Однако напротив находились старшие — тётя Джана.
Хотя они и понимали, что противоположная сторона, скорее всего, не узнает их, оба супруга никак не могли решиться нанести последний удар.
— Передай это Сяо Хоу, — безжалостный старший брат опустил бластер и посмотрел на Сюнь Хоулин, которая, обхватив оружие руками, озиралась по сторонам в поисках двоюродного братишки Сяо Чжу. — Они оба дети, ей будет проще справиться.
— Другого выхода нет, — горько усмехнулся Ци Юань.
В итоге семья тёти Джана обнаружила, что в семейной игре на выживание родители противника, завязав лица масками, прислонились к стволу дерева и принялись непринуждённо беседовать. Время от времени они бросали взгляд на детей, чтобы проверить, находятся ли те в поле зрения: если нет — меняли место и продолжали поиски, а найдя — возобновляли разговор.
Тётя Джана с завистью посмотрела на противоположную сторону и сказала дяде Бэндмину:
— Как же они близки.
Дядя, покрытый испариной, несколько раз перенёс сына на новое место, но хмурый мальчишка каждый раз легко находил их. От усталости он был готов сам вмешаться в детскую войну.
— У них просто полно свободного времени и романтики, — поджав губы, произнёс дядя. — Смотри, нашего сынишку снова бьют.
Правила игры между двумя детьми уже устоялись: Сюнь Хоулин находила Чжу Луя, они затевали бой, который постепенно превращался в одностороннее избиение. Пара ударов — и родители соперника тут же прибегали, чтобы забрать сына. Сюнь Хоулин бросалась в погоню, настигала беглеца и продолжала драку.
Девчонка знала меру и понимала, что этот мальчик младше её, поэтому не била в полную силу. Именно поэтому родители противника не возражали против таких забав. Единственным, кто был не слишком доволен, оставался чуть не доведённый до слёз Чжу Луя.
Дети пришли сюда играть, а не получать тумаки, и после нескольких поражений мальчик взбунтовался. Он пустил в ход всевозможные ухищрения, лишь бы старший братишка прекратил его лупить: от угроз и заманчивых обещаний до катания по земле и откровенного капризничания — и лишь так добился перемирия, позволяющего мирно болтать, держась за руки.
Период перемирия.
Невзначай заметив, что оба ребёнка уселись на землю и принялись выводить прутиками какие-то узоры, Сюнь Мулун прервал попытку воспользоваться моментом и прочитать Ци Юаню очередную лекцию, и зашагал к младшей двоюродной сестре.
Время уже поджимало, пора было заканчивать этот маскарад.
Мысленно размышляя над тем, заставить ли Сюнь Хоулин саму признать поражение или же позволить ей лупить двоюродного братишку до тех пор, пока тот не сдастся, Сюнь Мулун приближался вместе с Ци Юанем, как вдруг услышал доносящиеся от сидящего на земле Чжу Луя оживлённые и взволнованные возгласы:
— Честно! Шаманы — это невероятно! Я лично знаю шамана из Жерзадо. Он владеет древней магией! Когда я тогда чуть не умер, именно он меня спас!
Шаги Сюнь Мулуна внезапно оборвались, и раздался его низкий голос:
— Ты сказал... шаман... из Жерзадо?
Обнаружив, что скрывающие лица родители противника подошли прямо к их глупому сыну, тётя Джана и дядя Бэндмин тоже поспешили туда, держа оружие наготове, и с опаской произнесли:
— У детей перемирие, родители ведь не будут вмешиваться, правда?
— Разумеется, нет, — с молчаливого согласия Сюнь Мулуна Ци Юань поднял руку и помахал матушке: — Маленькая тётя, маленький дядя.
Тётя Джана с её неизменно мягким выражением лица перевела взгляд на волосы Ци Юаня и на мгновение замерла в нерешительности:
— ...Сяо Юань?
Ци Юань уже снял маску и улыбнулся:
— Это я, тётя.
Дядя Бэндмин невольно уставился на Сюнь Мулуна. Здесь проходит семейная игра, но этот человек... раз он в одной команде с принцем, кто же он?
Сюнь Мулун снял маску и слегка кивнул:
— Господин Бона, госпожа Бона.
Назвать их тётей и дядей язык у Сюнь Мулуна сейчас не поворачивался.
Дядя Бэндмин опешил:
— ...Младший генерал... Сюнь Мулун... Ваша светлость?
— О боже! — Джана прикрыла рот рукой и взвизгнула. — Генерал, неужели это вы!
Будучи родной сестрой королевы, тётя Джана происходила из благородной семьи и порой бывала на банкетах, где видела Сюнь Мулуна. Более того, уже года четыре она являлась преданнейшей поклонницей генерала.
Прежде они встречались лишь на официальных мероприятиях, где им почти не доводилось разговаривать с глазу на глаз. Тётя Джана впервые видела своего кумира так близко в реальной жизни; её щеки порозовели от волнения, а язык заплетался:
— Генерал Сюнь! Здравствуйте! Я Джана Бона... О, впрочем, вы и сами знаете... Простите, я просто ужасно взволнована.
Бэндмин подхватил на руки ничего не понимающего сына, прижал к себе взволнованную жену и вежливо слегка поклонился Сюнь Мулуну:
— Ваша светлость, никак не ожидал встретить вас здесь. И уж тем более не думал, что вы... составите семейную команду вместе с седьмым принцем.
В отличие от просто потерявшей голову от волнения тёти Джана, дядя Бэндмин уже начал прощупывать почву.
Сюнь Мулун слегка кивнул:
— Сегодня у седьмого принца и моей сестры выходной, я вывел их погулять.
Больше Сюнь Мулун ничего не добавил. Какими именно отношениями была вызвана необходимость лично выводить принца на прогулку — пусть дядя Бэндмин додумывает сам.
Во всяком случае, вслух он этого произнести не мог.
Взгляд тёти Джана мгновенно переметнулся на племянника:
— Сяо Юань, ты оказывается так близок с генералом! Почему ты никогда мне об этом не рассказывал?Будучи ярой фанаткой Сюнь Мулуна, Джана безумно восхищалась своим кумиром, можно сказать, даже была им одержима. Её семья и даже все домочадцы из королевской семьи знали об этом почти всё.
— Мы с генералом тоже познакомились совсем недавно, — произнёс Ци Юань.
Бендемин бросил на Ци Юаня взгляд и многозначительно протянул:
— Поистине редкость — увидеть, как Седьмой высочество развлекается с кем-то ещё, да к тому же с генералом Сюнь. Ваше Высочество и впрямь ведёт себя скрытно.
Смысл этих слов сводился к тому, что он явно не верил недавнему заявлению Ци Юаня. В конце концов, люди, которые только-только сошлись, вряд ли станут проводить отпуск за совместными развлечениями, не говоря уже о том, чтобы играть в семейной команде в знаменитом Лесу влюбленных.
Сюнь Мулун не желал продолжать этот разговор и напрямую спросил:
— Я только что услышал, как маленький господин Жулуя упомянул жреца уу из Жерзадо. Мне стало любопытно, не могли бы вы, госпожа Бона, немного приоткрыть завесу тайны над жрецами из Жерзадо?
Тетушка Джана, безумная фанатка, тут же кивнула:
— Конечно! Конечно! Всё, что вы хотите узнать, я вам расскажу!
— То, о чём говорил маленький господин, — Сюнь Мулун повторил слова Жулуя, — этот жрец обладает поистине великой силой?
— Да, Ваша Светлость! — без утайки продолжала тетушка Джана. — Тогда мой бедный малыш Чжу... то есть Жулуя, однажды после прогулки по королевскому дворцу тяжело заболел. Весь горел, впал в беспамятство. Медицинские капсулы, искусственные доктора, самые разные средства — всё перепробовали, но жар не спадал. Лекарь тогда сказал мне, что если ребёнок продолжит так гореть, то боюсь...
Хотя с тех пор прошло немало времени, но, вспоминая об этом, тетушка Джана всё еще сжимала сердце от боли, как любящая мать:
— Тогда у меня не оставалось выбора, и я объявила огромную награду: кто спасёт моего малыша, любую, самую тяжелую цену готова была заплатить! К счастью, среди моих бывших однокурсников нашлась девочка по имени Муя Цяньцянь. Услышав об этом, она сказала, что в их семье почитают жреца, и можно попробовать.
— Хотя жрецы — это уже редкая, древняя... — тетушка Джана заминкалась, — профессия, не слишком соответствующая духу времени, но жрецы... у них действительно есть незаменимая миссия.
— Я отвезла малыша Чжу к Муя Цяньцянь, она позвала жреца из своего рода, и всего за три часа мой малыш снова запрыгал и забегал! Я невероятно ему благодарна!
Не семья Хунъе.
Такое древнее явление, как жрецы, поддерживают только столь же древние цивилизованные кланы. В Жерзадо, помимо семьи Хунъе, существовали и другие рода, что поклонялись жрецам.
— Госпожа Бона, — произнес Сюнь Мулун, — я проявляю огромный интерес к этому древнему феномену. Если вы не против, не могли бы вы рассказать мне о семьях, которые содержат жрецов? Звучит весьма исторически.
— Конечно, — ответила тетушка Джана. — Хоть я знаю и немного, но кое-какое представление имею. О семье Муя мне рассказывала Цяньцянь: их род — коренные жители Жерзадо, насчитывающий уже несколько десятков поколений. Они закрепились там благодаря древнему наследию и являются очень известной и влиятельной местной фамилией.
Ответ был крайне расплывчатым. Сюнь Мулун поинтересовался, в чём же заключается это наследие, но тетушка Джана лишь растерянно покачала головой: она не имела ни малейшего понятия.
Иными словами, было известно лишь то, что это древний род, а никакой другой полезной информации у неё не имелось.
Заметив легкое разочарование Сюнь Мулуна, тетушка Джана отчаянно попыталась выудить из памяти хоть крупицу скудных воспоминаний тех лет, и ей действительно удалось кое-что вспомнить:
— Ваша Светлость! Я вспомнила! В семье Муя главенствуют женщины, из поколения в поколение хозяйками дома и главами семьи остаются именно они!
Главенствуют женщины? Сюнь Мулун кивнул:
— Благодарю вас, госпожа Бона.
Лицо тетушки Джаны залилось румянцем:
— Ой, если Ваша Светлость действительно хочет меня отблагодарить, не могли бы вы пригласить меня на совместный обед?
Наблюдавший за этим представлением с самого начала дядя Бендемин наконец с мрачным лицом сжал руку жены:
— Перестань дурачиться.
Ци Юань улыбнулся мягкой улыбкой:
— Конечно, в следующий раз, когда Лун вернется, мы выберем погожий денек, чтобы принять вас у себя.
— Вы? — внимание тетушки Джаны снова переключилось на их отношения. — Сяо Юань, вы с Вашей Светлостью...
Не успела она договорить, как с неба рухнули две спасательные капсулы. Они накрыли обе семейные группы и мгновенно телепортировали их прочь.
В мгновение ока перенесенный к точке отправления Сюнь Мулун облегченно выдохнул:
— ...Как вовремя.
Если участники игры бездействовали в течение десяти минут, система автоматически засчитывала им пассивность. Ради экономии времени настройки игры были таковы, что ровно на десятой минуте игроков просто возвращали назад, чтобы переключиться на следующую группу.
Сюнь Хоулин замерла на пару секунд, а затем с некоторым досадующим вздохом произнесла:
— Я же только что забыла взять контакты того младшего брата!
Ци Юань потрепал сестру по голове:
— Он мой двоюродный брат, в следующий раз я отведу тебя поиграть с ним.Хорошо! — только тогда Сюнь Хоулин улыбнулась.
Мы еще будем играть? — Ци Юань повернулся к Сюнь Мулуну, спрашивая, стоит ли вставать в очередь.
Сюнь Мулүн решительно покачал головой: — Нет, у меня сейчас дела.
Ци Юань, впрочем, так и предполагал, поэтому немного разочаровался: — ...Ну ладно.
Сюнь Мулүн кивнул: — Пойдем.
Только троица покинула передаточную капсулу, как Сюнь Мулүн резко остановился, а затем с некоторым колебанием сказал Ци Юаню: — Ты еще хочешь погулять? Как насчет того, чтобы я оставил Сяо Хоу составить тебе компанию? Когда вы нагуляетесь, я пришлю за вами людей.
Ци Юань сразу же покачал головой: — Нет, я пойду с тобой.
Лишенная права выбора Сюнь Хоулин подняла руку: — Я хочу поиграть!
Сюнь Мулүн окинул их взглядом, в конце концов позвал находившегося рядом с Сюнь Хоулин сопровождающего присмотреть за младшей кузиной, а сам вместе с Ци Юанем вернулся в поместье Сюнь.
Случайно узнав новость от тетушки Джаны, Сюнь Мулүн в этот раз, стоило им вернуться домой, сразу же заперся в кабинете, включил коммуникатор и принялся связываться с Кадусом. Ци Юань долго стоял у двери, наблюдая за ним, но в конце концов с мрачным выражением лица вернулся в спальню.
Сюнь Мулүн этого не заметил.
Когда Джейсон раздобыл информацию и переслал ее Сюнь Мулүн, уже совсем стемнело.
Только тогда Сюнь Мулүн внезапно вспомнил о Ци Юане, и в сердце невольно зародилась капля укора совести.
Он же обещал составить ему компанию, но кто бы мог подумать, что свалится столько дел. Наверное, младший Его Высочество толком и не повеселился, а он, вернувшись, сразу погрузился в дела Жерзадо и совсем забросил Ци Юаня...
Сюнь Мулүн бросил взгляд на часы и сразу же закрыл файлы, решив досмотреть их завтра. А сегодня... пожалуй, лучше сначала вернуться к Ци Юаню.
Вернувшись в спальню, седовласый юноша уже переоделся в пижаму и, прижав к груди одеяло, спал на боку.
Сюнь Мулүн ступал легко.
Умывшись, Сюнь Мулүн на цыпочках забрался на кровать и слегка отодвинул в сторону Ци Юаня, занявшего его место. В следующее мгновение, как Сюнь Мулүн и ожидал, юноша тут же вцепился в него руками и ногами, прильнув к его телу.
Один раз — случайно, два раза — уже привычно. Сюнь Мулүн сохранял невозмутимость. Устроив позу Ци Юаня так, чтобы обоим было удобно спать, он тихо произнес: — Спокойной ночи.
Погруженный в крепкий сон юноша пробормотал во сне: — ...Спокойной ночи.
Сюнь Мулүн закрыл глаза.
В следующий миг он оказался в незнакомом, но пугающе знакомом месте.
Огромное дерево в два обхвата, густой лес, сплошь обвитый лианами, толстый слой опавшей листвы. Сюнь Мулүн в пижаме стоял на том самом месте, где находился сегодня, а прямо над его головой из зелени выползла черная змея, высовывая раздвоенный язык.
Тело Сюнь Муlüна двигалось свободно. Он тут же наклонился, поднял камень и швырнул его по косой вверх — разумеется, угодил в пустоту.
— Тц, — не попал.
Черная змея качнула хвостом, сорвалась прямо с лиан и рухнула на Сюнь Мулюна. В следующий миг она обернулась длинноволосым мужчиной с алыми глазами. Вся его тяжесть обрушилась на Сюнь Мулюна, заставив того споткнуться и рухнуть на землю.
Мужчина рухнул следом, продолжая прижимать его своим весом, и уголки его губ изогнулись в улыбке: — Что, соскучился?
— Соскучился, — Сюнь Мулүн не мог оттолкнуть мужчину, поэтому оставалось только язвить. — Скучаю по тому, как ты сдохнешь.
Даже Сюнь Мулүн не мог не испытывать легкого предвкушения скорого избавления.
Мужчина тихо засмеялся, его крупная ладонь подхватила Сюнь Мулюна за подбородок, легонько поглаживая: — И как же ты хочешь моей смерти? Умереть на мне?
Лицо Сюнь Мулюна изменилось: — Прекрати свои фокусы, не то я уничтожу твое тело и душу!
— Как же ты очарователен, когда хорохоришься, — мужчина высунул язык и провел им по челюсти Сюнь Мулюна. Почувствовав, как прижатый к земле мужчина слегка дрожит, он понизил голос до интимного шёпота: — Мне так хочется тебя... проглотить целиком.
Когда Ци Юань проснулся, Сюнь Мулюна рядом уже не было. Ему в руки подсунули подушку, сохранив ту самую позу, в которой он обнимал Сюнь Мулюна. Пропитавшаяся запахом другого человека подушка притупила его бдительность, и он даже не заметил, как Сюнь Мулүн встал.
Умывшись, Ци Юань по привычке отправился на поиски в кабинет. Постучав и приоткрыв дверь, он обнаружил Сюнь Мулюна именно там.
Сюнь Мулүн не спал уже два часа и все это время просиживал в кабинете. Когда Ци Юань толкнул дверь и вошел, первое, что бросилось в глаза Сюнь Мулюну при поднятом взгляде — это трудно скрываемые темные круги под глазами.—Таки, вы не выспались? Вы выглядите очень уставшим, — встревожился Ци Юань.
Сюнь Мулүн бросил взгляд на Седьмое Высочество и с легкой усталостью ответил: — Немного... Надеюсь, это вас не побеспокоило, Ваше Высочество.
— Нет, я спал отлично, — Ци Юань немного подумал и предложил: — Я принесу вам стакан молока.
— Не нужно, Ваше Высочество, — бросил Сюнь Мулүн. — У меня аллергия на молоко.
Ци Юань мысленно зафиксировал это: — Хорошо. Вам нужно что-нибудь еще?
— Ничего, Ваше Высочество, — подумав, сказал Сюнь Мулүн. — Прошу вас, подойдите и присядьте, мне нужно с вами поговорить.
Ци Юань осторожно подошел, опустился на диван и поднял голову: — Вы... о чем хотели поговорить?
Сюнь Мулүн аккуратно собрал и сложил бумаги, а затем, слегка помедлив, сказал Ци Юаню: — Я планирую сегодня покинуть столичную планету и отправиться в Жерзадо.
— Почему так рано? — Ци Юань нахмурился. — Из-за того, что вчера... сказала тетушка Джана?
— Отчасти, — Сюнь Мулүн не собирался вдаваться в подробности перед Ци Юанем. — Я уже уладил здесь все дела и сегодня отправляюсь в Жерзадо, а оттуда сразу полечу в Кадус, поэтому...
— Поэтому? — Ци Юань прикусил нижнюю губу.
Сюнь Мулүн тяжело вздохнул: — Ваше Высочество, вы можете вернуться во дворец.
— Ни за что! — упрямо заявил Ци Юань. — Я уже женатый человек, я буду ждать вас дома!
Сюнь Мулүн давно догадывался, что Седьмое Высочество не так-то просто переубедить, но одно дело — догадываться, и совсем другое — столкнуться с этим лицом к лицу. Он невольно почувствовал головную боль.
— Вы вдруг уезжаете так внезапно... — Ци Юань шмыгнул носом, его лицо помрачнело. — У меня совсем не было времени морально подготовиться, а вы меня еще и прогоняете...
— Я вас не прогоняю, Ваше Высочество, — схватился за голову Сюнь Мулүн. — Разве не само собой разумеется, что после моего отъезда вы вернетесь во дворец?
— Ни капельки! — решительно отказался Ци Юань. — Всё равно сегодня вы уедете, и указывать мне после отъезда вы не сможете! Буду жить там, где захочу!
Сюнь Мулүн потерял дар речи.
Он внезапно понял, что обычно такой послушный Седьмое Высочество, когда дело касалось действительно важных для него вещей, стоял на своем до конца.
Вот только настаивал Ци Юань вечно на том, от чего у него самого раскалывалась голова.
Сюнь Мулүн не считал свой дар убеждения настолько сильным, чтобы за короткое время переубедить Ци Юаня, поэтому решительно сдался: — Ладно, как знаете.
Ци Юань, добившийся уступок, вовсе не выглядел радостным и по-прежнему дулся: — Вы правда думаете, что я обрадуюсь, услышав эту новость?
Сюнь Мулүн: — ...Ваше Высочество, вам, пожалуй, стоит уяснить одну вещь: я не тот человек, который может вовремя уходить с работы и возвращаться домой, уделяя достаточно времени и сил семье. Если вы не можете...
— Я могу! — Ци Юань, казалось, угадав продолжение, тут же перебил Сюнь Мулюна и нервно выпалил: — Я знаю, что вы военный! Я ни на что не жалуюсь, я не буду устраивать скандалы и доставлять вам хлопоты!
— Благодарю за понимание, Ваше Высочество, — произнес Сюнь Мулүн.
Ничего не попишь, Ци Юаню оставалось лишь смириться с суровой реальностью. Стоило им только вступить в период ухаживаний, сделать шаг навстречу друг другу, как все оборвалось из-за этой поездки. Даже для Ци Юаня это стало тяжелым ударом.
Сюнь Мулүн сделал вид, что ничего не замечает, однако все же молча позволил юноше крутиться рядом с ним весь день, не отходя ни на шаг.
Джейсон с Кадуса, Чжань Фулин и командир частного наемного отряда по прозвищу Ястреб, имевший деловые связи с семьей Ред-Лиф, получив уведомление от Сюнь Мулюна, выдвинулись еще ранним утром. Кадус находился гораздо дальше Жерзадо, на дорогу туда требовалось около трех с половиной дней, в то время как путь от столичной планеты до Жерзадо занимал всего сутки. Узнав о такой разнице во времени, Ци Юань принялся уговаривать Сюнь Мулюна отложить вылет на завтра, но Сюнь Мулүн остался непреклонен.
Небо постепенно темнело, Сюнь Мулүн уже закончил приготовления к отъезду, но Седьмое Высочество намертво вцепился в полу его пальто и ни за что не хотел отпускать.
— Я передумал! — твердо помотал головой юноша.— Я больше не хочу быть послушным пай-мальчиком, я полечу в Жерзадо с Таки!
— Ваше Высочество, мы же договорились, — Сюнь Мулүн не мог применять грубую силу, оставалось лишь смягчить тон. — Мне предстоит заняться важными делами, а вам завтра нужно на занятия, разве нет?
— Я могу взять отгул! — Ци Юань поклялся, что не разжмет рук. — Я скажу, что провожаю вас в Жерзадо до Кадуса, матушка обязательно разрешит!
— К сожалению, Ваше Высочество, — Сюнь Мулүн не хотел ранить его, но все же выложил правду. — Сегодня утром я уже доложил Его Величеству о своем отъезде. И Их Величества выразили надежду, что вы не станете капризничать и останетесь на столичной планете.
Хотя истинную причину поездки в Жерзадо он императору не назвал, появление принца на той планете само пошло бы вразрез с благоразумием. Ради безопасности Ци Юаня, даже если бы император ничего не сказал, он бы все равно не взял с собой не умеющего за себя постоять Ци Юаня.
Тем более в этот раз поездка могла оказаться небезопасной.
Единственное, чего Ци Юаню в итоге удалось добиться для себя — это сменить внешность с помощью анонимного кольца и отправиться вместе с Сюнь Мулюном к космопорту, чтобы проводить его до самого корабля.
http://bllate.org/book/21212/2146769
Готово:
