Тем временем в глубине души Е Цин посмеивалась над Оуян Си — этим увальнем, совершенно лишенным романтического чутья.
Ну что мне делать с такими примитивными вещами? Неужели я должна просить у него пачку дорогих прокладок? Я бы, конечно, не отказалась, но духу не хватит!
Раз уж вы все считаете меня трансгендером, то и вести себя я должна соответствующим образом. Разве трансгендеры пользуются прокладками?
Влажные салфетки? Да разве ими можно пользоваться? Хочешь, чтобы мне стало еще хуже?
Несмотря на легкое недовольство, в глубине души Е Цин была очень благодарна Оуян Си. Если бы не он, пришлось бы ей мотаться по городу в поисках работы.
— Я... я просто хочу те самые, обычные. Оуян Си, купи мне, пожалуйста, несколько упаковок, хорошо? Умоляю тебя.
Глядя на несчастный вид Е Цин, Оуян Си не сдержал улыбки:
— Хорошо.
Он тут же позвонил своему помощнику.
Тот был в полном замешательстве. Что происходит? Генеральный директор приказал купить в трущобах несколько упаковок дешевой туалетной бумаги. Но раз босс сказал, нужно немедленно исполнить.
Вечером бумагу доставили в комнату Е Цин. Оуян Си с любопытством спросил, как она собирается ее использовать.
Е Цин сделала вид, что не расслышала, и намеренно перевела тему.
Чтобы окончательно сбить Оуян Си с толку, она научила его играть в «камень, ножницы, бумагу».
Изначально скучная и примитивная игра увлекла Оуян Си настолько, что он пришел в полный восторг.
В этот момент оба они словно перенеслись в детство, играя так же просто и искренне, как дети.
Когда Е Цин начинала жульничать, проигрывая, Оуян Си лишь снисходительно смеялся. Вскоре они уже хохотали вместе, и в комнате стало по-настоящему оживленно.
Только сейчас Оуян Си понял, что такое радость. Оказывается, жизнь может быть такой. Наверное, именно это в книгах называют счастьем.
Детские воспоминания Е Цин были почти стерты. Иногда ей очень хотелось вспомнить те времена, хотя она знала, что как сирота вряд ли пережила что-то прекрасное. Но вспомнить не удавалось ничего. Словно детства у нее и вовсе не было.
А воспоминания Оуян Си были до тошноты однообразными. У здешних мужчин детство у всех почти одинаковое — они росли в Центрах культивации.
В этом мире копируют не только гены — сами люди живут словно механизмы. Из поколения в поколение, год за годом, день за днем, повторяя один и тот же замкнутый цикл существования.
Став взрослыми, они возвращаются в дома своих отцов, чтобы ухаживать за ними до самой смерти, и только тогда получают право на наследство.
Лишь став хозяевами в своем доме, они могут что-то изменить, начать жить так, как хочется им самим.
Поэтому жизнь Чистокровных мужчин тоже была нелегкой.
Оуян Си никогда еще не играл с таким удовольствием. Эта простая игра будто восполнила то, чего ему так не хватало в глубине души — человеческой тяги к детским мечтам.
Теперь этот маленький человек рядом с ним помогал ему обрести утраченное.
Оуян Си чувствовал, как его сердце наполняется чем-то важным. Он знал — это оно!
Глядя на то, как увлечен Оуян Си, Е Цин пришлось играть с ним до самого конца.
Лишь когда пробило двенадцать ночи и Е Цин начала клевать носом, Оуян Си наконец сдался. Он с явным сожалением покинул ее комнату.
Здесь жизнь Е Цин была тихой и уютной.
Прошло еще несколько дней, и Оуян Си объявил, что у него выдалось свободное время, и он хочет прогуляться с Е Цин. Она пришла в восторг! Ей давно хотелось выбраться наружу — за все эти дни она ни разу не покидала пределы дома.
Сияющая от счастья Е Цин умылась и нанесла немного косметики. Сегодняшнее настроение позволило ей даже воспользоваться увлажняющим блеском для губ.
Надо признать, здешние товары класса люкс оправдывали свою репутацию — даже бальзам для губ оказался превосходным. Губы сразу перестали сохнуть, став мягкими и пухлыми.
Е Цин надела новую одежду: белую футболку с коротким рукавом и клетчатую юбку. Просто и элегантно.
За месяц ее короткие волосы заметно отросли и теперь небрежно падали на плечи, добавляя ее облику нежной чистоты и миловидности.
Оуян Си, увидев вышедшую из комнаты Е Цин, на секунду замер, а затем подошел и осторожно взял ее за руку.
Е Цин хотела было отдернуть руку, но, почувствовав, как хорошо им сегодня, решила позволить ему это.
В ее сердце Оуян Си стал больше, чем просто другом — почти родным человеком, старшим братом. У Е Цин не было семьи, поэтому она особенно дорожила этой теплотой.
Два человека, с детства лишенных любви, в ходе общения постепенно находили друг в друге то, чего им так не хватало.
Помимо тепла, между ними крепло доверие. Они даже не заметили, как начали зависеть от этого чувства, боясь его потерять.
Розарий
Спустившись вниз, Е Цин шла за Оуян Си, держась за его руку.
Длинные ноги мужчины позволяли ему идти так быстро, что Е Цин приходилось почти бежать, чтобы не отстать.
Внимательный Оуян Си тут же заметил ее сбивчивое дыхание и семенящие короткие ножки. Она казалась ему невероятно милой.
Уголки губ Оуян Си приподнялись, настроение улучшилось. Он замедлил шаг, и теперь они прогуливались неспешно.
Несмотря на медленный темп, Оуян Си постоянно поворачивал голову, проверяя, не устала ли Е Цин. В его глазах читалась такая нежность, что он едва сдерживался, чтобы не подхватить ее на руки.
На самом деле ему очень хотелось это сделать. Ощущение мягкого тепла в объятиях было незабываемым — он пробовал вчера и до сих пор был под впечатлением!
Если бы он мог поступить по своему желанию, то уже давно нес бы ее на руках. Но он боялся, что Е Цин будет против и это испортит чудесный день. Придется подождать, пока они станут еще ближе.
Водитель, ожидавший у машины, и слуги, провожавшие хозяина, с удивлением наблюдали за этой сценой.
Генеральный директор, который всегда передвигался стремительно, сейчас шел словно в замедленной съемке, а его лицо светилось нежностью. Что происходит?!
Когда они подошли, водитель открыл дверь и почтительно пригласил их в аэромобиль.
Разумеется, чтобы Е Цин могла сесть в машину с таким высоким порогом, Оуян Си пришлось внести ее на руках.
Через двадцать минут аэромобиль остановился. Оуян Си снова вынес Е Цин наружу.
Но даже после того, как они покинули машину, он не спешил ее отпускать. Е Цин заерзала, и только тогда Оуян Си опомнился. Он надел на нее нечто вроде шлема.
С виду герметичный, внутри он оказался на удивление комфортным и дышащим. Оуян Си наказал ей не снимать его ради безопасности, и Е Цин послушно кивнула.
Этот шлем он заказал специально для нее: изнутри было отлично видно все вокруг, но снаружи невозможно было разглядеть лицо.
Для Е Цин это было идеальное решение.
Они оказались в огромном парке развлечений. Е Цин выбрала несколько безопасных аттракционов.
Увидев нечто похожее на земную карусель с лошадками, она засмотрелась, и Оуян Си тут же усадил ее в двухместную кабинку.
Сев рядом, он крепко взял ее за руку. Е Цин улыбнулась: ну что за ребенок, ведь никакой опасности нет, но на душе стало так тепло.
После нескольких кругов ей стало скучно, и они отправились дальше.
Е Цин не хотела ничего особенного, ей просто нравилось наблюдать за оживленной атмосферой вокруг.
Здесь было полно напитков и сладостей. Оуян Си накупил ей целую кучу вкусностей, но Е Цин не могла ими насладиться!
Для такой любительницы поесть это было настоящим испытанием. Она не выдержала:
— Оуян Си, я хочу поесть, можно снять шлем на минутку?
— Шлем? Ты про этот защитный купол? Нет, нельзя. Поешь, когда вернемся. Или давай вернемся в машину, ты поешь, а потом продолжим?
— Купол? Ха-ха-ха...
Люди из разных миров всегда будут попадать в такие смешные ситуации.
Е Цин понимала, что он имел в виду защитный экран, но ей так хотелось посмеяться и поддразнить его.
— Ну да, его нельзя снимать. Я боюсь за твою безопасность. Что тут смешного?
Оуян Си был в недоумении, но, видя радостную улыбку Е Цин, тоже заразился ее настроением и рассмеялся.
Улыбающийся Оуян Си выглядел потрясающе — куда более живым и солнечным, чем обычно. Настоящий красавец.
И когда Е Цин уже перестала смеяться, он продолжал улыбаться еще долгое время. На сердце было так легко!
Оуян Си сказал, что они еще не все посмотрели, и повел ее дальше. Но когда аттракционы выглядели слишком устрашающе, Е Цин отказывалась идти.
Видя, что ей неинтересно, и беспокоясь о ее безопасности, Оуян Си решил, что пора возвращаться.
На выходе из парка они увидели патрульных полицейских, пронесшихся по дороге. Выглядело это весьма тревожно.
Уже в аэромобиле Оуян Си решил объяснить ситуацию, заметив, что Е Цин не решается спросить:
— Говорят, на Зеленую планету проник какой-то новый мутировавший вид. Федеральное правительство объявило глобальный поиск. Так что будь осторожна.
Е Цин подумала, что Оуян Си очень внимательный и заботливый мужчина. Любой, кто выйдет за него замуж, будет очень счастлива. За эти дни она убедилась, что он невероятно надежный человек.
Но у нее самой не было к нему тех самых чувств. Каждое прикосновение казалось дружеским.
Если и можно было назвать это чем-то большим, то лишь привязанностью к старшему брату. Как касание правой руки левой — никакого бешеного сердцебиения.
Возможно, из-за того, что он так опекал ее, Е Цин подсознательно отвела ему роль старшего брата. Этот теплый мужчина дарил ей чувство безопасности, как отец или брат.
Поэтому в общении с ним Е Цин была естественна и раскованна. Ей не нужно было притворяться или следить за имиджем — она знала, что Оуян Си не станет над ней смеяться.
И еще одна причина: она доверяла ему.
Вскоре они вернулись на виллу, но Оуян Си не пошел сразу в дом, решив, что ей надоело сидеть в четырех стенах. Они направились в задний двор.
Пройдя немного, они почувствовали знакомый тонкий аромат. Это был запах роз.
Впереди показалось розовое пятно, которое становилось все ближе. И правда — целое поле розовых роз на том самом месте, где недавно была пустая площадка!
На огромной территории высадили цветы, а посередине проложили дорожку из гальки — в точности так, как она описывала.
В этот момент Е Цин была не просто тронута, она была потрясена.
Прошло всего десять с лишним дней с того разговора. Как он успел это сделать? Она невольно посмотрела на Оуян Си.
— Оуян Си... я ведь просто к слову сказала, как ты смог превратить это место в такое великолепие?!
Ее голос дрожал. Она не знала, что сказать.
Внутри разлилось странное чувство, охватившее все тело. Она знала — это нечто большее, чем просто благодарность.
Оуян Си...
Симфония, пленяющая душу
Заметив волнение Е Цин, Оуян Си спокойно пояснил:
— Ничего особенного. Мне стало любопытно, когда ты рассказала об этом пейзаже. Я купил взрослые, цветущие кусты роз и приказал высадить их один за другим. На это ушло десять дней, но результат не разочаровал. Как ты и говорила, это очень красиво. Разве нет?
— Да, очень... это невероятно красиво... Оуян Си, спасибо тебе!
Голос Е Цин дрогнул. Чтобы скрыть смущение, она отвернулась и посмотрела вдаль.
Е Цин долго стояла в этом цветочном поле. Оуян Си, нарушив свои привычки, не беспокоил ее. Оба они словно утонули в аромате роз.
Спустя долгое время она услышала его голос:
— Поле прекрасно, но я пока не ощутил той романтики, о которой ты говорила. Может, со временем это придет? Как думаешь?
— А? Да, конечно, обязательно придет!
Е Цин поспешно ответила, возвращаясь из своих мыслей.
Услышав ее слова, Оуян Си пришел в восторг. Он взял ее за руку и широким шагом потянул за собой вокруг поля.
Е Цин пришлось бежать следом.
В своем возбуждении Оуян Си забыл о ее коротких ногах, просто наслаждаясь романтикой момента.
Когда они остановились передохнуть, Е Цин была вся раскрасневшаяся, с капельками пота на лбу и блестящими от влаги ресницами. Сейчас она выглядела еще прекраснее и соблазнительнее, чем обычно.
Оуян Си не был слепцом. Она играла с огнем!
Он больше не сдержался и совершил поступок, подобающий мужчине.
Он наклонился и подхватил Е Цин на руки.
Е Цин, не вини меня, ты испытываешь мужское терпение. Оуян Си мысленно оправдал себя. Держать волка рядом с овечкой и так было невыносимо!
Е Цин не ожидала, что он поднимет ее, и попыталась вырваться:
— Оуян Си, что ты делаешь? Я сама могу идти. Отпусти меня!
Задыхаясь, Оуян Си пробормотал ей в макушку:
— У тебя короткие ноги, ты устала и не поспеваешь. Так будет проще.
Е Цин попыталась возразить, но он был непреклонен:
— Ты устала... не говори больше.
Когда она снова хотела настоять на своем, он прошептал ей на ухо:
— Послушай, не двигайся. Я подержу тебя всего минутку, хорошо?
В сердце Е Цин вспыхнуло странное чувство. Видя, как он сдерживается, она почувствовала жалость к нему.
На самом деле, в своем доме он мог бы позволить себе гораздо больше, но не стал. По крайней мере, он считался с ее чувствами.
Е Цин перестала сопротивляться и, помедлив, осторожно положила руку ему на плечо.
Оуян Си вздрогнул от этого прикосновения! Дышать стало еще тяжелее. Он широким шагом вошел в виллу.
Усадив ее на диван в гостиной, он сел рядом. Его глаза горели, а руки слегка дрожали.
Затем, не в силах больше терпеть, Оуян Си припал к ее губам.
Он хотел лишь легкого касания, чтобы унять тоску, но, почувствовав вкус ее губ, потерял контроль.
В тишине гостиной звуки их поцелуя становились все отчетливее, превращаясь в бушующий поток. Это была симфония, пленяющая душу, от которой невозможно было оторваться.
Воздух наполнился атмосферой неги.
Лишь когда Е Цин покраснела и начала задыхаться от нехватки воздуха, Оуян Си с трудом отстранился.
Е Цин обмякла, не в силах пошевелить даже пальцем. Ей было до крайности стыдно.
Оуян Си был в не лучшем состоянии. Опустив ее на диван, он тут же бросился в ванную.
Это был уже какой-то по счету раз, когда он убегал туда, не в силах совладать с собой. Он не хотел причинить ей вреда.
На диване Е Цин пыталась сопротивляться, но ее силы были ничтожны по сравнению с его железной хваткой.
Когда Оуян Си вышел, умывшись, он увидел ее распухшие губы и смутился, как провинившийся ребенок.
— Прости. Я не сдержался.
Е Цин хотела было отругать его — ну ладно, поцеловал, но зачем же кусаться? А потом чуть не задушил!
Но, глядя на такого Оуян Си, она не смогла произнести ни слова.
Увидев, что она больше не сердится, Оуян Си обрадовался. Значит, ей не противны его прикосновения. Нужно действовать медленно, чтобы не напугать ее.
К ужину Оуян Си приготовил красное вино, напитки и множество блюд — больше десяти видов.
Еще в закусочной он узнал, что Е Цин любит красное вино, поэтому достал из своих запасов коллекционную бутылку.
Когда они сели за стол, Оуян Си разлил вино по бокалам и наконец заговорил:
— Е Цин, знаешь, сегодня был самый счастливый день в моей жизни. И самый лучший день рождения!
— День рождения? Оуян Си, сегодня твой день рождения? Почему ты не сказал раньше? Я могла бы приготовить тебе подарок...
Ее голос затих. У нее не было ни гроша, что она могла подарить?
Вдруг она вспомнила, что умеет готовить, и поспешно добавила:
— У меня нет денег на подарок, но есть искреннее желание. Я умею готовить лапшу долголетия! В моем родном городе на день рождения обязательно нужно есть такую лапшу. Она символизирует долгую жизнь!
— Долгую жизнь? — удивленно переспросил Оуян Си.
http://bllate.org/book/21230/2148027
Готово:
