Ло Фэй считал, что ужин с Мо Ханем удался на славу: мало того, что Мо Хань принял подаренный им галстук, так еще и пообещал надеть его на какое-то важное мероприятие через несколько дней. Стоило Ло Фэю представить, как Мо Хань носит купленный им лично галстук, как его сердце переполнялось гордостью. Ощущение было такое, будто он оставил на Мо Хане собственную метку.
С такими мыслями Ло Фэй и вернулся в каюту, не переставая блаженно улыбаться. Эмиль, глядя на его сияющую физиономию, переполнился сомнениями и не удержался — хлопнул его по плечу и спросил:
— О чем вы там болтали с Мо Ханем? Чего это ты такой довольный?
Ло Фэй пришел в себя и сделал вид, что ничего особенного не произошло:
— Да так, обменивались мнениями о высоких идеалах.
Эмиль: «……»
То есть ты сплавил меня куда подальше, чтобы уединиться с Мо Ханем за ужином, и всё ради того, чтобы потрепаться о смысле жизни?
У Ло Фэя точно крыша съехала.
И так думал не только Эмиль — мех Ло Фэя по имени Чунмин разделял те же опасения. С тревожным видом он произнес:
— Хозяин, вы уверены, что хотите заводить роман с Мо Ханем?
Пока Ло Фэй ужинал с Мо Ханем, Чунмин от начала и до конца находился в состоянии полной боевой готовности, выкрутив уровень защитной сети на максимум. Ведь напротив сидел опаснейший хакер, который в любой момент мог взломать его искусственный интеллект и парализовать систему. Чунмин ужасно боялся и не смел расслабиться ни на секунду.
По правде говоря, он вовсе не одобрял союз хозяина с этим страшным хакером: ему совсем не улыбалось жить в постоянном страхе из разряда «а не взломают ли меня» и «а не откажет ли моя система». В таком случае он неизбежно стал бы самым жалким мехом во всей империи.
Чунмин попытался вразумить Ло Фэя:
— Хозяин, вы к нему сейчас просто неравнодушны, это же не вопрос жизни и смерти. Вдруг позже вы встретите кого-то получше и передумаете? Может, еще раз всё обдумаете? омеги такие мягкие и нежные, что хорошего может быть в этих деревянных чурбанах-альфах?
Ло Фэй потрогал подбородок и согласно кивнул:
— В твоих словах есть резон.
Чунмин обрадованно воскликнул:
— Хозяин, наконец-то вы всё поняли?!
Ло Фэй улыбнулся:
— Другие альфы, конечно, так себе, но Мо Хань... В моем сердце он лучше всех.
Чунмин: «……………………»
Говорят, что влюбленность снижает уровень IQ, а сильная симпатия превращает человека в идиота. Сейчас его хозяин выглядел в точности как потерявший рассудок от любви дурачок.
Чунмин решил, что спасать тут уже нечего, и оставалось лишь надеяться, что по возвращении на столичную планету мистер Брайан сможет дополнительно укрепить его системный код и нарастить еще парочку защитных слотов.
***
Новое поколение интеллектуальных звездолетов компании Кей-Эм уже неоднократно тестировалось в частном порядке, так что в ходе сегодняшнего публичного испытательного полета никаких неожиданностей не произошло — около восьми часов вечера лайнер точно по расписанию прибыл на космическую станцию планеты Райен в созвездии Сигара.
Мо Хань заблаговременно распорядился, чтобы на космической станции дежурили репортеры и журналисты, готовые взять интервью у пассажиров, принявших участие в этом бесплатном тестовом рейсе.
Почти все пассажиры оценили новый корабль очень высоко. Дети восторженно говорили:
— Игры на борту замечательные!
Любители вкусно поесть хвалили угощение:
— В ресторане самообслуживания такой выбор, и всё очень вкусно!
Одна пара поделилась:
— Мы весь день смотрели фильмы, а потом уже прибыли. Время пролетело незаметно.
Одна из пассажирок добавила:
— Я весь день ходила по торговой улице и купила много понравившейся одежды. Надеюсь, на кораблях станет ещё больше фирменных магазинов!
В завершение репортер задал вопрос:
— Если бы вам представилась возможность совершить еще одно космическое путешествие, вы бы снова выбрали умный звездолет компании Кей-Эм?
Пассажиры ответили как один:
— Разумеется.
После небольшой редакции эти интервью оперативно разошлись по ведущим сайтам и общественным форумам империи. Добавьте к этому любительские видеоролики из внутренних отсеков корабля, снятые самими пассажирами — и вмиг тема «Интеллектуальный звездолет нового поколения от Кей-Эм» оккупировала первые полосы всех крупных интернет-ресурсов. Лавинообразная рекламная кампания привлекла бесчисленное множество колеблющихся граждан империи, так что официальный сайт Кей-Эм едва не рухнул от наплыва желающих: стоило только открыть бронирование на следующий рейс, как за каких-то пять минут больше десяти тысяч билетов были раскуплены.
Вернувшись в отель и просматривая новостные сводки об успешном тестовом полете Кей-Эм, Ло Фэй одновременно листал страницы в сети и с восхищением произнес:
— Мо Хань невероятно умен. Такой способ продвижения через народную молву в разы эффективнее любой телерекламы, к тому же позволяет сэкономить кучу денег на пиар-бюджете.
Эмиль полностью с ним согласился:
— Прежний негативный фон вокруг Кей-Эм пиар-отдел уже замял, теперь кругом сплошной позитив. Держу пари, не пройдет и года, как рыночная капитализация компании Кей-Эм удвоится.
Поразмыслив немного, Ло Фэй решил отправить Мо Ханю сообщение. Чтобы не злоупотреблять видеозвонками и не вызвать у того раздражения, на этот раз он ограничился текстовым: «Я посмотрел новости о тестовом полете в сети, отзывы невероятно высокие. Испытания прошли успешно, и рекламный эффект потрясающий. Мои поздравления».
Мо Хань ответил всего кратко: «Спасибо».
«Ты останешься на планете Райен еще на пару дней?»
«Нет».
«На планете Райен очень красивые виды, и как раз на днях ожидается сильный снегопад, не хочешь остаться полюбоваться?»
«Завтра я возвращаюсь вместе с управленческим персоналом компании Кей-Эм, смогу вздохнуть спокойно только тогда, когда лайнер благополучно приземлится».
На сердце у Ло Фэя кольнула легкая досада, но мешать чужой работе было неловко, поэтому оставалось лишь ответить:
— Ну что ж, тогда в другой раз как-нибудь съездим вместе.
Мо Хань подумал про себя с усмешкой: «Ваше Высочество, у меня нет времени любоваться с вами снежными пейзажами, мне еще возвращаться и готовить для вас подарок ко дню рождения».
Отец поручил Мо Ханю задачу подготовить подарок к совершеннолетию принцев, и Мо Хань долго не мог определиться, что именно преподнести. Впрочем, сегодняшний обед с Ло Фэем навел его на определенные мысли: Ло Фэй рассыпался в похвалах в адрес симуляционных роботов и весьма высоко оценил интеллектуальный звездолет. Раз уж группа «Фэнъян» специализируется на умных технологиях, почему бы не отправить обоим принцам какую-нибудь эксклюзивную смарт-продукцию?
Как раз в последнее время дочерняя компания «Фэнъян Игры» вела разработку капсул для голографических игр. Эта система позволяла задействовать все органы чувств человека при погружении в виртуальное пространство, обеспечивая предельно реалистичные ощущения. Мо Хань сам уже опробовал ее пару раз: зрение, слух, осязание и даже боль передавались в дата-центр с помощью специальных волоконно-оптических нитей, создавая полный эффект присутствия, будто ты и впрямь провалился внутрь игрового мира, причем от удара виртуального монстра и впрямь становилось по-настоящему больно. Принцам скоро исполнится восемнадцать — им ещё интересно играть, так что игровая капсула казалась вполне удачным выбором.
На всякий случай Мо Хань велел Ною поднять списки подарков, которые преподносили принцам на дни рождения за последние годы, и выяснил, что в подарочных наборах неизменно присутствовало всё подряд: от одежды и еды до предметов обихода и транспорта. Поскольку Его Величество Цезарь отличался мягким нравом и неизменно пропагандировал бережливость, на дни рождения принцев не принималось ничего чересчур роскошного — никаких баснословно дорогих драгоценностей там и в помине не было, упор делался на практичность. При таком раскладе голографическая капсула не выглядела чем-то из ряда вон выходящим. Штука дорогая, к тому же собственной разработки группы «Фэнъян» — новинка, показаться с которой не стыдно.
Окончательно утвердившись в своем решении, Мо Хань тут же открыл оптический мозг и отправил дочерней компании электронное письмо: «Уведомите производственный отдел: немедленно изготовить две самые новые модели голографических капсул. Сделать уникальное цветовое оформление, которого нет в свободной продаже, и с помощью лазерной гравировки нанести памятные надписи: «С восемнадцатилетием, Его Высочество старший принц Ло Фэй» и «С восемнадцатилетием, Его Высочество второй принц Ло Нин». Управиться за неделю, качество продукции контролировать лично продакт-менеджеру. Это подарки для двух принцев ко дню рождения, ошибок быть не должно».
На том конце незамедлительно ответили:
— Понял, молодой господин Мо, срочный заказ уже оформлен в производство, к сроку всё будет готово без задержек.
Мо Хань с довольным видом кивнул, закрыл оптический мозг, откинулся на шезлонг в номере отеля и слегка прищурился: «Голографическая капсула поддерживает массу разнообразных игр, и в том числе — жанр ролевых игр, где можно перевоплощаться в кого угодно. Старший принц у нас такой любитель поиграть в театр, ему должно понравиться».
Ной тут же ехидно вставил:
— Хозяин, перестаньте уже дразнить старшего принца. Мне кажется, он довольно наивен и у него нет против вас дурных замыслов. Сначала вы водили его за нос, изображая дома инвалида с психическим расстройством Мо Линя, потом, уже зная его настоящую личность, продолжили подыгрывать в этом спектакле, а теперь еще собираетесь заявиться на его день рождения в подаренном им же галстуке... Вы просто ужасны!
Мо Хань слегка приподнял уголки губ:
— Он первый ко мне привязался. Если бы они не полезли поднимать личные дела Мо Линя для генетической сверки, и если бы старший принц лично не заявился ко мне домой с проверкой, мне бы и в голову не пришло тратить столько времени и сил на эту комедию.
С этими словами Мо Хань замолчал, глядя на дату, высветившуюся на дисплее.
Сегодня 26 декабря. До дня рождения старшего принца оставалось ровно две недели.
Эта обоюдная игра в прятки со старшим принцем подходила к концу.
Стоит ему только объявиться на банкете, как Ло Фэй больше не сможет ломать комедию. Впредь надо будет стараться реже с ним пересекаться, чтобы тот случайно не докопался до сути.
[21. Планета Райен]
Проведя ночь в отеле на планете Райен, ранним утром Ло Фэй и Эмиль отправились вместе любоваться снегом.
Прогноз погоды не обманул — наступивший день выдался по-настоящему снежным.
Эмиль часто сопровождал отца в командировках на планету Райен, так что снежные пейзажи его ничуть не удивляли. А вот Ло Фэй впервые покинул столичную планету и впервые в жизни видел снег своими глазами.
Крупные хлопья снега кружились и падали с небес. Ло Фэй стоял посреди снежной пелены, запрокинув голову и позволяя снежинкам падать ему на лицо, глубоко втянул свежий, леденящий воздух и проговорил:
— Прочувствовать это вживую совсем не то же самое, что читать любые описания или смотреть видеозаписи.
Эмиль подошел к нему и, глядя на его воодушевленное лицо, испытал смешанные чувства.
Будучи принцем, он обладал высоким статусом, но вместе с тем был связан по рукам и ногам: о чем-то нельзя говорить, что-то нельзя делать, в жизни слишком много правил, которым приходится следовать. С самого детства Ло Фэй рос очень послушным мальчиком, всегда демонстрируя Его Величеству свою рассудительную и серьезную сторону. И вот теперь эта поездка в одиночку по путевке ради прогулок и созерцания пейзажей — это и был настоящий, неподдельный Ло Фэй.
До совершеннолетия ему оставалось совсем немного.
Эмиль вдруг подумал, что сам он, проведший детство бок о бок с ним, оказался куда счастливее, а потому подошел ближе, легонько хлопнул его по плечу и мягко сказал:
— Раз уж твоего отца здесь нет, а императорская гвардия за нами не увязалась, можешь беситься сколько душе угодно, хватит уже держать лицо.
Ло Фэй потрогал подбородок, обдумывая эту мысль, и выдал:
— Я хочу слепить снеговика. Тебе не кажется, что это слишком по-детски?
Эмиль хохотнул:
— Ничуть. Я в детстве тоже обожал лепить снеговиков. Каждый раз, когда во время каникул приезжал сюда с отцом, пользовался любой возможностью повозиться в снегу.
Они быстро нашли общий язык и отправились на свободную площадку резвиться в снегу.
В этот момент Ло Фэй мог не беспокоиться о своем высоком происхождении — он был обычным мальчишкой, любящим снег. Вместе с кузеном они катали снежные комья, устраивали битвы снежками и лепили снеговика, от души наслаждаясь зимней забавой.
Следующие несколько дней друзья продолжили исследовать достопримечательности планеты Райен, побывали в самых известных местах, и Ло Фэй наконец-то своими глазами увидел легендарную снежную гору Бэр с ее невероятно крутыми и отвесными ледяными пиками. Он попросил Чунмина поднять их обоих ввысь, чтобы насладиться грандиозными видами с высоты птичьего полета, заодно записав кучу видео для приятных воспоминаний в будущем.
Заглянул Ло Фэй и в обычный жилой квартал на планете Райен — в тот самый дом, где прошло детство его папы. В восемнадцать лет отец сдал экзамены в военное училище и уехал отсюда, а уже в стенах академии свел знакомство с тогдашним четвертым принцем Цезарем, после чего его жизнь круто переменилась.
Став супругом императора, отец перевез приемную маму и старшую сестру на столичную планету. Квартира на планете Райен пустовала, но за ней постоянно присматривали роботы-уборщики. Набрав секретный код, Ло Фэй толкнул дверь и обнаружил, что внутреннее убранство осталось абсолютно нетронутым — даже комнатные растения выглядели свежими и зелеными благодаря регулярному поливу роботов.
Побродив по комнатам, Эмиль заметил на стене в спальне старую фотографию.
Юноша на снимке держал в руках извещение о зачислении в военное училище; у него были правильные черты лица и совершенно особенный, яркий блеск в глазах.
Это был будущий консорт империи Линь Юань в свои восемнадцать лет.
Эмиль с любопытством протянул:
— Говорят, консорт в молодости притворялся бетой и мастерски дрался.
При упоминании горячо любимого отца Ло Фэй невольно улыбнулся:
— Он и сейчас мастерски дрался бы, да только в детстве, когда я доставлял хлопоты и вечно задирал младшего брата, папа вколачивал в меня дисциплину трижды в день, пока не приучил к порядку. Если подумать, отец меня пальцем не трогал — он всегда был предельно мягок со всеми нами. А вот папа чуть что — сразу пускал в ход кулаки. По его мнению, если дети натворили дел, нет такой проблемы, которую нельзя было бы решить одним ударом, а если всё-таки осталась — добавь еще пару оплеух.
Эмиль давясь смехом произнес:
— Неудивительно, что твои навыки рукопашного боя на таком безумном уровне — судя по всему, ты прошел суровую школу воспитания у своего папы.
Глядя на портрет на стене, Ло Фэй смягчил взгляд:
— Когда у него выдается свободное время, он тоже приезжает сюда проведать старые места, на планете Райен у него осталось немало друзей.
Эмиль покачал головой:
— А у твоего отца поразительная интуиция! Среди сотен альф и бет в те годы в военной академии — как он умудрился разглядеть именно твоего папу? И ведь надо же такому случиться, что папа оказался омегой под прикрытием беты. Вот это чуйка, ювелирная точность.
Ло Фэй покачал головой:
— Когда папа приглянулся отцу, тот понятия не имел, что он омега, и уж тем более не подозревал, что за его спиной стоит такая мощная сила. На самом деле отца никогда не волновали статус и пол папы — даже если бы тот не был омегой, отец всё равно без колебаний женился бы на нем. Их любовь невероятно чиста, дело тут вовсе не феромонах, а в куда более важных вещах: они искренне уважали и любили друг друга, потому их чувства оказались столь долговечны.
Эмиль невольно проникся легкой завистью:
— Такую любовь встретишь нечасто.
И правда, взаимная любовь двух людей — большая редкость.
Ло Фэй подумал о том, что он-то уже встретил человека, который вызывает у него восхищение, страсть и ради которого он готов пойти на любые жертвы.
Поэтому он во что бы то ни стало должен добиться Мо Ханя и ни за что не упустить свое счастье.
***
Покинув планету Райен, Ло Фэй побывал еще в нескольких уголках, исколесив практически все звездные системы имперского пространства, и поездка действительно его не разочаровала.
Такие живые впечатления куда лучше, чем просмотр виртуального мира через шлем. Эта поездка исполнила его давнюю мечту — увидеть разные звёздные системы Империи. К тому же он познакомился с Мо Ханем, так что путешествие определённо того стоило.
8 января Ло Фэй возвращался из звездного сектора созвездия Павлина.
Обратно он решил не лететь на пассажирском лайнере, а отправиться сразу на Чунмине. Его личный механоид развивал куда большую скорость, а как личная машина наследного принца, Чунмин обладал высшим уровнем доступа в Империи, что позволяло игнорировать досмотры на межзвездных постах и значительно экономить время.
Ло Фэй вылетел после обеда и всего через три с небольшим часа уже был у столичной планеты. Не задерживаясь в пути, он сразу направился к императорскому дворцу.
Заметив приближение Чунмина, караул немедленно открыл ворота.
Ло Фэй приказал Чунмину приземлиться на посадочной площадке дворца и вышел из кабины.
Командир королевской гвардии, генерал-майор Монд, с группой солдат уже ждал его, отдавая честь:
— Ваше Высочество.
Ло Фэй кивнул им и спросил:
— Отец занят?
— Его Величество сейчас принимает военачальников, — ответил Монд. — Супруг императора просил вас подойти к нему, у него есть к вам вопросы.
Ло Фэй развернулся и направился во дворец Линь Юаня.
Стоило ему войти, как навстречу метнулся стремительный поток воздуха — удар ладонью, быстрый, как молния, нацеленный прямо в горло.
Ло Фэй, уже привыкший к такому способу приветствия, мгновенно уклонился и усмехнулся:
— Папа, снова решил попрактиковаться на мне?
Младший брат Ло Нин сидел в комнате и, наблюдая за перепалкой отца и сына, лишь слегка улыбнулся. Не обращая на них внимания, он продолжил читать книгу.
Линь Юань приподнял бровь:
— Ты что, два дня прожил у нас в доме на планете Райен?
Ло Фэй честно ответил:
— Да. Хотел узнать, какой была жизнь папы в детстве.
Линь Юань не стал расспрашивать дальше и сказал:
— Послезавтра банкет в честь дня рождения. Порядок такой же, как и всегда: сначала отец скажет официальную речь, а потом вы с Ло Нином поблагодарите гостей. Просто ведите себя достойно, вы знаете придворный этикет, не оплошайте.
Ло Фэй кивнул:
— Я понял.
Линь Юань указал на костюм, висящий рядом:
— Его сшили по твоим меркам. Примерь.
Ло Фэй прошел в гардеробную, чтобы переодеться. Ло Нин поднял взгляд, окинул брата беглым взглядом и с улыбкой заметил:
— Брат, в этом наряде ты в день рождения наверняка вскружишь голову не одному омеге. Хотя придворные костюмы и перегружены деталями, они отлично подчеркивают стать.
Ло Фэй, разглядывая изысканные узоры на манжетах и подоле, слегка нахмурился:
— Слишком вычурно. Мне больше по душе простая повседневная одежда.
Ло Нин согласился:
— Мне тоже. Но на банкете нельзя выглядеть как попало. У королевских нарядов такой винтажный и помпезный стиль, придется потерпеть.
Ло Фэй не стал спорить, снял костюм и спросил Линь Юаня:
— Папа, раз уж это совершеннолетие, нам с Ло Нином нужно что-то сказать?
Линь Юань кивнул:
— Да, этот пункт в программе есть. Можешь заранее обдумать речь. Если ничего не придет в голову, попроси у секретаря по этикету готовый текст и просто заучи его. Ваше выступление в любом случае осветят крупные СМИ, так что скажите пару слов — этого достаточно. Меньше слов — меньше ошибок.
Ло Нин добавил:
— Брат, говори за нас обоих. Мне как омеге не обязательно блистать на таких мероприятиях.
Ло Фэй оглянулся на него:
— Просто лень придумывать?
Ло Нин едва заметно улыбнулся:
— В этом и преимущество близнеца. Младшему не нужно ничего говорить, я просто постою рядом как твой помощник.
Ло Фэй вздохнул:
— Ладно, сдаюсь.
В глубине души он все же баловал брата, поэтому пришлось взять обязанность выступить на банкете на себя.
***
10 января, ровно в полдень, в императорском дворце начался банкет в честь совершеннолетия старшего и второго принцев.
На церемонию не приглашали прессу — только официальных репортеров и операторов центрального канала Империи для съемки. Материал пройдет монтаж, а перед выпуском его еще и утвердит Его Величество, так что прямой трансляции не будет, и гости могли чувствовать себя свободнее.
К одиннадцати часам многие уже собрались на месте.
Чиновники военного и гражданского ведомств обменивались любезностями. Дельцы, обычно не посещавшие дни рождения принцев, в этот раз прибыли лично, чтобы поздравить наследников. Гости кучками обсуждали дела, и в зале царила непринужденная атмосфера.
Мо Цимин прибыл вместе с Мо Ханем. Он был заметной фигурой в списке богатейших людей Империи, и многие знали его в лицо. А после того, как компания KM Airlines прогремела в новостях с новым поколением интеллектуальных кораблей, Мо Ханя узнавали почти все — многие видели презентацию и были впечатлены.
К ним то и дело подходили поздороваться, и Мо Цимин сдержанно отвечал на рукопожатия.
Здесь собралась вся элита Империи: глава парламента, министр обороны, председатель сената, генералы всех армейских корпусов. Никто не решался вести себя неподобающе, все были предельно вежливы.
Большинство собеседников не упускали случая похвалить Мо Ханя: Ваш сын — настоящий талант. Мо Хань молод, но уже так многого добился! Я смотрел ту презентацию и планирую опробовать новый корабль, господин Мо, у вас потрясающее чутье.
Мо Хань с достоинством улыбался, знакомясь с легендарными личностями.
Была уже половина двенадцатого. Именинники еще не появились — как главные герои дня, они должны были выйти точно по расписанию.
Вдруг в толпе началось движение. В дверях зала появились несколько мужчин в военной форме. Один из них, в черном мундире с пятью золотыми звездами на погонах, шел уверенно, а рядом с ним — мужчина в темно-синей форме. Он был на несколько сантиметров ниже, но его аура ничуть не уступала спутнику, а лицо выражало абсолютное спокойствие. Следом за ними шел молодой красивый офицер с легкой улыбкой.
Когда эта троица двинулась вперед, гости тут же расступились.
Мо Хань был озадачен, но отец наклонился к нему и прошептал:
— В черном — это командующий корпусом Славы, маршал Империи Росен. В синем — командующий корпусом Темной ночи, единственный в истории Империи омега-генерал Лин Юй. Оба они в свое время помогали бывшему императору усмирять мятежи. Империя обязана им своим многолетним миром.
Мо Хань много слышал об этих людях и испытывал к ним глубокое уважение, особенно к Лин Юю — этот омега-генерал был его кумиром.
— А тот, что следом, — продолжал Мо Цимин, — генерал-майор Лин Ань. Несмотря на молодость, он унаследовал военный талант родителей и совершил немало подвигов. Получил звание генерал-майора в двадцать с небольшим — настоящий вундеркинд. Он родной брат супруга императора Линь Юаня и, стало быть, дядя Ло Фэя.
Лин Ань действительно излучал профессиональную выправку: правильные черты лица, прямая осанка. Закалка в битвах придавала ему твердости, которой не хватало альфам, которых Мо Хань встречал в бизнесе.
Не успел он об этом подумать, как Лин Ань подошел прямо к ним.
Мо Цимин первым поприветствовал его:
— Генерал.
Лин Ань слегка улыбнулся:
— Господин Мо, много слышал о вас, но видимся впервые. Вы производите сильное впечатление. — Он перевел взгляд на Мо Ханя: — Это ваш сын, Мо Хань?
Мо Цимин кивнул:
— Да, решил взять его с собой, чтобы набрался опыта.
Мо Хань вежливо поклонился:
— Здравствуйте, генерал.
Лин Ань одобрительно посмотрел на него:
— Молодой, а уже столько идей. Говорят, ты гениальный хакер? Яблоко от яблони недалеко падает.
Мо Хань скромно ответил:
— Вы мне льстите, генерал.
Лин Ань больше ничего не сказал, улыбнулся и вместе с обоими своими отцами прошёл дальше.
Мо Ханю было всего двадцать лет, и похвала от такого человека в столь торжественной обстановке его искренне порадовала.
В 11:40 гостей пригласили к столам.
Рассадка была строгой: военные, политики и бизнесмены сидели отдельно. Маршал и генерал Лин Юй, конечно, заняли почетные места. Мо Хань благодаря отцу оказался недалеко от трона. Правил было много — не чета дедушкиному юбилею. Как только все расселись, в зале воцарилась тишина.
В полдень появились виновники торжества.
Император Цезарь и его супруг Линь Юань шли рука об руку, за ними следовали братья Ло Фэй и Ло Нин, а замыкал шествие отряд гвардейцев в белоснежной форме.
Все присутствующие встали и синхронно поклонились императору.
Цезарь дошел до трона, сел рядом с Линь Юанем и с улыбкой произнес:
— Прошу, не стесняйтесь, занимайте свои места.
Ло Фэй встал рядом с отцом, Ло Нин — рядом с папой. Вся семья выглядела безупречно, и Мо Хань невольно залюбовался.
Сегодня Ло Фэй выглядел совершенно иначе. Сложный королевский костюм с черной основой и изысканными золотыми узорами на манжетах и подоле смотрелся на его высокой статной фигуре роскошно и благородно. Он не выглядел в нем вычурно — напротив, наряд подчеркивал его энергичность и силу.
В этом одеянии Ло Фэй по-настоящему выглядел как наследный принц.
Он стоял рядом с троном, прямой и уверенный, с легкой улыбкой — не той милой и простодушной, какой он улыбался, когда они разыгрывали спектакль на корабле, а спокойной и открытой. В его взгляде, обращенном к гостям, сквозило достоинство. Рядом с ним сидел его отец, а сам он был будущим правителем Империи. В этот момент Мо Хань действительно почувствовал в нем стать наследника.
В нем больше не было мальчишеской незрелости. Высокий, элегантный, спокойный, излучающий мощную ауру — принц в королевском наряде вызывал у гостей невольное почтение. Многие омеги, пришедшие с родителями, смотрели на него восторженными глазами.
Тот бесстыжий парень, что уверял, будто он простой выпускник университета Херман, и этот Ло Фэй казались совершенно разными людьми.
Мо Хань усмехнулся про себя и снова посмотрел на Ло Фэя.
Видимо, гостей было слишком много, и Ло Фэй не замечал Мо Ханя в толпе, продолжая одаривать всех своей безупречной улыбкой.
В зале стояла тишина. Император обвел взглядом собравшихся и заговорил:
— Прежде всего, благодарю всех, кто пришел на совершеннолетие моих сыновей, Ло Фэя и Ло Нина, и прислал так много подарков. Мы всё получили, и я от имени принцев выражаю вам свою признательность. Сегодня я выступаю не только как император, но и как обычный отец. Видеть, как дети из плачущих младенцев превращаются в статных юношей — величайшая радость для меня.
Цезарь всегда отличался мягким нравом. Он взглянул на сыновей и улыбнулся:
— Восемнадцать лет — это порог взрослой жизни. Как отец, я выполнил свой долг по вашему воспитанию. Надеюсь, в будущем вы будете жить в мире и здравии, всегда помня о своем долге принцев, и оправдаете возложенные на вас ожидания.
Ло Фэй и Ло Нин поклонились:
— Да, отец.
Зал взорвался аплодисментами. Мо Хань тоже искренне хлопал — он глубоко уважал этого императора, открывшего новую эпоху. Цезарь был не только великим правителем, но и хорошим отцом.
Ло Фэй, хоть и казался порой простоватым из-за нехватки жизненного опыта, был честным и открытым человеком — и это была прямая заслуга воспитания императора.
Цезарь посмотрел на Линь Юаня, предлагая ему сказать слово.
Линь Юань улыбнулся:
— Всё, что сказал Его Величество, я полностью разделяю. Ло Фэй, Ло Нин, помните наставления отца.
Ло Фэй: «...»
Ло Нин: «...»
Папа тоже не стал утруждаться, ответив одной фразой. Очень по-умному.
Братья послушно поклонились.
Цезарь знал, что Линь Юань не любит такие мероприятия, поэтому не стал настаивать и повернулся к сыновьям:
— Вам исполнилось восемнадцать. Есть что сказать родителям и гостям?
Ло Фэй приготовился к речи и вежливо посмотрел в зал.
И тут на самом краю, среди гостей, он увидел знакомое лицо.
Тот же изящный профиль, та же стать, выделяющаяся даже в толпе высокопоставленных лиц.
На нем был бежевый костюм, белая рубашка и светло-синий галстук с тонкой белой вышивкой — тот самый, который он купил на корабле и подарил ему.
Мо Хань старался сохранять невозмутимый вид, внимательно слушая принца, но в его глазах плясали смешинки, и он открыто смотрел на Ло Фэя.
Ло Фэй: «....................»
Цезарь, заметив, что сын внезапно замер, удивленно спросил:
— Ло Фэй?
Ло Фэй: «......................»
Наследный принц словно завис. Он стоял, как статуя, не в силах вымолвить ни слова.
Гости переглядывались.
Сидевший в зале омега-генерал Лин Юй холодно проследил за взглядом принца, увидел молодого человека справа и слегка приподнял бровь.
Цезарь, видя, что сын до сих пор в ступоре, приказал через свой ИИ:
— Что с Ло Фэем? Живо приведите его в чувство!
Чунмин дрожал от страха — он тоже увидел Мо Ханя.
Как Мо Хань оказался на банкете?! И в галстуке, который подарил хозяин?!
Хозяин впал в полный ступор!
Чунмин начал экстренно вызывать:
— Хозяин! Хозяин, говорите что-нибудь! Его Величество злится, все смотрят на вас! Вы правда хотите опозориться на своем совершеннолетии?! О вас узнает вся Империя, все будут смеяться, а отец вас прибьет! Говорите же!
Ло Фэй резко пришел в себя.
Их взгляды встретились. В глазах Мо Ханя светилась усмешка, а Ло Фэю хотелось плакать.
Все пропало...
В голове крутилась только эта мысль. Все его легенды, вся ложь о происхождении и учебе рухнули в один миг. Все его попытки сблизиться с Мо Ханем были разоблачены.
Конец. Больше никаких шансов завоевать его сердце?
Но он наследный принц. Он не может позволить себе потерять лицо.
Ло Фэй глубоко вдохнул, унимая бешеный ритм сердца, и произнес:
— Услышав слова отца, я был так тронут, что на мгновение лишился дара речи. Прошу прощения за эту заминку.
Он быстро взял себя в руки и с улыбкой продолжил:
— Сегодня нам с братом исполнилось восемнадцать. Мы всегда будем помнить заботу обоих родителей. Мы благодарны всем учителям и близким, которые направляли нас. Восемнадцать лет — это не только возраст, но и зрелость ума, осознание ответственности. В будущем мы будем еще внимательнее следить за своими словами и поступками...
Ло Фэй говорил уверенно и четко. Его голос, даже без микрофона, был слышен каждому в зале.
Спокойствие и манеры принца вызвали одобрение у императора. Хотя он не знал, почему сын отвлекся, тот сумел вовремя сориентироваться. Минутная заминка показалась гостям случайностью.
Мо Хань, глядя на Ло Фэя, даже проникся уважением — психологическая устойчивость у принца на высоте. По крайней мере, в официальной обстановке он не ударит в грязь лицом. При отце и гостях, будучи наследником, он вынужден сдерживать эмоции.
Мо Хань невольно усмехнулся. Он потрогал галстук на шее и с иронией подумал: «Ты подарил мне его, я надел. Тебе нравится?»
Ло Фэй заметил этот жест, его взгляд на секунду изменился, но он тут же вернул на лицо безупречную улыбку.
Однако в ментальном канале он уже сходил с ума:
— Чунмин, Чунмин, придумай что-нибудь! Как мне объясниться перед Мо Ханем? Я ведь покойник, да? Он, наверное, думает, что я лжец?
Чунмин ехидно ответил:
— Хозяин, сам заварил кашу — сам и расхлебывай. Я всего лишь невинный механоид.
Ло Фэй: «............»
Когда же его маска слетела?
Судя по выражению лица Мо Ханя, он ничуть не удивлен. Он что, давно знал, что я принц?
То есть я дураком прикидывался перед ним, разыгрывая сценки, а он все это время знал правду?
Какой позор...
Если бы не гости, Ло Фэй готов был провалиться сквозь землю.
http://bllate.org/book/21224/2147617
Готово:
