Глава 22: Банкет
Учитель Ма: Поздравляем малыша Цинь Шу с первым местом! Сейчас время для свободной игры. Днём детишкам ещё предстоят занятия, поэтому просим родителей не уходить слишком далеко.
После родительского собрания до обеда было ещё далеко. Цинь Шу вовсю о чём-то щебетал с Фу Цюэчжи. Цинь Чаочэнь посчитал, что на улице слишком жарко, и купил себе и Фу Цюэчжи по порции мороженого, а Цинь Шу взял стакан сока.
— Мороженое здесь такое дешёвое, кажется, ровно в полцены, — пробормотал себе под нос Цинь Чаочэнь.
— Фу Цюэчжи, на сегодняшний вечерний банкет мы ведь пойдём вместе? — Цинь Чаочэнь откусил кусочек мороженого, от холода его щеки задрожали.
— Угу, — Фу Цюэчжи кивнул. — Старику Ваню исполняется семьдесят, все люди из нашего круга придут поздравить его с юбилеем.
Цинь Чаочэнь приметил одну забегаловку — то была лавочка с малатан*. Ему так сильно захотелось этой еды, ведь он не ел её уже целую вечность.
Стоило ему оказаться у входа, как ноги наотрез отказались двигаться дальше.
Цинь Шу шёл рядом с Цинь Чаочэнем, озадаченно поглядывая на своего папу. Поведя носом, мальчик воодушевленно просиял:
— Папа Цинь, как вкусно пахнет!
Фу Цюэчжи: «……»
Встретившись взглядом с этими сияющими глазами — взрослым и детским, — он беспомощно потёр переносицу.
— Детишкам нельзя есть слишком острое.
— В порцию для фирменного блюда положите побольше перца, — добавил Цинь Чаочэнь.
— Ты забыл, что ли? Эта улица целиком принадлежит тебе, включая вот этот дом и все остальные лавки.
Фу Цюэчжи ел так, что кончик его носа покрылся испариной. Цинь Чаочэнь знал, что тот совершенно не переносит острое, но здесь Фу Цюэчжи уплетал за обе щеки и никак не мог остановиться, а лицо у него даже раскраснелось.
— И это лишь одна из причин, — со смыслом произнёс Фу Цюэчжи. — Ты ведь ещё и главный акционер, и домовладелец.
— Маленький босс, вот две порции куриных лапок без костей, это заведение угощает вас двоих, — официант поставил на стол две небольшие тарелочки.
Когда официант удалился, Цинь Чаочэнь тихо спросил:
— Мы что, частенько сюда ходим?
Обстановка в заведении была очень приятной, стулья и столики сияли чистотой. Цинь Шу сидел на своём месте и, вооружившись меню, усердно передавал его Фу Цюэчжи.
Цинь Чаочэнь чуть не уткнулся лицом в тарелку, так что виднелся лишь его вихрастый тёмный затылок.
Сердечко Цинь Чаочэня бешено колотилось.
— Проходите сюда, трое гостей, как раз есть свободный столик, — радушно произнёс официант.
— Это по вкусу нашего маленького босса, — официант был прекрасно знаком с Цинь Чаочэнем и Фу Цюэчжи.
Услышав это, Цинь Чаочэнь понял, что дело выгорает, и, радостно ухватив Цинь Шу за руку, поспешил внутрь.
Цинь Чаочэнь: «……»
Неужели это заведение пользуется такой бешеной популярностью?
— Как же вкусно! — Цинь Чаочэнь сделал глоток йогурта, чувствуя, как расслабляется каждая пора на его теле.
Хотя от еды он весь вспотел, остановиться было решительно невозможно.
Просто широкая русская душа*.
— Хорошо, господин Фу, — улыбнулся официант.
Фирменные блюда здесь и вправду оказались отменными на вкус: в одной руке Цинь Шу держал тыквенную лепёшку, в другой — пирожное с яичным желтком, а перед ним дымился кисло-сладкий аппетитный суп.
— Две порции фирменных блюд, подайте несколько кисло-сладких закусок. И ещё чего-нибудь подходящего для ребёнка, — Фу Цюэчжи делал заказ со знанием дела.
— И одну маленькую порцию риса на железной сковороде для маленького босса, — заботливо поставил тарелку официант рядом с Цинь Шу.
Куриные лапки без костей выглядели свежо и аппетитно, золотистое мясо лоснилось от соуса, а прикрывали его сверху два донельзя соблазнительных ломтика лимона.
Цинь Чаочэнь не удержался и взял палочки.
Обед выдался на славу сытным, и лишь после того, как Цинь Чаочэнь допил пиалу супа, они наконец перевели дух.
— Просто невероятно, как же вкусно.
— Раньше это были обычные тележки, с которыми торговали на всех улицах и переулках, — точно так же оставшись всем довольным, заметил Фу Цюэчжи. — Они прятались в самых глухих тупиках, где их никто не мог найти. Когда ты обнаружил их, то собрал всех вместе и обустроил здесь.
Если бы не обустроил, им пришлось бы каждый день бегать от городской санитарной инспекции, да и заработки были бы не те — глядишь, и вовсе исчезли бы с глаз долой.
Фу Цюэчжи отлично помнил, как Цинь Чаочэнь, отыскав их тогда, несколько раз приводил его в тот переулок, и каждый раз еда приводила Фу Цюэчжи в восторг.
— Я пойду расплачусь, — Цинь Чаочэнь считал себя единицей*, так что подобные дела, разумеется, были исключительно его заботой.
Выйдя на улицу, Цинь Чаочэнь тихонько шепнул Фу Цюэчжи:
— Они продают мне всё за полцены.
— Вообще-то, любой хозяин на этой улице отдавал бы тебе всё за полцены, а не принимай ты отказов от благотворительности, в любом из этих заведений можно было бы питаться совершенно бесплатно, — с улыбкой ответил Фу Цюэчжи.
— Э-э-это просто невероятно круто! — Цинь Чаочэнь онемел от изумления. Лишь оказавшись прямо на этой улице, он смог по-настоящему ощутить её оживлённость и уютную атмосферу кипящей жизни.
Эта улица гармонично сочетала в себе традиционный колорит городской толпы и ультрасовременные технологии. Цинь Чаочэнь впервые разглядывал её с таким пристальным вниманием.
Здесь соседствовали изящные двухэтажные домики и традиционные сыхэюани*, а рядом продавали только что приготовленные засахаренные фрукты на шпажках, покрытые толстым слоем сияющего карамельного сиропа, каждая ягодка которого сверкала, словно хрусталь.
Цинь Чаочэнь снова не смог сдвинуться с места.
Заметив его полный тоски и надежды взгляд, Фу Цюэчжи подошёл к лотку, купил две шпажки и протянул их обоим — большому и маленькому сладкоежкам.
Цинь Чаочэнь: «Ух ты!»
Цинь Шу: «Ух ты!»
Утро выдалось на редкость радостным, и Цинь Чаочэнь был готов влюбиться в эту улицу.
Даже вечером, отправляясь на банкет, Цинь Чаочэнь всё ещё тосковал по ней и сказал облачённому в парадный костюм Фу Цюэчжи:
— Наверное, стоило бы развить доставку еды с той улицы.
— Можешь попробовать, — призадумавшись, ответил Фу Цюэчжи. — Только у них там и без того отбоя от клиентов нет.
— Можно открыть сеть ресторанов, — Цинь Чаочэнь сглотнул слюнку.
Фу Цюэчжи бросил на него взгляд: именно такой план дальнейших действий и вынашивал Цинь Чаочэнь до потери памяти.
Он даже не знал, что на это ответить.
— Впереди несколько старших товарищей, мне нужно подойти пообщаться. Ты побудешь здесь или... — Фу Цюэчжи предстояло заводить нужные знакомства.
— Я останусь здесь пожрать, — Цинь Чаочэнь как раз уплетал мохнатого краба — золотистый, хрустящий снаружи и сочный внутри краб был так хорош, что даже Фу Цюэчжи захотелось остаться и составить ему компанию.
Но тот всё же остался благоразумным взрослым и, прихватив бокал красного вина, отправился общаться с нужными людьми.
— Цинь Чаочэнь, какая встреча, — Сюй Цзян жизнерадостно подошёл поздороваться.
Ю Чэн притащился следом за ним с крайне недовольным лицом, влекомый Сюй Цзяном против всякой воли.
— Приветики, — при виде Ю Чэна у Цинь Чаочэня сработал условный рефлекс, и он почувствовал себя не в своей тарелке.
— Вы что, не собираетесь идти общаться с людьми? — попытался сменить тему Цинь Чаочэнь.
— Уже со всеми пообщались, остальные всё равно не доросли до разговоров с нами, — беззаботно ухмыльнулся Сюй Цзян.
Почему от этих слов ему совсем не было стыдно? Цинь Чаочэнь странно покосился на Сюй Цзяна.
— А вот и наш плакса пожаловал. — Ван Янь приходился внуком старому господину Вану. По характеру он привык притворяться пай-мальчиком лишь перед дедом, на деле же вёл себя развязно и безалаберно. Хэ Цзэ, неотступно следовавший за Ван Янем, скорчил Цинь Чаочэню заговорщицкую рожицу и показал язык.
Цинь Чаочэнь потупился и принялся за еду, полностью проигнорировав Ван Яня.
— Чего это мы нос воротим? — поддразнил тот.
Компания молодых мажоров собралась к бассейну, и Хэ Цзэ, пристроившись рядом с Цинь Чаочэнем, участливо спросил:
— Невесело?
— Лень шевелиться, — уныло отозвался Цинь Чаочэнь.
— Плакса, чего это ты там шушукаешься с Хэ Цзэ? — Ван Янь, беседовавший с другими богатыми наследниками, заметив отставшего от компании Цинь Чаочэня, тут же решил ввернуть словечко.
Цинь Чаочэнь зыркнул на него.
— Не хочешь со старшим братом наперегонки поплавать, кто быстрее? — Ван Янь очень любил подначивать Цинь Чаочэня. Цинь Юаньшэнь вечно защищал своего младшего брата, а у Ван Яня братьев не было, вот он и знал лишь то, что Цинь Чаочэнь ужасный плакса и чуть что — сразу пускает слёзы.
— И не подумаю с тобой соревноваться! — без малейших колебаний отказался Цинь Чаочэнь.
— Какой дерзкий тон, неужто я тебя обидел, плакса? — Ван Янь самодовольно и нагло ухмыльнулся.
Глядя на сияющую самодовольством физиономию Ван Яня, Цинь Чаочэнь преисполнился зловещих замыслов:
— Ладно, давай посоревнуемся!
— То-то же, — на лице Ван Яня появилась довольная улыбка.
Цинь Чаочэнь подошёл к краю бассейна и одним мощным пинком с размаху столкнул Ван Яня прямо в воду, подняв тучу брызг!
Ван Янь от неожиданности забарахтался, отчаянно загребая воду: «……»
Тем временем сидевший напротив Фу Цюэчжи старший товарищ как раз завёл разговор о Цинь Чаочэне: «Да, Чаочэнь с самого детства рос очень послушным, а когда повзрослел, стал невероятно заботливым сыном, никогда ни с кем не ругался — просто добрый ребёнок. Кстати, а где Чаочэнь?»
С улыбкой ответив: «У бассейна», Фу Цюэчжи повернул голову.
Несколько старших товарищей как раз вовремя перевели взгляд и стали свидетелями того, как Цинь Чаочэнь со злорадным выражением лица отвешивает мощного пинка хозяйскому внуку, отправляя того в бассейн.
«……» В воздухе повисла неловкая пауза.
— Ну и за что ты со мной так, плакса? — выбравшись на поверхность, уныло протянул Ван Янь.
— Кто просил называть меня плаксой? — с абсолютно невозмутимым видом заявил Цинь Чаочэнь.
Ван Янь: «……»
Остальные мажоры никак не ожидали подобной причины и какое-то время молча переваривали услышанное.
А вот Ю Чэн прекрасно понимал чувства Ван Яня. Увидев его кислую миндину, Ю Чэн мгновенно повеселел — ему показалось, что он снова готов сорваться с цепи!
— Ладно, ладно, будь милосерден, не добивай лежачего, — Ван Янь собрался карабкаться из бассейна.
С самым благородным и праведным видом Цинь Чаочэнь изрёк:
— Оставишь тигра в живых — потом не оберёшься хлопот!
Мажоры: «……»
Ю Чэн: «……» Давайте, погнали веселиться~
Ван Янь умыл лицо водой: «……»
Ему так и хотелось снять с Цинь Чаочэня крышку черепа, чтобы посмотреть, что там внутри.
Ну надо же уродиться таким талантом.
http://bllate.org/book/21015/2136496
Готово:
