Цзян Хуэйхэ подошёл к Жёлтому Волосу. Тот был высоким, но Цзян Хуэйхэ возвышался над ним ещё на целую голову.
Он наклонился, почти касаясь уха Жёлтого Волоса, и, похлопывая его по плечу, тихо произнёс:
— Ван Сюань, разве я не говорил, что больше всего на свете ненавижу, когда меня обманывают? А если кто-то решит водить меня за нос, как цирковую обезьяну, что мне тогда делать?
Услышав шум, Цзян Чаоси тут же обернулась. Она хорошо знала Цзян Хуэйхэ: хоть он и был мрачным, не из тех, кто светится добротой и солнечной улыбкой, но пока его не трогали, он никому не причинял вреда. Бывало, он даже помогал незрячим переходить дорогу.
Однако у него были свои неприкосновенные границы — и одна из них заключалась в том, что его нельзя было сознательно обманывать или использовать в своих целях.
Цзян Чаоси забеспокоилась: вдруг он сейчас выйдет из себя? Не раздумывая, она тут же отстранилась от Суй Юя и протиснулась между ними. В тот самый момент она заметила, как в уголках глаз Цзян Хуэйхэ снова проступила кровавая краснота. Не успев даже подумать, она выкрикнула:
— Ахэ!
— Не горячись!
Два голоса прозвучали одновременно. Все повернули головы в сторону источника звука, и Цзян Чаоси тоже обернулась. Позади неё, совсем недалеко, стояла девушка с широко распахнутыми глазами, тревожно машущая руками в сторону Цзян Хуэйхэ.
Девушка неспешно подошла к центру и, представившись, сказала:
— Я та самая, что три месяца пролежала в больнице с травмой поясницы. Здравствуйте.
Цзян Хуэйхэ кивнул, давая понять, что она может продолжать.
Девушка почесала носик, пробормотала: «Какой грозный…» — и медленно, словно котёнок, приблизилась к Суй Юю. Затем добавила:
— Я — пострадавшая, так что у меня больше всех прав говорить. Его младший брат — главный виновник, и раз он уже получил по заслугам, тебе, старший брат, не стоит его больше бить.
Летний ветерок донёс её добрые и мягкие слова до всех присутствующих — наивные, светлые, будто от ангела.
Ангел продолжила:
— Просто стой рядом и не давай ему сопротивляться. Остальное я сделаю сама.
…
Цзян Чаоси сделала ещё несколько шагов вперёд. Девушка, словно почувствовав это, тоже посмотрела на неё. Они встретились взглядами — и обе замерли. Лицо девушки озарила радостная улыбка, и она воскликнула:
— Это ты, Сиси?!
Цзян Чаоси осторожно ответила:
— Цюй Цюй?
Девушка тут же подпрыгнула от радости, но тут же схватилась за поясницу от боли и закивала, как заведённая.
Всё это время молчавший Суй Юй спросил Цюй Цюй:
— Вы знакомы?
Цюй Цюй подошла к Цзян Чаоси, радостно обняла её за руку и, покачиваясь, потащила к Суй Юю:
— Брат, да мы не просто знакомы — ты ведь тоже её помнишь!
— Я тоже её помню? — Хотя это был вопрос, на лице Суй Юя не было и тени удивления.
— Разве ты забыл? Я ведь всегда ездила к дедушке на каникулы! А Сиси жила как раз по соседству. Однажды вы с братом тоже приехали к дедушке, и как раз совпало с моим днём рождения — все вместе праздновали!
Цюй Цюй с надеждой посмотрела на Цзян Чаоси:
— Сиси, ты помнишь моего брата?
Цзян Чаоси могла предложить только растерянный взгляд. Увидев, как Цюй Цюй ждёт ответа с таким ожиданием, она запнулась и неуверенно пробормотала:
— Что-то припоминаю…
— А меня? — Суй Юй склонил голову и спокойно посмотрел на Цзян Чаоси. — Почему у меня создаётся впечатление, что ты просто отмахиваешься?
— …
«А ты сам-то разве помнишь?» — хотела было парировать Цзян Чаоси, но, заметив в глазах Цюй Цюй ту самую надежду, перевела фразу на другой лад:
— Нет, честно, не отмахиваюсь…
Цюй Цюй обрадовалась ещё больше:
— Я уж думала, ты всех нас забыла! Сиси — самая лучшая!
Цзян Чаоси натянуто улыбнулась. На самом деле, кроме Цюй Цюй, она почти ничего не помнила из того времени.
Услышав их разговор, Чэнь Чжоухань пробормотал:
— Разве дедушка Цюй Цюй не живёт в «Хуайхай Чжумин»? Новая ученица там жила?
Не только Чэнь Чжоухань, но и все остальные были в замешательстве. Вокруг зашептались:
— «Хуайхай Чжумин» — разве это не самый престижный жилой комплекс в Синьгане?
— У нас даже дома такого нет… Цзян Чаоси там жила?
— И после этого она смела получать стипендию для малоимущих?
— Получается, её семья разорилась…
Суй Юй резко обернулся и холодно уставился на толпу. В тот же миг Цзян Хуэйхэ презрительно фыркнул.
Под двойным ледяным взглядом двух «школьных боссов» все тут же замолкли, и шёпот прекратился.
Но, несмотря на это, любопытство и желание подглядеть уже не остановить. Десятки глаз уставились на Цзян Чаоси с нескрываемым интересом, но она оставалась совершенно невозмутимой — будто все эти нелестные взгляды были не тяжелее пушинки, будто она уже столько раз через это проходила, что просто привыкла.
Эта мысль раздражала Суй Юя. Он с досадой пнул камешек под ногами и почувствовал, как зачесались пальцы — хочется вырвать всем этим глазам зрачки.
Цзян Хуэйхэ подошёл к Цзян Чаоси и тихо спросил:
— Пойдём?
— Хорошо, — кивнула она, затем повернулась к Цюй Цюй. — Цюй Цюй, я пойду. Как только начнёшь учиться, сразу поговорим.
Цюй Цюй до сих пор не понимала, в каком положении сейчас находится Цзян Чаоси, но по шёпоту вокруг догадалась, что своими словами причинила ей неприятности. Она растерянно кивнула, в глазах мелькнула вина. Цзян Чаоси погладила её по щеке и ещё раз заверила, что всё в порядке, после чего вернулась к Цзян Хуэйхэ.
Суй Юй смотрел ей вслед. Она шла легко, с лёгкой улыбкой на губах и искорками в глазах — расслабленная, чуть капризная, совсем не похожая на ту сдержанную и скромную девушку, какой она казалась в Хуашане, особенно в его присутствии.
Они с одноклассниками остались на месте, а Цзян Чаоси и Цзян Хуэйхэ направились к выходу из парка.
Расстояние между двумя группами увеличивалось, будто между ними проходила чёткая граница, разделяющая два лагеря.
Без сомнения, Цзян Чаоси отнесла его за эту черту.
При этой мысли губы Суй Юя сжались в тонкую линию, и внутри всё заволновалось от раздражения.
…
Возможный конфликт между Хуашанем и профтехучилищем развеялся с воссоединением Цюй Цюй и Цзян Чаоси. В роще остались только ученики Хуашаня.
Суй Юй молчал, и никто не осмеливался заговорить первым.
Чэнь Чжоухань кашлянул и предложил:
— Ай Юй, может, и нам пойти?
Суй Юй, словно очнувшись, немного смягчил выражение лица. Чэнь Чжоухань, заметив это, похлопал себя по руке и продолжил:
— В этом лесу слишком много насекомых — прямо рой на лицо летит. Разве тебе не кажется?
— Правда? — Суй Юй лениво взглянул на него. — Наверное, просто ты им нравишься.
Атмосфера немного разрядилась, и все засмеялись, поддразнивая Чэнь Чжоуханя:
— Наверное, в глазах жука-навозника ты — самая яркая звезда в толпе!
— Да пошёл ты, безграмотный! — возмутился Чэнь Чжоухань. — Жуки-навозники вообще летают? Это же не они на меня садятся!
— Ха! Посмотри-ка под ноги!
Чэнь Чжоухань опустил взгляд — и рядом с его ногой действительно полз жук-навозник. Он завопил и в панике отпрыгнул в сторону.
Через некоторое время за Цюй Цюй приехал водитель, остальные ученики Хуашаня разошлись, и остались только Суй Юй и Чэнь Чжоухань.
Они не пошли обратно, а медленно прогуливались вдоль озера в парке.
Чэнь Чжоухань бросил взгляд на Суй Юя и с понимающим видом сказал:
— Ай Юй, ты узнал Цзян Чаоси, верно?
Суй Юй равнодушно «хм»нул.
— Когда?
— С самого начала.
Чэнь Чжоухань удивился и уставился на него, но на лице Суй Юя не было ни тени эмоций.
Чэнь Чжоухань почесал голову, и вдруг многое стало на свои места:
— Вот почему с первого же дня, как ты её увидел, вёл себя так странно!
Суй Юй больше не ответил.
Чэнь Чжоухань снова посмотрел на него. Тот стоял, опустив голову, и по лицу невозможно было прочесть ни единой эмоции. Спустя некоторое время Чэнь Чжоухань нагнулся, поднял камешек и бросил его в озеро.
…
В понедельник начался новый учебный день, и первым уроком была математика. Учитель Дун — пожилой педагог, вернувшийся на работу после пенсии, — был убеждён, что только практика ведёт к истинному знанию. Почти после каждого объяснения новой темы он тут же устраивал мини-тест. Увидев, как он снова входит с пачкой контрольных работ, класс застонал.
Учитель Дун постучал по кафедре:
— Чего стонете! Это самый эффективный способ проверить, насколько вы усвоили материал. Только так вы поймёте, где у вас пробелы. Учиться нужно целенаправленно, понимаете?
— Но и отдыхать тоже надо, — театрально вздохнул Чэнь Чжоухань. — Уважаемый учитель Дун, мне и без теста известно, чего я не знаю. Думаю, многие со мной согласны. Так что, может, мини-тестов поменьше?
— Да уж, только ты такой наглый! — Учитель Дун поправил очки и указал на Чэнь Чжоуханя. — Тебе и вправду не нужны тесты — ты вообще ничего не знаешь!
Класс расхохотался.
Раздали контрольные, и началась проверка. Это был первый экзамен Цзян Чаоси в Хуашане, и она отнеслась к нему очень серьёзно. После недавнего случая с пропусками вечерних занятий многие, включая преподавателей и одноклассников, сомневались, заслуживает ли она стипендии для отличников. Поэтому Цзян Чаоси хотела не только проверить свои знания, но и доказать всем, что достойна поддержки.
Она быстро и уверенно справилась с заданиями и первой сдала работу.
До конца урока оставалось ещё время, и Цзян Чаоси вышла из класса, чтобы немного побыть наедине с собой. Она прислонилась к стене учебного корпуса и задумалась.
— Эй, новенькая! — раздался голос.
Цзян Чаоси подняла голову и увидела на баскетбольной площадке Чэнь Чжоуханя, который махал ей рукой.
— Иди сюда! Поиграем!
Цзян Чаоси подумала и направилась к площадке.
Там был только Чэнь Чжоухань. Увидев, что она подошла, он сделал бросок с трёхочковой линии, затем подбежал к кольцу и бросил ей мяч. Цзян Чаоси немного поиграла с мячом, даже сделала пару ведений.
Чэнь Чжоухань захлопал в ладоши и засмеялся:
— Пока трусы мучаются с уравнениями и координатами, крутые ребята уже на площадке! Новенькая, давай попробуешь бросить?
Цзян Чаоси пару раз отбила мяч и, подняв его над головой, метнула — мяч даже не долетел до кольца.
— Почему не попалось? — недоумевала она. Она видела, как играют Суй Юй и другие, и казалось, что всё просто. А на деле оказалось не так легко.
Увидев её растерянность, Чэнь Чжоухань почесал подбородок:
— Может, научить тебя играть?
— Давай! — оживилась Цзян Чаоси, вспомнив тот самый эффектный данк Суй Юя. — Я хочу научиться делать данк!
— …
Чэнь Чжоухань кашлянул:
— Данк — это потом. Сначала научу тебя броску в прыжке. Я ведь лучший трёхочковик в школьной команде!
— Ладно, — с лёгким разочарованием согласилась Цзян Чаоси.
И начался урок.
— Э-э, ты слишком далеко. Нужно стоять у трёхочковой линии, — Чэнь Чжоухань подбежал к левой стороне кольца, развернулся к ней боком и начал показывать в замедленном темпе: — Вот так.
Цзян Чаоси повторила за ним, подняв руки вверх.
— Эй, твоя стойка неправильная, — Чэнь Чжоухань подбежал с мячом, хотел поправить её руки, но стеснялся. Подумав, сказал: — Ты же отлично ведёшь мяч, верно? Так вот, бросок — это как ведение, только в обратную сторону. Нужна та же работа запястья.
Он нагнулся и начал вести мяч. Цзян Чаоси встала рядом и внимательно наблюдала за его движениями.
Изначально лёгкая и шуточная атмосфера урока вдруг стала серьёзной и сосредоточенной. Оба полностью погрузились в процесс, не замечая ничего вокруг.
Внезапно сбоку прилетел другой баскетбольный мяч и точно столкнулся с мячом в руках Чэнь Чжоуханя. Тот вылетел в сторону сетки. Идеальный учебный процесс был нарушен. «Учитель» и «ученица» развернулись и сердито уставились на нарушителя.
— Я… — Чэнь Чжоухань уже готов был обругать наглеца, но, увидев, кто это, тут же проглотил ругательство и закашлялся. — Ай Юй? Разве ты не сказал, что пойдёшь в медпункт поспать?
— Проснулся, — Суй Юй, засунув руки в карманы, подошёл и остановился рядом с ними. — Чем занимаетесь?
— Учу новенькую играть в баскетбол.
— Ха, — Суй Юй бросил взгляд на Цзян Чаоси и насмешливо спросил: — Не играете в «хлопушки»?
«Хлопушки»…? Вспомнив, чем они только что занимались, Цзян Чаоси действительно почувствовала, что это похоже на детскую игру. Она потрогала нос и промолчала.
Суй Юй склонил голову и тихо спросил:
— Хочешь научиться бросать?
Цзян Чаоси подняла на него глаза. Их взгляды встретились, и в его звёздных глазах она почувствовала лёгкую дрожь. Она прикусила губу и собралась ответить:
— Я не очень…
— Конечно, хочет! — перебил её Чэнь Чжоухань, возвращаясь с мячом. Он бросил один мяч Суй Юю и добавил: — Новенькая вообще мечтает научиться данку, но я в этом не силён, поэтому пока не учил.
Суй Юй на мгновение замер, а затем в голосе его прозвучали насмешливые нотки:
— Новенькая мечтает научиться данку? Нужна помощь?
Цзян Чаоси поняла, что теперь её точно сочтут фанаткой данков, и решила всё прояснить. Она искренне сказала:
— На самом деле новенькой не очень-то хочется учиться данку.
http://bllate.org/book/2053/237434
Готово:
