Королева обладала огромным, непререкаемым авторитетом, и Ло Юй уже всем сердцем привыкла подчиняться и повиноваться ей. Однако это был первый раз, когда Ло Юй могла лицом к лицу, на равных вести переговоры с Королевой. В остальное время Королева лишь взмахивала кнутом, не оставляя Ло Юй ни единого шанса сказать хоть слово.
Давным-давно Ло Хань неправильно поняла Ло Юй, и та, не успев даже оправдаться, была жестоко избита Ло Хань. Чувствуя себя обиженной и несчастной, она забилась в угол и украдкой вытирала слёзы. Тогда Ло Первый сказал ей следующие слова:
Если ты всегда сможешь только стоять на коленях перед Королевой, она никогда не услышит, о чём ты говоришь. Лишь став достаточно сильной, чтобы предстать перед Королевой и смотреть ей прямо в глаза, ты сможешь донести до неё свои истинные мысли и обиды.
Возможно, это и было одной из причин, почему Ло Юй создала Семнадцатое июля. Она хотела стать сильной, а не оставаться никчёмной пустышкой в глазах Королевы; она хотела подняться с колен, а не вечно преклоняться у её ног.
И вот теперь у неё наконец появилась возможность вести переговоры с Королевой на равных. И хотя она не смела раскрыть свою личность и снять маску, на этот раз она наконец-то могла смотреть прямо в эти свирепые и ледяные глаза.
Ло Юй одновременно тревожилась и радовалась, отчаянно надеясь, что во время встречи Королева не заметит изъянов и не разоблачит её.
Вернувшись в спальню, Ло Юй тут же рухнула на кровать Си Ци. Си Ци не обратила на неё внимания и принялась раздеваться, чтобы принять душ.
Си Ци всегда была немногословна. Только что они с Юэ Е наперебой болтали, обсуждая каждую мелочь, в то время как Си Ци тихо сидела в стороне, не вмешиваясь в разговор и изредка попивая чистый чай.
Говорят, чем молчаливее человек, тем сложнее его внутренний мир и тем глубже его скрытые мотивы. Интересно, применимо ли это изречение к Си Ци?
От нечего делать Ло Юй принялась рыться в шкафу у Си Ци. Внутри обнаружились сплошной огнестрельный арсенал и боеприпасы, а также пояс с дюжиной кинжалов и ножей. На самом дне шкафа лежала толстая папка с какими-то бумагами.
Крайне бессовестно поддавшись любопытству, Ло Юй заглянула внутрь и к своему величайшему удивлению обнаружила завещание. Завещание, оставленное Си Ци, судя по дате, составленное совсем недавно.
Ло Юй приоткрыла дверь ванной, высунула голову и робко произнесла: — Си Ци, ты случайно... ну... не подхватила какую-нибудь неизлечимую болезнь? — Неужели Си Ци смертельно больна и, чтобы не причинять ей боли, всё это время тщательно скрывала это? А перед смертью просто исчезнет, спрячется в каком-нибудь Богом забытом городке и будет тихо ждать прихода конца? И потом станет присылать по сто писем, отправляя по одному каждые полгода, чтобы она верила, будто та всё ещё жива в этом мире, и не слишком убивалась от гора...
В голове Ло Юй пронеслись самые невероятные картины, и уголки её глаз слегка покраснели. Черт побери, как же это трогательно! С каких это пор Сяо Ци стала такой романтичной и преданной?
— Нет, — лаконичный и холодный ответ Си Ци в один миг разрушил все бурные фантазии Ло Юй. — В кругу наемников у многих есть привычка оставлять завещание. — Для убийц, чья жизнь висит на волоске и чьё завтрашнее утро не предрешено, никто не может поручиться, удастся ли ему увидеть завтрашний рассвет или закат.
— Правда? — подумала про себя Ло Юй: а вдруг Королева тоже составила завещание и оставила весь Клан Ло мне? Впрочем, это неважно, Королева проживет сто лет, а возиться со всей этой кучей проблем Клана Ло мне совсем не хочется!
— Что, растрогалась? — Глаза Ло Юй покраснели, нос тоже раскраснелся. Си Ци решила, что Ло Юй до глубины души проняло её признание, и знать не знала, что та уже успела нафантазировать сценарий дешёвой мыльной оперы о неизлечимой болезни и считанных днях до смерти.
— С чего бы! — Ло Юй отвернулась, попутно бросив косой взгляд на живописную картину купающейся Си Ци. — Я вот думаю через пару дней оформить на тебя полис страхования жизни! С максимальной выплатой!
Разозлившись, Си Ци схватила Ло Юй за воротник и втащила внутрь. Ло Юй взвизгнула, и брызги воды мгновенно промочили всю её одежду насквозь.
Си Ци прижала её к стене ванной и яростно впилась в губы Ло Юй, терзая и покусывая их, пока та не застонала, а на губах не выступила капелька крови. Лишь тогда она наконец отпустила распухшие, донельзя искусанные губы Ло Юй.
Ло Юй тяжело и часто дышала. Во рту ощущался слабый привкус железа, а перед глазами стояло обнаженное тело Си Ци. Лицо Ло Юй залилось краской, возможно, из-за царившей в ванной духоты и высокой температуры.
Она отвела взгляд, не смея смотреть на открывшиеся виды: — До того как ты меня встретила, кому ты собиралась оставить завещание? Нань Ци? Она твоя названая сестра, столь важный для тебя человек, ради спасения которого ты не побоялась рисковать жизнью?
— Детскому дому. — Си Ци выросла в детском доме и прекрасно знала, как тяжело и горько выживать детям, брошенным родителями.
— У тебя совсем не осталось других родственников? — Ло Юй никогда прежде не слышала, чтобы Си Ци упоминала о родных.
— Все были убиты. — Голос Си Ци прозвучал равнодушно, на лице не дрогнул ни один мускул. Но именно эта ледяная невозмутимость заставила сердце Ло Юй сжаться от боли и жалости.Ни родных, ни друзей, одна-одинешененька блуждает по этому миру. Даже если однажды она умрет, никто об этом не узнает, никто не опечалится. Словно растворившись в воздухе, она не оставит после себя абсолютно никаких следов того, что когда-то жила. Что это вообще за одиночество и тоска?
— Если меня однажды не станет, научись хорошенько заботиться о себе и смотри не обеднев до такой степени, чтобы пойти по миру с протянутой рукой.
Си Ци редко позволяла себе шутить, но на сердце у Ло Юй от этих слов сделалось необыкновенно горько. Зачем она так мало думает о себе? Зачем так хорошо ко мне относится?
— Сяо Ци… — шепнула Ло Юй, но Си Ци запечатала ей губы поцелуем.
В манере Си Ци чувствовалось чуточку властности, чуточку нежности и чуточку бережного трепета. Она сорвала с Ло Юй одежду, в два счета обнажив их тела друг перед лицом друг друга, а вещи полетели в сторону.
В студенческой душевой было тесновато. Водяные струи омывали их головы, воздух клубился от пара, а дыхание с каждым мгновением становилось все более жарким и знойным.
Си Ци покрыла поцелуями каждый дюйм кожи Ло Юй, ее рука медленно опустилась вдоль талии, все ниже, ниже, пока…
Ло Юй плотно сжала бедра, преграждая путь руке Си Ци, которая норовила проникнуть дальше.
— Я… у меня это самое началось, — выдохнула Ло Юй, чувствуя, как тело и конечности наливаются слабостью, и приникла к груди Си Ци.
— Спереди нельзя — значит, займемся сзади.
Холодный голос Си Ци, в котором сквозила нотка соблазна, звучал невероятно чувственно.
От самого слова «займемся» щеки Ло Юй вспыхнули еще ярче, и она уставилась на белую стену:
— Ты принесла смазку?
Си Ци тихо рассмеялась и легонько щелкнула Ло Юй по носу:
— А ты много в этом понимаешь. Смазки нет, можно заменить мылом.
Си Ци оставила несколько похожих на цветки сливы поцелуев на белоснежной шее Ло Юй, и та тихонько дважды простонала:
— Мм.
— Не надо! От этого же наверняка безумно больно! — решительно взбунтовалась Ло Юй, отчаянно сопротивляясь.
— Я буду понежнее.
Голос Си Ци звучал мягко, но действовала она вовсе не мягко: развернув Ло Юй спиной к себе, она прижала ее к стене душевой.
— В этой общаге отвратительная звукоизоляция! Я разбужу весь дом!
Не сумев вырваться, Ло Юй попыталась прибегнуть к словесным угрозам.
— Мне все равно. Чем громче ты будешь орать, тем лучше.
Да и кем была Си Ци? Недосягаемой Циша, гремевшей на вершине рейтинга убийств — разве стала бы она воспринимать угрозы Ло Юй всерьез?
— Мхм… мхм… а-а… полегче… больно… больно… — скривившись от боли, тянула Ло Юй. Вот они, последствия отсутствия смазки.
— Я же аккуратно, я ведь только один палец ввела.
Си Ци смахнула слезинку с уголка глаза Ло Юй и прикусила ее аккуратное ушко.
Длинные прохладные пальцы Си Ци доставляли одновременно боль и острое наслаждение — мучение, сплетенное с восторгом.
— Раздвинь ноги пошире, расслабься, расслабься, а то если я тебя испорчу, отвечать не стану.
Си Ци безжалостно раздвинула ягодицы прильнувшей к ней девушки, и ее палец, то усиливая нажим, то ослабляя его, то двигаясь стремительно, то замедляясь, принимался толкаться взад и вперед.
— У-у-у… Сяо Ци, ты такая вредная! Для меня это в первый раз, а ты смеешь отказываться брать на себя ответственность, а-а…
Ло Юй вскрикнула, но тут же вспомнила про спящих соседок, поспешно замолчала, прикусив губу, а лицо ее залило пожаром.
Руки связаны, тело подавлено, и наслаждение, и боль — все находилось во власти Си Ци. Сопротивляться было нельзя, отказаться — невозможно, оставалось лишь отдаться на волю той, что стояла позади, позволяя делать с собой все, что заблагорассудится.
— В первый раз? — Си Ци в награду поцеловала Ло Юй в уголок губ, пребывая в отличном настроении. — То-то я смотрю, такая узкая, палец едва вытащила.
От слов Си Ци щеки Ло Юй покраснели так, будто превратились в персики к празднику долголетия. Стоя к Си Ци спиной, Ло Юй не видела ее движений, и каждое новое проникновение заставало ее врасплох, не оставляя ни малейшего шанса подготовиться морально.
Си Ци закрыла глаза Ло Юй ладонью. Перед глазами воцарилась кромешная тьма, отчего ощущения внизу живота обострились до предела, и любое малейшее движение заставляло Ло Юй судорожно хватать ртом воздух. В ушах шумела вода, стекающая по их соприкасающимся телам.
Ло Юй сдерживала стоны, не смея кричать во весь голос и оповещать все общежитие о том, чем они тут занимались. Здание было женским корпусом, куда мужчинам вход строго воспрещался, и кто бы мог подумать, что в эту темную и ветреную ночь, когда все вокруг погрузилось в безмолвие, в этой крошечной ванной комнате разворачиваются столь смущающие и заставляющие сердце биться чаще события.
Ло Юй изнывала от напряжения, а Си Ци, как назло, продолжала дразнить и искушать ее, доводя до полного разгрома и лишая последних сил.
— Медленнее… м-м ах… хватит!
Движения Си Ци становились все быстрее и яростнее, а толчки — все глубже. Ло Юй всхлипнула, едва не расплакавшись.
Проявив завидное послушание, Си Ци замедлилась. Она стала медленно вытаскивать палец и так же медленно вводить его обратно, еле-еле касаясь стенок, отчего Ло Юй то млела от сладострастия, то изнывала от щекотки, испытывая невыносимую муку. В конце концов Си Ци вовсе вытащила палец, прекратив дразнить сокровенное местечко прижатой к ней девушки.
— Сяо Ци… — полными слез глазами Ло Юй обернулась и гневно зыркнула на Си Ци. — Ты издеваешься надо мной.
Си Ци поцеловала нежную шейку Ло Юй:
— Тогда попроси меня. Попроси, чтобы я с тобой поиграла.— Не надо! — Разве можно было произнести такие постыдные слова?
— Тогда я ухожу. — Си Ци набросила банное полотенце и сделала вид, что собирается выйти.
Ло Юй поспешно схватила её за руку и притянула обратно. Брызги воды смочили её тело сзади, отчего в груди стало ещё тревожнее и жарче.
— Ты... ты... издеваешься... над мной... не уходи! — заикаясь, еле выдавила из себя Ло Юй, чуть ли не прикусывая язык.
Си Ци тихонько усмехнулась, снова прижала её к себе и шлепнула Ло Юй по ягодице:
— Подними выше. И раздвинь.
— Тише! Этим непристойным делом мы занимаемся тайком, так что надо быть скромнее, зачем так громко кричать!
— Сяо Ци, у-у-у... я уже почти не могу терпеть. — Ло Юй до боли прикусила нижнюю губу, не смея издавать громких звуков, и терпела из последних сил.
В самый момент приближения оргазма Си Ци повернула лицо Ло Юй к себе и запечатала её губы поцелуем, так что Ло Юй в конце концов не завизжала так, чтобы разбудить девушек в соседней комнате.
В тишине ночи они обнимали друг друга, то учащенно, то тяжело вздыхая. Они прижимались друг к другу так близко, будто слились в единое целое, не оставляя ни малейшего зазора, обмениваясь дыханием.
В ванной стояла высокая температура, клубился густой пар, ощущалась нехватка воздуха. Си Ци толкнула створку ванной, и в лицо им сразу же пахнуло свежим ночным воздухом.Ло Юй испугалась до смерти и поспешно закрыла окно. Как можно распахивать окно настежь, когда они обе голые?
— Чего боиваться, снаружи всё равно никого нет.
За окном раскинулась баскетбольная площадка. С наступлением ночи она опустела, и вокруг не было ни души.
— Я боюсь холода! — упрямо бросила Ло Юй, пытаясь сделать вид, что держится уверенно. А вдруг кто-нибудь пройдет мимо? Такие дела лучше проворачивать втихую, за плотно закрытыми окнами и дверями.
— Сяо Ци, ты ведь никогда не станешь мне лгать, правда? — Ло Юй обняла Си Ци за талию и, высунув влажный язык, провела им по изящной ключице Си Ци.
Глубокий, страстный и горячий поцелуй заменил ответ: Си Ци приподняла подбородок Ло Юй, углубляя и усиливая ласку.
В тот момент Ло Юй и представить себе не могла, что однажды всё выйдет из-под контроля и повернется совершенно непредсказуемым образом...
В тот момент Си Ци ничего не ответила, оставив лишь долгий поцелуй.
На следующий день в полдень состоялась встреча Семнадцатого июля с главой клана Ло.
Группа Ло Юй прибыла первой. Си Ци в маске стояла позади Ло Юй, в то время как остальные члены Семнадцатого июля расположились по периметру комнаты, настороженно оглядываясь по сторонам.В конце концов, противостоять приходилось КЛАНУ ЛО — первому среди организаций убийц, в конце концов, лицом к лицу предстояло встретиться с Королевой мира наемников. Ради собственной безопасности сторона Семнадцатого июля подготовила всё крайне тщательно.
Время ожидания всегда тянется томительно. Ло Юй слегка нервничала, не зная, действительно ли Королева жаждет сотрудничества или же это всего лишь зловещий пир, устроенный лишь для того, чтобы заманить её в ловушку.
Семнадцатое июля сорвало столько заданий Клана Ло... Станет ли Королева затаивать обиду, не решит ли расправиться с ней прямо на месте?
Ло Юй сидела на стуле, нервно ковыряя ногтем столешницу. Си Ци заметила её напряжение, легко похлопала по спине, показывая всем видом, что она всегда останется за её спиной и никуда не уйдет.
Обе не произнесли ни слова, но с поразительным взаимопониманием поняли друг друга. Порой слова кажутся излишними — достаточно одного лишь взгляда.
Королева прибыла.
Ло Хань носила коричневые солнцезащитные очки, была одета в облегающий черный наряд с глубоким вырезом, а ниже красовалась прямая черная юбка. Подол не доходил до колен, обнажая стройные бедра. Ло Юй почувствовала смутное раздражение: неужели Королева всегда одевается настолько соблазнительно, когда ведет деловые переговоры?
Ло Юй поднялась с места, подошла к Королеве и в знак вежливости протянула руку, однако Королева просто обошла её стороной, уселась на главное кресло и от начала до конца не удостоила Ло Юй даже беглого взгляда.
На Ло Юй была надета маска, голосовой модулятор и перчатки, чтобы Королева не заметила никаких изъянов. Поэтому Ло Юй была твердо уверена: пока она проявляет осторожность, разоблачение ей абсолютно не грозит.
Пренебрежение со стороны Королевы слегка рассердило Си Ци, но сама Ло Юй не придавала этому особого значения. В конце концов, Королева всегда относилась к ней довольно прохладно, и то, что она не отвесила ей пощечину прямо здесь, уже можно было считать большой удачей.
Пытаясь сгладить неловкость, Ло Юй сухо рассмеялась, повернулась, села обратно в кожаное кресло и с заискивающей улыбкой произнесла:
— Я всегда восхищалась Королевой мира наемников, и сегодня, наконец довелось с вами встретиться — вы действительно полностью оправдываете свою репутацию. Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, и сегодня мне выпала редкая возможность расширить кругозор.
Ло Юй издавна славилась умением льстить и угодничать. В обычных обстоятельствах она бы ни за что не осмелилась нести подобную чушь и распускать язык перед Королевой — та бы живо влепила ей оплеуху.
Ло Хань небрежно облокотилась о подлокотник и холодно усмехнулась:
— Выходит, глава Семнадцатого июля — трусливая черепаха, которая даже лица своего показать не смеет? Раз у вас нет искренних намерений, нам не о чем больше говорить. Уходим!
Стоило Королеве отдать приказ, как стая воронов-убийц из Клана Ло тут же повиновалась. Королева решительно и четко поднялась на ноги и направилась к выходу, не колеблясь ни секунды.Ло Юй встревожилась: как это переговоры ещё не начались, а они уже уходят? Ло Юй торопливо поднялась на ноги и преградила Королеве путь.
Стоило Ло Юй лишь слегка коснуться Королевы, как Ло Первый мгновенно вскинул пистолет. Если бы Ло Юй не увернулась так быстро, на её ладони, пожалуй, появилось бы лишнее отверстие. Выстрел сделал и без того напряжённую, удушливую атмосферу ещё более зловещей. Киллеры Клана Ло дружно нацелили стволы на голову Ло Юй, а бойцы Семнадцатого июля синхронно вскинули оружие на Королеву.
Ло Юй испугалась до полусмерти и мысленно взвыла: да что такого в том, чтобы прикоснуться? Мало ли её лапали раньше?
— Цяньин тоже собирается объединить усилия против нас, боюсь, вы не хотели бы такого развития событий, — Ло Юй изо всех сил старалась сохранять невозмутимость — угрожать Королеве требовало немалого мужества.
— Ты мне угрожаешь? — Лицо Королевы потемнело, она шагнула вперёд. Ло Юй невольно отступила назад, пока спина не уперлась в твердую стену — отступать было больше некуда.
Ло Юй вдруг показалось, что Королева намерена стереть их всех с лица земли. Она уже хотела поднять руку, чтобы стереть со лба холодный пот, но вспомнила, что на ней маска, и до кожи не дотронуться. Пришлось порадоваться предусмотрительности: сейчас её лицо покрывал холодный пот, а выражение было ужасным, и подавляющая аура Королевы заставляла её едва ли не опуститься на колени и молить о пощаде.
Ло Юй сухо кашлянула, придвинула стул и поставила его перед Ло Хань.
— Давайте сядем спокойно, без лишних эмоций, и нормально обсудим дело против Цяньин.
— Опустить оружие! — взмахнула рукой Королева. Наёмники Клана Ло тут же убрали пистолеты. Си Ци бросила короткий знак, и люди Семнадцатого июля тоже опустили оружие.
Настроение Королевы менялось мгновенно: то ясно, то хоть дождь жди, от её капризов у бедной Ло Юй сердечко так и колотилось.
— Сними маску, — приказала Королева, совершенно не воспринимая собеседницу как равную ей главу организации. Для могущественного Клана Ло крошечная группировка вроде Семнадцатого июля была лишь жалкой, ничтожной кучкой клоунов, не стоящей упоминания.
Ло Юй ничего не оставалось, как послушно снять маску. Под ней обнаружилось незнакомое лицо. Ло Юй мысленно возблагодарила себя за бдительность: хорошо, что под железной маской она загодя спрятала маску из человеческой кожи, иначе сегодня ей бы не поздоровилось.
Ло Хань, разумеется, с первого же взгляда раскусила чужую фальшивку и многозначительно кивнула:
— Всегда уважала людей осторожных.
Ло Хань изначально понимала, что собеседница не покажет истинного лица, поэтому и не собиралась силой срывать с неё личину. Требование снять маску было лишь проверкой на прочность, и нынешняя скрытность и осмотрительность Ло Юй пришлись Королеве весьма по душе.
— В руках нашего Клана Ло находится карта штаб-квартиры Цяньин, к тому же в их рядах внедрены наши люди. Мы предоставляем разведанные, вы отвечаете за устранение главарей Цяньин. Мы ударим с двух сторон и уничтожим их вместе, — таков был тщательно продуманный план Королевы.
— А какой прок нашему Семнадцатому июля от уничтожения Цяньин? — Ло Юй перешла к торгам. Цяньин и Клан Ло были заклятыми врагами, и теперь, когда было объявлено об открытой войне, Клан Ло извлек бы из разгрома немало выгоды, тогда как для Семнадцатого июля в этом не было особого смысла.
— Бизнес Цяньин отойдет вам, — подразумевалось, что территории Цяньин всё же перейдут под контроль Клана Ло.
Сама Ло Юй о территориях особо не переживала — всё, что достанется Клану Ло, рано или поздно и так перейдёт в её руки. Всё, чем владела Королева, однажды станет её собственностью.
Конечно, так легко Ло Юй сдаваться не собиралась и продолжила гнуть свою линию:
— Клан Ло монополизировал рынок наркотиков, я требую делить пятьдесят на пятьдесят. Семнадцатый июля тоже должен получить свой кусок пирога.
Ощутив в прошлый раз всю сладость лёгкой наживы на наркотиках, Ло Юй разинула рот пошире, совершенно забыв, чем в итоге обернулось то дело и сколько ударов кнутом ей перепало.
Королева молчала, сохраняя гробовое молчание, от которого сердце Ло Юй уходило в пятки. Неужели Королева разозлилась?..
Когда Ло Юй уже была готова сломиться под властным натиском Королевы и отказаться от только что озвученного требования, та наконец заговорила:
— Исключено. Максимум — восемьдесят на двадцать.
Это был предел уступок со стороны Королевы.
Ло Юй оставалось только спешно согласиться: урвать два куска от столь огромного пирога — уже удача. Если же окончательно вывести Королеву из себя, то не то что дольку — крошек на полу не достанется.
— Тот человек за твоей спиной... Его фигура кажется мне знакомой, — Королева задумчиво прищурилась, словно где-то уже видела его раньше.
— С чего бы? — Ло Юй выдавила из себя нервный смешок. Неужели матушка сталкивалась с Си Ци? Когда это? Почему она сама ничего не помнит? Разве что... когда Си Ци навещала её в больнице?
Сердце Ло Юй ёкнуло, и она поспешно перевела тему:
— Когда перебьют всех зайцев, собак пускают на суп; когда кончатся птицы, прячут луки. Не случится ли так, что после разгрома Цяньин следующей целью Клана Ло станет Семнадцатый июля?
http://bllate.org/book/20768/2083902
Готово:
