×
💳 НОВЫЙ СПОСОБ ПОПОЛНЕНИЯ НА BLLATE ↗

Готовый перевод Cultivator, Wanna Ascend? / Даос, вознесёшься на небеса?: Глава 19

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

И Можун торопливо попыталась ухватиться за виднеющуюся внизу сушу, но её кошачьи лапки были слишком коротки, и она сорвалась вниз, прежде чем успела за что-то зацепиться.

Она широко распахнула глаза от страха, её кошачьи коготки бессильно царапали воздух в безумной попытке удержаться хоть за что-нибудь, но вокруг не было ничего.

В панике она заметила, как в небе стремительно промелькнула синяя тень.

И Можун было не до того, чтобы разбираться, что это за тень: её волновало лишь собственное положение, и она завопила во всю мочь своих лёгких.

Мяу! И Можун никогда бы не подумала, что за всю свою жизнь издаст столь жалобный кошачий вопль.

А синяя тень меж тем даже не замедлила свой полёт — казалось, она вовсе не слышала криков И Можун.

И Можун впала в отчаяние. Она уже решила, что вот так бесславно погибнет, сорвавшись в пропасть, как вдруг услышала женский голос:

— Взлети, меч!

И Можун словно увидела надежду на спасение; этот голос прозвучал для неё сладостнейшей музыкой во всём мире.

Вслед за этим властным окриком меч, объятый голубоватым сиянием, стремительно полетел к И Можун и подхватил падающую кошку, надёжно удержав её в воздухе.

И Можун вцепилась мёртвой хваткой в рукоять меча, наконец-то чувствуя себя в относительной безопасности. Однако меч не остановился — он продолжал плавно набирать высоту.

А тем временем та женщина в синих одеждах, лишившись своего оружия управления, тоже стала падать вниз. Её синие одежды развевались на ветру, и сама она была прекрасна, словно спустившаяся с небес бессмертная. Черты её лица ещё хранили детскую мягкость, но брови и глаза поражали своей изящностью — не пройдет и нескольких лет, как она превратится в несравненную красавицу.

И ведь она прекрасно знала, что для парящего в небесах заклинателя лишиться своего оружия — всё равно что отрезать себе все пути к спасению. И всё же эта женщина в синем поступила именно так.

Она отдала свой летящий меч той, кто больше всех в нём нуждался.

Наблюдавшие за представлением ученики Секты Скрытых Бессмертных наконец сообразили, что происходит. Увидев, что женщина в синем оказалась в опасности, один из даосов в зелёных одеждах торопливо зашептал заклинание и направил собственный меч.

Летящий меч взмыл ввысь, испуская мягкое зелёное свечение, гармонировавшее с его одеждой:

— Цзюнь-шимей, бери этот!

Прекрасные глаза женщины в синем блеснули. Ободравшись о летящий меч, она легко взмыла в воздух и в конце концов уверенно приземлилась на вершину главных ворот Секты Скрытых Бессмертных.

Мужчина в зелёном что-то продолжал говорить, но женщина в синем даже не посмотрела в его сторону. Пробормотав пару заклинаний, она вновь направила бессмертное искусство.

Меч, на котором сидела И Можун, подчинившись магии, резко ускорился. Сделав в воздухе крутой вираж, он с глухим стуком вонзился прямо в глинистую почву парящего острова.

И Можун показалось, что у неё сейчас что-то вырвет из горла. Это резкое ускорение живо напомнило ей те сладостные ощущения, когда друзья затащили её прыгать с тарзанки в Долине Смерти.

В голове всё плыло, её тошнило просто невероятно.

Но стоило ей отпустить рукоять меча ослабевшими лапами, как тот со свистом взмыл ввысь, преодолел несколько тысяч метров и послушно лёг в руку женщины в синем.

Стоявшие внизу люди захлопали в ладоши, но женщина в синем осталась глуха к их овациям. Слегка сосредоточив энергию бессмертного искусства вокруг глаз, она пригляделась и увидела совершенно чёрную кошку-демона.

На левом глазу отчётливо виднелся шрам от когтей какого-то другого демона — следы проклятия. Лицо женщины в синем слегка омрачилось разочарованием.

Нет, это не тот Сяо Хэй, которого она искала.

Лёгкий ветерок шевелил её волосы в лучах заходящего солнца, и со спины она казалась совсем хрупкой.

Этой женщиной в синем, разумеется, была уже тринадцатилетняя Цзюнь Жуюэ.

Три года назад из-за событий в Лесу Невозврата Цзюнь Жуюэ насильно отправили сюда. Поначалу она вовсе не собиралась вмешиваться в чужие дела, но тот жалкий кошачий крик заставил её вспомнить о спасшем её Сяо Хэе, и в её сердце дрогнуло сострадание.

Мужчина в зелёном внизу явно намеревался сказать ещё что-то, но Цзюнь Жуюэ лишь бросила холодное: «Спасибо, шисюн», — и мгновенно исчезла.

Что же до меча того даоса в зелёном, то к моменту ухода Цзюнь Жуюэ он уже прочно торчал в земле.

Даос долго и с трудом вытаскивал своё оружие, а окружающие переглядывались. Из-за этой суматохи они едва не забыли, зачем вообще здесь собрались.

— Быстро, опустите змеиный мост, встречаем нашу новую шимей!

Только после этого толпа учеников совместными усилиями применила бессмертное искусство, приводя в движение цепи на каменных столбах.

А в это время И Можун всё ещё валялась на земле, прикидываясь ни на что не годной кошкой.

Хотя она была премного благодарна той женщине в синем за помощь, повторять столь жуткое путешествие на летающем мече ей не хотелось ни за что на свете.

Подумав об этом, она снова посмотрела на Секту Скрытых Бессмертных и обнаружила, что на той стороне остались лишь те самые даосы, а эта проклятая девица в синем неизвестно куда испарилась!

Вдруг кто-то громко окликнул её, не используя никаких бессмертных искусств. Судя по всему, кричавший был таким же новичком, как и она сама, раз не мог докричаться до неё с помощью ци.

— Шисюн!

И Можун подумала, что это обращение адресовано ей, но, подняв голову, заметила летящую прямо на неё цепь. Лишь благодаря быстрой реакции И Можун увернулась, предотвратив вторую за сегодняшний день катастрофу.

Она интуитивно сравнила эту цепь с той, что возникала в иллюзии маленькой лисицы, но не успела и секунды подумать, как цепь ярко вспыхнула и на мгновение превратилась в гладкое полотно моста.

Всё происходящее перед её глазами разительно отличалось от того, что показывала Маленькая лисица в своей иллюзорной технике. Озадаченная И Можун всё же ступила на этот странный мост.

Она шла по нему довольно долго, пока наконец не увидела на другом конце нескольких учеников Секты Скрытых Бессмертных в белых даосских одеждах.

Там были и старики, и молодые, и мужчины, и женщины — все носили одинаковые по фасону одеяния, но разных цветов. Присмотревшись, И Можун заметила среди встречающих мужчину, на вид которому было уже за пятьдесят. И Можун слегка удивилась, но, вспомнив, скольких людей привлекает культивация бессмертия, сочла это нормальным.

Наконец-то я превращусь в человека!

— Странно, почему новый ученик до сих пор не пришёл?

— Не спеши.

Ученики зашушукались.

И Можун издалека расслышала их разговор, но понятия не имела, как эта толпа отреагирует при встрече с ней.

—...

—...

Звеня Колокольчиком Покорения Сердца, И Можун появилась перед воротами Секты Скрытых Бессмертных, но ученики, прекрасно видя её, демонстративно отвернулись, делая вид, что не замечают.

— Как же новый ученик до сих пор не пришёл?

Они упорно всматривались вдаль, словно намереваясь начисто проигнорировать само существование И Можун.

Нет, скорее уж пытались сбежать от суровой реальности.

Три года назад Цзюнь Жуюэ потребовался всего один день, чтобы преодолеть внутренний демон погружения в сон, чем она потрясла всю Секту Скрытых Бессмертных сверху донизу.

Желая удержать столь ценный талант, главы всех дворцов изо всех сил пытались переманить её к себе, едва не устроив драку.

Глава Секты Скрытых Бессмертных Гао Чуньцзе пришёл в ярость и в конце концов назначил новым учителем Цзюнь Жуюэ главу Дворца Чжуцюэ — единственного дворца, принимавшего исключительно женщин.

Цзюнь Жуюэ оказалась на редкость смышлёной: за три года она выросла из самой младшей шимей в главную гордость Дворца Чжуцюэ.

А три года спустя до всех дошли слухи о демоне, который потратил целых три года на то, чтобы избавиться от внутреннего демона впадения в одержимость демоническим. Но поскольку она была демоном, её все старались перепихнуть друг другу.

И пусть секта проповедовала равенство людей и демонов, в глазах большинства демоны всё равно оставались лишь злодеями.

После долгих споров и перекладывания ответственности Во Дворцу Сюаньу пришлось принять второго демона, поскольку один у них уже имелся.

Глава Дворца Сюаньу был категорически против, однако ученики, услышав, что новый демон окажется женского пола, пришли в такое воодушевление, что выбежали встречать её ни свет ни заря.

Но сейчас, взглянув на гостью снова, они осознали всю пропасть между идеалом и реальностью, отчего их сердца заледенели.

Забудем даже о том, что эта глупая кошка-демон чуть не грохнулась с небес. Стоит лишь взглянуть на неё: энергия демона у неё на нуле, сама вся чёрная, как уголь. И что хуже всего — её морда оказалась обезображена!

Приглядевшись внимательнее, они поняли, что шрам на её лице — это печать проклятия. Наверное, её изгнали другие демоны за свирепый нрав, наградив столь мерзким проклятием.

Проведя такую параллель, ученики Дворца Сюаньу словно увидели уменьшенную копию их младшего сородича — демона-панды.

Стоило им представить мускулистую фигуру их младшего шисюна в человеческом обличье, как ученикам Дворца Сюаньу захотелось умереть на месте.

Их изначальные надежды сменились полнейшей безнадежностью.

Сама И Можун обо всех этих перипетиях не догадывалась. Хотя она заранее морально подготовилась к дискриминации из-за своей демонической природы, она никак не ожидала, что реакция окажется настолько подавленной.

Атмосфера царила ещё более неловкая, чем представлялось, и И Можун уже ломала голову над тем, как разрядить эту неловкую первую встречу. Не успела она и рта открыть, как под ногами задрожала земля, и в её сторону прибежал мускулистый здоровяк ростом около двух метров.

И Можун почувствовала, как рушатся все её представления о внешности культиваторов, и на мгновение остолбенела.

— Дорогие шисюны, простите, я опоздала! — с этими словами чернокожий гигант озарил её сиянием белоснежных зубов. Лицо его выражало дикий восторг, а глаза горели. — Наконец-то я больше не самый младший шисюн! Дайте-ка взглянуть на нашу новенькую шимей!

Ученики Дворца Сюаньу переглянулись и с молчаливым взаимопониманием расступились, освобождая проход.

Мускулистый парень долго озирался по сторонам, пока наконец не сообразил, что эта чёрная кучка на земле и есть его шимей, после чего его эмоции выплеснулись наружу.

— Шімей! Наконец-то у меня появилась сородич-шимей! — завопил он и бросился на И Можун.

Она никак не ожидала от столь крупного парня такой прыти и уже хотела что-то сказать, как вдруг здоровяк отлетел далеко назад, натолкнувшись на невидимый барьер перед И Можун.

Получив мощный удар, мускулистый парень потерял сознание, и его человеческий облик тут же развеялся. И Можун никак не ожидала, что этот качок окажется демоном-пандой...

Такая милаха-панда, национальное сокровище Китая, и вдруг превратилась в такое чудовище.

Хотя нет.

И Можун вспомнила, что сейчас её волнует совсем другое. Чуть приподняв взгляд, она увидела, как толпа учеников Дворца Сюаньу испуганно пятится веером.

И Можун чувствовала себя предельно неловко. Она-то надеялась просто тихонько попрактиковать культивацию и вернуться домой, но кто же знал, что эта первая встреча обернётся таким балаганом?

Объяснить же, что на ней надет древний артефакт Колокольчик Покорения Сердца, она не могла. Поразмыслив, И Можун просто выпрямилась:

— Приветствую старших шисюнов и шицзюй, меня зовут И Можун.

Ученики Дворца Сюаньу снова перевели взгляды на валяющуюся без чувств панду, со сложно читаемыми выражениями лиц.

В тот день собравшиеся ученики Дворца Сюаньу думали, что сорвали джекпот...

Но суровая реальность оказалась жестока.

Спустя несколько дней совместной жизни старший ученик наконец не выдержал и осторожно задал ключевой вопрос:

— Шимей Сяо И, ты что, даже в человеческий облик превращаться не умеешь?

И Можун кивнула.

Говорят, в тот день, узнав, что в их дворец прибыл еще один нахлебник, глава Дворца Сюаньу в сердцах съел на несколько паровых пирожков больше обычного.

И практика показала, что И Можун действительно оказалась нахлебницей.

Единственное, чего она смогла добиться за два года — это кое-как научиться принимать человеческий облик.

Каждый день во Дворце Сюаньу можно было видеть И Можун, бегающую повсюду с кошачьими ушками и хвостом. Сначала все принимали это за косплей, но со временем И Можун просто махнула рукой на стыд.

Хотя она вполне могла спрятать и уши, и хвост, ей претила сама эта давящая навязанность.

Что же до внешности, та осталась прежней, однако из-за шрама от проклятия, который никто не мог свести, И Можун обычно прикрывала лицо волосами.

Пока И Можун с таким трудом училась принимать человеческий облик, остальные ученики уже перешагнули на Желтую ступень 3-го ранга и выше.

Одежда Секты Скрытых Бессмертных ткалась из редчайших Нитей небесного шелкопряда — она была огнеупорной и водонепроницаемой, но главное заключалось в том, что она определяла уровень владельца, материализуя его бессмертную ци.

Бледно-белая ступень 1-го ранга давала физическое тело лишь немного сильнее, чем у обычного человека;

Светло-зеленая ступень 2-го ранга позволяла без проблем справляться в драке с простыми смертными;

Ступень Желтого цвета 3-го ранга давала возможность бросить вызов мастерам боевых искусств мира смертных.

...

Что шло дальше, И Можун уже толком не различала, да и во всём их отсталом Дворце Сюаньу ей почти не доводилось видеть по-настоящему сильных персонажей.

Поскольку она застряла на белой 1-й ступени, ей оставалось лишь ежедневно слушать наставления старших шисюнов и шицзюй. Со временем И Можун едва не забыла, кто вообще её официальный наставник.

Старший ученик, простой и доброжелательный мужчина лет сорока с лишним, тренировался здесь уже... ирония судьбы — за более чем двадцать лет он поднялся лишь до 5-й ступени Ступени Персикового цвета.

Старший ученик, казалось, без памяти восхищался Цзюнь Жуюэ и постоянно ставил её в пример. Позже, болтая с остальными, И Можун узнала, что спасшая её тогда женщина в синем — это внучка Цзюнь Уси, Цзюнь Жуюэ.

Лица её И Можун тогда не разглядела, но восхищалась девушкой всё больше, поражаясь её уму.

Тогда же она выяснила, что Цзюнь Жуюэ, спасшая её в тот день, всего за три года смогла достичь Ступени Светло-синего цвета 7-го ранга.

Колокольчик Покорения Сердца по-прежнему не удавалось снять. Услышав эту новость, И Можун испытала сильнейший удар и замкнулась в себе ещё сильнее. Она не забывала о своей главной цели, но прогресса по-прежнему не наблюдалось.

Из-за этого ежемесячные тридцатидневные сборы учеников превратились для неё в сплошной кошмар.

Дело было вовсе не в боязни общения с людьми — просто стоило ей столкнуться с главой Дворца Сюаньу, как тот неизменно начинал её отчитывать.

А поскольку она не имела права позорить лицо своего номинального наставника, ей оставалось лишь смотреть стеклянным взглядом, терпеть «воспитательные беседы» и про себя критиковать цветовую гамму одеяний главы дворца.

Глава Дворца Сюаньу носил Ступень Розового цвета 16-го ранга. Каждый раз, видя этого проклятого толстяка в розовом, И Можун чувствовала, что её эстетическому чувству наносят непоправимый урон.

Остальные шисюны и шицзюй постоянно посмеивались над этим, но в целом люди подобрались хорошие, и по-настоящему её никто не обижал.

— Ступай и хорошенько подумай, как перестать позорить наш Дворец Сюаньу! — наконец, после почти трёхчасовых пыток «звуковой волной», И Можун была освобождена.

На столе перед ней уже не осталось еды. Хотя И Можун запаслась сухими пайками, ощущение всё равно было... так себе.

Гости постепенно расходились, оставив лишь тех шисюнов и шицзюй, чья очередь была убирать со столов.

Вдруг сидевшая рядом младшая шимей подмигнула ей и ласково позвала:

— Шимой Сяо И.

Поскольку все считали полное имя И Можун слишком длинным, её стали называть просто «Сяо И».

Ни у кого больше не было такого прозвища.

Рефлекторно повернувшись на голос, И Можун почему-то почувствовала, что при виде этой девчушки её настроение испортилось ещё сильнее.

Эту младшую звали Чи Хань, она была новенькой ученицей, поступившей в Дворец Сюаньу в этом году. Обладательница пышных форм и вполне миловидной внешности, живая и сообразительная, она быстро завоевала общую симпатию.

Бросив взгляд на то, как проклятое светло-зеленое платье едва скрывает соблазнительные изгибы Чи Хань, И Можун молча посмотрела на собственную плоскую грудь.

Она наивно полагала, что после обретения человеческого облика её фигура хоть немного округлится, но, сравнив себя с прежним отражением, поняла: её Нефритовый кролик остался точно таким же, как на Земле! Не вырос ни на йоту!

И Можун ещё ниже опустила голову, и без того не слишком лучезарный образ стал ещё более мрачным.

Чи Хань, казалось, ничуть не смутилась. Прижавшись к ней своей главной гордостью — Нефритовым кроликом, — она с улыбкой произнесла:

— Шимей, я оставила тебе немного еды.

Не привыкшая к подобным нежностям, И Можун сначала хотела оттолкнуть её, но, вспомнив, что избавлена от необходимости грызть сухари, решила временно поступиться гордостью.

Заметив, что И Можун клюнула на приманку, Чи Хань попыталась заранее задобрить её, протянув руку к кошачьим ушкам И Можун, но та ловко увернулась. Ничуть не разочарованная, Чи Хань тут же извлекла из рукава изящный носовой платок.

Развернув его, она показала несколько зелёных рисовых пирожных.

Аромат выпечки мгновенно заполнил ноздри, заставив слюноотделение И Можун активизироваться само собой.

Но стоило ей взглянуть на оживленное, почти умоляющее лицо Чи Хань, как в её душе закралось смутное подозрение.

Хотя глава Дворца Сюаньу только что отчитывал её битый час, она отлично рассмотрела все роскошные блюда, подаваемые лишь раз в месяц — и никаких зеленых пирожных на столе отродясь не было!

И Можун решила проявить бдительность. Сделав вид, что ей всё равно, она протянула руку и легонько коснулась изящной ткани платка.

Гладкая, явно сделанная из тончайшего шือกа.

В день прибытия в Секту Скрытых Бессмертных эта девчонка выглядела как простая деревенщина — откуда у неё взялся такой роскошный платок?

Чем больше И Можун думала об этом, тем непонятнее всё становилось, а выражение глаз Чи Хань лишь укрепляло её подозрения.

И Можун осторожно поинтересовалась:

— Слушай, ты не хочешь о чём-то меня попросить?

Лицо Чи Хань озарилось радостью, но тут же побледнело, словно она заметила нечто ужасное. Её глаза забегали туда-сюда, и в конце концов она опустила взгляд.

— Нет. Просто... боялась, что ты голодна, — прошептала она так тихо, что, казалось, сама едва верила своим словам.

И Можун не стала допытываться дальше и небрежно откусила кусок пирожного:

— Ой, упало. — Она тут же нагнулась за ним, бросив быстрый взгляд исподлобья.

Обувь с золотым шитьем на розовом фоне не оставляла сомнений в личности гостя. Чи Хань боялась главы Дворца Сюаньу.

Быстро подняв пирожное и сдув с него пыль, И Можун с горьким вздохом произнесла:

— Какая жалость, как же оно так упало.

Чи Хань смотрела на это с ещё большим сожалением:

— Шимей, не ешь его, оно грязное. У меня есть ещё.

И Можун, конечно же, не собиралась его есть. Скорчив умильно-жалобную гримасу, она наконец впилась зубами в новое пирожное. Во рту тут же разлился сладковатый вкус маша, правда, от избытка сахара у И Можун даже немного защимило в груди.

Хотя стремящиеся к бессмертию практики должны были питаться духовной энергией, на низших ступенях им всё ещё требовалась самая обычная пища.

Жадно умяв с десяток пирожных, И Можун поплатилась за это: обежав всю кухню, она не нашла ни капли воды.

— Наверное, сегодня очередь Третьего шисюна дежурить по кухне, — с досадой подумала она, окинув взглядом гору грязной посуды высотой в полчеловека. Догадаться о виновнике было несложно — это почерк их всемирно известного своей ленивым характером Третьего шисюна.

Однако...

И Можун машинально облизала губы. Как бы она ни пыталась вызвать в воображении кислые сливы, во рту всё равно пересохло от нестерпимой жажды.

Желая облегчить себе грядущую ночь, И Можун решила позвать Чи Хань прогуляться вместе к задним горам.

Они делили одну комнату на двоих, но, заглянув внутрь, И Можун не обнаружила там соседки.

Это показалось ей странным: Чи Хань всегда вела себя примерно и никогда не пропадала по ночам. Но, подумав ещё немного, она решила, что та, возможно, впервые влюбилась и тайком с кем-то свидится.

Например, с тем Пятым шисюном, что вечно увивался за Чи Хань и к тому же был из богатой семьи. Если связать всё это воедино, то появление тех зелёных пирожных переставало казаться таким уж странным.

Проведя здесь столько времени, И Можун внезапно осознала: стоило им отказаться от мирских забот ради бессмертия, как мирских желаний, напротив, стало только больше.

http://bllate.org/book/20979/2129766

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода