Шэнь И выбрала себе «Брюле хрустящее молочко» — напиток, щедро увенчанный взбитыми сливками. Сняв крышку, она маленькими глотками ела его ложкой. Ци Янь, глядя на неё, тоже почувствовал жажду и машинально взял себе стаканчик. Так они оказались под временным навесом у ворот присоединённой школы: пили молочный чай и разглядывали информационный стенд.
— Там твоё фото! — воскликнула Шэнь И, потянув Ци Яня за рукав и указывая на прозрачную витрину стенда.
Ци Янь бросил мимолётный взгляд:
— А, да. Я раньше тоже учился в присоединённой.
Шэнь И незаметно прочитала заголовок: «Выпускники присоединённой школы, поступившие в прошлом году в Первое среднее Наньу». Она внимательнее пригляделась к краткой надписи под его фотографией.
Раньше она думала, что он попал в Первое среднее благодаря семейным связям, но оказалось — поступил сам, причём с высоким баллом на вступительных экзаменах.
Ци Янь заметил её удивление и неловко кашлянул:
— Не поверите, но я… я раньше…
Чёрт, как объяснить ей, почему теперь он получает ноль баллов?!
В этот момент кто-то окликнул Шэнь И.
Ци Янь обернулся и увидел, как к ним подходит мужчина средних лет. Шэнь И тоже заметила его и сразу помахала:
— Дядя, я здесь!
Чжао Дунхуа подошёл к племяннице и набрал на телефоне:
— Ии, разве я не просил тебя не приходить? Такая жара — вдруг солнечный удар?
Шэнь И улыбнулась:
— Не случится. У меня с собой профилактический ароматический мешочек.
С этими словами она вдруг вспомнила что-то, поспешно вытащила из кармана белый мешочек и протянула его Ци Яню:
— Я чуть не забыла. Держи.
Ци Янь растерянно принял его. Мешочек был тёплый — от её тела — и источал лёгкий запах трав.
Чжао Дунхуа только сейчас заметил юношу:
— А это кто?
— Одноклассник, — представила Шэнь И. — Раньше сидел со мной за одной партой.
Услышав, что парень учится в Первом среднем, и увидев его умные, благородные черты лица, Чжао Дунхуа сразу решил, что перед ним образцовый ученик, и с улыбкой начал допрашивать по-родственному:
— О, значит, одноклассник Ии! Как учёба? Сильно давят в Первом среднем? А какое место занял на последней контрольной?
Ци Янь:
— …
Ци Янь:
— Нормально. Так себе. Ничего особенного.
Чжао Дунхуа уже собирался задать ещё вопрос, но Шэнь И потянула его за рукав и указала на стенд:
— Дядя, он тоже учился в присоединённой, всего на год старше Цзыяня.
Чжао Дунхуа пригляделся — и аж присвистнул: какие высокие баллы! Он дружелюбно похлопал Ци Яня по плечу:
— Молодец! Не только лицом хорош, но и умом блещешь! Ты с нашей Ии — два сапога пара, оба перспективные!
Ци Янь, «перспективный парень»:
— …Ага.
Они ещё немного поболтали, когда раздался звонок — экзамены закончились. Ци Янь попрощался и передал Шэнь И все оставшиеся стаканчики с молочным чаем.
Чжао Дунхуа, отхлёбывая чай, не удержался от похвалы:
— Этот парень — настоящая находка! Внешность, ум, воспитание… Ии, дружи с такими одноклассниками, и я буду спокоен.
*
Ци Янь вернулся домой, захлопнул дверь и вытащил из кармана мешочек, подаренный Шэнь И. Уголки его губ сами собой приподнялись. Он наклонился и осторожно вдохнул — лёгкий аромат трав, словно смешанный с её собственным запахом…
При этой мысли он резко замер, с силой ущипнул себя за щёку и мысленно обругал себя: «О чём думаешь?! Легкомысленный!»
Он зашёл на кухню, умылся и, заказав еду через приложение, сел за стол разбирать математическую задачу.
Скоро начнётся итоговая сессия — по крайней мере, в следующий раз он не станет опозориваться перед её родными.
Через некоторое время зазвонил телефон.
Ци Янь поднял трубку — звонила экономка из старого особняка. Он нахмурился:
— Линь-тётка, что случилось?
— Ай Янь, ты летом домой приедешь? — спросила Линь. Она работала у его дедушки с бабушкой тридцать лет и, с тех пор как два года назад Ци Янь ушёл из родительского дома, сильно за него переживала.
Ци Янь даже не задумался:
— Не поеду. Если больше ничего — кладу трубку.
Линь, как и ожидала, вздохнула и запнулась:
— Ай Янь, на днях Пинъань случайно зашёл в твою комнату и всё там перепутал. Если будет время, загляни, проверь.
Ци Янь резко нахмурился:
— Кто разрешил ему заходить в мою комнату?!
— Я сразу вывела его, как только заметила. Ключ торчал в замке… Не знаю, кто его взял…
Ци Янь холодно усмехнулся. Догадываться не приходилось — кроме Цзян Жоу, никто бы не посмел.
*
На обед Шэнь И съела лапшу с имбирным бульоном.
Чжао Цзыянь сначала требовал заказать хот-пот, но отец так его отругал — «Кто в такую жару ест хот-пот? После обеда ещё экзамен, живот разболится!» — что парень покорно согласился на имбирную лапшу.
«Хорошо для желудка», — подумал он.
Чжао Дунхуа специально добавил в его миску сосиску и два яйца-пашот:
— Сынок, папа желает тебе стобалльных результатов на всех экзаменах!
Чжао Цзыянь:
— …Пап, у нас же по 150 баллов максимум за предмет.
Чжао Дунхуа:
— …
Шэнь И, наблюдая, как они уставились друг на друга, не удержалась от смеха.
За обедом она написала Цзыяню, что видела на стенде у школы фото Ци Яня и расспросила, что о нём известно.
Цзыянь не понял, почему сестра вдруг заинтересовалась Ци Янем, но без лишних вопросов рассказал всё, что знал:
— Когда я только поступил в присоединённую, он уже был знаменитостью — не из-за драк, а благодаря каким-то наградам. Даже завуч на линейке хвалил. Представляешь, сестрёнка? Нынешний «король» Первого среднего два года назад был отличником!
*
Ци Янь с грохотом распахнул дверь — прямо к его ногам покатился мяч.
Пинъань бросился за ним, но, увидев Ци Яня, замер и задрожал. Несколько секунд он стоял, обкусывая палец, а потом вдруг заревел и пустился бежать.
Цзян Жоу, услышав плач, раздражённо спустилась по лестнице:
— Опять что-то случилось?
Заметив Ци Яня у входа, она сначала удивилась, а потом улыбнулась:
— Ай Янь вернулся! Твой отец только что звонил и спрашивал о тебе. Какое совпадение! Останься на ужин?
Ци Янь проигнорировал её и молча прошёл мимо, поднимаясь на третий этаж.
Самая левая комната на третьем этаже была его прежней спальней. После отъезда он запер её, оставив внутри вещи, которые не успел забрать, и драгоценные предметы, оставленные матерью.
Теперь дверь была распахнута. На висках у Ци Яня застучали жилы.
Цзян Жоу последовала за ним и заговорила сзади:
— На днях делали генеральную уборку, и я подумала: твоя комната наверняка вся в пыли. Решила проветрить… А Пинъань такой шалун — случайно что-то разбил. Ты ведь старший брат, прости его…
Она не договорила — Ци Янь резко оборвал её:
— Кто он мне брат?! Какой ещё дикий отпрыск смеет называться моим братом?
Улыбка Цзян Жоу застыла.
В этот момент входная дверь открылась — вошёл Ци Вэньшэн. Он как раз услышал последние слова сына и возмутился:
— Мерзавец! Что за грубость?
Ци Янь ещё больше похолодел, не глядя на отца, а перевёл взгляд на Цзян Жоу и Пинъаня:
— Если ещё раз посмеете тронуть мои вещи, отрежу ту руку, которой дотронулись.
Губы Цзян Жоу побелели. Пинъань зарыдал — с тех пор как попал в этот дом, он инстинктивно боялся Ци Яня.
— Ай Янь! — вскочил Ци Вэньшэн. — Да что ты несёшь? Если бы твоя мать была жива, она бы…
— Если бы не эта женщина рядом с тобой, моя мать была бы жива! — взорвался Ци Янь. Если бы не коробка в руках, он бы уже опрокинул журнальный столик.
Ци Вэньшэн опешил, дрожащими губами пытаясь что-то сказать. Наконец выдавил:
— Ай Янь… Ты всё неправильно понял. Смерть твоей матери и мои отношения с твоей тётей Цзян — это разные вещи.
Ци Янь горько рассмеялся:
— Отлично. Значит, вы чисты перед всем миром.
С этими словами он пнул стоявший рядом стул и вышел, крепко прижимая к себе коробку.
Ци Вэньшэн опустился на диван и тяжело прикрыл лицо руками.
Цзян Жоу тут же подошла и стала массировать ему виски:
— Вэньшэн, Ай Янь ведь хороший мальчик, просто вспыльчивый. Совсем не похож на вас, Ци. Хорошо, что мы взяли Пинъаня — он теперь твой маленький весельчак.
Она подтолкнула всхлипывающего Пинъаня к отцу.
Ци Вэньшэн поднял глаза на сына, вытирающего слёзы, и почувствовал раздражение:
— Раз напакостил — чего ревёшь?
Пинъань сразу замолчал от страха.
Цзян Жоу мягко заступилась:
— Ему же всего восемь! Что он может понимать? Не пугай его, он ведь будущий наследник рода Ци.
Ци Вэньшэн внимательно посмотрел на неё.
Её улыбка дрогнула:
— Что так смотришь?
— Я тогда чётко сказал, — ответил Ци Вэньшэн, — если хочешь усыновить ребёнка ради радости — не возражаю. Но наследниками рода Ци могут быть только Ай Янь и А Мо. Не мечтай ни о чём лишнем.
С этими словами он встал и ушёл наверх, не оглядываясь.
Цзян Жоу осталась одна, долго сидела, оцепенев. Пинъань потянул её за рукав, но она резко отмахнулась. Мальчик скривился, готовый заплакать, но она строго прикрикнула:
— Опять рыдать?! Ты кроме слёз вообще что-нибудь умеешь? Лучше бы я собаку завела!
*
Ци Янь вернулся домой уже после четырёх. Заказанная еда давно остыла — он выбросил её в мусорку.
Занеся коробку внутрь, он прошёл в кабинет. Долго смотрел на содержимое, потом глубоко вздохнул, словно принимая решение, и начал распаковывать.
Там были рисунки матери — всего несколько листов. Большинство она сожгла перед смертью. Ци Янь тогда был ребёнком и не понимал. Теперь же думал: возможно, она уже тогда потеряла веру в этот мир.
Как и он сейчас.
Он аккуратно собрал рисунки, завернул в чистую ткань и убрал в другую коробку, которую отнёс в кладовку. В большой коробке остались только его собственные вещи.
Ци Янь перебирал их по одной.
Дипломы начальной школы — «отличник», «победитель олимпиады»; грамоты за победу во Всероссийском конкурсе юных техников… Оказывается, он когда-то получал столько наград.
Ему стало лень убирать дальше. Он растянулся на кровати, заложив руки за голову, и почувствовал, будто всё это было в другой жизни.
Стать хорошим — трудно. Стать плохим — проще простого.
Он немного подремал, но вдруг голова уткнулась во что-то. Он сел и, не разглядев ещё предмет, почувствовал знакомый травяной аромат. Сердце забилось быстрее.
Верно. Его мир не совсем чёрный.
В его мире есть солнце. И направление.
*
После итоговых экзаменов десятиклассники перешли в кабинеты одиннадцатого класса.
Как сказал классный руководитель, старый Лю:
— Ребята, мы теперь в одиннадцатом! До ЕГЭ осталось всего два года. Надо заранее привыкать к более напряжённому ритму. Все на старт!
http://bllate.org/book/2062/238557
Готово:
