Глава 25
Когда вежливый вопрос кентавра стих, в просторной и гулкой будке охраны воцарилась мёртвая тишина.
Белый туман неторопливо сочился сквозь щели в окнах и дверных проёмах. Мимо здания то и дело копошились жуткие твари, шумно хвастаясь сегодняшней добычей. В их лепете человеческая жизнь потеряла всякую ценность — людей мерили на килограммы и взвешивали на глаз, словно скотину, предназначенную на убой.
Сюй Суйхэ, который мало что понимал во взрослых разговорах, вовсю витал в облаках. Он заворожённо разглядывал лоснящуюся, точно шёлк, каштановую шкуру кентавра. Малыш так и горел желанием потрогать эту прелесть, его пухлые пальчики непроизвольно сжимались и разжимались. Наконец он почуял неладное, закинул голову и встретился взглядом со старшим братом. Лицо Шан Яньцы было пугающе серьёзным и сосредоточенным.
Сонную одурь с крохи как ветром сдуло. Он торопливо тряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли о мягкой шёрстке, и изо всех сил попытался вспомнить, о чём вообще шла речь.
«Что там только что говорил брат?.. Нет, подождите, брат ведь молчал. Говорил этот господин кентавр с красивым боком! Э-эм... Про дом? Про то, что нужно остаться?»
Так ничего больше и не вспомнив, Сюй Суйхэ решил не забивать себе голову. Он надул и без того пухлые щёчки, напустил на себя грозный вид и деловито пискнул:
— У-я?
«Зачем нам здесь оставаться?»
Кроха толком не умел разговаривать, но уже интуитивно постиг великое искусство блефа и упреждения: главное — подать голос, а уж как взрослые это истолкуют, их забота. С самым серьёзным и глубокомысленным видом круглощёкий карапуз уставился на вежливого, ухоженного кентавра.
Шан Яньцы тут же прервал свои безмолвные вычисления. Темноволосый мальчик скользнул взглядом по младшему брату и мгновенно раскусил его наглую уловку. Сдержать улыбку было трудно. С нежной заботой он взъерошил мягкие, забавно торчащие во все стороны волосики на макушке малыша.
— Потому что только жилой комплекс Сесесс способен сдерживать натиск чёрного тумана.
Кентавр, услышав лепет Сюй Суйхэ, снисходительно улыбнулся и заговорил не торопясь.
В его благородных чертах проскользнула плохо скрываемая гордость. Он смерил мальчиков долгим взглядом, в котором сквозила снисходительная жалость пополам с праздным любопытством.
— Поверьте мне, если вы откажетесь от моего предложения, сегодняшний день станет для вас последним.
Шан Яньцы и бровью не повёл. Он остался предельно спокоен.
— Господин Сесесс, с чего вдруг такое гостеприимство? — холодно спросил он. — И что вы потребуете взамен?
Кентавр прищурился и на мгновение задумался, подбирая правильные слова.
— Вы двое забавные, — наконец произнёс он. — Один человек, а второй... — Он осёкся, решив умолчать о природе малыша, и просто закончил: — Крайне любопытный дуэт. Мне безумно хочется увидеть, чем закончится ваша история.
Уловив в голосе собеседника издевательские нотки, Сюй Суйхэ воинственно навострил ушки. На его круглой мордашке отразилась крайняя степень детского негодования:
— У-я!
«А я-то думал, ты хороший! Притворялся добряком, а сам — злюка волосатая!»
Кентавр ничуть не обиделся. Он отвесил сердитому карапузу шутливый изящный поклон.
— Маленький гость, я ведь никогда и не утверждал, будто я праведник.
Сюй Суйхэ сердито надул щёки и отвернулся, тихонько сопя от обиды.
Тем временем кентавр снова перевёл взгляд на старшего брата.
— Возвращаясь к твоему вопросу... Что вы должны отдать? — Он негромко рассмеялся, покачав головой с великодушием умудрённого опытом старца. — Ничего. Мой интерес к вашей судьбе перевешивает любые блага. Считайте это жильё авансом за зрелище, которое вы мне подарите.
Шан Яньцы пристально посмотрел в бездонные глаза монстра. Наконец он коротко кивнул:
— Я понял.
— О? — Кентавр заинтригованно повёл ухом.
— Где мы будем жить? Каковы правила? И какими ещё свойствами, помимо защиты от чёрного тумана, обладает этот комплекс? — без лишних предисловий посыпал вопросами Шан Яньцы.
Малыш Сюй Суйхэ, всё ещё дувшийся на кентавра, непонимающе захлопал глазками.
«А? Братик согласен здесь остаться?»
Кентавр удивлённо приподнял бровь, но быстро справился с эмоциями и весело взглянул на озадаченного кроху.
— Ну надо же, маленький гость. Твой брат, кажется, совсем не против поселиться в жилом комплексе Сесесс.
Сюй Суйхэ сердито зыркнул на него, проигнорировав выпад. Вместо этого он ухватился пухлыми ручонками за куртку брата, всем своим видом показывая абсолютное доверие. Он прильнул к Шан Яньцы, точно ласковый, послушный котёнок, и даже не подумал капризничать.
Видя это, кентавр разочарованно вздохнул.
— Что ж, — туманно обронил он. — Вижу, узы ваши крепче стали.
Карапуз, разумеется, не понял мудрёных слов, но и угрозы от них не почувствовал. Впрочем, этот полуконь давно лишился в его глазах всякого доверия. Все непонятные фразы Сюй Суйхэ отныне автоматически приравнивал к ругательствам, а потому демонстративно и очень громко фыркнул, задрав курносый носик.
А вот Шан Яньцы нахмурился.
Он вгляделся в лицо чудовища, под маской вежливости которого скрывалось искреннее сожаление, и внезапно осознал истинный смысл фразы о желании увидеть финал их истории. Кентавр ждал трагедии. Ждал, когда их хвалёная братская любовь разобьётся вдребезги о жестокую реальность этого мира.
Взгляд мальчика мгновенно обледенел.
— Что ж, довольно, — примиряюще произнёс кентавр. Ему явно наскучило сеять раздор среди детей, не получая желаемой драмы. Он мягко улыбнулся сердитому крохе: — Пойдёмте, я покажу вам ваше новое жильё.
С этими словами он первым переступил порог будки охраны.
— Ваш адрес — корпус Д, подъезд три, квартира триста три. Имейте в виду: наш комплекс — самый мирный и безопасный уголок во всём Царстве грёз. На территории строго запрещены любые потасовки, а также мусор.
— Что же касается скрытых возможностей этого места... — Высокий, статный кентавр обернулся и улыбнулся. Но его карие глаза оставались безжизненными, словно затянутое тиной болото. — Полагаю, одного лишь спасения от чёрного тумана вполне достаточно, чтобы толпы загрязнителей мечтали оказаться здесь.
Шан Яньцы поудобнее перехватил притихшего братишку и зашагал следом за проводником. Он задумчиво разглядывал мощную, мускулистую спину кентавра.
— Вот мы и на месте, — обронил тот, огибая глухую разделительную стену у въезда. — Отныне это ваш дом.
Шан Яньцы осмотрелся.
Без преграждавшей путь стены взору открылась обширная территория.
Весь жилой комплекс Сесесс будто накрыли исполинским прозрачным куполом. Белый туман, запертый снаружи, яростно бился о невидимую преграду, клубился плотными, тяжёлыми слоями, навевая удушливое чувство неизбежности.
Внутри же полукругом высились аккуратные многоэтажки. В самом центре зеленел газон — травинка к травинке, выстриженный с пугающей, неестественной точностью.
— Мило, не правда ли? — прищурился кентавр.
Шан Яньцы промолчал.
Сюй Суйхэ лишь брезгливо сморщил носик, выражая крайнее неодобрение этой фальшивой идиллии.
Кентавр шёл спиной к ним, однако чудным образом подмечал каждое движение гостей.
— Корпус Д чуть дальше, — добродушно заметил он, нисколько не задетый поведением крохи. — И ещё один совет: не вздумайте срезать путь через лужайку.
Его копыта мерно выстукивали дробь по ровному бетонному тротуару.
— Если невзначай наступите на чьи-нибудь кости и раздавите их... — В голосе проводника послышался вкрадчивый смешок. — Хозяин этих останков может сильно обидеться. А ссориться с соседями в первый же день — затея скверная.
***
Влияние господина Сесесса в этих стенах было безграничным — само название жилого комплекса говорило за себя.
Все уродливые, кошмарные твари, что попадались им по пути, поспешно забивались в углы, провожая мальчиков удивлёнными, оценивающими взглядами. Быть удостоенными личной аудиенции хозяина этих мест — великая честь.
Шан Яньцы упорно не замечал глазеющих монстров, а вот его младший брат вовсю строил им грозные гримасы.
«Чего уставились? Детей никогда не видели, что ли?!»
Поскольку впереди шагал сам Сесесс, нечисть вела себя тише воды ниже травы, так что до открытого конфликта дело не дошло. Вдоволь натешив своё самолюбие чужим страхом, отважный карапуз с гордо закинутой головой миновал двери корпуса Д.
— Ну, пришли, — Сесесс замер перед дверью квартиры №303 и любезно добавил: — Не стану нарушать ваше уединение. Моё присутствие может вас стеснить. Располагайтесь и отдыхайте.
«Разбежался! Так этот рогатый чёрт и проявил заботу!»
Сюй Суйхэ прищурил глазки, всем своим видом выражая глубокий скепсис.
Кентавр лишь хмыкнул, собираясь подразнить недоверчивого кроху, как вдруг раздался резкий звук.
Скрип...
Скрип...
Две соседние двери на лестничной клетке синхронно приоткрылись.
Проводник сокрушённо вздохнул:
— Какая жалость. Ну, раз уж вышли все, грех не познакомиться.
Он указал рукой на квартиру 301:
— Это наша Образцовая семья. Муж, жена и ребёнок. Живут душа в душу, тихий и мирный союз.
Троица из триста первой заискивающе и робко улыбнулась.
Перед мальчиками предстал дюжий, широкоплечий глава семейства, на чьём лице тускло поблёскивали шесть паучьих глаз. Рядом стояла бледная, хрупкая женщина, у которой ниже подбородка вместо тела копошился ворох усохших жёлтых лиан. Из-за её спины жизнерадостно выглядывало существо, больше всего напоминавшее перекормленного мохнатого паука.
Шан Яньцы едва заметно поморщился.
Зато Сюй Суйхэ не сводил глаз с мохнатого соседского отпрыска. Спустя пару секунд он нетерпеливо затеребил брата за рукав:
— У-я-я!
«Смотри, сколько у него лапок! И ручек, и ножек! А я почему обделён?»
Кроха огорчённо уставился на собственные пухлые ладошки, всерьёз задумавшись над этой несправедливостью.
У Шан Яньцы задёргалось веко.
Хоть он и не понимал младенческого лепета, интуиция подсказывала: братишка мечтает о какой-то очередной глупости. Чтобы поскорее отвлечь его, Шан Яньцы демонстративно развернулся к квартире 302.
Увы, радоваться было рано.
Едва он разглядел соседа, как лицо его снова помрачнело.
Дряблая, серая кожа, сквозь которую выпирали острые суставы, жуткое лицо без глаз и носа, покрытые густой шерстью когтистые лапы.
Перед ними стоял безглазый монстр — тот самый, что приволок их в этот проклятый комплекс!
Заметив искру узнавания в глазах мальчика, Сесесс довольно улыбнулся:
— Наш дорогой сосед из триста второй обитает здесь уже не первый год. Можете не волноваться, законы комплекса для него священны. Никакого насилия.
Монстр уродливо осклабился, силясь изобразить дружелюбие:
— Господин Сесесс абсолютно прав.
— Ну а это наши новые жильцы из триста третьей, — слащавым тоном продолжил кентавр. — Мальчики очень привязаны друг к другу. Надеюсь, вы поладите.
Закончив представление, Сесесс в упор посмотрел на Шан Яньцы:
— Ну как, доволен ли наш юный друг столь приятным соседством?
Лицо Шан Яньцы вновь превратилось в бесстрастную маску.
— А если скажу «нет», вы предоставите нам другой вариант? — сухо парировал он.
— Разумеется, нет, — вежливо отозвался кентавр. — Свободного жилья катастрофически не хватает. Квартира триста три — единственная, в которой ещё не поселился загрязнитель.
— Всё ясно. — Шан Яньцы ничуть не удивился отказу. — В таком случае мы можем войти?
— Не смею задерживать.
Хлоп!
Мальчик не стал размениваться на пустые любезности. Он тут же шагнул за порог квартиры и захлопнул дверь прямо перед носом чудовищ.
Улыбка на лице кентавра даже не дрогнула.
Он не торопясь отвёл взгляд от закрытой двери и, не удостаивая вниманием трясущихся от страха соседей, обронил ледяным тоном:
— Эти двое — моя добыча. Приглядывайте за ними. Они должны остаться в живых.
Паучье семейство из триста первой согласно закивало всеми головами. Безглазый монстр из триста второй затаил обиду, но перечить хозяину не посмел — лишь покорно склонился, заискивающе забормотав согласия.
Но от Сесесса не укрылась эта мимолётная тень протеста.
Он бросил на безглазого презрительный взгляд и небрежно бросил напоследок:
— Не вздумай их недооценивать, иначе сам пойдёшь на корм.
Бросив эту фразу, он не спеша зашагал вниз по лестнице. Безглазый монстр стоял согнувшись, пока эхо шагов кентавра полностью не затихло. Он выпрямился, долго сверлил взглядом дверь триста третьей квартиры и лишь затем, как-то нелепо подёргиваясь, поплёлся к себе в триста вторую.
***
Планировка квартир в корпусе Д была стандартной: три комнаты, просторный зал, кухня и раздельный санузел.
Шан Яньцы щёлкнул выключателем. Под потолком вспыхнула люстра, залив комнаты мягким светом. Мальчик обошёл всю квартиру, крепко удерживая притихшего братишку, который увлечённо о чём-то размышлял, забавно надув щёки. Убедившись, что мебель и техника на месте и квартира вполне пригодна для жизни, он немного расслабился.
Он расстегнул ремни детской переноски, бережно опустил Сюй Суйхэ на диван и сел рядом.
— Как только рассеется чёрный туман, нужно будет выкарабкаться наружу, поискать тёплые вещи и постельное бельё, — рассуждал вслух Шан Яньцы, потирая затёкшую шею. — Да и без средств гигиены вроде зубных щёток долго не протянешь...
Договорить он не успел. Две пухлые, нежные ручонки обхватили его предплечье. Кроха мёртвой хваткой вцепился в брата, напоминая крошечного коалу на стволе дерева.
Шан Яньцы удивлённо приподнял брови:
— М?
Мальчик посмотрел на малыша, который до этого послушно сидел и не шевелился, словно фарфоровая куколка.
— Малыш Гуай, ты чего?
Сюй Суйхэ радостно заёрзал, восторженно лепеча:
— И-я!
«Я придумал, как отрастить себе кучу рук и ног!»
Шан Яньцы недоуменно вгляделся в сияющее личико брата.
— Малыш? — Он попытался сопоставить реакцию крохи со своими недавними словами. — Хочешь новые вещи? Одежду? Игрушки?
Сюй Суйхэ непонимающе склонил голову набок.
«Да нет же!»
Немного подумав, маленький проказник забавно надул губки и выдал тихое:
— У-ао!
«Глупый братик, раз уж ты не понимаешь мой язык, я тебе просто покажу!»
С этими мыслями карапуз сосредоточился и изо всех сил зажмурил глазки.
Вспышка!
Гостиную озарило чистое, ослепительно-серебряное сияние.
Через секунду в мягком свете ламп на диване затрепетал... упитанный, лоснящийся серебристо-голубой рыбий хвост.
Сюй Суйхэ уставился на него в полном недоумении. Его круглые синие глазки округлились от шока.
«Как так?! Где мои ноги?! Почему вместо кучи лапок выросла эта штука?!»
Малыш жалобно шмыгнул носом, едва сдерживая слёзы.
http://bllate.org/book/20667/4678823
Готово:
