Запястье, которое он сжимал, мелко подражало.
Кончики пальцев едва заметно окрасились в багровый.
Грудь судорожно вздымалась, а сквозь промокшую ткань проступали очертания кожи.
Температура тела была ненормальной — это была не лихорадка. Цэнь Син разжал пальцы, сжимавшие запястье старшего брата, и перевел взгляд на мягкую кожу у него на затылке.
Короткие, растрепанные волосы едва прикрывали шею, и было видно, что этот участок кожи покраснел сильнее остальных, выглядя еще более соблазнительно.
— Откуда ты знаешь? — Шэнь Цзян повернул голову и посмотрел на Цэнь Сина. — Ты следил за...
— Старший брат, мы обменялись данными о местоположении еще очень давно. Хотя, возможно, ты и хотел выяснить мою личность, но нельзя отрицать: ты сам ввел данные своего идентификационного чипа в мой коммуникатор. Это право, которое ты мне предоставил.
— Но я не разрешал тебе самовольно проверять... — Шэнь Цзян не успел договорить. Его тело внезапно обмякло, остаток фразы застрял в горле, перейдя в беззвучный стон.
Мягкую кожу на затылке с силой сдавили.
Шэнь Цзян машинально приоткрыл губы, но остатки разума позволили ему сдержаться и не издать ни звука.
Спустя некоторое время он раздраженно спросил:
— Что ты творишь...
Как только он открыл рот, то сам испугался собственного голоса.
Тот звучал нежно и вкрадчиво, с сильным носовым оттенком, словно он кокетничал.
Без предупреждения затылок снова сжали.
Цэнь Син наблюдал за реакцией старшего брата.
Секунду назад тот еще яростно сопротивлялся, а теперь полностью обмяк на диване, вздрагивая от каждого прикосновения к шее. Согласно его знаниям, это была типичная реакция омеги в особый период.
Однако старший брат был бетой, в этом не было сомнений.
Они жили вместе почти десять лет, и сегодня он не чувствовал запаха омежьих феромонов — лишь раздражающий, чужеродный запах альфы, пахнущий кедром.
Словно желая убедиться в своей догадке, Цэнь Син снова надавил на нежную кожу.
— М-м... — Шэнь Цзян поспешно подавил стон и бессильно заерзал.
Когда ощущение электрического разряда начало утихать, Шэнь Цзян собрался с силами:
— Убери руки! Я зол!
Сказав это, он почувствовал, как его лицо, и без того влажное от пота, покрылось новой испариной. Но рука на затылке словно обезумела. Не обращая внимания на его крики, она продолжала бесцеремонно терзать кожу.
— Цэнь Син!
— Отпусти...
— Я правда злюсь...
Поскольку его прижали к дивану, каждое движение в попытке вырваться приводило к трению тела о ткань одежды. А обивка дивана была грубой.
— Проваливай...
— Старший брат, ты ведь бета. Неужели нажатие на железы тоже вызывает у тебя такие ощущения?
Шэнь Цзян стиснул зубы, не в силах ответить.
Внезапно струна, натянутая в его мозгу, лопнула. Шэнь Цзян больше не мог вымолвить ни слова.
Совершенно незнакомое чувство пронзило тело, дойдя до кончиков пальцев ног. Дыхание на мгновение остановилось, а затем стало коротким и тяжелым.
В голове возникла пустота.
Зрение затуманилось, и лишь спустя несколько секунд он пришел в себя.
Силы возвращались в конечности, жар понемногу отступал. Шэнь Цзян повернул голову и, сгорая от стыда и ярости, посмотрел на Цэнь Сина.
— Убирайся вон!
— Старший брат еще не ответил на мой вопрос, бета...
Шэнь Цзян не дал ему закончить и ударил кулаком.
После случившегося влияние феромонов альфы стало гораздо слабее. Цэнь Син не ожидал удара и дернулся в сторону. Он не стал отвечать тем же, оставаясь в той же позе, но взгляд его, не скрываясь, был прикован к Шэнь Цзяну.
— Вон!
Такое чувство унижения невозможно было описать словами.
Едва выпроводив Цэнь Сина, Шэнь Цзян выбросил одежду, пахнущую кедром, в мусоросжигатель и бросился в ванную.
Он поспешно сменил пропитанную потом одежду. Следы на нижнем белье не лгали.
Шэнь Цзян вылил почти полфлакона парфюмированного геля для стирки, пытаясь оттереть этот тошнотворный, тяжелый запах.
Он с недоверием смотрел на свое отражение в зеркале.
Рука медленно коснулась нежной кожи на затылке. Казалось, тепло Цэнь Сина все еще осталось там. Только что Цэнь Син, полностью игнорируя его просьбы и мольбы, продолжал тереть и гладить его шею. Чем больше он умолял и ругался, тем наглее становились действия Цэнь Сина.
Ему было некуда бежать.
В конце концов, он даже...
При мысли об этом странном финале Шэнь Цзяна пробрала дрожь.
Он всегда был далек от плотских желаний, но это не значило, что он ничего не понимал. Подобная реакция должна возникать лишь тогда, когда занимаешься чем-то сокровенным и приятным с любимым человеком.
А не перед младшим братом, которого сам же и вырастил, вдыхая его феромоны и получая подобное удовольствие лишь от прикосновения к шее...
Чувство греховности.
Это паническое, беспомощное состояние было даже сильнее, чем когда он узнал, что не является человеком.
Промыв кожу бесчисленное количество раз, пока запах геля для душа не стал приторным, Шэнь Цзян наконец остановился.
В комнате все еще стоял густой аромат кедрового леса.
Шэнь Цзян лег в постель, ворочаясь с боку на бок, но мысли никак не приходили в порядок.
Может, стоит попробовать подавители для омег? Если они помогут...
Шэнь Цзян тут же отбросил эту мысль.
Он бета, он принял этот факт много лет назад.
***
Вернувшись в общежитие, Цэнь Син свернулся на кровати и открыл полдюжины виртуальных экранов.
Благодаря выдающимся успехам в учебе, после разделения по половому признаку он получил полноценную двухместную комнату. Впрочем, для окружающих он выдумал соседа, чтобы не выглядеть слишком особняком.
У каждого из шести экранов была своя задача: два показывали лаборатории военного ведомства, один — некое подобие больничной палаты, еще один — дикие пустоши, а другой — поместье Шэнь.
Конечно, самый большой экран транслировал изображение из комнаты Шэнь Цзяна. С этого ракурса казалось, будто он спит рядом, прямо рядом с его изящным профилем.
Наблюдая за тем, как старший брат ворочается в постели, как его лицо блестит от пота, как тяжело он дышит, время от времени издавая приглушенные стоны, Цэнь Син сжал кулаки.
У него был острый нюх, и даже когда Шэнь Цзян ничего не говорил, Цэнь Син почувствовал неладное, когда получил от него удар.
Глядя на более живую, чем обычно, мимику брата, Цэнь Син невольно улыбнулся. Жгучая боль от удара на лице, казалось, исчезла, а кожа в месте ушиба словно пылала, что приносило лишь возбуждение.
— Старший брат... — пробормотал Цэнь Син. — Неужели это то, о чем я думаю, старший брат...
Потирая ушибленную щеку, он протянул руку, вытащил из-под подушки свою военную куртку и, словно в бреду, поднес ее к носу.
— Как было бы хорошо, если бы ты действительно был омегой...
Цэнь Син сжал куртку, прищурился и перевел взгляд на шлем для голографических игр, лежащий на прикроватной тумбочке.
***
В канун Рождества в Первом звездном секторе стояла теплая, весенняя погода.
Однако в этот раз небо затянуло, и мелкий, колючий дождь, похожий на иглы, действовал на нервы.
Хотя с развитием человеческой цивилизации и освоением космоса древние религиозные догмы были давно опровергнуты, традиции празднования Рождества сохранились — лишь потому, что день рождения одного заслуженного офицера по фамилии Линь, отличившегося в Войне за независимость Федерации, совпал с этим древним праздником.
Его отмечали не ради божества, а в память об этом человеке.
— Сестра Лоло, дядя Шэнь, простите, что опоздал. Дорога из-за дождя была тяжелой. — Цэнь Син толкнул дверь кабинки и почтительно поклонился, виновато улыбнувшись.
— Цэнь Син, наконец-то! Садись, садись скорее.
— Дядя Шэнь, я пока не сяду. Чуть позже... чуть позже я договорился встретиться кое с кем... — Цэнь Син замялся, делая вид, что не может подобрать слова, и застенчиво огляделся. — Я знаю, что должен был отказаться, но этот человек...
У каждого бывает возраст первой влюбленности. Шэнь Жань не стал ничего говорить, лишь слегка нахмурился.
— Цэнь Син уже вырос, эх. Кстати, как там Шэнь Цзян в школе? Ты же знаешь, он поссорился с семьей и ни в какую не хочет возвращаться...
— Я знаю. Но мне известно лишь то, что у старшего брата разлад с домом, а подробности он не рассказывает. Дядя Шэнь, может, вы скажете мне? Я бы попытался его уговорить, — Цэнь Син простодушно улыбнулся.
Улыбка Шэнь Жаня застыла. Шэнь Лоло, державшая в руках столовые приборы, тоже замерла и подняла взгляд на Цэнь Сина. Посмотрев на него пару секунд, она вернулась к своей еде.
— Ну... даже если вы не можете сказать, я все равно постараюсь убедить брата вернуться домой поскорее, — Цэнь Син сам нашел выход из неловкого положения. — Кстати, недавно воен...
— Цэнь Син, загляни на выходных домой. Захвати кое-что для Шэнь Цзяна.
Цэнь Син не успел договорить, как вовремя заметил взгляд Шэнь Жаня, призывающий его замолчать. Он понимающе кивнул. Похоже, информация между детьми семьи Шэнь была строго дозирована.
Как только разговор затих, Цэнь Син услышал сигнал коммуникатора. Он извиняюще улыбнулся и, сделав вид, что сияет от счастья, выбежал из кабинки.
Выйдя из ресторана, Цэнь Син отключил связь и потер лицо, которое затекло от фальшивой улыбки. Он направился прямиком к выходу, открыл карту и пошел в сторону Подземного города.
Изначально Шэнь Жань приглашал его на встречу. Поняв, что планы нарушены, а отказаться невозможно, Цэнь Син отправил сообщение Шэнь Лоло: сестра Лоло, дядя Шэнь возвращается в Первый звездный сектор, давайте вместе пообедаем.
В итоге, из троих только Шэнь Лоло действительно пришла поесть.
Подземный город был полон жизни. Хотя здесь никогда не видели солнечного света, неоновые огни освещали улицы не хуже, чем днем.
Цэнь Син остановился перед одним из баров и поднял голову, взглянув на вывеску.
На простой матовой черной доске, резко контрастирующей с ярким окружением, кривоватыми буквами было выведено название.
Он толкнул дверь, и в тишине раздался резкий звон колокольчика.
Цэнь Син сразу же заметил широкую спину у барной стойки. Даже без белого халата врач сохранял свою особую стать.
Мужчина за стойкой почувствовал присутствие гостя, не спеша повернулся, держа в руке бокал.
Золотая оправа очков едва заметно отражала тусклый свет.
— Сюэшань Тук, — Цэнь Син прищурился, разглядывая человека с бокалом, и холодно, не торопясь, произнес: — Давненько не виделись.
http://bllate.org/book/21234/2148405
Готово:
