— Мне нужно встретиться с вашей дочерью.
Судя по одним лишь словам мужчины, Е Янь не мог уловить достаточно зацепок. К тому же, когда люди упрямо верят в свою правоту или уже успели составить собственное мнение, они подсознательно приукрашивают описываемые события.
— Без проблем, — тут же согласился Фудзиока Куросукэ. Хотя он ещё не до конца доверял Е Яню, другого выхода у него не было. Тем более, если его дочь продолжит так безумствовать, ни к чему хорошему это не приведет. Он хотел её выздоровления больше, чем кто-либо другой.
Когда они вышли из кафе, их уже ждал водитель Фудзиоки. Увидев мужчин, он поспешно распахнул дверцу машины.
Автомобиль медленно проехал через центр города. Заметив неподалеку элитный жилой комплекс, Е Янь составил примерное представление о финансовом состоянии Фудзиоки. Он внезапно пожалел, что не запросил сумму побольше — в конце концов, денег много не бывает.
Размер вознаграждения за услуги Юэ Гунцзэ зависел от настроения: иногда он работал бесплатно, иногда требовал баснословные суммы. Конечно, чаще всего цена определялась содержанием заказа и положением клиента. По сравнению с богачами, плата, которую Юэ Гунцзэ брал с обычных семей, была сущей благотворительностью, хотя для самих семей и эта сумма порой становилась непосильной ношей. А вот деньги, которые он получал от состоятельных людей, казались огромными, но для них самих это была самая незначительная трата.
— Это ваша дочь? — Е Янь указал пальцем в сторону.
Фудзиока проследил за его жестом и увидел на террасе третьего этажа девушку. Она раскинула руки и, казалось, была готова в любую секунду шагнуть вниз. Выражение лица отца в этот момент нельзя было описать одним лишь словом беспокойство.
Служанка подбежала к ним, в её глазах читались ужас и растерянность.
— Я разве не велел вам присматривать за ней? Вот так вы выполняете свою работу?! — Фудзиока побагровел и уже хотел броситься наверх.
У входа на террасу уже столпились двое или трое слуг, но никто не решался на резкие движения, опасаясь испугать госпожу и невольно подтолкнуть её к падению.
— Простите, господин, госпожа сказала, что хочет поспать, мы и подумать не могли… не могли… — пожилая женщина рядом уже едва сдерживала слёзы. Она проработала в этом доме семь или восемь лет и фактически вырастила девушку на своих глазах. Она и представить не могла, что дойдет до такого.
Увидев старую служанку, Фудзиока смягчился и не стал произносить гневных слов.
Е Янь и Фудзиока поднялись на террасу.
— Муко, иди сюда, там слишком опасно, не пугай папу, — приговаривал Фудзиока, медленно приближаясь к дочери.
Девушка у края террасы обернулась на голос отца. Е Янь отметил, что она очень красива, а её лисьи глаза придают ей особое очарование. Вот только сейчас взгляд её был пуст, а губы беззвучно шептали что-то невнятное. Когда Фудзиока подошел ближе, она вдруг качнулась вперед, словно собираясь упасть.
— Муко, не делай глупостей!
Фудзиока не решался подойти ближе — всё произошло слишком внезапно, а защитный батут внизу ещё не успели развернуть.
Е Янь слегка нахмурился. Голос Муко был таким тихим, что он не мог разобрать ни слова, оставалось лишь читать по губам.
— Сво… бо… да…
Е Янь внимательно всмотрелся в её губы: она раз за разом повторяла слово свобода. Это показалось ему странным.
Пока Фудзиока продолжал уговаривать дочь, Е Янь щелкнул пальцами. Его духовная энергия бесшумно устремилась к Муко.
Девушка оставалась безучастной к мольбам отца. Подобно марионетке, она сделала шаг назад, и из-за этого движения цветочный горшок, стоявший у неё за спиной, рухнул с третьего этажа.
Звук разбившегося горшка, по-видимому, вывел Муко из транса. Она резко развернулась, вцепилась в перила и всем телом подалась наружу.
— Муко! — у Фудзиоки сердце едва не выпрыгнуло из груди. Забыв обо всём, он бросился вперед, пытаясь схватить дочь.
— Речевое искусство: Связывание.
По команде Е Яня цепи, сотканные из духовной энергии, крепко спеленали Муко, лишив её возможности двигаться.
— Господин Юэ! — Фудзиока был поражен внезапным появлением цепей, но в его голосе зазвучало больше уважения.
Муко, скованная цепями, не сопротивлялась. Её взгляд оставался пустым, словно душа покинула тело, оставив лишь безжизненную оболочку.
Е Янь заметил на ней остаточные следы проклятой энергии. Странно было то, что, судя по их интенсивности, проклятие, с которым столкнулась девушка, было как минимум второго уровня. Оставить такие следы можно было лишь при тесном контакте. Но как обычный человек смог вырваться из лап подобного существа?
Держать её в цепях вечно было нельзя. Е Янь взмахнул рукой перед глазами девушки, цепи исчезли, и Муко обмякла. Фудзиока тут же подхватил её.
Глядя на бесчувственную дочь, он обеспокоенно посмотрел на Е Яня:
— Господин Юэ?
— Не волнуйтесь, она просто уснула.
Когда Муко перенесли в комнату, Е Янь заметил на прикроватной тумбочке фоторамку. На снимке улыбалась нежная женщина, в её глазах светилось счастье.
Фудзиока, дававший указания слугам, заметил, что Е Янь заинтересовался фотографией. Он подошел, взял рамку и с нежностью посмотрел на женщину:
— Это моя жена. Муко потеряла мать в раннем детстве, и эта фотография очень дорога нам обоим.
Е Янь спокойно перевел взгляд с Муко на женщину в рамке, а затем снова на Фудзиоку.
Из рассказа отца он понял, что в тот день Муко вернулась домой уже в таком состоянии, словно лишилась души. Чтобы всё исправить, нужно было найти проклятие, оставившее след.
— Господин Фудзиока, вы знаете, куда именно ходила госпожа Муко в тот день?
...
Этим летом стояла невыносимая жара. С самого выхода из дома Е Янь чувствовал, что ему чего-то не хватает, и теперь понял — веера.
— Один лимонад со льдом, — решил он побаловать себя, глядя на палящее солнце.
Пока он ждал напиток, до его слуха донесся разговор двух девушек за соседним столиком.
— Кажется, это где-то здесь. Пойдем загадаем желание? — спросила одна.
Вторая долго колебалась:
— Давай не будем. То место давно заброшено, дорога там наверняка плохая, да и небезопасно это.
— Пожалуй, ты права. Ты всегда так рассудительна, Цин-цзян.
Фудзиока говорил, что в тот день его дочь приходила на эту улицу, но куда именно — он не знал.
Е Янь задумчиво взглянул на девушек и подошел к ним:
— Прошу прощения, что вмешиваюсь. О каком желании вы говорили?
Девушки сначала были недовольны тем, что незнакомец подслушивал их разговор, и уже хотели уйти, но, увидев лицо Е Яня, замерли. Они ожидали увидеть сального мужчину, но перед ними стоял юноша с утонченной и благородной внешностью.
Может, он и не подслушивал? Может, это они говорили слишком громко? Девушки засомневались.
— В той стороне, если идти на юг, есть святилище. Говорят, там желания сбываются. Но потом ту землю решили застроить, святилище хотели перенести, не знаю, что там произошло, но его просто забросили, — пояснила одна из них.
Глаза Е Яня блеснули:
— Вот оно что. Спасибо.
Он пошел в указанном направлении. Здания становились всё более ветхими, пока он не почувствовал присутствие Завесы.
Вспомогательный надзиратель, сидевший в черном седане, увидел приближающегося человека и поспешил выйти. Увидев у юноши лишь слабые следы проклятой энергии, он решил, что это обычный прохожий. Хоть Завеса уже была поставлена, подпускать гражданских к опасному месту было нельзя.
— Вы… — надзиратель не успел договорить заготовленную фразу, как юноша взмахнул рукой. На него навалилась такая мощная волна сонливости, что он едва удержался на ногах.
— Ой, — Е Янь удивился, что мужчина не упал, и щелкнул пальцами снова. Тот наконец провалился в глубокий сон.
Муко вполне могла прийти сюда, и проклятие, с которым она контактировала, могло скрываться неподалеку. Раз уж он взял деньги, нужно было осмотреться.
Е Янь не имел дурных намерений, но если бы надзиратель был в сознании, он бы ни за что не позволил ему войти, потребовал бы соблюдать формальности, а за это время проклятие могло бы исчезнуть.
Глядя на лежащего на земле мужчину, Е Янь из добрых побуждений уложил его обратно в машину и напоследок пробормотал:
— Приятных снов.
В конце концов, его темные круги под глазами выглядели пугающе.
http://bllate.org/book/21034/2139129
Готово:
