застройки. Мы уже связались с соответствующими ведомствами Хайши, чтобы изъять записи со всех дорожных камер за день, включая камеры близлежащих магазинов.
Лань Юйчжи нахмурился:
— Свяжитесь с отрядом охраны семьи Лань.
Профессионально, искусно. Это могли быть наемники или убийцы. Если бы они не пытались имитировать утопление, чтобы подставить его, и если бы Цинь Юаню не повезло…
— Внутри поместья семьи Цинь тоже есть камеры, прикажете… — начал было капитан телохранителей.
— Проверить!
— Хуан Шань, займись этим.
— Слушаюсь, господин. — Хуан Шань поправил очки. Главный помощник главы семьи Лань был даже более узнаваемой фигурой, чем сам Лань Юйчжи.
Хуан Шань ушел вместе с отрядом.
Появившийся вновь 888 с изумлением наблюдал за Лань Юйчжи. Кем он был на самом деле?
Как ведущая медицинская бригада Хайши оказалась здесь так быстро и осталась дежурить?
Десятки тренированных телохранителей, легкий доступ к дорожным камерам… Этого не под силу обычному человеку, да и не каждая богатая семья способна на подобное!
Разве Лань Юйчжи не был просто профессором университета?
Не успел он закончить мысль, как из комнаты донесся едва уловимый звук.
Лань Юйчжи немедленно остановился, жестом приказав подчиненным продолжать работу.
— Юань-Юань.
Он подошел к кровати и мягко позвал юношу.
Цинь Юань медленно приоткрыл веки, взгляд его был пустым… Что это…
— Проснулся? Позволь врачу осмотреть тебя, хорошо? Не бойся. — Лань Юйчжи смотрел на юношу с нежностью.
Цинь Юань хлопал круглыми, влажными глазами, еще не осознавая происходящего.
Врач вошел, быстро осмотрел пациента и вышел, оставив их вдвоем.
Цинь Юань наконец пришел в себя, и из его глаз беззвучно покатились слезы — это был страх перед лицом смерти, паника и беспомощность.
— Лань… Юйчжи… У-у! У-у! — он охрипшим голосом позвал его, протянул руку и вцепился в рукав Лань Юйчжи, словно найдя безопасную гавань, и тихо зарыдал.
Сердце Лань Юйчжи сжалось от боли. Он опустился на корточки у кровати, одной рукой бережно обхватил ладонь юноши, вцепившуюся в его рукав, а другой смахнул слезы:
— Юань-Юань, малыш, не бойся, я здесь. Все хорошо, не плачь, пожалуйста. Так ведь можно до обезвоживания дойти.
Цинь Юань всхлипнул, пытаясь остановиться, но нахлынувшие эмоции оказались сильнее.
Ужас борьбы на грани смерти погрузил все его мысли во тьму.
Он задыхался от рыданий, его грудь тяжело вздымалась:
— Я… не хотел умирать…
Глаза застилала пелена слез, он смотрел на Лань Юйчжи, но видел лишь размытый силуэт, хотя точно знал, кто перед ним.
— Они… они сами текут…
— Все в порядке, малыш, это моя вина. Разве можно контролировать слезы?
Лань Юйчжи нежно прижал его к себе, обняв так, чтобы создать вокруг юноши защитный кокон, даря ему чувство безопасности, и начал похлопывать по спине.
— Давай поплачем еще немного, но не так сильно. Горло обожжено водой, тебе будет больно, поэтому не разговаривай. Плачь тихонько, а потом выпьешь воды, хорошо?
Цинь Юань уткнулся в его рубашку, рыдая на плече, и белая ткань быстро намокла от слез.
— Хозяин, это я, 888, приди в себя! — 888 метался перед его глазами, заметно нервничая. — Тебе еще нужно вернуться в свой мир!
Система была искренне напугана. Хотя хозяин и был бунтарем, она не хотела, чтобы он погиб!
Чтобы покинуть малый мир, хозяин должен был умереть согласно сюжету или совершить самоубийство. Если же он погибнет из-за непредвиденных обстоятельств, это будет настоящая смерть. К тому же, такая поврежденная система, как она, не могла связаться с Управлением пространственно-временными ресурсами и не имела сил привязаться к новому хозяину!
— 888? — Цинь Юань всхлипнул, разглядев сквозь туман желтый светящийся шарик.
— Это я, я! Хозяин! — световой шар взволнованно подлетел к нему.
Цинь Юань почувствовал, как к нему летит яркий желтый свет, но не успел рассмотреть его до конца — Лань Юйчжи приподнял его.
888, не имея выбора, вернулось в его тело, чтобы накопить энергию.
Цинь Юань, повернув голову, отвел взгляд.
Конечно, он помнил 888, и знал, почему оказался в такой ситуации.
Сначала на него действительно повлиял уровень эмпатии, но эмпатия нужна была лишь для того, чтобы прочувствовать состояние оригинала и лучше сыграть роль. Его собственная воля всегда оставалась главной, тем более что этот инцидент не был прописан в сюжете.
Он позволил сознанию отступить и поддался влиянию эмпатии только потому, что случай был слишком удачным. Слишком высокий уровень эмпатии довел его до грани смерти. Разве не грех было этим не воспользоваться?
Поэтому он послушно прыгнул в расставленную для него ловушку и, когда его душили, подавил инстинкт самосохранения.
Пока сюжет не завершен, 888 не позволит ему умереть — у разрушенной системы нет энергии для новой привязки, поэтому она обязана его спасти.
Он не умрет, он будет жить еще более свободным.
Цинь Юань просчитал все варианты, но недооценил одно: саму смерть.
Бескрайняя тьма, словно тюрьма без выхода, поглотила его вместе с душой, не оставив ни единого шанса на борьбу. Ему казалось, что душа отделилась от тела, и он беспомощно наблюдал за собственной смертью, не в силах издать ни звука.
Ужас, принесенный смертью, впервые заставил Цинь Юаня по-настоящему потерять контроль над эмоциями.
— Хочешь еще поплакать?
Лань Юйчжи увидел, что сидящий в его объятиях юноша успокоился, и поднес к его губам стакан воды.
— Выпей немного, хорошо?
Цинь Юань пришел в себя, опустил голову и послушно сделал несколько глотков.
В комнате было слышно только, как он пьет, стояла звенящая тишина.
Он моргнул, и засохшие на ресницах слезы склеили веки — это было не только неприятно, но и мешало видеть.
http://bllate.org/book/21339/2165452
Готово:
