Лицо Е Сючэня помрачнело на глазах. Пальцы с бешеной скоростью застучали по экрану.
На телефоне Шэнь Синхуая раздался сигнал уведомления.
.: «— Не буду.»
.: «— Время поздний час, почему ты ещё не дома?»
«Поздний час? Домой?»
Шэнь Синхуай мысленно изумился: сейчас же всего восемь вечера!
Шэнь Синхуай: «— Вернусь чуть позже, хочу сначала поздороваться с тем красавчиком.»
Е Сючэнь впился взглядом в сообщение, его взор становился всё более ледяным.
.: «— Пришли фото. Посмотрю.»
Шэнь Синхуай: «— Ладненько! Пойду сделаю с ним совместное фото~»
Отправив ответ, Шэнь Синхуай убрал телефон в карман и направился прямо к нему.
Пальцы Е Сючэня до белизны сжали корпус смартфона, от всей его фигуры так и веяло мрачной, опасной угрозой.
К нему кто-то приблизился и остановился рядом. Желающих подкатить к нему всегда хватало с избытком, поэтому Е Сючэнь даже век не поднял. Он ждал снимка от Шэнь Синхуая, заранее прикидывая, какому именно счастливчику устроит сегодня вечный покой.
— Брат, можно с тобой сфотографироваться? — раздался над самым ухом чистый, мягкий голос.
С подобными просьбами он сталкивался постоянно, поэтому организм сработал на автопилоте:
— Жить надоело? Проваливай.
Отрезав по привычке, Е Сючэнь лишь секундой позже сообразил, что голос прозвучал как-то слишком знакомо. Он вскинул голову и встретился взглядом с парой лучистых глаз. Губы перед ним изгибались в лёгкой полуулыбке.
— Брат, ну зачем ты так грубо? Я ведь только что хвастался своему парню, какой ты красавчик, и он тоже захотел на тебя посмотреть.
Е Сючэнь замер. На миг ему показалось, будто вокруг не тёмный вечер, а ясный полдень — настолько ярко засияло всё вокруг. Ледяная глубина его взгляда в мгновение ока разгладилась, вбирая этот свет.
— Ты с друзьями пришёл?
— Ага, — Шэнь Синхуай с лукавой улыбкой примостился на соседнее сиденье и беспечно потянул Е Сючэня за край куртки. — Они все записались на заезд и ушли к треку. — Он окинул спутника быстрым взглядом и добавил: — А спортивный костюм тебе идёт, прямо молодит. Выглядишь как мой сын.
Е Сючэнь метнул на него такой леденящий душу взгляд, что Шэнь Синхуай тут же опомнился и мгновенно прижал ладонь к губам. В порыве игривого настроения ляпнул лишнего. Интересно, исправить ещё не поздно?
— Оговорился! Я хотел сказать — вылитый наш сын!
Взгляд Е Сючэня из грозного превратился в хирургический скальпель. Он медленно опустил взор к животу парня и с невозмутимым сарказмом фыркнул:
— Наш сын? Родить-то сможешь?
Шэнь Синхуай закрыл одной рукой рот, а другой — живот, после чего честно покачал головой:
— Не-а.
Какое счастье, что он попал не в новеллу с мужской беременностью!
Е Сючэнь снова усмехнулся и перевёл взгляд на трассу. Лишь спустя некоторое время он глухо произнёс:
— Знаешь, кто устроил так, что ты в тот день оказался у меня в номере?
Шэнь Синхуай перевёл на него взгляд. В голове быстро пронеслась цепочка мыслей, и картинка сложилась. Однако вслух он ничего не сказал, лишь изобразил на лице полное недоумение:
— Кто?
— Хань Сюй, — в ночной тишине бархатистый голос Е Сючэня прозвучал особенно низко.
Шэнь Синхуай изобразил глубочайшее изумление, похлопав длинными ресницами:
— Надо же, он?! Значит, ты приехал сюда, чтобы свести с ним счёты?
— Это ответный подарок. Первый презент я ему уже преподнёс, так что скоро он сам сюда прибежит.
Шэнь Синхуай понимающе кивнул. То, что Хань Сюя только что спешно увёл охранник, явно было делом рук Е Сючэня. Мысленно он поаплодировал этому безумцу. Впрочем, даже если бы Е Сючэнь не вмешался, сам Шэнь Синхуай тоже не спустил бы тому ублюдку всё с рук.
Не успел он додумать эту мысль, как на трибунах появился сам Хань Сюй в сопровождении целой свиты.
Е Сючэнь выбрал довольно уединённый сектор, поэтому Хань Сюй без труда выхватил их взглядом. Как владелец автодрома, явившийся с толпой прислужников, он привлекал к себе много внимания. На протяжении всего пути прохожие непрестанно оборачивались им вслед.
Кое-кто из наиболее глазастых узнал Е Сючэня и после мгновения шока зашептался:
«— С чего это он тут появился? Он же обычно не увлекается гонками?»
«— Слыхал, Лу Янь сейчас в больнице лежит? Вот он и пришёл разнести тут всё, пока хозяина нет.»
«— Пойдём глянем!»
Поглазеть на чужие разборки любят многие, но, помня о привычке Е Сючэня слетать с катушек и крушить всё вокруг, публике приходилось проявлять осторожность. Толпа подбиралась ближе очень медленно, а те, кого выжимало в первые ряды, старательно выбирали безопасный угол — чтоб и за зрелищем проследить, и под горячую руку не попасть.
Если остальные трепетали перед Е Сючэнем, то Хань Сюй страха не испытывал: единственный человек в Линьчэне, способный на равных противостоять этому психопату, был его женихом. Пусть сейчас Лу Янь и переживал не лучшие времена, распластавшись на больничной койке с раскоряченными ногами, Хань Сюй свято верил, что настанет день, когда тот встанет на ноги.
Так что держался он уверенно. Подойдя к Е Сючэню, он расплылся в лучезарной, наигранно-свойской улыбке:
— Сючэнь, Синхуай! Что же вы не предупредили, что приедете?
Шэнь Синхуай чуть приподнял бровь и взглянул на Е Сючэня. Безумец сидел с каменным лицом, явно не собираясь снисходить до ответа.
Столкнувшись с холодным отпором, Хань Сюй ничуть не смутился, напротив, в его голосе прорезались извинительные нотки:
— Вы расстроились, что я не встретил вас у входа? Простите великодушно, там группа дебоширов подняла шумиху, пришлось отвлечься. Не сердитесь, я заглажу вину!
Глядя на расплывшегося в улыбке Хань Сюя, Шэнь Синхуай ощутил лишь мороз по коже. «Нож за пазухой» — вот лучшее описание для этого типа.
Правило гласило: не бьют по улыбающемуся лицу. Если сейчас промолчать и допустить затяжную паузу, тот окончательно перехватит инициативу на глазах у публики, а потом натворит дел, и его уже не остановишь.
Поэтому Шэнь Синхуай просиял в ответ ещё более сладкой и нежной улыбкой:
— Босс Хань, да мы же в таких прекрасных отношениях! С чего бы нам на тебя обижаться? Ты так говоришь, будто мы чужие люди, ей-богу!
Хань Сюй так и застыл.
Окружающие тоже замерли, не в силах отвести глаз от лица Шэнь Синхуая. Все знали его как неприступного «ледяного красавца», который почти никогда не улыбался. Но стоит этой льдине растаять — и открывалась красота настолько яркая и пьянящая, что она затмевала любые весенние пейзажи.
Хань Сюй спустя пару секунд взял себя в руки. В его глазах на мгновение мелькнула злая зависть, но он тут же прикрыл её фальшивым радушием:
— Да что ты, какие чужие! — Он указал рукой на центральную трибуну. — Скоро заезд, пойдёмте туда, оттуда вид намного лучше!
Шэнь Синхуай окинул взглядом указанное направление, слегка усмехнувшись. Пришёл сюда лично, чтобы перетащить их на самое видное место? Явно не просто ради просмотра гонки.
— Я уже забронировал для вас лучшие места, не стесняйтесь! — подтолкнул Хань Сюй.
Пока Шэнь Синхуай медлил с ответом, хранивший молчание Е Сючэнь неожиданно обронил два слова:
— Пошли.
И лишь после этого снизошёл до того, чтобы бросить на Хань Сюя высокомерный взгляд:
— Веди.
Владелец автодрома в одно мгновение превратился в обычного коридорного. Хань Сюй проглотил обиду, мысленно изойдя желчью, но ради задуманного плана сдержался:
— Следуйте за мной.
Места и впрямь оказались отличными: самый центр VIP-трибуны, панорамный обзор на весь трек.
Шэнь Синхуай пока не торопился следить за трассой. Он глянул на монументально спокойного Е Сючэня и достал телефон.
Шэнь Синхуай: «— Брат, он явно замышляет какую-то пакость.»
Е Сючэнь достал телефон, прочитал сообщение, убрал гаджет обратно в карман и небрежно бросил:
— Он просто ищет смерти.
Он проговорил это достаточно громко. Хань Сюй всё прекрасно услышал, и выражение его лица стало ещё более натянутым. Помявшись мгновение, он всё же не сдержался:
— Сючэнь, что ты сказал? Я что-то сделал не так?
«Он сказал, что ты ищешь смерти», — мысленно перевёл Шэнь Синхуай, но вслух миролюбиво соврал:
— Про приёмы. Он спросил, какие приёмы использовал тот гонщик.
Хань Сюй натянуто улыбнулся. Он же прекрасно слышал каждое слово! Этот парень держал его за полного идиота! Один использует его как слугу, второй — как дурака! От злости у Хань Сюя едва зубы не затрещали.
Тем временем на трассе развернулся финальный спурт квалификационного заезда. Трибуны взорвались диким рёвом.
Е Сючэнь, сидевший в самом центре, разительно отличался от ликующей толпы. Его мрачная, холодная аура словно отгораживала его от всего остального мира.
Шэнь Синхуай посмотрел на него сбоку, и в этот миг до него остро дошло чувство глубокого одиночества, исходящее от этого человека. В голове впервые мельком пронеслась мысль: «Может, он вовсе не псих? Может, он просто чужой в этом мире? И именно потому, что он абсолютно не вписывается в него, его в итоге и довели до края...»
Моторы взревели на финишной прямой, и определилась тройка лидеров заезда! Толпа зашлась в ликовании.
Пока все праздновали, Хань Сюй натянул свежую улыбку и повернулся к гостям:
— Ну как вам заезд?
Е Сючэнь его проигнорировал, а Шэнь Синхуай отмахнулся короткой фразой:
— Нормально.
Хань Сюй улыбнулся ещё торжественнее:
— А не добавить ли нам перчинки перед финалом? Маленький разогревочный номер для публики. Что думаешь, Синхуай?
Шэнь Синхуай чуть приподнял бровь. Наконец-то! Надоело терпеть, решил перейти к делу?
— И какой же номер хочет добавить босс Хань?
— Сыграем во что-нибудь действительно остросюжетное.
— Остросюжетное? Босс Хань решил станцевать для нас стриптиз?
Хань Сюй осёкся:
— Конечно нет! Сыграем в игру на проверку экстренного торможения.
Проверка экстренного торможения... Обычное испытание на прочность нервов: кто струсит и затормозит первым, а у кого хватит безумия идти до конца.
Хань Сюй с наглым вызовом добавил:
— Вы ведь с Сючэнем тоже поучаствуете?
http://bllate.org/book/20581/4561761
Готово:
