Всего за два дня в глазах друзей Чжо Янь успел «безнадёжно влюбиться» в Белыша.
И винить в этом было некого.
Сам виноват.
Кто его за язык тянул?
У-у-у.
Чжо Янь не знал, что ответить.
Сяо Сянь неправильно понял его молчание. Он вздохнул совсем как взрослый и поспешил успокоить:
— Ты не переживай. Белыш пока не умер.
— …Ну и хорошо, — кивнул Чжо Янь.
По крайней мере Белыш никогда не делал ему ничего плохого.
Сяо Сянь помялся.
Он не решился сказать, что, по мнению взрослых, Белыш хоть и не умер, но уже почти не отличался от мёртвого.
Вдруг Чжо Янь расстроится?
Поэтому Сяо Сянь очень неуклюже сменил тему:
— Зато как хорошо, что перед зимой удалось добыть столько белорогих быков.
— А остальные где? — спросил Чжо Янь.
Белорогие быки лично ему всё равно ничего не давали.
Свою зиму он собирался провести на растительной пище.
От одной этой мысли становилось грустно.
Пока Чжо Янь прибирал инструменты, он размышлял, нельзя ли сделать ловушки хотя бы на мелкую дичь.
Например, ловить кур.
Куры в этом мире ведь точно есть?
— Все домой пошли помогать, — ответил Сяо Сянь. — У меня есть старшие братья и отец, а мама сказала, что я только мешаю. Поэтому я пришёл к тебе рассказать про Белыша.
Он тут же прикусил язык.
Опять Белыш!
А если Чжо Янь начнёт спрашивать?
Но тот не спросил.
Сяо Сянь облегчённо продолжил:
— Сначала мясо поделят между охотниками, а вечером остатки раздадут всему племени…
Мясо?
Что?
МЯСО?!
Глаза Чжо Яня мгновенно загорелись.
Он уставился на Сяо Сяня так, что тому стало не по себе.
— Раздадут мясо? Мне тоже дадут?
— Конечно. Только тебе, наверное, совсем немного.
Сяо Сянь говорил честно.
Чжо Янь чуть не подпрыгнул от счастья.
— Да мне хоть кусочек! Это же буквально мясо с неба! Я вообще в охоте не участвовал. И всё равно смогу поесть мяса!
Праздник!
Великий праздник!
Сяо Сянь тоже радовался добыче.
Его отец и братья участвовали в деле, а значит, семья получит ещё больше.
— Вечером слушай сигнал. Позовут всех.
— Хорошо!
После слова «мясо» у Чжо Яня будто открылось второе дыхание.
Даже работа пошла веселее.
Сяо Сянь помог ему несколько раз перетащить детали будущей двери от реки к пещере.
К вечеру заходящее солнце окрасило всё племя в золотисто-красные оттенки.
Река блестела оранжевым.
Очень красиво.
Сегодня дверь продвинулась не так сильно, как хотелось.
Зато вечером будет мясо!
Значит, дверь может немного подождать.
Чжо Янь напевал себе под нос и вытащил из реки две шкуры, которые пролежали в воде целый день.
Пока света ещё хватало, он каменным ножом начал соскребать размокший жир.
Рядом в большой каменной кастрюле кипели мыльные листья.
Вода бурлила, на поверхности собиралось множество пузырьков.
Сяо Сянь сидел на корточках и с интересом наблюдал.
Вдруг сказал:
— Ты стал другим.
— В каком смысле?
— Ну… уже не таким противным. Аман всё ещё называет тебя изгоем, но на самом деле уже не ненавидит.
Чжо Янь улыбнулся и плеснул ему на лоб водой.
Сяо Сянь тут же прикрыл голову.
— Всё равно ты противный!
Чжо Янь рассмеялся:
— А ты очень милый. И Аман милый.
Сяо Сянь серьёзно возразил:
— Два полузверолюда вместе будут голодать.
Чжо Янь: «…»
Вот ведь.
Назови их наивными — так они в любой фразе умудряются услышать предложение создать пару.
— Я имею в виду как друзей! Как товарищей. Мне просто нравитесь вы все.
Он немного помолчал и посмотрел на почти скрывшееся за горизонтом солнце.
Облака горели алым.
— После того как я оказался здесь, только благодаря вам мне снова захотелось нормально жить. Стало не так одиноко и скучно. Спасибо.
Он надеялся, что прежний маленький Чжо Янь и его мама где-нибудь теперь вместе.
Сытые.
В тепле.
И счастливы.
— Ты опять говоришь странности, — пробормотал Сяо Сянь.
Из волос показались круглые пушистые уши.
Он тряхнул ими.
— Но я больше не буду говорить, что ты всем надоел. И благодарить меня не надо.
У Чжо Яня снова зачесались руки.
Но ладони были мокрыми, поэтому мучить ребёнка не стал.
Соскоблив жир, Чжо Янь отложил шкуры.
Потом взял деревянную палку и высыпал в каменную кастрюлю древесную золу.
Сяо Сянь тут же завопил:
— Ты всё испортил! Вода грязная стала!
Чжо Янь приподнял подбородок:
— Наоборот. Теперь отмоется лучше.
— Не верю. Она чёрная!
Чжо Янь перемешивал смесь палкой.
Показалось жидковато — добавил ещё золы.
Сяо Сянь сидел рядом с таким лицом, будто наблюдал катастрофу.
Постепенно всё превратилось в густую тёмную кашицу.
Ну теперь точно грязь.
— Примерно так, — сказал Чжо Янь.
Свет быстро уходил, поэтому он торопился.
— Сяо Сянь, помоги.
Тому самому было интересно, действительно ли эта страшная жижа способна очистить шкуры, и он охотно согласился.
Они намазывали щёлочную кашицу на внутреннюю сторону шкуры толстым слоем, а затем сворачивали её в комок.
— И всё? — удивился Сяо Сянь. — Просто оставишь? Она же завоняется.
После суток в воде шкуры стали очень тяжёлыми.
Чжо Янь положил обе на камень и перевёл дыхание.
— Всё. Завтра разверну, промою, хорошенько разомну и высушу.
Он посмотрел на каменную кастрюлю.
— Я отнесу её наверх. Ты пока присмотри за шкурами.
Сяо Сянь кивнул.
Чжо Янь поднял кастрюлю, прошёл несколько шагов и вдруг обернулся:
— Может, лучше пойдём вместе? Тебе одному тут не страшно?
Сяо Сянь: «???»
Пушистые круглые уши дрогнули.
По его лицу было ясно:
«Ты вообще о чём?»
Чжо Янь понял, что снова меряет всё человеческими мерками.
Но всё равно предупредил:
— Если появится опасность, просто беги. Шкуры бросай. Я быстро вернусь.
— Хорошо.
Хотя Сяо Сянь совершенно не понимал, какая опасность может появиться здесь, внутри племени.
Вдали и сейчас были другие люди.
Чжо Янь иногда говорил очень странные вещи.
Но почему-то Сяо Сяню казалось, что он хороший.
Поэтому он остался на корточках рядом со шкурами.
Когда Чжо Янь скрылся из виду, Сяо Сянь из любопытства ткнул пальцем в свёрнутую кожу.
Наружу вылезла чёрная жижа и испачкала руку.
Сяо Сянь посмотрел на реку.
Потом на руку.
И всё-таки удержался.
— Подожду, пока Чжо Янь вернётся, тогда помою.
Чжо Янь боялся заставлять его долго ждать, поэтому тащил тяжеленную каменную кастрюлю изо всех сил.
Но она была просто чудовищно тяжёлой.
Приходилось идти несколько шагов, останавливаться и отдышаться.
Наконец он добрался до пещеры.
У входа лежали доски и другие детали двери, всё выглядело немного беспорядочно.
Зато вещей становилось всё больше.
Полезных вещей.
От этого Чжо Яню было спокойно.
Он поставил кастрюлю и сразу побежал обратно.
— Я… я… я вернулся…
Дышал как загнанный.
Сяо Сянь поднялся.
— Чжо Янь, а почему ты сразу не велел мне взять шкуры и пойти с тобой?
Чжо Янь: «?!»
Внутри что-то треснуло.
— Я… я не подумал.
Он упёр руки в колени, переводя дыхание.
— Сяо Сянь, ты умный.
Пушистые ушки Сяо Сяня довольно закачались.
— Я пойду руки помою. Подожди. Потом вместе отнесём шкуры в твою пещеру.
— Хорошо. Я всё равно вечером пойду за мясом. Могу потом проводить тебя домой. Нам по пути?
Даже если не по пути, он всё равно проводит.
Уже темно.
— Можно! — крикнул Сяо Сянь и побежал к воде.
Через секунду удивлённо воскликнул:
— Чжо Янь! Смотри на мою руку!
— Что с рукой? Пиявка?!
Чжо Янь сразу наклонился ближе.
Ночное зрение у него было хорошим.
Раны нет.
Сяо Сянь показал ладонь:
— Я испачкался в чёрной каше. А когда начал мыть, пошли пузырьки. И всё отмылось!
— А, вот ты о чём.
Чжо Янь объяснил:
— Если добавить жир, можно сделать мыло. Но сейчас тратить жир на мыло слишком расточительно. Вот когда будем жить получше — научу. А если появится мыло, можно подумать и о бумаге. Потом железо… железный нож, железная кастрюля…
Будущее внезапно казалось полным возможностей!
Сяо Сянь помог ему нести мокрые шкуры.
— Ты опять говоришь что-то странное.
Но Чжо Янь выглядел очень довольным.
Ну и пусть странный.
Они занесли всё в пещеру.
Едва успели немного передохнуть, как по племени разнёсся сигнал.
Бум-бум-бум-бум.
У Чжо Яня мгновенно исчезла усталость.
Это же мясо!
МЯСО!
Будто человек, который секунду назад едва полз, внезапно получил силы взбежать на тридцатый этаж.
И поясница больше не болела.
И ноги не дрожали.
— Пошли!
Он радостно потащил Сяо Сяня за собой.
Хе-хе-хе.
Мясо!
Они спустились по склону.
Сяо Сянь вёл к центральной части племени.
Чжо Янь там почти не бывал.
Чем дальше они шли, тем больше встречали зверолюдей и полузверолюдей.
Некоторые несли факелы.
Шумно.
Оживлённо.
В центре находилась большая ровная площадка.
Глава племени уже распределял мясо.
Семьи зверолюдей, которые получили долю как участники охоты, повторно не получали.
Остаток делили по пещерам.
Большим семьям — больше.
Маленьким — меньше.
А если в семье были детёныши, им ещё давали крупные кости, чтобы грызть и точить зубы.
Чжо Янь услышал правила.
И совершенно бесстыдно спросил:
— А я тоже считаюсь детёнышем? Я ведь ещё не женат… в смысле, у меня ещё нет партнёра.
Сяо Сянь: «А?»
— Я сейчас спрошу.
Глаза Чжо Яня уже сияли.
Он быстро нашёл очередь.
— Сяо Сянь, иди домой! Не жди меня. До завтра!
Его голос утонул в шуме.
Сяо Сянь растерянно смотрел вслед.
Чжо Янь действительно собирается спросить у взрослого, который раздаёт мясо?
Он… он такой смелый.
В центре стоял глава племени.
А мясо рубил пожилой зверолюд.
Он был в человеческой форме.
На висках серебрились волосы.
На лице — морщины.
На вид лет сорок с небольшим.
Очень серьёзный.
И немного страшный.
У Чжо Яня внутри тоже всё дрожало.
Когда подошла его очередь, он исключительно вежливо спросил:
— Дядя, можно мне немного костей?
И сразу объяснил:
— У меня ещё нет партнёра. Я полузверолюд. Живу один в пещере ближе всего к окраине.
Костяной нож в руке пожилого зверолюда остановился.
Тот медленно поднял глаза.
Холодный взгляд скользнул по Чжо Яню.
Чжо Янь сразу почувствовал себя неловко.
Может, он и правда совсем совесть потерял?
Отбирает кости у детей.
— Если нельзя, ничего страшного…
У-у-у.
Дядя реально страшный.
Извините.
Я был неправ.
Даже глава племени посмотрел сюда.
У Чжо Яня горели уши.
Он уже хотел провалиться сквозь землю.
Но пожилой зверолюд вдруг отрубил ему большой кусок мяса.
А потом велел человеку рядом добавить ещё несколько костей.
Глава племени спросил:
— Ты Чжо Янь?
— Да.
— Зима скоро. Если снег будет сильным, перебирайся в Большую пещеру заранее.
Чжо Янь замер.
Он ожидал насмешки.
А услышал заботу.
Глаза сразу защипало.
На этот раз по-настоящему.
— Я понял. Я пока попробую справиться сам. Если не смогу, обязательно пойду в Большую пещеру. Спасибо, глава. И спасибо, дядя.
Глава племени смотрел на него с лёгкой жалостью.
— Иди домой.
Когда Чжо Янь вышел с площадки, корзина за спиной приятно тянула вниз.
И на сердце тоже было тяжело.
Но тепло.
Он действительно был тронут.
— Чжо Янь! Ты пришёл! — раздался голос Амана. — Сяо Сянь сказал, что ты попросил кости. Тебя не отругали?
Сяо Сянь, оказывается, никуда не ушёл.
И остальные друзья тоже пришли.
Все ждали его.
Цяо заметила покрасневшие глаза Чжо Яня и сразу начала успокаивать:
— Старший просто не любит улыбаться. Он не злой. Если тебе нужны кости, у нас дома…
— Не надо! Мне дали.
Чжо Янь улыбался.
— И старший, и глава дали. Он действительно немного страшный, но хороший.
Все облегчённо выдохнули.
Сяо Сянь признался:
— Я в детстве, когда видел этого дядю, сразу плакал.
— Шитоу тоже плакал.
— Аман тоже.
Шитоу и Аман тут же начали сдавать друг друга.
Компания расхохоталась.
Чжо Янь тоже смеялся.
Племя по-прежнему жило по многим звериным правилам.
Но человеческого тепла здесь тоже хватало.
Когда Чжо Янь уже прощался с друзьями, неподалёку заговорили другие зверолюди и полузверолюди.
— Глава действительно дал Белышу такой большой кусок мяса?
— Он всё равно не может принять человеческую форму. Даже полузверолюдом не стал. Потомства от него не будет.
— Он так сильно ранен, всё равно умрёт. Жалко переводить мясо.
Другой полузверолюд вздохнул:
— Глава сказал, что белорогие быки тоже пришли благодаря Белышу. И Белыш почти умирает. Пусть хотя бы перед смертью наестся.
В голосе звучала небольшая жалость.
Но она быстро исчезла.
— Белыш взял мясо и ушёл из племени. Наверное, глава и не собирался разрешать ему зимовать здесь. Он ведь зверь. Если зимой проголодается и сойдёт с ума, может напасть на людей…
http://bllate.org/book/20472/2045393
Готово:
