Глава 8
Му Хунъюань отдернул руку, словно от удара током, и неловко улыбнулся Се Цзинсину.
Лишь когда Чжай Аньмо отошел на приличное расстояние, до Му Хунъюаня наконец дошло: а с какой стати он вообще так робеет перед режиссером Се? Впрочем, догонять было уже поздно. Впереди его ждали съемки, хотя на самом деле безумно хотелось подольше побыть наедине с этим очаровательным зайчонком и прощупать почву.
Когда надоедливый соперник наконец скрылся с глаз, Се Цзинсин подошел к Чжай Аньмо.
— Поздравляю с досрочным окончанием съемочного дня, — негромко произнес он. — Я наблюдал за твоей игрой. Отличная работа.
В киноиндустрии мало кто удостаивался столь высокой оценки от самого Се Цзинсина. Чжай Аньмо изобразил на лице искреннее изумление.
— Спасибо огромное, мне безумно приятно, — тепло отозвался юноша. А затем, затронув самую щекотливую тему, невинно поинтересовался: — Кстати, а где та визитка, которую я просил вас подержать?
Едва разгладившиеся морщинки на лбу режиссера, согретого беседой с предметом своего обожания, вновь сошлись у переносицы.
Чжай Аньмо едва сдержал рвущийся смех. Сжалившись над мужчиной, он поспешил сгладить неловкость:
— Впрочем, вы наверняка были очень заняты. Ничего страшного, если она потерялась. Я сам поищу. Не помните, куда вы заходили после этого?
— Хорошо, — выдавил Се Цзинсин.
Ему оставалось лишь гадать, как искать то, что он уже давно изорвал в клочья и превратил в труху.
Оба прекрасно понимали, что поиски обречены на провал, но ради приличия старательно побродили вокруг еще какое-то время. Наконец Чжай Аньмо сдался:
— Похоже, действительно пропала. Что ж, и бог с ней. Мне так неудобно, что я заставил вас тратить драгоценное время... Может, в качестве извинения я приглашу вас на ужин?
Се Цзинсин, секунду назад мысленно проклинавший Му Хунцзэ за то, что тот расстроил юношу, от этих слов мгновенно просиял.
Однако не успел он озвучить свое согласие, как Чжай Аньмо поспешно добавил:
— Ах, совсем забыл... На площадке ведь сейчас самый разгар работы. Вы, должно быть, очень заняты? Тогда давайте как-нибудь в другой раз.
Понимая, что желанная встреча ускользает из рук, режиссер поспешил возразить:
— Вовсе нет. Я совершенно свободен прямо сейчас.
Чжай Аньмо многозначительно покосился на помощника режиссера Ван Чэна, который издалека сверлил их тоскливым взглядом:
— Правда? А мне показалось, помощник режиссера Ван как раз искал вас.
Се Цзинсин набросил на плечи пиджак и бросил на подчиненного короткий, леденящий душу взгляд.
— У него нет ничего срочного. Подожди меня у главного входа, я сейчас подгоню машину.
Глядя на то, с каким воодушевлением удаляется его обычно невозмутимый босс, помощник Е, который все это время добросовестно делал вид, что ищет визитку, молча вернул на место отвисшую челюсть и вновь нацепил маску идеального, лишенного эмоций профессионала.
В то же время в сознании юноши вовсю сокрушался системный помощник 022:
"Искренность канула в лету, миром правят хитрые уловки, — глубокомысленно вздохнул Сяо Эр. — Хозяин, вы, кажется, у цели"
"Кстати, уровень симпатии второго мужского персонажа поднялся до семидесяти пяти пунктов, — тут же вспомнил о насущном 022. — Все, что выше семидесяти, приравнивается к влюбленности. Но, судя по сегодняшней реакции Му Хунъюаня, сам он этого еще даже не осознал"
"Ясно, — отозвался Чжай Аньмо без особого энтузиазма. — Что там у главного героя?"
"У него пока только двадцать"
В этот момент перед Чжай Аньмо бесшумно затормозил роскошный автомобиль Се Цзинсина. Пассажирская дверь плавно распахнулась.
Опустившись на сиденье и защелкнув ремень безопасности, юноша подарил водителю теплую, признательную улыбку. Он отчетливо заметил, как мочки ушей мужчины мгновенно залила густая краска.
"Надо же, какой забавный и робкий старик попался, — мысленно усмехнулся Чжай Аньмо. — И на удивление невинный"
Впрочем, Се Цзинсин изо всех сил делал вид, что сосредоточен на дороге, и не заметил этой лукавой искры. Выруливая со стоянки, он спросил:
— Что бы ты хотел попробовать?
С момента своего появления в этом мире Чжай Аньмо практически не обедал в ресторанах. Немного подумав, он мягко ответил:
— Положитесь на свой вкус, директор Се. Я во всем доверяю вам.
— Я знаю одно отличное тихое местечко, — предложил Се Цзинсин. — Там подают превосходные целебные отвары и диетические блюда. У тебя слабый желудок, поэтому лучше воздержаться от тяжелой пищи.
Чжай Аньмо удивленно повернулся к собеседнику. В его глазах отразилось неподдельное изумление.
Се Цзинсин продолжал следить за дорогой, словно обладал шестым чувством:
— Во время прослушивания для картины «Выше облаков» ты выглядел бледным. Я заметил, как ты незаметно прижимал ладонь к животу, и понял, что тебя мучают боли.
— Вот оно что... — Чжай Аньмо застенчиво улыбнулся. — У вас поразительная наблюдательность, директор Се.
"Этого просто не может быть, хозяин! — заволновался 022. — Даже я не зафиксировал тогда никаких признаков недомогания. Как этот смертный умудрился что-то разглядеть? Если только в гримерной не было скрытых камер... Но я лично все проверил! В этом отсталом мире нет технологий, способных обойти мои сканеры!"
В отличие от запаниковавшей системы, Чжай Аньмо сохранял абсолютное хладнокровие.
"В той комнате было огромное панорамное окно"
После этой подсказки 022 спешно поднял архивы записей и виновато забормотал:
"Простите, хозяин... Действительно, ровно через десять минут после того, как вы вошли в комнату, за стеклом пролетел миниатюрный дрон"
Владелец беспилотника оставался неизвестным, но Се Цзинсин, судя по всему, перехватил запись. Дрон заснял тот самый короткий промежуток времени, когда Чжай Аньмо согнулся от резкого спазма и безуспешно пытался унять боль. К счастью, все произошло слишком быстро, и никто другой не успел заметить, как безупречная маска персонажа дала трещину.
Впрочем, Чжай Аньмо мало заботило возможное несоответствие роли. Даже в самом начале, когда правила системы требовали от него строгого следования сценарию, за выход из образа не предусматривалось жестких карательных мер. Теперь же, выбрав путь тотального реванша, он и вовсе мог не беспокоиться о мелочах. Главное — не выдать своего иномирного происхождения, а в остальном он был волен вести себя как угодно.
Тем более что он и не пытался притворяться круглые сутки. За месяцы общения Чжай Аньмо успел понять: с проницательностью Се Цзинсина тот давно разгадал, что истинный характер его протеже далек от кроткого образа, демонстрируемого публике. Наверняка режиссер раскусил его еще на первом прослушивании, поняв, что вся неловкость была лишь тонкой игрой. Иначе его не считали бы непревзойденным мастером своего дела. Но раз Се Цзинсин предпочитал молчать, Чжай Аньмо с удовольствием подыгрывал ему.
Чжай Аньмо никогда не отличался болтливостью, а Се Цзинсин в обычной жизни и вовсе слыл нелюдимым молчуном, который подавал голос лишь на съемочной площадке.
После короткого обмена репликами в салоне автомобиля воцарилось уютное безмолвие.
Юноша не чувствовал ни малейшей неловкости. Он задумчиво скользнул взглядом по рукам мужчины, лежащим на рулевом колесе. Тонкие, длинные пальцы с красивыми, четко очерченными суставами выглядели невероятно благородно — такие руки идеально подошли бы для демонстрации ювелирных изделий.
На его левом запястье мягко поблескивал хронометр. Чжай Аньмо плохо разбирался в местных брендах, но благородный блеск редкого металла и безупречная сборка говорили сами за себя: этот аксессуар стоил целое состояние, никак не меньше девятизначной суммы.
На безымянном пальце не было и следа от обручального кольца. Чжай Аньмо удовлетворенно отвел взгляд.
Почувствовав, как пристальный взор наконец переместился, Се Цзинсин, до этого сидевший натянутым как струна, незаметно перевел дыхание и крепче сжал руль. Еще пара секунд такого откровенного изучения, и он рисковал окончательно потерять самообладание.
Не успел мужчина мысленно поздравить себя с избавлением, как тишину нарушил вкрадчивый голос Чжай Аньмо:
— Директор Се, если не ошибаюсь, вам сейчас тридцать два?
— Да, — негромко отозвался Се Цзинсин.
Его охватило внезапное беспокойство. Неужели парень намекает на слишком большую разницу в возрасте? Почти четырнадцать лет... Действительно, солидный разрыв.
— И у вас никогда не было серьезных отношений? — с любопытством спросил юноша.
— Никогда, — на удивление быстро и твердо отрезал Се Цзинсин.
— И как же вы в таком случае справляетесь со своими... естественными потребностями?
—...
К величайшему облегчению мужчины, именно в этот момент они затормозили у входа в ресторан. Се Цзинсин резко выжал тормоз:
— Мы на месте.
Юноша разочарованно протянул тихое «о», а затем бросил весьма красноречивый, изучающий взгляд на область паха своего спутника.
Се Цзинсин почувствовал, как земля уходит из-под ног. Что делать, если объект твоих мечтаний открыто сомневается в твоей мужской силе?
"Знаешь, Сяо Эр, я тут подумал... Мужчина за тридцать, у которого не было ни единой связи, да еще и до нелепости консервативный... Сдается мне, у него там серьезные проблемы с функционалом. Пожалуй, пообедаем и разбежимся, — с искренним сожалением констатировал Чжай Аньмо в разговоре с системой"
022 тактично промолчал, хотя в глубине души искренне изумился ветрености своего подопечного. Можно было подумать, будто сам Чжай Аньмо обладал колоссальным опытом в подобных делах. Впрочем, озвучивать эти мысли вслух 022 не рискнул из банального инстинкта самосохранения.
Тем временем Се Цзинсин, совершенно не подозревая, что его кандидатуру только что безжалостно отбраковали, все еще пребывал в глубоком шоке от столь интимных вопросов своего избранника.
Помощник Е как-то уверял его, что если человек проявляет живой интерес к твоему прошлому, значит, он неравнодушен.
"Неужели мои чувства взаимны? — изумился про себя Се Цзинсин. — Неужели я ему тоже нравлюсь?"
Эта мысль наполнила душу мужчины восторгом. Весь последующий путь до столика и выбор блюд прошел для него как в тумане.
Лишь когда официант скрылся из виду, Се Цзинсин наконец вернулся к реальности. И тут же столкнулся с неразрешимой дилеммой: как доказать любимому человеку, что с его здоровьем все в абсолютном порядке?
Заведение, выбранное режиссером, действительно оказалось безупречным. Чжай Аньмо наслаждался обедом от всей души. Пусть Се Цзинсин и заказывал еду на автопилоте, его выбор идеально совпал с предпочтениями юноши. Особенно порадовал целебный суп: в нем не ощущалось ни капли специфического лекарственного привкуса, лишь тонкий, глубокий аромат свежих трав и нежнейшего бульона. Чжай Аньмо мысленно пообещал себе стать здесь частым гостем.
В отличие от проголодавшегося спутника, Се Цзинсин едва прикоснулся к еде, пребывая в глубоких раздумьях.
Утолив голод, Чжай Аньмо не спеша потягивал ароматный чай, способствующий пищеварению, и лениво наблюдал за мужчиной, который изо всех сил старался казаться невозмутимым.
"Сяо Эр, я что, наступил на его больную мозоль?"
Системный помощник деликатно помялся. Стоило ли сообщать хозяину, что еще в машине, под его откровенным взглядом, реакция Се Цзинсина была вполне однозначной и весьма красноречивой? 022 предпочел благоразумно промолчать.
Пока они вели этот безмолвный диалог, Се Цзинсин, похоже, принял окончательное решение. Он выпрямился, посмотрел прямо в глаза Чжай Аньмо и заговорил спокойным, размеренным тоном:
— Меня зовут Се Цзинсин. Мне тридцать два года, под судом и следствием не состоял, в браке никогда не был, вредных привычек и бывших партнеров не имею. Располагаю солидным капиталом и стабильным доходом. Я бы хотел предложить тебе серьезные отношения с прицелом на создание семьи.
Чжай Аньмо удивленно захлопал ресницами:
— А?..
Заметив растерянность юноши, Се Цзинсин не сдержал мягкой, понимающей улыбки:
— Если у тебя есть какие-то сомнения касательно моего физического состояния... мы можем устроить проверку прямо сейчас. В индивидуальном порядке.
Чжай Аньмо, не успевший проглотить очередной глоток чая, поперхнулся. Жидкость попала не в то горло, и юноша закашлялся, мгновенно залившись густой краской.
Се Цзинсин тут же пересел поближе и принялся бережно похлопывать его по спине:
— Ну же, прокашляйся. Не сдерживайся.
Спустя пару минут Чжай Аньмо наконец справился с приступом. Подняв на мужчину затуманенные слезами глаза, он прохрипел:
— Директор Се... Что вы только что сказали?
Глядя на эти влажные, беззащитные глаза, Се Цзинсин почувствовал, как лед в его груди окончательно тает. Однако отступать от намеченного плана он не собирался:
— Я сказал, что предлагаю тебе встречаться. Серьезно, с последующей женитьбой. И я бы очень хотел, чтобы мы начали жить вместе еще до официальной регистрации.
Подобная прямота лишила бы дара речи даже самое невинное создание, а уж Чжай Аньмо, разыгравший эту карту намеренно, и подавно все прекрасно понял. Он «изумленно» округлил глаза:
— Вы... вы уверены, что речь идет не о содержании? Вы ведь не предлагаете мне стать вашим содержанцем?
Се Цзинсин недовольно нахмурился, мысленно пообещав себе разобраться с теми мерзавцами, которые заставили юношу думать в подобном ключе. В его голосе зазвучала непреклонная уверенность:
— Разумеется, нет. У меня никогда и в мыслях не было ничего подобного. Если ты позволишь... я хочу связать с тобой всю свою оставшуюся жизнь.
http://bllate.org/book/20689/4496678
Готово:
