Спина с маху врезалась в стену, плечо прошила острая боль. Но сильнее всего пострадал затылок — Син Лан приложил его так, будто действительно хотел вколотить в бетон.
Вэй Хэн зажмурился, справляясь с тошнотворным звоном в ушах. Когда перед глазами перестал плыть серый туман, он посмотрел на капитана. Голос, выдавленный сквозь стиснутое горло, прозвучал на удивление спокойно:
— Я убил её? Давайте проясним кое-что, капитан Син. Когда Сюй Сусу разбила стекло, а Лю Шупин полетела вниз, меня в комнате не было. Я находился в уборной.
— Неважно, где вы были, учитель Вэй, — Син Лан даже не подумал разжать пальцы. — Я не сомневаюсь, что вы способны промыть мозги кому угодно.
— Хотите сказать, я внушил Сюй Сусу мысль утянуть за собой мать?
Капитан промолчал, и это молчание было красноречивее любых слов.
Вэй Хэну редко приходилось драться, а уж за горло его держали впервые. Он не умел правильно дышать в такой ситуации, поэтому быстро начал задыхаться, а лицо залила краска. И всё же он не собирался сдаваться. Прямо взглянув на Син Лана, он вызывающе улыбнулся одними уголками губ:
— Тогда просветите меня... какой мне в этом смысл?
Шея у Вэй Хэна была тонкой, изящной. Стоило ему заговорить, как Син Лан ладонью ощутил, как под кожей дрогнул кадык. Кожа у него была гладкой и упругой — на ощупь точь-в-точь холодный дорогой фарфор.
Син Лан когда-то мимоходом хвалил изгиб этой шеи, а теперь чувствовал, как под его пальцами бьётся загнанный пульс. В голове вдруг вспыхнула жуткая, дикая мысль: этот человек полностью в его власти. Стоит сжать пальцы чуть крепче — и хрупкие позвонки переломятся, как сухая ветка...
Вэй Хэн изо всех сил сдерживал рвущуюся наружу мольбу, но справиться с удушливым кашлем был не в силах.
Этот сухой кашель вернул Син Лана к реальности. Взгляд его прояснился, хватка сама собой ослабла, а ярость почти утихла, сменившись глухим раздражением. Тем не менее он не отпустил Вэй Хэна, продолжая удерживать его у стены, и произнёс ледяным тоном:
— Может, вы просто сумасшедший. И мотивы ваши понятны только вам одному.
Вэй Хэн судорожно хватал ртом воздух. Когда дыхание немного выровнялось, он смерил капитана презрительным взглядом:
— Не делайте вид, будто понимаете меня. Верьте во что хотите, но я не подталкивал её к самоубийству. Я лишь помог ей открыть глаза и вырваться из-под влияния Сюй Хуншаня. Я хотел, чтобы она выступила в суде, рассказала об издевательствах и обвинила отца в подстрекательстве к убийству.
Син Лан разжал пальцы ещё сильнее, теперь лишь лениво поглаживая его шею большим пальцем у самого кадыка:
— И только?
Вэй Хэн воспользовался моментом и оттолкнул его. Растирая саднящую кожу, он зло процедил:
— Да, только это.
Он замолчал, его взгляд потеплел, наполнившись глубокой, горькой жалостью.
— Вы видели ступни Сюй Сусу? Вот вам и доказательство.
Разумеется, Син Лан видел. Это зрелище потрясло всех, кто находился на балконе. До сих пор при воспоминании о тех изуродованных, искалеченных ступнях у него внутри всё переворачивалось, будто в глаза вонзили раскалённую иглу.
А следом в памяти всплыло, как Вэй Хэн бережно укрыл их своим пальто.
Син Лан перевёл взгляд на промокшую до нитки чёрную рубашку Вэй Хэна. Влажная ткань облепила тело, очерчивая худощавую, но на удивление крепкую фигуру. Скользнув взглядом по резко очерченным ключицам, видневшимся в расстёгнутом вороте, Син Лан молча отошёл к столу. Он оторвал несколько бумажных салфеток, сложил их, смочил остывшим чаем из чашки и вернулся к Вэй Хэну. Поколебавшись секунду, он осторожно приложил влажную бумагу к его шее.
Потасовка ясно показала Вэй Хэну: против бешеной силы капитана он бессилен. Если этот дикарь решит его придушить, сопротивление бесполезно. А раз так, то и тратить силы нечего. Он так и остался стоять, привалившись к стене. От прикосновения холодной салфетки он вздрогнул, но взгляда не отвёл:
— Что ещё ты задумал?
Ладонь правой руки Син Лана была рассечена, и когда он сдавил горло Вэй Хэна, то невольно испачкал его кожу собственной кровью. Уперевшись левой рукой в стену над его плечом, капитан неторопливо, бережно стирал красные разводы. Услышав настороженный вопрос, он хмыкнул без тени весёлости:
— Расслабься. Убивать я тебя не собираюсь.
Вэй Хэн сердито отвернулся и упрямо продолжил:
— Но она отказалась.
— Отказалась?
Вэй Хэн опустил ресницы, лицо его помрачнело:
— Она не хотела, чтобы её уродство видел кто-то ещё. Не желала выставлять эти ступни напоказ — даже ради смягчения приговора. Она призналась, что люто ненавидит мать. Лю Шупин никогда не объясняла ей, что хорошо, а что плохо. Она вырастила послушную куклу, изуродовала её, чтобы угодить Сюй Хуншаню, и использовала, чтобы умилостивить его. Сюй Сусу ненавидела мать даже сильнее, чем отца.
Син Лан закончил вытирать кровь. Он сделал шаг назад и швырнул испачканную салфетку в урну:
— И поэтому она решила убить Лю Шупин и покончить с собой?
Вэй Хэн удивлённо взглянул на него. Тот факт, что капитан не стал использовать банальное «утащить в могилу», говорил о его неожиданной проницательности.
Застегнув верхнюю пуговицу рубашки, Вэй Хэн тихо произнёс:
— На самом деле, я всё понял заранее.
Син Лан впился в него взглядом:
— Понял, что она пойдёт на это?
Вэй Хэн едва заметно кивнул.
— Тогда почему не остановил? — нахмурился Син Лан.
Вэй Хэн помолчал, подбирая слова:
— У меня не было такого права. С твоей точки зрения, долг обязывает тебя довести её до скамьи подсудимых. Но я не полицейский. Я не могу мешать женщине, которая ставит на кон последнюю каплю собственного достоинства, чтобы противостоять системе. Мой долг отличается от твоего.
Син Лан долго и мрачно разглядывал его, а затем глухо усмехнулся:
— Продолжай, я слушаю.
— Мы говорили с ней, — негромко отозвался Вэй Хэн. — Тебе не понять, чем для неё были эти перебинтованные ступни, но я знаю. Это её клеймо, её пожизненный позор. Если бы она утаила его в суде, её приговорили бы к смерти по закону. Если бы показала — она приговорила бы себя сама. Конец в обоих случаях один. Зачем же мешать?
Глядя, как уверенно и складно говорит этот человек, Син Лан подумал, что любой другой на его месте — кто-то помягче и не столь упрямый — уже сдался бы под натиском этих доводов. Но капитана было не пронять. Он твёрдо стоял на своём:
— Потому что на её совести чужие жизни. Как только на её запястьях защёлкнулись наручники, она лишилась права распоряжаться собой. Я не собираюсь спорить, что важнее — закон или личная гордость, тут тебя не переговорить. Но в одном ты прав.
Син Лан придвинулся вплотную, заглядывая Вэй Хэну прямо в глаза. В его голосе зазвучала явная угроза:
— Мой долг — служить закону и отправлять преступников под суд, а не оказывать им психологическую помощь и беречь их нежные чувства. Можешь плевать на мои принципы, но вставать у меня на пути я не позволю. Оглянись вокруг, учитель Вэй. Это управление полиции, а не университетская аудитория. На лекциях читай какие угодно проповеди, но здесь забудь про своё «гуманное отношение». Закону на него плевать.
Он запечатал разговор жёстким, не терпящим возражений тоном:
— Если хочешь и дальше работать в Административном отряде района Сиган, будешь подчиняться моим приказам.
— А если откажусь? — негромко спросил Вэй Хэн.
Син Лан ухмыльнулся:
— Значит, органам правопорядка ты не подходишь. А у меня есть все полномочия, чтобы вышвырнуть тебя отсюда.
Вэй Хэн помолчал, внимательно вглядываясь в его лицо:
— Ты действительно хочешь избавиться от меня?
И тут Син Лан, ещё секунду назад бывший абсолютно уверенным в своей правоте, внезапно замялся. Неловкую паузу прервал стук в дверь. В кабинет вошёл оперативник, допрашивавший Сюй Сусу. В руках он держал лист бумаги:
— Капитан Син, взгляните. Нашли у неё в вещах.
Син Лан взял листок. Почерк Сюй Сусу он узнал сразу — это предсмертная записка.
В своём последнем письме девушка подробно изложила, что не подвергалась давлению со стороны следствия, и призналась, что совершить убийство её вынудили родители. Она написала, что ей слишком стыдно смотреть в глаза любимому человеку, поэтому она решила свести счёты с жизнью, не покидая стен участка. В конце она приносила искренние извинения семьям троих погибших.
На последней строчке, прямо поверх размазанного «простите», виднелись следы от слёз. В самом низу стояла размашистая подпись.
Небольшой листок бумаги вместил в себя трагедию целой жизни.
Син Лан долго всматривался в неровные строчки, после чего тихо спросил Вэй Хэна:
— Ты знал?
Тот промолчал, отвернувшись к окну.
— Капитан, получается, нашей вины тут нет? — с облегчением выдохнул оперативник. — А я уже испугался, что внутренние расследования нам всю душу вынут...
Син Лан швырнул ему бумагу и мотнул головой в сторону двери:
— Свободен.
Едва за подчинённым закрылась дверь, в кабинет бесцеремонно ввалился заведующий Цинь. Даже не взглянув на помрачневшего Син Лана, он на ходу расстегнул мокрый дождевик, извлёк из внутреннего кармана папку и протянул капитану:
— Результаты ДНК из криминалистического центра, как ты и просил.
Заметив Вэй Хэна, Цинь Фан дружелюбно улыбнулся:
— О, учитель Вэй, и вы здесь! Батюшки, а что у вас с шеей? Припухла как-то...
Вэй Хэн лишь слегка коснулся пострадавшего места и молча кивнул.
Син Лан, привалившись к краю стола, мазнул по Вэй Хэну быстрым взглядом и углубился в чтение документов.
Личность Лю Шупин и её родство с Сюй Сусу для них давно не были секретом. Однако Сюй Хуншань в своё время наотрез отказался оформлять брак с бывшей проституткой, поэтому следствию требовалось официальное медицинское подтверждение материнства. И вот бумага на столе, только толку от неё теперь никакого — обе женщины мертвы. Чёртова бумажка.
Син Лан скользнул взглядом по строчке «Вероятность совпадения 96%», небрежно бросил лист на стол и устало вздохнул:
— Свободен, Цинь Фан.
Вэй Хэн поспешил сделать вид, будто приказ относится и к нему, и попытался незаметно выскользнуть следом за судмедэкспертом, но капитан тут же его окликнул:
— Учитель Вэй, останьтесь.
Цинь Фан, уже взявшийся за ручку двери, обернулся:
— Да, чуть не забыл. Ты просил проверить характер перелома указательного пальца на правой руке Цзян Чжитао. Ничего особенного я там не нашёл, кроме микроскопических следов пороха.
— Порох? — в один голос переспросили Син Лан и Вэй Хэн.
— Ну да, — подтвердил Цинь Фан, переводя взгляд с одного на другого. — Микрочастицы пороховых газов на коже. Если сопоставить это со специфическим следом на ладони и тем, как именно был вывернут палец — а его выломали снизу вверх почти под прямым углом, — картина вырисовывается весьма характерная. Похоже на...
Он осёкся, сообразив, что лезет не в своё дело и начинает строить баллистические теории.
— Похоже на то, что у него вырывали оружие и в процессе сломали палец? — закончил за него Вэй Хэн. Он нахмурился и повернулся к Син Лану: — Вы ведь не находили пистолет при обыске?
Вопрос был излишним. Найди оперативники ствол, Син Лан уже давно поднял бы на уши весь отдел. Капитан мрачно зыркнул на него, без лишних слов прошёл мимо и на ходу набрал номер криминалистов, приказывая срочно выезжать обратно на место преступления.
Вэй Хэн поспешил за ним. Син Лан скосил глаза на зонт, который тот держал в руке:
— Собрался со мной?
Вэй Хэн кивнул.
Капитан окинул взглядом его мокрую рубашку. Перепачканное кровью пальто Вэй Хэна сиротливо лежало на полу в кабинете, и надевать его снова тот явно не собирался. Син Лан коротко выругался, стянул с себя сухую кожаную куртку и бросил её Вэй Хэну прямо в руки, а сам перехватил у проходившего мимо дежурного дождевик:
— Химчистка отменяется. Носи так.
Вэй Хэн недоверчиво посмотрел на куртку, затем на капитана. Принимать его заботу не хотелось, но глупое упрямство могло окончательно испортить их и без того натянутые отношения. Если он откажется, Син Лан решит, что над ним издеваются, и точно выставит его из отдела. Разумнее всего было просто подчиниться. Не говоря ни слова, Вэй Хэн просунул руки в рукава.
Сяо Сюй тенью следовал за наставником. Стоило им выйти на крыльцо под проливной дождь, он тут же раскрыл над головой Вэй Хэна зонт и уверенно зашагал к внедорожнику Син Лана.
Вэй Хэн придержал его за плечо:
— Поедем с офицером Лу.
Сяо Сюй подозрительно прищурился:
— Наставник, вы что, опять поцапались с капитаном? Мы же видели, как он вас за шкирку к себе утащил...
В этот момент перед ними притормозил Лу Минъюй.
— Помолчи и садись в машину, — оборвал его Вэй Хэн.
Впрочем, бегать от капитана долго не пришлось — уже через десять минут они пересели обратно к нему в джип. Полноценного разговора о пистолете с Чжу Лин ещё не было, а характерные повреждения на руке убитого требовали немедленных ответов. Лу Минъюю пришлось срочно развернуться и ехать в следственный изолятор на повторный допрос.
Син Лан покосился на угрюмого попутчика, который с каменным лицом пристёгивал ремень безопасности на переднем сиденье. На губах капитана промелькнула едва заметная усмешка: мол, и стоило так ломать комедию?
Вэй Хэн уставился в залитое потоками воды боковое стекло, мысленно проклиная себя за глупую и бессмысленную суету.
Машины лавировали в пелене дождя и вскоре затормозили у нужного подъезда. Следователи быстро пересекли двор и скрылись внутри здания.
Криминалисты тщательно прочесывали гостиную и спальню. Син Лан лично переворачивал вещи в поисках оружия. Народу в квартире набилось слишком много, и Вэй Хэн, чтобы не путаться под ногами, молча отошёл в угол, наблюдая за суматохой со стороны.
Время шло, но поиски не приносили результатов. Если у Цзян Чжитао действительно был пистолет, которым он пытался защититься, а Чжу Лин сумела отобрать его в ходе драки, оружие обязано было находиться здесь. Однако повторный обыск, как и первый, ничего не дал.
Вэй Хэн привалился к стене.
«Она во всём призналась, вплоть до мельчайших деталей. Зачем ей утаивать пистолет? Только если она успела сбыть его с рук...»
Вэй Хэн задумчиво уставился в пустоту.
«Но сама избавиться от оружия она бы не рискнула. Значит, Чжу Лин отдала его кому-то. Но кому?»
Сяо Сюй, давно привыкший следить за каждым движением наставника, сразу заметил перемену в его лице:
— Нащупали что-то, шеф?
Вэй Хэн не успел ответить — его взгляд упал на мокрый зонт в руках помощника. На куполе чётко выделялся логотип: «Металлургическая группа „Восходящее солнце“».
«Восходящее солнце»...
— Сяо Сюй, где ты взял этот зонт? — резко спросил Вэй Хэн.
— Этот? Да внизу, в холле управления лежал у входа. Чей-то забытый, ну я и прихватил, чтобы сухим остаться.
Вэй Хэн нахмурился. Память тут же подкинула образ несчастной женщины — жены одного из тех бунтовщиков с завода, которую муж избивал прямо в коридоре участка. Но это было не всё. Он точно видел такой же зонт где-то ещё, причём совсем недавно.
И тут его осенило.
В тот день, когда он ехал на автобусе представляться в отдел Сиган, перед ним сидела женщина. В руках у неё был именно такой зонт с символикой металлургического комбината. И сошла она на остановке прямо у ворот этого жилого комплекса!
— Капитан Син! — громко позвал Вэй Хэн.
Син Лан тут же показался в проёме спальни и быстро подошёл к нему:
— Что у тебя?
— Кажется, я знаю, где пистолет.
Глаза капитана азартно блеснули:
— Говори.
— Помнишь зачинщиков забастовки, которых вы доставляли в отдел? Один из них ещё избивал жену в коридоре, пока ты не впечатал его в стену.
— Мяо Лун? — мгновенно сориентировался Син Лан.
Вэй Хэн уверенно кивнул:
— Именно. Чжу Лин передала оружие его жене.
Едва он договорил, как за окном с оглушительным грохотом раскололось небо — словно невидимый палач отдал приказ и тысячи небесных орудий разом дали залп по грешной земле.
Бах!
http://bllate.org/book/20695/4647420
Готово:
