Здесь, в Сянлае, дело с Маленькими Глазками было улажено, однако на стороне Крысиных Усов вновь стряслась беда.
Одна из учениц Секты Меча Лазурной Радуги, на вид лет пятнадцати-шестнадцати, зажала нос и воскликнула, глядя на Крысиные Усы:
— Да как же он умудрился так испугаться, что даже штаны намочил? Мы ведь пальцем его не тронули. И как нам теперь его обратно везти?
Другой ученик, постарше, подошел ближе. Изначально он не придал значения словам девушки, но, услышав её замечание, машинально взглянул на пах Крысиных Усов. В следующее мгновение он сам ощутил холодок внизу живота.
— Старший брат, господин Юнь, — пролепетал он дрожащим голосом, — этого сутенера так пнули, что он теперь стал калекой. Больше не мужчина.
Юнь Хуэйчжоу и Чжао Хунлань одновременно перевели взгляд на пленника. Крысиные Усы, чьи ноги всё ещё мелко дрожали, не мог подняться на ноги и беспомощно полз назад, отталкиваясь руками.
Чжао Хунлань колебался, стоит ли подходить ближе, но Юнь Хуэйчжоу церемониться не стал. Он шагнул вперед и скомандовал:
— Девушкам отвернуться.
Ученицы Секты Меча Лазурной Радуги не поняли, к чему это, но, видя, что старший брат не возражает, послушно отвернулись. Чжао Хунлань к этому моменту уже догадался, что задумал Юнь Хуэйчжоу. Не зная, какое выражение лица принять, он просто подошел поближе и стал наблюдать.
Юнь Хуэйчжоу передал ему Лянь Ли, выхватил нож и в два счета полоснул по штанам пленника. Под пронзительный визг Крысиных Усов в ткани образовалась дыра, а сам он от ужаса окончательно потерял сознание.
Чжао Хунлань лишь молча отвел взгляд. Зрелище было жалким. Юнь Хуэйчжоу же остался невозмутим:
— Раздроблено в пыль. Этот паренек постарался на славу.
Остальные ученики Секты Меча Лазурной Радуги содрогнулись. Это было ужасно. Страшен был не только младший брат Лянь, который использовал экскременты в качестве оружия и так жестоко расправился с мужским достоинством этого сутенера, но и невозмутимый господин Юнь, который смотрел на это без тени эмоций.
Вся группа, владея мастерством цингун, поспешила обратно в город Сянлай.
В это время в резиденции Главы Союза Боевых Искусств горели огни. Во внутреннем дворе собрались главы многих сект, ещё не успевшие разъехаться, и вольные странники. В центре внимания оказался молодой ученик одной из сект: он был бледен, а в его глазах застыл нескрываемый страх. Он умоляюще смотрел на своих наставников, ища защиты.
Пожилой мужчина сделал шаг вперед, собираясь что-то сказать, но его остановила женщина из той же секты, занимавшая более высокое положение.
— Старшая сестра! — прошептал мужчина.
Женщина холодно оборвала его:
— Довольно. Разве позора еще недостаточно?
Спустя некоторое время Чжао Жун наконец произнес:
— Хунлань и племянник Хуэйчжоу уже отправились в погоню за похитителем, но неизвестно, когда они вернутся. Независимо от того, удастся ли поймать его сегодня ночью, через час прибудет вестник с новостями. Если кому-то из вас невтерпеж, можете возвращаться. Как только преступника доставят, мы докопаемся до истины.
Один из вольных странников отозвался:
— Мы подождем здесь. Хочется увидеть, что же произошло на самом деле, и посмотреть, как похититель будет оправдываться перед этим юношей. Если это действительно его рук дело, мы не позволим его секте просто так увести его. А если он невиновен, мы выступим свидетелями и поможем ему получить компенсацию.
— Справедливо, — кивнул Чжао Жун.
Хотя слова звучали разумно, все присутствующие понимали: Чжао Жун решил схватить подозреваемого, будучи уверенным в его вине на все сто. Оставалось лишь дождаться возвращения группы с вещественными и живыми доказательствами.
Люди, практикующие боевые искусства, обычно отличаются крепким здоровьем и выносливостью. На рассвете в ворота вошли люди и, подойдя к Чжао Жуну, тихо доложили обстановку. Сидевший на своем месте Чжао Жун и другие старейшины открыли глаза, и в их взглядах промелькнул гнев. Переглянувшись, они быстро взяли себя в руки. Остальные поняли: люди вернулись, вот только удалось ли поймать самого преступника — вопрос оставался открытым.
Юнь Хуэйчжоу сразу доставил Лянь Ли в резиденцию. Чжао Хунлань распорядился выделить комнату, оставил двух учеников и лекаря, а сам вместе с Юнь Хуэйчжоу повел четверых пленников на передний двор.
При виде их толпа оживилась, устремив взгляды на четверку, брошенную на землю.
— Кто эти четверо? Это они похитили человека?
— Неужели схватили первых попавшихся?
— Нет, посмотрите на реакцию того ученика, он явно их знает.
— И правда. Кто бы мог подумать, Секта Пяти Морей, а позиционируют себя как праведники, а их ученик творит такие вещи. Помнится, тот юноша, которого похитили, даже не был мастером боевых искусств.
— Да, он их и не обижал. Но посмотрите на того лидера? Разве этот ученик Секты Пяти Морей не тот самый, кого лидер выбил из состязания во втором туре?
— Точно! Теперь вспомнил. После того поединка наставник Секты Пяти Морей даже попытался атаковать лидера, но был отброшен на десять с лишним шагов.
— Если хотели отомстить за унижение, стоило бросать вызов лидеру, а не использовать столь подлые методы против безоружного человека.
— Постойте, один из этих четверых кажется мне знакомым. Кто-нибудь узнает его?
— Дай-ка взглянуть... О небо! Это же Ма Те, тот негодяй, промышляющий похищениями женщин!
— Тот самый преступник? Как ученик Секты Пяти Морей оказался связан с таким подонком? Секта должна дать нам ответ, иначе я лично позабочусь, чтобы об этом узнали все, и ни одна уважающая себя женщина не подошла к их секте и на пушечный выстрел.
Началась очная ставка. Во дворе Юнь Хуэйчжоу, Чжао Хунлань и несколько учеников Секты Меча Лазурной Радуги бросили четверку на землю, а рядом выложили серебряные билеты, найденные при обыске Ма Те.
Стоило ученику Секты Пяти Морей увидеть их, как он едва удержался на ногах. Его реакция говорила сама за себя: все сразу поняли, что он виновен и его гложет совесть.
Ма Те и остальные трое пришли в себя. Если не считать Крысиных Усов, который выглядел полуживым, остальные чувствовали себя сносно. Однако сейчас требовалось разобраться с делом между Ма Те и учеником Секты Пяти Морей, а Крысиные Усы и его подельники отходили на второй план.
Чжао Хунлань поспешил заблокировать им точки немоты, опасаясь, что Юнь Хуэйчжоу снова пустит в ход кулаки. Он подумал, что в нынешнем состоянии этот жалкий тип с крысиными усиками вряд ли выдержит хотя бы один удар Юнь Хуэйчжоу.
Юнь Хуэйчжоу, не вынимая меча из ножен, пнул Ма Те так, что тот отлетел к ученику Секты Пяти Морей, и встал у них за спиной. Хотя клинок оставался в ножнах, оба пленника почувствовали, как у них по спине пробежал ледяной пот.
Остальные члены Секты Пяти Морей при виде Ма Те побледнели. Особенно та пожилая женщина, занимавшая высокое положение. Услышав пересуды странников о связях их секты с Ма Те и угрозы бойкота со стороны всех женщин-воительниц, она бросила на своего младшего брата и того самого ученика такой взгляд, что, казалось, готова была сама расправиться с позором секты.
http://bllate.org/book/20745/2079379
Готово:
