Глава 16
— Зачем... ты... меня... оскопил?..
Если мысленно вернуться в первую комнату... Получив ключ, Бай Цзяньсяо, дабы подстраховаться от внезапного оживления мертвецов, расчленил все трупы. Именно тогда он разрезал брюки Лу Чжицюна, немного полюбовался открывшимся видом, а затем...
«Знай я тогда о существовании Комнаты наблюдения, ни за что бы на такое не решился! Но поздно. Слишком поздно. Оказывается, Лу Чжицюн в тот момент наблюдал прямо за мной! Всё, мне конец. Как теперь оправдываться? Любые объяснения прозвучат жалко...»
— Я... ну... в общем, я тогда испугался, что мертвецы оживут. Поэтому и искромсал всех подряд, не тебя одного... — запинаясь и пересиливая стыд, пробормотал Бай Цзяньсяо.
— М-хм, — Лу Чжицюн состроил обиженную мину, выдвигая обвинение. — Вот только оттяпал ты исключительно моё хозяйство.
— То были ненастоящие трупы, никто тебе ничего по-настоящему не резал... — Бай Цзяньсяо почувствовал, как взмок от напряжения.
— Ах, так ты, значит, спал и видел, как режешь меня взаправду? Хоть тело и было ненастоящим, зрелище всё равно вышло чертовски болезненным, — Лу Чжицюн состроил жалобную гримасу и, уперевшись ладонью в стену у самого плеча юноши, преградил ему путь. — У меня аж в паху похолодело, яйца от страха чуть внутрь не втянулись. Не веришь? Можешь сам потрогать. Если у меня теперь не будет вставать, тебе придётся отвечать за последствия.
«Чёртов извращенец!»
Оказавшись зажатым в тисках чужих рук, Цзяньсяо против воли вспомнил ту картину: взрезанная ткань брюк, очертания, размер, цвет...
«Какой бес в меня тогда вселился, раз я пошёл на такое?!»
— Я... ну... прости... — Бай Цзяньсяо схватился за голову. Лицо его пылало, он отчаянно заикался, пытаясь выдавить хоть какое-то внятное оправдание, но слова застревали в горле. — Я просто...
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Пока Цзяньсяо сгорал от стыда, мечтая сквозь землю провалиться, Лу Чжицюн наконец не выдержал. Он согнулся пополам, держась за колени, и покатился со смеху. Его заливистый, искренний хохот, точно брошенный в воду камешек, пустил по душе юноши лёгкую, щекочущую рябь.
— Я ухожу! — багровые уши послужили бикфордовым шнуром: останься он здесь ещё хоть на мгновение, точно взлетел бы на воздух.
Бай Цзяньсяо резко развернулся и бросился прочь.
— Рад сотрудничеству! — донёсся вслед весёлый голос этого несносного типа.
Бай Цзяньсяо с грохотом захлопнул дверь. В груди полыхал настоящий пожар. Привалившись к деревянной панели, он закрыл лицо ладонями и долго пытался прийти в себя, пока взбудораженное сердце наконец не вернулось к привычному ритму.
«Подумаешь, вымахал здоровым... Тоже мне, повод для гордости! Стоп. При чём тут вообще его размеры?!»
Бай Цзяньсяо поспешил скомкать все мысли о Лу Чжицюне и швырнуть их в ментальное мусорное ведро. Оставил он лишь предложенный тем план, который следовало тщательно обдумать и подготовить к исполнению.
Собственно, даже без фальшивых предсказаний смерти Лу Чжицюн с огромной долей вероятности добрался бы до финиша первым. И если раньше Бай Цзяньсяо ещё терзали смутные сомнения на его счёт, то после этой нелепой и дикой встречи он парадоксальным образом почувствовал облегчение.
Дело было не в том, что образ Лу Чжицюна вдруг возвысился в его глазах. Просто Цзяньсяо не видел ни одной причины, по которой тот стал бы усложнять игру. Обладай Чжицюн иными намерениями, он мог бы без труда перебить остальных игроков и в одиночку забрать победу. Но он этого не сделал. Он мог безучастно бросить Мэн Сян на произвол судьбы, позволив ей умереть, однако спас её — и тем самым подарил надежду им обоим.
За маской напускного легкомыслия скрывался на удивление прагматичный и серьёзный человек. Бай Цзяньсяо был готов сделать ставку на этого безумца — просто чтобы увидеть, к какому финалу они в итоге придут.
На следующих этапах Бай Цзяньсяо принялся планомерно распространять дезинформацию, уводя остальных игроков подальше от нужного пути. Испытания в комнатах становились всё изощрённее и смертоноснее. Ли Ии сдалась первой: преодолев очередное препятствие, она наотрез отказалась двигаться дальше и забилась в безопасный угол.
Когда Бай Цзяньсяо преодолел ещё две зоны, у Мэн Сян тоже сдали нервы.
— Прости, — прошептала она, — я больше не могу. Здесь слишком опасно. Если пойду дальше — точно погибну...
Сам Цзяньсяо тоже начал выбиваться из сил. Комнату под названием «Апокалипсис в джунглях» он преодолел исключительно благодаря подсказкам, которые Лу Чжицюн передавал ему по связи. Пуля задела бедро по касательной — рана оказалась неопасной, но бегать быстро он уже не мог.
К счастью, в следующем секторе ему повезло обнаружить Комнату наблюдения. Припадая на раненую ногу, юноша перешагнул её порог.
— Оставайся там и зализывай раны, больше никаких штурмов, — ровным голосом скомандовал Лу Чжицюн. — Если сдохнешь, вся затея пойдёт прахом.
Спустя час на связь вышла Лань Шань:
— Всё, я спеклась.
Она сумела уйти на четыре комнаты дальше него, но в итоге тоже зашла в тупик.
В строю остались только Юлань и Лу Чжицюн. Однако бездействие остальных привело к патовой ситуации: вдвоём они не могли собрать нужное количество предсказаний смерти, а значит, путь к выходу оставался скрыт. План, который Бай Цзяньсяо так тщательно выстраивал, затрещал по швам.
Лу Чжицюн бесцеремонно уселся прямо на пол.
— Так, господа присяжные заседатели, минутку внимания. Те, кто ещё дышит, подайте голос. Что делать-то будем?
— Может... может, мы соберёмся с силами и прорвёмся вперёд? — дрожащим голосом предложила Мэн Сян. — Поищем новые предсказания смерти... Вдруг Лу Чжицюн пройдёт следующую комнату и найдёт выход?
— С меня хватит! — взвизгнула Ли Ии. — Да лучше сразу пулю в лоб, чем опять туда соваться!
— Если твоя смерть и способна принести хоть какую-то пользу, то лучшего момента не сыскать, — полушутя отозвалась Лань Шань.
— Ты хочешь меня прикончить?! Ах ты тварь, ты задумала меня убить! — зашлась в истерике Ли Ии. — Лу Чжицюн, она хочет моей смерти! Давайте сначала проголосуем против неё и прикончим!
— Вы решили меня головой об стену убить своим визгом? — Лу Чжицюн зажал уши руками. — Я же ясно сказал: мёртвые пользы не приносят. Никому из вас больше не нужно идти вперёд.
— А сгнить заживо здесь — это, по-твоему, предел мечтаний? — парировала Лань Шань.
— Мы обязательно что-нибудь придумаем, — вмешался Бай Цзяньсяо. — Прекратите панику. Давайте спокойно всё взвесим.
Их голоса вонзались в его голову острыми иглами. Силы — как физические, так и ментальные — были на исходе. Он отчаянно пытался зацепиться за какую-то мысль, но разум плыл, рассыпаясь предрассветным туманом.
— Не тешь себя иллюзиями, — язвительно усмехнулась Лань Шань. — Мы сами всё усложнили. Если бы с самого начала резали друг друга ради подсказок, кто-то давно бы уже праздновал победу. И какой чёрт дёрнул меня ввязаться в эти ваши детские игры в благородство...
— С чего ты взяла, что именно ты бы выжила?! — злобно выплюнула Ли Ии. — Да тебя бы Лу Чжицюн первой и пустил в расход!
— Неужели я кажусь тебе таким чудовищем?.. — пробормотал Лу Чжицюн, но его голос мгновенно утонул в женской перепалке.
— Перед тем как сдохнуть, я лично вырву твой поганый язык! — огрызнулась Лань Шань.
— Сука, я убью тебя, слышишь? Тебе не жить... — изрыгала проклятия Ли Ии, сорвав голос на сиплый шёпот.
— Заткнитесь! — рявкнул Бай Цзяньсяо.
Его окрик перекрыл весь этот балаган, заставив спорщиц осечься. На мгновение воцарилась гробовая тишина.
— И это всё, на что вы способны? Обвинять друг друга, когда земля уходит из-под ног?
— Цзяньсяо прав, мы приложили слишком много усилий, чтобы сохранить команду, — мягко, но твёрдо произнесла Юлань. — Яньянь только того и ждёт, чтобы мы вцепились друг другу в глотки.
— А у нас есть выбор? — холодно бросила Лань Шань.
— Лань Шань! — в голосе Бай Цзяньсяо отчётливо прозвучала неприкрытая злость.
— Да ладно тебе, не кипятись, — неожиданно усмехнулась Лань Шань. — Скоро вы мне ещё спасибо скажете.
— Тьфу на тебя, больно надо, — фыркнула Ли Ии.
Игнорируя её выпад, Лань Шань ровным тоном произнесла:
— Прикончите меня. Я стану вашим проводником.
— Что?.. — Ли Ии уставилась на неё, решив, что соперница окончательно тронулась умом.
— Какой смысл бессмысленно сидеть и ждать, пока мы все здесь сдохнем? — рассудительно спросила Лань Шань. — Разве пожертвовать одной жизнью ради спасения остальных — не самое логичное решение?
— Изображаешь из себя великомученицу?! — не унималась Ли Ии.
— Я далека от святости, — Лань Шань равнодушно пожала плечами. — Обычный прагматизм. Смерть в игре лишит меня очков и пошатнёт рассудок, но я готова пойти на эти издержки в обмен на одну услугу.
«Вот оно. Настоящие карты открыты».
Бай Цзяньсяо ещё во время её перепалки с Ли Ии почуял фальшь. Лань Шань разыгрывала спектакль. Она не принадлежала к числу истеричных новичков, поддающихся панике; пустой трёп и выяснение отношений были не в её стиле. Зачем же она устроила эту сцену? Какова её истинная цель?
— Чего ты хочешь? — прямо спросил юноша.
— Должок, — Лань Шань принялась небрежно накручивать на палец прядь своих тёмно-красных волос. — Личное обещание от Лу Чжицюна.
— Ха, — коротко усмехнулся Лу Чжицюн. — Идёт. Я твой должник. Можешь обратиться ко мне в любое время, и я выполню одну твою просьбу. В разумных пределах, разумеется.
— По рукам, — легко согласилась Лань Шань.
Она одним резким движением переломила валявшуюся рядом стальную трубу и приставила острый, зазубренный край к своей груди.
— Только давайте без лишней тягомотины. Я хоть и умирала не раз, но боль до сих пор переношу скверно.
Всё, что требовалось — чтобы кто-то из Комнаты наблюдения активировал механизм и вонзил стальной шип в её плоть. Цена свободы — человеческая жизнь. Ветераны рассуждали об этом буднично, как о покупке билета, но Бай Цзяньсяо ощутил, как к горлу подкатывает глухая тошнота. Чтобы выбраться к свету, им приходится карабкаться по горам трупов. И если крови Лань Шань окажется недостаточно... кто станет следующим на этом алтаре?
— Давайте я нажму на рычаг, — неожиданно предложила Юлань. — Мне кажется, я подобралась к выходу вплотную.
Произнесённые будничным тоном слова заставили Бай Цзяньсяо внутренне содрогнуться. Все молчаливо предполагали, что завершающий удар нанесёт Лу Чжицюн — ведь именно он оставался их главным локомотивом. С чего вдруг Юлань решила проявить инициативу?
Юноша перевёл взгляд на смотровое окно Юлань. Даже во время разговора женщина продолжала методично зачищать пространство вокруг себя. Её пальцы опутывали тончайшие, похожие на паутину нити, переливавшиеся на солнце бриллиантовым блеском. Словно рыбак, закидывающий невод, она лёгким взмахом отправляла смертоносные струны навстречу полчищам чудовищ. Одно движение ладоней — и мягкий шёлк мгновенно натягивался, превращаясь в струны из чистейшей стали. Монстры в костяных панцирях за секунду разлетались на аккуратные кровавые ломти...
«Пора собирать улов».
В этой игре гроссмейстером был не только Лу Чжицюн. И если под маской Юлань скрывалась та самая «Мама», дело принимало по-настоящему скверный оборот.
— С чего ты взяла, что выход рядом? — спросил Бай Цзяньсяо, стараясь звучать как можно непринуждённее.
— Голос Яньянь звучит всё отчётливее, — Юлань медленно подняла веки, и в её взгляде блеснула холодная сталь. — Ты ведь тоже это чувствуешь?
Она не назвала имени, но каждый в канале связи понял, к кому обращены эти слова. Общий чат превратился в невидимую арену, где два ментальных хищника сошлись в молчаливом противостоянии.
— Что ж, прекрасные новости, — отозвался Лу Чжицюн. — Но я тоже подошёл к Яньянь на расстояние вытянутой руки. Так что, пожалуй, нажать на спуск стоит именно мне.
— Давайте решим это голосованием, — мягко предложила Юлань. — Пусть команда выберет, кому довериться.
«Никаких голосований!» — ладони Цзяньсяо мгновенно взмокли от холодного пота. Остальные члены команды понятия не имели о зловещей сущности «Мамы». Если дело дойдёт до плебисцита, шансы Лу Чжицюна рухнут.
— Зачем усложнять? — усмехнулся Лу Чжицюн. — Предлагаю честное состязание. Кто первым доберётся до своей Комнаты наблюдения, тот и заберёт награду. Как вам такой расклад?
— Эй, полегче на поворотах, — недовольно фыркнула Лань Шань. — Звучит так, будто вы делите шкуру ещё живого медведя.
— Согласна, — на лице Юлань наконец проступило подобие улыбки. Её тонкие губы сжались в ниточку, а в уголках глаз прорезалась сеть мелких морщин. — В конце концов, неважно, кто из нас финиширует первым. Главное — вытащить отсюда остальных.
«Нет, всё гораздо сложнее...»
Комнаты наблюдения подчинялись строгой системной логике: обычно они появлялись с интервалом в три-четыре сектора, и никогда — два раза подряд. Однако существовала лазейка: если игрок упорно игнорировал открывшийся проход, этот спасительный узел продолжал генерироваться в каждой последующей локации, пока наконец не использовался.
Лу Чжицюн долгое время сознательно избегал входа в Комнату наблюдения, сберегая эту возможность. Но буквально шаг назад, чтобы вытащить Цзяньсяо из пекла «Апокалипсиса в джунглях», ему пришлось потратить этот резерв. Теперь, чтобы вновь получить доступ к пульту управления, ему требовалось преодолеть ещё как минимум три-четыре безумных комнаты!
А что насчёт Юлань? Бай Цзяньсяо не мог просчитать её ходы. Эта женщина всегда держалась в тени, безмолвно и методично преодолевая этап за этапом. Он даже не помнил, когда она в последний раз пользовалась Комнатой наблюдения. Что, если она берегла её именно для этого раунда? Она искусно маскировала свои козыри, затягивая паутину ради одного-единственного, решающего броска...
Шанс на спасение всё ещё оставался, но думать о нём Цзяньсяо откровенно боялся. Ему оставалось лишь лихорадочно переключаться между экранами Лу Чжицюна и Юлань, беззвучно умоляя своего напарника поторопиться.
Сам же Чжицюн, словно издеваясь, никуда не спешил: засунув руки в карманы, он лениво оглядывал углы в поисках улик. Цзяньсяо едва сдерживался, чтобы не израсходовать лимит системных действий и не дать этому несносному наглецу хорошего пинка под зад.
— Ох, прошу прощения, кажется, удача сегодня на моей стороне, — как только монстры в секторе испустили дух, перед Юлань со скрежетом распахнулись тяжёлые двери. — Что ж, Лань Шань... ничего личного.
— Постарайся без лишней грязи, — Лань Шань зажала между зубами мятную жвачку.
— Бай Цзяньсяо, — внезапно позвал Лу Чжицюн.
Бай Цзяньсяо отшатнулся на шаг назад, безмолвно качая головой.
— Ты не сможешь вечно прятаться за моей спиной, — его голос, транслируемый динамиками, звучал ровно и настойчиво. — Пора взрослеть, малыш.
Юлань не понимала сути их странного диалога, но звериное чутьё уже подсказывало: происходит неладное. Сорвавшись с места, она ворвалась в Комнату наблюдения и принялась лихорадочно перебирать смотровые окна. Первый же окуляр зафиксировал Лу Чжицюна. Мужчина стоял, задрав голову к потолку, и его холодные серо-голубые глаза, казалось, буравили саму ткань виртуального пространства, глядя прямо на неё.
— Сделай шаг вперёд и посмотри этому жестокому миру в лицо, — продолжал он вещать через спикер, адресуя свои пугающе непонятные слова Цзяньсяо.
Юлань вперила взгляд в приборную панель. Первый глазок, второй... Вот он! Шестой смотровой экран!
Лань Шань лениво выдула розовый пузырь из жвачки. Острое стальное жало уже упиралось в её футболку на уровне сердца.
— Ну что вы там возитесь?
— Помните, у вас всего одна попытка на комнату... Вы уверены?.. — раздался в динамиках вкрадчивый голосок Яньянь.
— Да! — резко выдохнула Юлань.
Её сердце колотилось в непривычно бешеном ритме. Увидев через линзу, как стальной стержень пробивает грудь Лань Шань, окрашиваясь багровым, она невольно расплылась в торжествующей улыбке.
Острый металл прошил Лань Шань насквозь, мгновенно прервав её жизнь. Однако на пульте Юлань ничего не изменилось — система не зарегистрировала убийство с её стороны.
Юлань покачнулась от неожиданности. Она бросилась к соседнему, седьмому окуляру, и её взгляд наткнулся на Бай Цзяньсяо. Он стоял точно в такой же белоснежной, тесной кабине.
«Вот оно что... Вот почему Лу Чжицюн был так дьявольски спокоен. Вот к чему были все эти речи...»
В ту же секунду над ухом Бай Цзяньсяо раздался механический сигнал системы:
[Поздравляем! Вам начислено 100 игровых очков]
Это сделал он. Собственными руками оборвал человеческую жизнь.
У Лу Чжицюна не было ни единого шанса проиграть в этой гонке, ведь его козырь — Бай Цзяньсяо — уже находился на финише. Юноша попросту не решался опустить рычаг, панически боясь запятнать руки чужой кровью. Но жесткие слова Чжицюна вытолкнули его из зоны комфорта, заставив принять этот удар.
— Передать подсказку Лу Чжицюну, — поспешно выговорил Бай Цзяньсяо, не позволяя Яньянь вставить очередную шпильку.
— Принято, — недовольно отозвалась девчонка.
Труп бесшумно пополз по потолку комнаты Лу Чжицюна, и прямо перед ним на пол закапали тяжёлые рубиновые капли крови Лань Шань.
— Что ж, дорогая Юлань, кажется, мой Байбай оказался проворнее, — в голосе Лу Чжицюна зазвучали победные нотки.
Юлань медленно опустила руки. Её тонкие губы разомкнулись, а лицо утратило всякое выражение.
— Я опоздала.
Один неверный ход — и вся партия проиграна.
http://bllate.org/book/20726/4588232
Готово:
