Когда Черный Вучан и Белый Вучан вышли, оттуда доносилось нечто похожее на приглушенный шепот. В сердце Бай Цзиньжун что-то ёкнуло, и она на цыпочках последовала за ними, прижавшись к стене у двери и прислушиваясь.
— Кажется, с Цан Лан что-то не так, она совсем не похожа на себя прежнюю, — задумчиво произнес Черный Вучан. — К тому же только что, когда я приблизился к Цан Лан, я не почувствовал прежней убийственной ауры мастера.
— Быть может, она чего-то достигла, раз способна скрывать жажду убийства в своем теле, — настороженно ответил Белый Вучан. — Цан Лан становится всё более непредсказуемой. Только что она неожиданно улыбнулась нам — и это была не зловещая ухмылка, а скорее льстивая улыбка.
— Тебе показалось, с чего бы Цан Лан улыбаться заискивающе? — Черный Вучан сердито зыркнул на него. — Я отчетливо видел: это была зловещая ухмылка, напугавшая меня до смерти.
— А что, если Цан Лан получила ранение после схватки с лидером боевых искусств праведного пути Сяо Ихэном? Или, возможно, она действительно достигла новых высот. Но об этом деле ни в коем случае нельзя говорить Судье, — сказал Белый Вучан.
— В последние годы Судья во многом не согласна с Цан Лан и вечно идет против ее воли. Мне кажется, она замышляет недоброе.
— Если Судья узнает, что Цан Лан ранена, разве это не лучший момент для нападения, чтобы убить Цан Лан? — Лицо Черного Вучан помрачнело. — Ни в коем случае нельзя позволить ей узнать об этом.
Дождавшись, пока Черный и Белый Вучан уйдут, Бай Цзиньжун в холодном поту опустилась на стул. До чего же это сложно!
С какой стати за спиной у жестокой главы Демонического Культа торчит меч, ежесекундно угрожающий ее жизни?
Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы Судья догадалась, что она — вовсе не глава Демонического Культа.
Бай Цзиньжун медленно закрыла глаза, пытаясь слиться с воспоминаниями прежней хозяйки тела, и вскоре распахнула их с бледным лицом, выругавшись: — Бессовестная!
Пошлые и развратные сцены сменяли друг друга одна за другой, и Бай Цзиньжун, новичок в цзянху, чья любовная жизнь была чиста, как белый лист, совершенно не знала, как переварить подобное.
Единственным плюсом было то, что отменной еды и прекрасного вина здесь было вдоволь — каждый день для Бай Цзиньжун готовили что-то новенькое.
— Как вкусно, — сидя за столом, Бай Цзиньжун уплетала еду сама по себе, попутно разглядывая изящную нефритовую шпильку в своей руке. Она была сделана из отборного кровавого нефрита и вырезана в форме феникса — до чего же красивая!
— Цан Лан, ваша жареная курица готова, — ученица нарезала золотистые куриные бедра и протянула ей. — Прошу отведать, Цан Лан.
Увидев куриную ножку, Бай Цзиньжун почему-то вспомнила Линь Дунцина из прошлой жизни, и еда вмиг показалась ей пресной.
— Унеси, я не ем куриные ножки, — бросила Бай Цзиньжун.
Стоило ей только помрачнеть, как ученица испуганно вздрогнула и торопливо унесла угощение.
После трапезы кто-то помог ей искупаться: в Демоническом Культе для главы был специально обустроен горячий источник, в котором можно было плескаться в любое время.
В самый первый раз, когда она мылась, четверо или пятеро красивых учениц в тонких одеждах опустились на колени рядом, готовые прислуживать. Это до ужаса испугало Бай Цзиньжун, и лишь разогнав всех, она смогла искупаться в одиночестве.
Когда она, закончив мыться, вышла наружу, те прекрасные ученицы дрожали всем телом с мертвенно-бледными лицами, словно в следующее мгновение собирались расстаться с жизнями.
— Кхм… Я привыкла совершенствовать боевые искусства во время купания, так что мне мешать не стоит, — Бай Цзиньжун развела руками, позволяя ученице помочь ей снятии одежд, и только после этого отпустила всех.
Если бы не доставляющие хлопоты воспоминания прежней хозяйки да неразбериха в Демоническом Культе, жизнь Бай Цзиньжун в роли главы Демонического Культа была бы весьма вольготной: отменная еда и вино каждый день, драгоценности и нарядные шелка, да еще и столько людей вокруг прислуживают.
Наверное, она выглядит даже внушительнее, чем Линь Дунцин в своей усадьбе, — самодовольно усмехнулась Бай Цзиньжун, гадая, чем же занят Линь Дунцин в этой жизни.
Спустя три дня наступал Священный праздник благословения демонов. Адепты демонического племени собрались вместе, чтобы получить безграничную благодать и силу из рук главы Демонического Культа.
Бай Цзиньжун облачилась в черную мантию, расшитую крупными алыми цветами дурмана, ее брови взмывали к вискам, а служанки нанесли ей дерзкий и суровый макияж, отчего ее узкие длинные глаза внезапно обрели немалое властное величие.
Глядя на себя в бронзовое зеркало, она едва сдерживала уголки губ, порываясь изобразить ту самую демоническую улыбку.
Похоже, прежняя хозяйка была самовлюбленной и демонической особой, — вздохнула Бай Цзиньжун, намертво сжав губы.
Праздник благословения, по сути, сводился к тому, что глава жаловала Святую Воду — целебный эликсир. Все адепты, вступавшие в Демонический Культ, принимали яд, и каждый год им требовалось испить Святую Воду, иначе их внутренние органы сгнивали до самой смерти.
— Судья передала, что занята и прийти не сможет, — махая изящным веером, кокетливо произнес Белый Вучан. — По-моему, она просто не боится смерти. Слышал, она раздобыла рецепт противоядия.
Принять Святую Воду должны были все — от рядовых адептов Демонического Культа до Быкоголового, Ма Е, Шэ Цина, Шэньгуй и четырех стражей, а также Черного и Белого Вучана и Судьи.
Четвертая жизнь
Нынче Судья демонстративно не явилась, что прямо указывало на одно: Святая Вода больше не оказывает на нее никакого воздействия.
И верно, среди учеников поднялось небольшое волнение, то тут, то там слышен был шепот.
— Судья открыто бросает вызов величию Цан Лан! — яростно взревел Быкоголовый. — Чего она добивается?!
Черный и Белый Вучан молча охраняли Бай Цзиньжун, затаив в глазах глубокие раздумья.
Раздав Святую Воду, Бай Цзиньжун вдруг о чем-то вспомнила и спросила: — Черный и Белый Вучан, я ведь велела вам привести главу Секты Падающих Облаков живым, а не приносить его голову.
Черный и Белый Вучан на мгновение замерли и опустились на колени: — Так приказала госпожа Судья, а мы думали, что это воля Цан Лан.
В воспоминаниях прежней хозяйки дела, касающиеся Секты Падающих Облаков, всегда оставались какими-то туманными. Сама она помнила это смутно, но смутно припоминала, что собиралась взять главу Секты Падающих Облаков живьем, чтобы во всем разобраться.
В итоге же Черный и Белый Вучан принесли его голову, а истребление всей Секты Падающих Облаков целиком и полностью повесили на Бай Цзиньжун.
Судя по воспоминаниям прежней хозяйки, она не питала никакой личной вражды к Секте Падающих Облаков. С чего бы ей вырезать целый клан и навлекать на себя преследования праведного боевого мира?
Похоже, пролить свет на это дело удастся, только отыскав ту самую легендарную Судью.
— Передайте мой приказ: я желаю видеть Судью, пусть явится немедленно! — Бай Цзиньжун хотела расспросить Судью насчет Секты Падающих Облаков, однако ученики культа решили, будто глава собирается покарать Судью за проявление неуважения, и на лицах у всех разом отразилась целая гамма чувств.
После завершения праздника благословения адепты Демонического Культа один за другим разошлись.
Вскоре прибежал Быкоголовый и сообщил, что адепты праведных сект устроили засаду в тайном месте, и обе стороны сошлись в бою.
Когда Бай Цзиньжун во главе людей прибыла на место, Лига Изгнания Демонов уже отступила, оставив после себя усезанную трупами землю — среди павших были как ученики праведных сект, так и адепты Демонического Культа, а из ран текла алая кровь.
— Спустя три дня секты праведного пути объединятся в Лигу Изгнания Демонов, чтобы покарать погрязшую в грехах главу Демонического Культа Белого Владыку Ада, — доложил Шэньгуй. — Говорят, лидер боевых искусств Сяо Ихэн тоже будет там и возглавит Лигу Изгнания Демонов, чтобы окончательно искоренить Священный Культ.
— Погрязший в грехах Белый Владыка Ада, — Бай Цзиньжун никак не ожидала, что на нее повесят столь тяжкий ярлык.
— Все эти притворные праведники полны лицемерной добродетели и справедливости, а после истребления Секты Падающих Облаков их земли так или иначе были поделены между ними, — заметил Белый Вучан. — Желает ли Цан Лан нанести им визит?
— В Усадьбе Сбора Мудрецов полно мастеров праведного пути, господин Вучан, с каким умыслом вы предлагаете Цан Лан отправиться туда? — подал голос Ма Е.
На губах Белого Вучана заиграла кокетливая улыбка: — Наш Священный Культ обладает огромной силой, с чего нам бояться каких-то праведников? Раз уж драться — так драться, лучше покончить со всеми разом, пока они собрались в одном месте.
Чарующая жажда убийства еще не сошла с лица Белого Вучана, как Бай Цзиньжун шлепнула его по затылку со словами: — Только и думаешь о резнях да убийствах, ни капли не похож на девушку!
Белый Вучан на миг опешил, явно сбитый с толку столь неожиданным выпадом со стороны Бай Цзиньжун.
Если уж заводить речь о резнях и убийствах, так Цан Лан в этом деле всегда шла впереди всех.
— И еще, я хочу, чтобы с сегодняшнего дня прекратились любые распри с праведными сектами, — произнесла Бай Цзиньжун. — Давайте сначала дадим улечься буре вокруг Секты Падающих Облаков.
— Что? Неужели вы хотите, чтобы мы терпели побои и не давали сдачи? Праведники уже сели нам на голову! — возмущенно пробасил Быкоголовый. — Такого унижения я стерпеть не могу!
— Именно так. Цан Лан всегда отличалась гордым и независимым нравом, с чего вдруг она стала такой робкой? Уж не случилось ли чего после ее битвы с Сяо Ихэном? — Черный Вучан пытливо уставился на Бай Цзиньжун.
Бай Цзиньжун ничего не ответила, лишь слегка приподняла уголки губ, изобразив зловещую и властную улыбку, которая мгновенно всех приструнила.
Этот прием и впрямь невероятно хорош, подумала Бай Цзиньжун, плотно сжав губы. — Всем слушать мой приказ! Кто посмеет его нарушить — поплатится по законам культа.
Все разошлись, и лишь Белый Вучан остался стоять на месте.
— Белый Вучан, почему ты не уходишь? — глядя на то, как она приближается шаг за шагом, с легким волнением спросила Бай Цзиньжун.
Тонкая белая одежда упала на землю, обнажая белоснежное тело Белого Вучана, расписанное алыми узорами. На ее губах заиграла застенчивая улыбка: — Прежде Цан Лан звала меня Малышкой Лянь, почему же сегодня ты назвала меня Белым Вучаном?
— Малышкой Лянь? — Бай Цзиньжун скривилась, глядя, как Белый Вучан прижимается к ней ближе, кусает губы и произносит чарующим голосом: — Цан Лан, настала ночь полнолуния, позволь мне послужить тебе.
Ночь полнолуния?
Бай Цзиньжун медленно моргнула и резко встала, отчего Белый Вучан рухнула на пол. — Я… Я… Не нужно мне твое служение, ступай прочь!
Бай Цзиньжун отвернулась, пряча растерянность на лице: — Ты всё же человек, которого я ценю больше всего, незачем при каждом удобном случае заводить речи о служении.
Белый Вучан опустила голову, торопливо одеваясь, и с поклоном произнесла: — Слушаюсь, эта подчиненная удаляется.
Как только Белый Вучан вышла за порог, она столкнулась с Черным Вучаном, который стоял снаружи и с заметным удивлением произнес: — Так быстро вышла?
Он вздохнул: — Божественная сила Цан Лан становится всё более пугающей.
Белый Вучан медленно подняла голову, ее глаза лучились влажным блеском: — Цан Лан сказала, что мне не нужно ей служить.
— Что? — изумленно переспросил Черный Вучан. — Но ведь Цан Лан всегда черпала твою демоническую ци для совершенствования, с чего вдруг она передумала?
Белый Вучан слегка прикусила губы, являя миру мягкую улыбку: — Она сказала, что я — человек, которого она ценит больше всех.
— Эх ты, будь осторожнее, — покачал головой Черный Вучан. — Сейчас Судья замышляет недоброе, вот Цан Лан и пытается нас привязать к себе. Купила тебя за грошовую милость.
Белый Вучан ничего не ответила и загадочно улыбнулась.
Спустя семь дней адепты нескольких сект собрались вместе, чтобы восстановить справедливость ради Секты Падающих Облаков и совместным походом покарать главу Демонического Культа Белого Владыку Ада.
— Этот человек жесток и беспощаден, сжигал целые кланы и вырезал школы — это сущее преступление против небес, злодеяния превосходят всякую меру! Мы, ученики праведных сект, должны сплотиться единым фронтом и предать демоническую главу смерти! — с ненавистью в голосе провозгласил лидер Секты Золотого Клинка Ли Бувэй. — С главой Секты Падающих Облаков нас связывали узы глубокой дружбы, я обязан отомстить за эту кровавую бойню!
— Лидер Ли поистине обладает благородством цзянху, мы искренне восхищаемся им, — подхватил лидер Секты Лю Лю Саньбяо. — Только вот боевые искусства этого демона весьма высоки, силами одних лишь нас, боюсь...
— Лидер Лю, не стоит раздувать мощь демона и подрывать наш собственный боевой дух! Мои Девятизвенные Золотые Клинки в цзянху считаются... — Ли Бувэй не успел договорить, как увидел вошедшую во главе адептов Демонического Культа Бай Цзиньжун. От неожиданности у него едва не подкосились ноги, и он судорожно вцепился в подлокотник стула, чтобы удержаться на ногах.
— Какая оживленная компания, — улыбнулась Бай Цзиньжун. — Была наслышана о ваших великих именах, а теперь вижу воочию — впечатляет, впечатляет.
Бай Цзиньжун только собралась присесть, как раздался звон обнажаемых клинков. Она до смерти испугалась, ее ноги снова ослабли, и она машинально спряталась за спину Белого Вучана, выдавив из себя: — Это вы к чему?
Адепты Демонического Культа хлынули внутрь, и Ли Бувэй даже не успел сделать движение, как Быкоголовый схватил его за плечо и прижал к себе, словно цыпленка, с издевкой пробасив: — Девятизвенные Золотые Клинки… Это вы ими овощи на кухне кромсаете?
Толпа демоников разразилась безумным хохотом. Ли Бувэй сучил ногами в воздухе и орал: — Благородного мужа можно убить, но нельзя оскорбить! А ну отпусти меня, сразимся честно лицом к лицу!
— Отпусти, — бросила Бай Цзиньжун взгляд на Быкоголового. Пока Лю Саньбяо и другие лидеры сект понуро стояли в стороне, не смея издать ни звука, Ли Бувэй продолжал брызгать слюной: — Бессовестный Демонический Культ, попирающий принципы цзянху! Напали исподтишка, подлые и бесстыдные!
Быкоголовый разжал руку, и Ли Бувэй шмякнулся на пол. Вскинув золотой клинок, он собрался нанести удар, но тяжелая дубина в руке Быкоголового парировала выпад. Мощная внутренняя энергия выбила клинок из рук Ли Бувэя, у того затряслась борода, он глухо ухнул и вмиг присмирел.
— Ой, друзья, не нужно недоразумений, — Бай Цзиньжун шагнула вперед, желая помочь Ли Бувэю подняться, но тот лишь судорожно затрясся от страха.
Быкоголовый заступил ей дорогу: — Цан Лан — особа благородная, а он и вовсе пустое место.
Увидав, как Ли Бувэй колотится в ознобе, Бай Цзиньжун пришлось отдернуть руку: — Я пришла сюда не за тем, чтобы затевать драку, а чтобы договориться с вами о мире.
Ли Бувэй был окончательно парализован страхом, а Лю Саньбяо, окинув взглядом зал, полный свирепых и зловещих демоников, выразил глубокое недоверие.
— По пути сюда я видела, как мои адепты и ученики различных сект сходились в схватках бесчисленное количество раз, пролив немало крови, и мне поистине больно на это смотреть, — произнесла Бай Цзиньжун. — Я дам вам объяснения насчет дела Секты Падающих Облаков, искренне надеясь положить конец распрям и прекратить бессмысленные убийства.
Не только адепты праведного пути, но и все присутствующие демоники разом повернули головы к Бай Цзиньжун, и в их головах крутилась лишь одна мысль: не повременила ли рассудком наша Цан Лан?
Бай Цзиньжун окинула взглядом Черного и Белого Вучана, а также четырех стражей — Быкоголового, Ма Е, Шэньгуй и Шэ Цина, — заметив на их лицах недоумение и подозрительность. Инстинктивно скривив губы, она изобразила зловещую полуулыбку, полнейшую демонического коварства.
Мгновенно все присутствующие отвели взгляды и закивали так, что затрещали шеи: — Цан Лан абсолютно права!
— Хватит дурить нам головы своими сладкими речами! Нас ждет та же участь, что и Секту Падающих Облаков! — трусливо и храбрясь заорал Ли Бувэй. — Не бойтесь их, прорываемся!
— Если бы я действительно хотела тебя убить, ты был бы мертв уже давно, — раздраженно зыркнула на него Бай Цзиньжун. — Ты что, совсем дурак?
Черный и Белый Вучан вместе с четырьмя стражами снова дружно обернулись к ней. Слегка кашлянув, Бай Цзиньжун продолжила: — Я постараюсь во всем разобраться по поводу Секты Падающих Облаков и дам вам отчет. С сегодняшнего дня ученикам Священного Культа запрещено чинить беспорядки, первыми затевать драки и тем более своевольно убивать адептов праведных сект.
— А если они первые полезут на рожон? — глухо спросил Быкоголовый.
— Верно, не глотать же нам теперь обидные оплеухи! — поддакнул Шэ Цин.
— Именно! С каких это пор наш Священный Культ уподобился тем лицемерам, что терпят брань и не дают сдачи? Какая же мы тогда демоническая секта, лучше уж в конфуцианские школы идти книги читать! — громко заявил Шэньгуй, вызвав дружный смех у прочих адептов.
Шлеп! Бай Цзиньжун с тяжелым стуком опустила чашку с чаем на стол и, уставившись на четырех стражей, была вынуждена вновь пустить в ход свое секретное оружие — демоническую улыбку.
И впрямь, все тут же притихли.
— На этом мы закончим. Если кто-то ослушается моих приказов... — Бай Цзиньжун медленно подошла к четырем стражам, заглядывая каждому в глаза и озаряя лица зловещей ухмылкой.
Демоники больше не смели раскрыть рта. Бай Цзиньжун только закончила улыбаться Белому Вучану, как та подняла голову и глуповато-сладострастно улыбнулась в ответ.
Здешние последователи демонического культа были отмороженнее ее самой, главы, — мысленно скрипела зубами Бай Цзиньжун.
— Слова сказаны, прошу вас передать мою волю остальным сектам цзянху, чтобы положить конец междоусобицам, — произнесла Бай Цзиньжун и только собралась уводить людей, как Ли Бувэй с досадой поднялся на ноги. Крепко сжав золотой клинок, он резко взмахнул им, но в следующую секунду его лицо драматически изменилось. Ослабев, он рухнул на землю и яростно взвыл: — Подлые твари! Вы посмели отравить нас!
— Кто это вас травил? — Бай Цзиньжун обернулась и с изумлением увидела, что адепты праведных сект один за другим валятся с ног — их губы посинели, а лица сделались мертвенно-бледными.
Четвертая жизнь
— Если сегодня не показать вам хорошенько нашу силу, вы и дальше будете думать, что над Демоническим Культом можно безнаказанно издеваться, — раздался холодный, звенящий голос. У входа появилась облаченная в белые одежды женщина с аккуратной прической, в которую была вколота белая нефритовая шпилька. С цзяньхуабическим изяществом ступая вперед, она неторопливо вошла в зал, а за ее поясом покачивалась кисть для письма.
— Приветствуем госпожу Судью! — все демоники в едином порыве опустились на колени, выказывая ей больше почтения, чем самой главе, и, трепеща, не смели издать ни звука.
— Эта подчиненная приветствует Цан Лан, — Судья отвесила поклон Бай Цзиньжун, отчего у той необъяснимо замерзла спина, а по шее будто скользнула ядовитая змея. Не это ли имела в виду парочка Вучанов, говоря, что Судья втайне собирает сторонников и метит на ее место?
Судья взмахнула рукой: — Взять под стражу лидеров всех крупных сект! Сегодня мы покажем всему цзянху: цена противостояния Демоническому Культу — фонтаны крови на полу!
В зале зазвучали непрекращающиеся крики ужаса, ругань и мольбы о пощаде. Судья холодно наблюдала за происходящим, как вдруг кто-то дернул ее за рукав. Оглянувшись, она увидела собственную главу, которая смотрела на нее широко раскрытыми глазами щенка и заискивающе улыбалась: — Я же сказала: адепты Демонического Культа людей не убивают.
Судья на секунду замерла и перевела взгляд на Черного и Белого Вучана, безмолвно вопрошая взглядом: в чем дело?
— После схватки с лидером боевых искусств Сяо Ихэном Цан Лан, видимо, до конца не оправилась от ран, — Черный Вучан выразительно постучал пальцем по голове. — Здесь у нее еще не всё в порядке.
Судья кивнула. — А ну, проводить Цан Лан на отдых! — громко провозгласила она. — Мы по приказу Цан Лан преподали кровавый урок тем, кто бросает вызов нашему культу и идет против нас! После сегодняшней ночи весь цзянху содрогнется от ужаса и трепета! Глава Священного Культа, Белый Владыка Ада! Да здравствует в веках!
Травишь людей — так трави, убиваешь — так убивай, но зачем же вешать на меня столь гнусное прозвище, неужели твоя совесть молчит?!
Благодаря щедрости Судьи, Бай Цзиньжун совершенно неожиданно примерила на себя образ беспринципной, вероломной, злобной и коварной злодейки.
— Белый Владыка Ада! Я и в облике призрака не прощу тебя! — Белый Владыка Ада, я обращусь злым духом и всё равно заберу твою душу! — неслись со всех сторон отчаянные вопли. От этих криков у Бай Цзиньжун сердце заходилось в страхе. Она бросила взгляд на Судью, мысленно сигнализируя: вы что, перепутали адресатов, отправляйтесь-ка искать Судью, когда станете духами!
— Какая же ты подлая и бесстыдная демоница! — раздался тяжелый, гневный оклик, и лидер боевых искусств Сяо Ихэн во главе своих людей ворвался в зал.
— Охраняйте! То есть — защитите меня! — охваченная паникой Бай Цзиньжун забилась за спину Белого Вучана.
— Похоже, лидер боевых искусств напрочь отбил Цан Лан охоту сражаться, оставив душевную травму, — переглянулись Черный и Белый Вучан. Они еще никогда не видели свою главу в таком паническом состоянии, хотя... это выглядело даже забавно.
Судья бросила на нее беглый взгляд и велела Белому Вучану: — Ранения Цан Лан еще не зажили, уводи ее отсюда.
Бай Цзиньжун припустила к выходу, как вдруг услышала раскатистый смех Сяо Ихэна: — Раз уж демончиха не признает поражения, сойдемся в бою сегодня же, и пусть победит сильнейший!
А вслед ей неслось издевательское эхо голоса Судьи: — Цан Лан воистину достойна звания главы! Даже если Сяо Ихэн — первый мастер в Поднебесной, что с того? Глава дерзнула бросить ему вызов один на один!
Адепты Демонического Культа дружно взревели сзади: — Глава непобедима! Да здравствует вечное блаженство!
Бай Цзиньжун была готова расплакаться. Эта проклятая Судья в два счета ее погубит!
Сзади взметнулся свирепый порыв ветра, и в мгновение ока путь Бай Цзиньжун оказался отрезан.
Она медленно моргнула и, сохраняя напускное спокойствие, произнесла: — Сяо Ихэн, я изначально не желала развязывать распри между праведными сектами и Священным Культом, к чему же тебе подливать масло в огонь? Сегодня ночь не подходит для схватки, лучше пришли мне официальный вызов, назначим день и сразимся в другой раз, как тебе такой план?!
Эту фразу она подсмотрела в прошлой жизни, когда Линь Дунцин сражался с Цан Ланом, и вот теперь решила пустить ее в ход.
Сяо Ихэн внимательно оглядел ее и глухим голосом ответил: — Хорошо, — после чего развернулся и ушел.
Так просто?!
И впрямь, все эти мастера праведного пути помешаны на честных поединках, подумала Бай Цзиньжун, опускаясь на землю с отвисшими от слабости ногами.
Она вам не Линь Дунцин со своей рыцарской моралью — она всего лишь слабая девушка, и даже если он пришлет вызов, она никуда не явится.
Лидер боевых искусств, ну-ка подожди-ка ты.
Самодовольно отряхнув одежду, Бай Цзиньжун поднялась на ноги и тут же увидела выскользнувшую из-за угла Белого Вучана: — Эта подчиненная надеялась воочию лицезреть бой Цан Лан с Сяо Ихэном, жаль лишь, что упустила такую возможность.
http://bllate.org/book/21201/2146009
Готово:
