Вернувшись домой, Линь Хуань рассказал обо всем Дяде Ли Второму и его жене, а затем выложил на стол задаток, полученный от управляющего Циня. Услышав новости, супруги несказанно обрадовались. Ведь это была кондитерская «Бисиньтан»! Кто в Аньнаньчжэне не знает об этом месте? В обычные дни простые люди и носа туда сунуть боялись. Кто бы мог подумать, что паренек Хуань не только заговорит с управляющим самой кондитерской «Бисиньтан» о сделке, но и успешно ее заключит!
Несмотря на то, что поверить в это было трудно, они тщательно пересчитали серебро, лежавшее перед ними на столе, и лишь тогда убедились, что все по-настоящему.
— Выходит, уже завтра нам нужно нести медовые финики в кондитерскую «Бисиньтан» на продажу? — Дядя Ли Второй потер руки от волнения.
Кто же не знает, как бойко идет торговля в кондитерской «Бисиньтан»? Местные молодые господа и барышни обожают покупать там сладости. Если их финики будут продаваться там, не означает ли это, что и знатные горожане смогут отведать их стряпни? От одной только этой мысли у супругов на душе стало радостно и гордо.
Линь Хуань кивнул:
— Нам нужно подготовиться. Поначалу, пока о нас не знают, продажи могут идти вяло. Но как только пойдет молва и люди распробуют вкус, покупателей станет гораздо больше.
Услышав от Линь Хуаня, что все финики, отвезенные сегодня в город, были отданы бесплатно для дегустации, Тетушка Ли Вторая поначалу забеспокоилась. Хотя сами финики стоили недорого, но ведь на них ушел мед и их собственный труд. Однако, выслушав план Линь Хуаня, она успокоилась. Паренек Хуань прав: без жертв нет и приобретений. Если не раздать немного товара на пробу, как люди узнают, насколько хороши их финики?
— Тогда давай сделаем побольше! Мы ведь еще почти не использовали те дикие финики, что набрали на горе. Сегодня вечером зажжем факелы и, даже если не будем спать, наделаем целую партию, — с жаром предложил Дядя Ли Второй.
Теперь, когда эти финики можно продать за деньги, нельзя позволить им пропасть — вдруг испортятся? Лучше поскорее переработать их в медовые финики.
Линь Хуань с улыбкой остановил его:
— Дядя, не стоит так спешить. Мы все успеем, к тому же финики не разлетятся в один миг. Завтра Тетушка останется дома готовить, а вы, Дядя, поедете вместе со мной на арендованной телеге старика Хуана в город доставлять товар. Попутно запомните дорогу и лавку. Если вдруг я сам не смогу поехать, вы уже будете знать, куда везти.
Тетушка Ли Вторая, однако, не переставала тревожиться:
— У нас всего несколько корзин этих фиников, надолго ли их хватит? А что делать, когда они закончатся? И где искать новые деревья в горах? Забираться в самую чащу — дело опасное.
От слов жены воодушевление дяди Ли Второго поутихло. Она была права: фиников осталось не так много. На сколько партий их хватит и что делать, когда всё продадут? Он про себя решил выкроить время и поискать деревья подальше в горах.
Линь Хуань покачал головой:
— Всему свое время, этот сезон уже подходит к концу. В следующем году просто подготовимся заранее. А пока сделаем столько, сколько получится. Впрочем, Охотник Чжан часто бродит по глубоким лесам, наверняка он знает, где растут дикие деревья. Попросим его присмотреть, а если урожай будет легко вывезти — наняв его, мы справимся. А если нет — Дядя, попросите помочь крепких парней из деревни, вопрос лишь в том, чтобы заплатить им за работу.
Линь Хуань все предусмотрел, и супругам оставалось лишь согласиться с его планом. Ради заработка можно и нанять кого-то, это не беда.
— Хорошо, так и сделаем. А завтра, вернувшись из города, я найду время и загляну к Охотнику Чжану, поговорю с ним. Думаю, из уважения к нашей дружбе он не откажет, — решил Дядя Ли Второй.
Линь Хуань кивнул — это был лучший вариант. Ему все равно нужны были Дядя и Тетушка Ли, чтобы наладить процесс. Конечно, скрыть такое дело надолго не удастся, ведь все в деревне свои, соседи, так или иначе придется привлекать людей. Если поделиться с ними выгодой, никто не станет вставлять палки в колеса.
— Верно, верно! — подхватила Тетушка Ли Вторая. — Лучше позвать побольше людей, собрать побольше зимних фиников, чтобы мы могли сделать хороший запас. Тогда даже до следующего года хватит, и нам будет чем торговать, пока не поспеют свежие.
Линь Хуань возразил:
— Нет, в герметичной упаковке это лакомство хранится всего несколько месяцев. Когда свежие финики закончатся, найдётся что-то другое. Раз я смог приготовить медовые финики, смогу придумать и другие новые лакомства. Не переживайте, без заработка не останемся.
Линь Хуань понимал, что пищевой рацион в эту эпоху довольно скудный. В будущем он сможет придумать еще немало новинок, так что не стоит зацикливаться только на финиках.
Супруги переглянулись и улыбнулись — паренек Хуань у них головастый, им и волноваться не о чем. Нужно просто делать так, как он скажет.
Линь Хуань поужинал в семье Ли и отправился домой. Настроение у него было приподнятое, и даже когда члены семьи Линь встретили его язвительными насмешками, он лишь небрежно отмахнулся и ушел в свою покосившуюся лачугу. Это озадачило семейство — они-то думали, что вернулся прежний мягкотелый Хуань, об которого можно вытирать ноги.
Линь Чжи'эр хотела догнать его и уколоть парой фраз, но, встретившись с предупреждающим взглядом, попятилась. На душе у нее было неспокойно — ей казалось, что Хуань видел тот набор украшений, который она купила, и обязательно устроит неприятности. Последние дни он пропадал с раннего утра до позднего вечера, неизвестно чем занимаясь. Она хотела припугнуть его, чтобы он вел себя тихо.
Линь Хуань был слишком занят делами с финиками, чтобы тратить время на Линь Чжи'эр, но раз она сама напросилась, он не прочь преподнести ей большой сюрприз.
На следующее утро, зайдя на кухню, Линь Хуань застал там Линь Ли-ши, которая готовилась к завтраку. Видимо, из-за того, что Линь Хуань довел ее до белого каления, Линь Чжоу-ши в последние два дня чувствовала себя неважно, поэтому готовку взяла на себя Линь Ли-ши. Однако даже нездоровая Линь Чжоу-ши не доверяла невестке и строго расписала количество продуктов на каждый прием пищи. Если еды выходило меньше положенного, следовало обвинение в воровстве и долгий выговор.
Линь Ли-ши в последние два дня была просто в ярости. Линь Чжоу-ши, эта старая карга, то обвиняла ее в воровстве, то пилила за то, что она перевела масло и соль, мол, не ведёшь хозяйство — не знаешь цены припасам, а масло и соль сами собой не заводятся! Попрекала ее тем, что она не умеет экономить и скоро разорит семью Линь.
Ей-то самой хотелось быть хозяйкой, но кто позволит? И пусть эта старуха заставит свою дочь саму вставать к плите, почему она постоянно ее гоняет?
Увидев с утра Линь Хуаня, Линь Ли-ши, разумеется, не стала любезничать:
— Еда ещё не готова, иди жди снаружи. Если я недогляжу, а ты что-нибудь стащишь и съешь, матушка опять меня отругает.
Линь Хуань скрестил руки на груди, прислонившись к дверному косяку, и ответил с полуулыбкой:
— Ох, невестка, как же вам тяжело! С самого утра хлопочите на всю ораву. Поглядите на Линь Чжи'эр — небось еще спит в своей постели, посапывает. И правда, у людей такие разные судьбы, ай-яй-яй!
Это замечание задело Линь Ли-ши за живое. Свекровь вечно выгораживает Линь Чжи'эр, твердит, что та «счастливая» и выйдет замуж в богатую семью, а Семья Ли тогда заживет припеваючи. По ее мнению, если Линь Чжи'эр и удачно выйдет замуж, то первым делом забудет родню. А полагаться на нее — плевать! Лучше уж на саму себя.
Слова Линь Хуаня попали в самую точку. Она сжала зубы: сама пашет как проклятая, а ее же и попрекают, а Линь Чжи'эр только и знает, что есть и капризничать, что то невкусно, это не так. Беспредел!
Увидев выражение лица Линь Ли-ши, Линь Хуань понял: она и Линь Чжи'эр на ножах. Ему даже не нужно самому марать руки, чтобы расправиться с сестрицей.
— Эх, скоро и мне замуж, в этом доме останется только на вас вся надежда. А ведь еще годик-другой, четвертая сестрица выйдет замуж, и кто тогда будет верховодить в семье Линь, как не вы, старшая невестка?
— Хорошо бы она поскорее убралась, а то вечно сует свой нос, куда не просят, — зло бросила Линь Ли-ши.
— Не волнуйтесь, скоро! Я ведь видел: у Линь Чжи'эр появился новый, невероятно дорогой набор украшений. Она на него потратилась, чтобы заарканить богатого мужа. Видно, только на неё семья Линь и не жалеет серебра. Набор стоит несколько лянов! Должно быть, весь выкуп, что дал за меня господин Ли, ушел на эти побрякушки.
— Что? — Линь Ли-ши замерла. — Какие украшения? Какой выкуп?
Линь Хуань рассказал ей обо всем и удивился:
— Неужели вы не знали? Господин Ли дал пять лянов выкупа за то, чтобы я стал его наложником. Это же почти столько, сколько вся семья зарабатывает за год! Но они так щедры к Линь Чжи'эр, что потратили несколько лянов на ее украшения…
— Как такое возможно? Матушка сказала, что за тебя дали два ляна, и эти деньги пойдут на обучение моего Чжуанчжуана в частной школе, — не веря своим ушам, прошептала Линь Ли-ши.
Именно поэтому она молчала, когда узнала, что Хуань станет наложником господина Ли. Никто не был важнее ее сына. Когда тот выучится и сдаст экзамены, она сама сможет зажить достойно. Но если выкуп был пять лянов, а ей сказали про два… куда делись остальные три? Ах да, Линь Чжи'эр! Она ведь с самого начала крутила этим делом. Она и пальцем не пошевелит, если нет личной выгоды.
Линь Ли-ши поверила каждому слову Линь Хуаня.
Тот усмехнулся:
— Эх, вы же знаете семью Линь — они надеются, что Линь Чжи'эр пробьется в люди. А чтобы получить отдачу, нужно вложить! Все в семье знали, а вы — нет? Ай-яй-яй! Неужели они считают вас чужой? Они совсем не понимают, что важнее! Да, кстати, украшения лежат в шкафу в комнате Линь Чжи'эр, если не верите — сходите и посмотрите сами.
Линь Ли-ши, вне себя от ярости, бросила дела и поспешила в комнату Линь Чжи'эр. Она уже несколько дней копила в себе злость, и сегодня решила выплеснуть ее до конца.
Линь Чжи'эр рано или поздно выйдет замуж и станет чужим человеком. И если она хочет покупать украшения на семейное серебро, пусть сначала спросит ее разрешения. В конце концов, это был выкуп за Хуаня, и она имела право на свою долю. Почему же всё заграбастала Линь Чжи'эр?
http://bllate.org/book/20999/2135064
Готово:
