Уничтожить все эти упрямые маленькие королевства потребует от них уймы времени. Если у нас самих не возникнет никаких непредвиденных споров, мы опередим их и доберемся до Амгандо на несколько недель раньше.
Как по-твоему, что станет с Бини и Рестой? — спустя мгновение спросила Сифна.
Бини парень исключительно умный, он наверняка придумает, как стать полезным для Мондейла.
А если у него не выйдет?
Сифна, неужели нам обязательно тратить силы на раздумья о столь безнадежных и ужасных вещах?
Прости, — резким тоном произвела она, — я не осознавала, что ты будешь столь мелочен.
Сифна...
Не принимай близко к сердцу, — сказала она. — Возможно, это я излишне чувствительна.
Утро вечера мудрее, — заметил Серимон. — Бини и Реста не пострадают. У нас будет предостаточно времени, чтобы добраться до Амгандо и поднять тревогу. Культисты Культа Пламени не смогут покорить этот мир.
И к тому же все мертвецы воскреснут из мертвых. О, Серимон, Серимон...
Ее голос сорвался.
Я знаю.
Что же нам теперь делать?
Все, что нам остается, — это идти быстрым шагом и не оглядываться назад. Оглядываться назад нет никакого толку.
Да, никакого толку, — произнесла Сифна, с улыбкой сжав его руку, после чего молча зашагала вперед быстрым шагом.
Поразительно, подумал Серимон, с какой огромной скоростью они теперь вышагивают. В первые дни после выхода из города Саро, когда приходилось пробираться по заваленной обломками дороге, темп был черепашьим, а тело испытывало сильнейшие нагрузки. Но теперь они двигались со скоростью двух бесшумных механизмов, полностью подчиненных своей задаче. Ноги Сифны были почти такой же длины, как его собственные; они шли плечом к плечу, каждая мышца их тел действовала в идеальном согласии, сердцебиение было ровным, а легкие ритмично расширялись и сжимались.
Широким шагом. Широким шагом. Широким шагом...
Конечно, впереди лежали еще сотни миль пути. Но в таком темпе это не займет много времени — пожалуй, около месяца. А может, и того меньше.
Стоило покинуть сельские районы на самом краю города, как дорога оказалась практически свободной. Здесь не было такого обилия брошенных машин, как на севере, и даже когда на небе появлялись звезды, многие водители, казалось, ухитрялись благополучно съезжать с шоссе, так что опасность столкнуться с потерявшими управление автомобилями была невелика.
Постов досмотра тоже стало значительно меньше. В этих малонаселенных краях территории новых провинций простирались гораздо шире северных, да и к облавам с патрулями люди относились куда спокойнее. За следующие пять дней Серимон и Сифна столкнулись всего с двумя строгими досмотрами. На остальных пограничных заставах дозорные просто махали им рукой, разрешая пройти, даже не требуя предъявить пропуска.
Даже погода благоволила им. Почти каждый день стояла прекрасная погода, время от времени проливался небольшой дождь, но он не доставлял никаких неудобств. Они шли четыре часа, останавливались на легкий перекус, затем шли еще четыре часа, снова ели, продолжали путь, а затем останавливались поспать часов на шесть, по очереди неся ночной дозор, — после чего поднимались и снова пускались в дорогу, словно заведенные машины.
Шесть солнцеподобных светил восходили и заходили, совершая свой бесконечный хоровод по небу: то Патру, Трей и Довим, то Онус, Ситсар и Тано, то Онус и Довим, а то снова Трей и Патру; порой на небосводе одновременно появлялось по четыре солнца — бесконечная череда сменявших друг друга светил составляла одно из величайших чудес небес. Серимон уже и сам не знал, сколько дней минуло с тех пор, как они покинули Убежище.
Сама дата, календарь, дни, недели, месяцы — все это казалось ему странным и отжившим свое, принадлежащим целиком к прошлой жизни.
Пережив период уныния и тревоги, Сифна снова воспрянула духом. Трудности отступали, и они благополучно доберутся до Амгандо.
Они как раз проходили через местность, которую называли Ущельем Чистых Ключей, а порой — Садом Гарден; за время пути они слыхали от прохожих самые разные названия. Это был сельскохозяйственный край: просторный, холмистый, практически не тронутый адскими разрушениями, так характерными для городов. Хуже всего было лишь то, что кое-где виднелись обгоревшие остовы амбаров, да по холмам бродили брошенные без присмотра стада домашних животных. Воздух здесь стоял свежий и ароматный, а солнечный свет был чистым и ярким. Если бы не пугающее отсутствие машин на шоссе, могло показаться, что в мире вообще не произошло ничего необычного.
Мы уже прошли половину пути? — спросила Сифна.
Еще нет. Давно уже не попадалось указателей, но я полагаю...
Он внезапно осекся.
В чем дело, Серимон?
Смотри, вон туда, направо. Посмотри на ту второстепенную дорогу, что ведет сюда с запада.
Они взглянули на обочину шоссе: в нескольких сотнях ярдов ниже, там, где проселочная дорога вливалась в скоростное шоссе, тянулся длинный ряд припаркованных грузовиков. Рядом раскинулся большой, заполненный суетящимися людьми лагерь с палатками и огромными кострами, у которых мужчины рубили дров. Там собралось, пожалуй, от двух до трех сотен человек — и все как один в черных балахонах с капюшонами.
Серимон и Сифна в изумлении переглянулись.
Культисты! — шепнула она.
Верно. Пригнись, ложись на землю, спрячься за отбойником.
Но как они смогли так быстро оказаться так далеко на юге? Участок шоссе впереди ведь полностью заблокирован!
Серимон покачал головой.
Они ехали вовсе не по шоссе. Смотри-ка — у них есть исправные грузовики. И вот сейчас едет еще один, боже мой, как дико видеть на ходу настоящую машину! После стольких-то месяцев снова услышать рев мотора!
Он почувствовал, как его начинает бить крупная дрожь.
Им удалось сберечь целый парк исправных грузовиков, к тому же у них есть запас топлива. Похоже, они добрались сюда из города Саро в обход, по западным проселочным дорогам. И теперь они выезжают на скоростное шоссе; я полагаю, дорога отсюда до самого Амгандо свободна, и они доберутся туда уже сегодня вечером.
Сегодня вечером! Серимон, что же нам делать?
Я и сам не знаю. Пожалуй, остается только уповать на слепую удачу... Как насчет того, чтобы пробраться туда, раздобыть грузовик и самим рвануть в Амгандо? Пусть мы опередим культистов всего на пару часов, этого времени хватит, чтобы большинство жителей Амгандо успело спастись. Как ты считаешь?
Сифна ответила:
Пожалуй, хотя звучит безумно. Но как мы сможем угнать грузовик? Стоит им заметить нас, как они поймут, что мы не из культистов, и тут же схватят.
Я знаю, я знаю, дай мне подумать.
Спустя мгновение он проговорил:
Если мы подкараулим двоих, отбившихся от остальных, снимем с них балахоны — и прикончим их из карманных пистолетов. Потом натянем балахоны, подойдем к какому-нибудь грузовику так, будто имеем на это полное право, запрыгнем в кабину, тронемся с места и помчимся прямо на шоссе...
Через две минуты они сядут нам на хвост.
Возможно. Но если мы будем держаться непринужденно, они решат, что всё идет строго по их плану — а когда соорудят, в чем дело, мы будем уже в пятидесяти милях отсюда.
Он с надеждой заглянул ей в лицо.
Что скажешь, Сифна? Есть у нас другой выбор? Продолжать путь пешком и потратить несколько недель на дорогу в Амгандо, в то время как они нагонят и перегонят нас всего за два часа езды на машине?
Она уставилась на него так, будто он сошел с ума.
Обезвредить двоих культистов, угонить их грузовик — и стремглав мчаться в Амгандо... О, Серимон, это чистой воды безумие. Ты же сам понимаешь.
Ну хорошо, — внезапно бросил он. — Оставайся здесь, я сделаю это один. Это наш единственный шанс, Сифна.
Пригнувшись, он бросился бежать вдоль дороги к съезду, находившемуся в нескольких сотнях ярдов впереди.
Нет... погоди, Серимон...
Он обернулся и криво улыбнулся ей:
Идешь?
Да. Ох, до чего же это безумно!
Да, — ответил он. — Знаю. Но ведь другого выхода нет, верно?
Разумеется, она была права. План этот и впрямь отдавал безумием, однако иного выбора у него не оставалось. Очевидно, донесение, полученное Бини, было вырвано из контекста: культисты вовсе не собирались пробиваться провинция за провинцией по Большому Южному шоссе — они двинулись прямо на Амгандо мощным вооруженным конвоем. Они шли проселками: пусть эти дороги и не были прямыми, зато по крайней мере оставались свободными для транспорта. Амгандо грозила неминуемая гибель, и весь мир вот-вот должен был рухнуть в руки шайки Мондира.
Если только... если только...
Он никогда не воображал себя героем. Герои из тех персонажей, что он описывал в своих колонках, — те самые люди, которые в критический момент проявляли высшую доблесть и совершали удивительные, чудесные поступки, о каких простой смертный не смел и мечтать, не говоря уж об успехе. А теперь в этом искаженном, чужом мире он легкомысленно рассуждает о том, как из своего карманного пистолета уложит парочку фанатиков в капюшонах, захватит военный грузовик, помчится к парку Амгандо и предупредит тамошних обитателей о грозящем внезапном нападении... Безумие, абсолютное, кромешное безумие.
Но, быть может, именно в этом безумии и кроется надежда на успех. Никому и в голову не придет, что двое чужаков свалятся как снег на голову в этот тихий сельский угол и угонят грузовик.
Они спускались по изогнутому склону дорожного съезда, пригнувшись и двигаясь боком; Серимон шел на пару шагов впереди. Между ними и лагерем простиралось заросшее бурьяном поле.
Если, — прошептал он, — если мы спустимся и спрячемся в высокой траве, и по какой-то причине один или два культиста забредет в эту сторону, мы просто выскочим и свалим их с ног прежде, чем они сообразят, в чем дело.
Он двинулся дальше, ссутулившись. Сифна неотступно следовала за ним, держась с той же скоростью.
Десять ярдов, двадцать ярдов... С опущенными головами, согнувшись в три погибели. Взобрались на небольшой земляной холмик, замерли в ожидании — в ожидании...
Внезапно позади раздался голос:
Что тут у нас? Змеи, что ли?
Серимон резко обернулся и замер от ужаса.
Боже мой! Там было человек семь-восемь культистов! Откуда они только взялись? Устроили привал прямо в поле втайне от остальных? А они с Сифной как раз ползли мимо, ничего не подозревая!
Беги! — заорал он ей. — Ты беги в ту сторону, а я — в эту...
Он бросился влево, к массивному бетонному устою моста скоростной дороги — быть может, удастся проскочить под мостом и затеряться в густом лесу по ту сторону дороги.
Нет, невозможно. При всей его силе и быстроте, преследователи были куда крепче и бежали быстрее. Он видел, как они настигают его, как выравниваются с ним.
Сифна! — закричал он. — Не останавливайся! Беги дальше!
Возможно, ей удалось вырваться. Он больше ее не видел.
Культисты окружили его со всех сторон. Он попытался дотянуться до пистолета, но один из них мгновенно вцепился ему в руку, другой схватил за горло, а третий подсек ноги ударом изнутри и сбил его с ног.
Он рухнул на землю, тяжело перекатился и вскинул голову. Пять лиц в капюшонах — суровых, ни единой улыбки на губах — смотрели на него сверху вниз, причем один из культистов целился ему прямо в грудь из его же собственного карманного пистолета.
Вставай, — приказал культист. — Медленно, руки вверх.
Серимон неуклюже, покачиваясь, поднялся на ноги.
Ты кто такой? Что ты здесь делаешь? — допытывался культист.
Я живу неподалеку, мы с женой срезали путь через поле по дороге домой...
Ближайшая ферма находится в пяти милях отсюда, отличный у вас крюк получился.
Культист кивком указал в сторону лагеря:
Шагай за нами. Хулиман хочет с тобой пообщаться.
Хулиман! Выходит, он не погиб во время затмения и теперь лично возглавлял карательную экспедицию на Амгандо!
Серимон огляделся по сторонам — Сифны не было и в помине. Он оставалось лишь надеяться, что ей удалось выбраться на шоссе и она уже мчится к Амгандо. Надежда была призрачной, но всё же единственной, что у них оставалась.
Культисты конвоировали его в лагерь. Оказавшись в окружении стольких людей в балахонах, он ощутил себя крайне странно. Впрочем, когда конвоиры втащили его в самую большую палатку, на него почти никто не обратил внимания.
Хулиман сидел на скамье в дальнем конце палатки, просматривая пачку документов. Он перевел холодные голубые глаза на Серимона, на его тонком остром лице промелькнула удивленная улыбка, смягчившая черты.
Серимон? Ты здесь? Какими судьбами — берешь у нас интервью для Хроники?
Я путешествую по югу, Хулиман. Поскольку в городе сейчас не слишком спокойная обстановка, решил воспользоваться моментом и взять короткий отпуск. Не мог бы ты приказать своим головорезам отпустить меня?
Отпустить тебя? — переспросил Хулиман. — Куда это тебе приспичило, а?
Тебя это не касается.
Дай-ка я угадаю. В Амгандо, не так ли, Серимон?
Серимон ответил фанатику столь же ледяным взглядом.
С какой стати мне перед тобой отчитываться?
После того как ты возьмешь у меня интервью и позволишь мне всё тебе рассказать?
Какая нелепость.
Я хочу знать, куда ты направляешься, Серимон.
Тянуть время, мысленно повторял Серимон, тянуть время как можно дольше.
Я отказываюсь отвечать на этот вопрос. И на любые другие, которые ты вздумаешь мне задать. Я стану говорить о своих намерениях только с самим Мондиром.
Он произнес это твердым, безапелляционным тоном.
Хулиман помолчал пару секунд, после чего вновь улыбнулся — улыбкой столь же мимолетной, сколь и странной. А затем совершенно неожиданно расхохотался.
Серимон с недоумением подумал, доводилось ли ему вообще когда-нибудь видеть Хулимана смеющимся.
Мондир? — произнес Хулиман, в чьих глазах плясали веселые искры. — Нет никакого Мондира, мой друг. И никогда не будет.
То, что Сифне удалось спастись, казалось невероятным даже ей самой. И тем не менее это было так. Большинство культистов, поднявших тревогу, бросились в погоню за Серимоном. Оглянувшись в последний раз, она увидела, как они обступили его со всех сторон, точно свора гончих свою добычу. Они сбили его с ног, и он несомненно был схвачен.
По ее душу остались лишь двое культистов. Она резко взмахнула рукой и плашмя врезала одному из них по лицу — удар был столь стремителен и силен, что тот пошатнулся и рухнул на землю. Второй преследователь оказался толстым, неповоротливым и неуклюжим. В мгновение ока Сифна оставила его далеко позади.
Она побежала назад тем же путем, стремясь выскочить к эстакаде скоростной дороги. Однако подниматься прямо на нее было бы опрометчиво: шоссе легко просматривалось, и укрыться там было негде, кроме как на съездах. Попытайся она забраться наверх через съезд — и она угодила бы прямиком в ловушку. Даже если впереди не было заграждений, стоило ей пройти милю-другую, как культисты нагнали бы ее на грузовиках и с легкостью схватили.
Нет, оставалось только бежать в лес по другую сторону дороги — там машины культистов ее не догонят. Укрывшись в низком кустарнике, она сможет перевести дух и спокойно обдумать дальнейший план действий.
И что же делать дальше? — мучительно размышляла она.
Она была вынуждена признать: безумная идея Серимона оставалась их единственным шансом. Каким-то образом угнать грузовик и поднять тревогу до того, как колонна культистов снова тронется в путь.
Но Сифна прекрасно понимала, сколь призрачны надежды подкрасться на цыпочках к пустому грузовику, запрыгнуть в кабину и укатить. Культисты не были глупцами. Ей придется приставить дуло пистолета к затылку одного из них и приказать завести мотор и ехать так, как она велит. А это означало, что нужен четкий план: как обезвредить отбившегося от рук одиночку, раздобыть его баланхон, проскользнуть в лагерь и высмотреть того, кто сможет открыть ей грузовик...
Ее сердце упало — всё это звучало слишком безумно.
Уж лучше попытаться спасти Серимона — ворваться в лагерь с блестящим в руке карманным пистолетом, захватить заложников и потребовать его немедленного освобождения... О, это абсолютная глупость, бредовые фантазии из дешевых детских приключенческих книжек, дешевые фокусы...
Но что же мне делать? Что же мне делать?
Она притаилась в зарослях кустарника с длинными пушистыми листьями, вплетавшимися друг в друга плотным ковром, и стала ждать, пока бегут минуты.
Культисты не выказывали намерений покидать лагерь: в сгущавшихся сумерках дымились костры, а грузовики по-прежнему стояли у обочины. Приближалась ночь.
Онус уже скрылся с небосвода, Довим висел низко у самого горизонта, и на небе остались лишь два ее наименее любимых солнца — блеклые и холодные Тано и Ситсар, изливающие свое ледяное сияние с самой окраины Вселенной. Считалось, что на краю этой Вселенной — или, вернее, в те далекие, беззаботные дни, предшествовавшие появлению звезд, — людям являлось всё величие и необъятность космоса.
Тянулись часы — час за часом, а никакого толкового выхода из создавшегося положения по-прежнему не было.
Амгандо, казалось, обречен пасть, если только кто-нибудь другой не ухитрится предупредить его жителей — сама она явно не успеет опередить культистов, а мысль спасти Серимона казалась чистейшим абсурдом. Оставалось лишь полагаться на слепую удачу и попытаться самостоятельно угнать грузовик, а затем мчать в Амгандо. Только это выглядело хоть капельку разумным.
Что же тогда делать? Просто сидеть сложа руки и позволить культистам вершить всё по своему усмотрению?
Выбора практически не оставалось.
С наступлением вечера ее вдруг осенило: единственный путь, что ей остается, — это войти в лагерь культистов, сдаться и попросить, чтобы ее заперли вместе с Серимоном. По крайней мере, они будут вместе.
К ее собственному удивлению, она поразилась тому, как сильно она по нему тоскует. Они не расставались целыми неделями, и за всю свою жизнь она еще ни с кем из мужчин не делила кров. За всё время долгого путешествия из города Саро, несмотря на споры и мелкие ссоры, она ни разу не устала от него. Ни единого раза. Их совместная жизнь казалась чем-то само собой разумеющимся, а теперь она осталась одна.
Она подтолкнула себя вперед: пойду и сдамся. В конце концов, всё равно всё потеряно, не так ли?
Темнело. Низкие тучи затянули бледное ледяное сияние Ситсара и Тано, мгла сгущалась настолько, что она почти ловила себя на желании, чтобы на небе снова взошли звезды.
Появитесь же, звезды, — с горькой усмешкой подумала она. — Выйдите и осветите всё вокруг, сведите всех с ума сызнова. Разве это имеет значение? Этот мир можно разбить лишь раз, и он уже разбит.
Звезды, разумеется, не появились: даже сквозь пелену туч Тано и Ситсар источали достаточно света, чтобы затмить таинственные точки далёкого неба.
С течением времени Сифна обнаружила, что всепоглощающее чувство обреченности сменяется новой, почти отчаянной надеждой. Когда терять уже нечего, говорила она себе, больше нечего и бояться.
Под покровом ночной темноты она проберется в лагерь культистов — так или иначе, но раздобудет грузовик. И если удастся — попутно вызволит Серимона, а затем рванет в Амгандо! К тому моменту, когда завтра утром Онус взойдет на небосвод, она уже будет там, со своими коллегами и друзьями из университета, и у них останется достаточно времени, чтобы разойтись до прибытия врагов.
Что ж, решила она, пора.
http://bllate.org/book/21124/2143658
Готово:
