Забрав фрагменты собственных тел из начальной локации, Чжоу Тун и Янь Чжэн вызвались идти вместе с Юй Чжоу.
Особенно усердствовал Янь Чжэн: тот категорически отказался снова подпускать свою «богиню» к загонам для скота. Узнав про отсутствие Минь Юй, он не просто не огорчился, а принял это как должное и даже втайне ликовал — Хэ Гуанцзи теперь не удастся приписать себе её заслуги.
Нин Ичэнь лишь покрутил пальцем у виска, обозвав его дураком: Минь Юй не идёт, Хэ Гуанцзи тоже, и лишь этот холостяк ломится вперёд, словно упёртый баран.
Но Янь Чжэну было плевать. Окрылённый возможностью выслужиться перед предметом вздохов, он шествовал с гордо поднятой головой, в азарте едва не позабыв натянуть маску.
Быстро прибравшись и переведя дух, троица направилась к загонам.
Добрались они без особых происшествий. Юй Чжоу отыскал тот самый стойловый бокс, где укрывался прежде, и завёл спутников внутрь.
Здесь почти ничего не изменилось: свежего скота не завезли, зато содержимое кормушек и сточных канав перегнивало уже лишних несколько дней. В нос ударила столь дикая вонь, что чуть не лишила всех троих чувств на месте.
Самым же паршивым оказалось то, что на полу искомого фрагмента не лепетало. Значит, останки покоились либо в корыте, либо в помочной канаве.
Проклятье.
Пачкать руки в такой мерзости юноша никого просить не стал. Зажав нос, Юй Чжоу сам пошарил в кормушке. Пусто. С каменным лицом он повернулся к канаве.
Нагнулся и погрузил кисти в зловонную жижу. Липкая, тухлая слизь медленно облепила пальцы. Пусть кожа на руках не способна чувствовать вкусы и запахи, Юй Чжоу отчаянно захотелось провалиться сквозь землю.
К счастью, спасение подоспело быстро.
Чжоу Тун где-то раздобыл длинный толстый дрюк. Схватив его, Юй Чжоу подёргал им в мутной жиже и вскоре выудил на свет отсечённую кисть и часть руки.
Закончив с этим, они немедленно сменили позицию. Миновав отряд патрульных в масках, троица прилипла к стенам камеры, в которой раньше держали Минь Юй.
Янь Чжэн вызвался добровольцем, выхватив у Юй Чжоу палку, и с видом лихого налётчика двинулся на канаву. В порыве усердия он чуть не поскользнулся и едва не ухнул в грязь. Чжоу Тун заходился от смеха, а вот Юй Чжоу не на шутку тревожился и стоял наготове, чтобы успеть подхватить бедолагу.
На этот раз улов оказался скромным — всего лишь пара пальцев ноги. Впрочем, никто не унывал. Упаковав найденное, они ретировались, направившись к уличным лоткам с едой, о которых говорил Сюй Цинъань.
Обратный путь лёгким не назвали бы. По дороге им перерезали путь сразу два перекрёстных патруля людей в масках. Тканевые накладки скрывали лица, но отрубленные части тел в руках заставляли нервничать, так что парни старались держаться тени. Увы, уходя от погони, они угодили из огня да в полымя: прямо на них из сумрака выскочила стая людей-пауков, снующих по стенам.
Юй Чжоу располосовало предплечье острой лапой, ноги Чжоу Туна до самых бёдер облепила густая паутина, превратив в два белых кокона. Зато Янь Чжэн, несмотря на свою упитанность, проявлял чудеса ловкости. Как позже заявил сам герой, «бафф от вдохновения богини» даёт ему неуязвимость по меньшей мере на трое суток.
В итоге непобедимый Супер-Янь, подхватив Юй Чжоу одной рукой и зажав Чжоу Туна под мышкой, ринулся в бой. Проломив окружение, он отделался лишь царапиной на щеке — испугались больше, чем пострадали.
После этой взбучки Чжоу Тун ещё долго молча таращился на Янь Чжэна.
Юй Чжоу про себя подумал, что тот, должно быть, всерьёз взвешивает эффективность любовных чувств для боевой прокачки.
Точка с закусками, о которой упоминал Сюй Цинъань, находилась довольно далеко.
Перейдя дорогу, троица свернула в переулок. Народу здесь толпилось немерено — настоящая ярмарка, если не брать в расчёт, что прохожие разгуливали в зубастых масках и с дубинами наперевес.
Сама торговая улочка уходила вглубь квартала. В узкий проход втиснулись десятки лотков: жареное, пареное, печёное и варёное источало такие аппетитные ароматы, что у Янь Чжэна буквально слюнки текли.
Чжоу Тун ещё сохранял остатки благоразумия и попытался переключить внимание на дело:
— Староста говорил, чем именно там торгуют?
— Вроде жаренными во фритюре снеками, — отозвался Янь Чжэн. — На таких рынках обычно есть зонирование: одинаковую еду продают рядом, так что найдём быстро.
Не успел он договорить, как Юй Чжоу указал пальцем:
— Вон там.
— Вот это реакция! — удивился Чжоу Тун. — Тьма лотков, у меня аж в глазах рябит.
Юй Чжоу и сам озадачился.
Надписи и речь вокруг оставались чужими и непонятной тарабарщиной, но стоит ему кинуть взгляд — и смысл проявлялся сам собой.
Впрочем, вникать в это у него времени не было: первостепенной задачей оставался поиск останков. Однако стоило юноше сделать шаг, как сквозь шум ярмарки пробился выкрик зазывалы. Голос проникал в самую голову, заставляя норовить остановиться.
«Подходи, не скупись, покупай сок из свежей восковицы!»
«Свежая выжимка! Скидка двадцать процентов на всё! Купи три стакана — четвёртый в подарок!»
«Проходи, не зевай, выгоду не упускай!»
Сок из восковицы...
Свежевыжатый ягодный сок.
Скидка двадцать процентов. Три берёшь — четвёртый бесплатно.
Как же... соблазнительно.
Словно ведомый неведомой силой, Юй Чжоу изменил маршрут и направился прямиком к прилавку с напитками.
Чжоу Тун с Янь Чжэном о чём-то весело болтали и вовсе не заметили, что товарищ отстал.
Голова раскалывалась...
Юй Чжоу ощущал, как в его разуме схлестнулись два волевых импульса, и один постепенно подавлял другой. Навязчивый шёпот в черепной коробке твердил: скорее купи сок, а потом беги за остальными скидками, иначе...
Иначе всё разобьют другие!
Сам не помня как, он оказался у стойки. Торговец с расплывшимся в улыбке лицом достал пластиковый стаканчик:
— Сок из восковицы, верно?
—... Да, — еле слышно пробормотал Юй Чжоу.
Улыбка продавца стала ещё шире. Не наливая напитка, он протянул пустой стакан прямо к лицу юноши.
В следующее мгновение Юй Чжоу распахнул глаза от ужаса. «Стакан» на глазах менял форму: из прозрачного становился иссиня-чёрным, пускал шипы, вытягивался и отращивал ушные крепления...
Пока не превратился в маску.
В точно такую же маску с клыкастым оскалом, какие носили местные жители.
Тканевая накладка, которой юноша пытался прикрыть лицо, исчезла без следа. Жар от раскалённых жаровен обжигал щёки, а стакан-маска приближался всё ближе и ближе — словно притягиваемый магнитом, пока не нахлобучился ему на лицо.
Тишина обрушилась мгновенно.
Лишь спустя вечность слух начал возвращаться, а разом с ним — сжимающая грудь духота. Юй Чжоу почувствовал, как его разум отторгло от тела и заперло в стеклянном кубе, лишив возможности управлять собственными руками и ногами.
Окружающий мир преобразился. По улице больше не ходили чудовища в клыкастых накладках — вокруг сновали обычные люди с авоськами и корзинами, яростно торгуясь за каждую монету и радуясь сбитым ценам.
Оказавшись посреди этой суеты, Юй Чжоу растерялся. Ему казалось, что его место совсем не здесь, но идти было больше некуда.
Вдруг перед глазами мелькнули две тени.
Он прищурился.
Две курицы, сбежавшие с какого-то лотка, с абсолютно невозмутимым видом удирали по переулку. «Нужно немедленно их поймать! — промелькнуло в его помутнённом разуме. — Поймать и вернуть хозяину!»
Сказано — сделано. Перехватив метлу, прислонённую к прилавку, Юй Чжоу рванулся вдогонку за сбежавшей птицей и со всего маху замахнулся.
— Слышь, мы, кажется, быстро разогнались? — протянул Чжоу Тун. — А где Юй Чжоу?
Янь Чжэн только хотел ответить, что без понятия, как у самого уха свистнул воздух. Сработавший рефлекс заставил его вскинуть руку и отбить метлу, летевшую прямо в висок.
—... Юй Чжоу?! — опешил Янь Чжэн. — Ты чего драться лезешь?
— Не-не, с ним что-то не так! — крикнул Чжоу Тун. — Глянь на его глаза, они же алые! Точь-в-точь как у тех тварей в масках!
Янь Чжэн обомлел. Поднимать руку на друга он не хотел, принимая тупые удары метлой на себя, и окончательно растерялся:
— Твою мать! Что за чертовщина?! Он что... сейчас тоже в человека-паука переродится?!
— Не каркай, дурачина! — огрызнулся Чжоу Тун. — От монстров он ещё отличается, значит, шанс есть! Давай свалим его без чувств и отволочём в лавку к боссу Цзяну!
— Ладно, давай! — Янь Чжэн перехватил прутья метлы.
Процесс превращения ещё не завершился, поэтому физически Юй Чжоу мало чем отличался от себя прежнего и против Янь Чжэна устоять не мог. Не рассчитав силы в суматохе, тот пнул его прямо в живот через древко.
Юй Чжоу покачнулся и шмякнулся на землю. Из его кармана выпал небольшой лоскут ткани.
Янь Чжэн шагнул вперёд, взваливая пострадавшего на спину, а Чжоу Тун подобрал тряпку и с недоумением разглядел её:
— Это ещё что за раритет? У Юй Чжоу что, слабость к ситцу в цветочек?
«Неужто он ещё и одежду на сувениры рвёт?» — пронеслось в его голове.
— Не важно, потащили. Забери пока с собой, — бросил Янь Чжэн.
Чжоу Тун уже собрался спрятать лоскуток в карман, как тот внезапно вырвался из пальцев, взмыл в воздух и устремился к лицу Юй Чжоу.
Слепящая вспышка белого света озарила переулок. Цветистая ткань впиталась в клыкастую маску, после чего обе рассыпались мелкой пылью.
Спустя мгновение Юй Чжоу тихо закашлялся и открыл глаза.
—... Офигеть, — прошептал поражённый Чжоу Тун. Развязка оказалась неожиданно быстрой. — Юй Чжоу, ты... ты как? Живой?
Контроль над телом вернулся. Помимо тупой боли в затылке, никаких повреждений не ощущалось. Юй Чжоу качнул головой:
— Всё в порядке. Идём дальше.
— Что с тобой только что было-то? — допытывался Чжоу Тун.
Юй Чжоу на секунду задумался и честно признался:
— Сам не понял.
— Может, тебе лучше вернуться в лавку и отлежаться? — забеспокоился Чжоу Тун. — Мы и сами справимся.
Поразмыслив пару секунд, юноша отказался:
— Раз уж пришли, доделаем всё вместе. Я правда в норме.
— Ну, ладно... — Чжоу Тун помялся. — А маску-то ты надеть сможешь?
— Дай новую, — попросил Юй Чжоу.
Товарищ протянул ему запасную накладку.
Натягивая повязку, Юй Чжоу оглянулся назад. За прилавком с соком всё так же стояла тварь с налитыми кровью глазами, скрывая оскал под накладкой.
Но ведь секунду назад тот продавец абсолютно точно ему улыбался...
Впрочем, головная боль выжгла остальные подробности.
— Что всё-таки произошло? — спросил он у Чжоу Туна.
— Ну ты даёшь! — всплеснул руками Чжоу Тун. — Ты хоть соображаешь, как нас перепугал?! Глазищи краснющие, хвать метлу — и давай гонять нас с Янь Чжэном по всей улице!
— Серьёзно? — Юй Чжоу нахмурился и глянул на Янь Чжэна. — Неужели я был так агрессивен?
Янь Чжэн выглядел мрачнее тучи. Услышав вопрос, он лишь мазнул по нему холодным взглядом, не произнеся ни слова.
Юй Чжоу решил, что тот просто ещё не отошёл от испуга, и не стал придавать этому значения, лишь слегка хлопнув друга по плечу.
— Ещё бы! Бычился как ненормальный! — кивнул Чжоу Тун. — Слушай, без шуток, отнесись к этому серьёзно. Пойдём заберём останки, а потом обязательно наведаемся к владельцу фруктовой лавки. Мне кажется, мужик он правильный, шарит.
Юй Чжоу удивился, но в уголке его губ промелькнула едва заметная улыбка:
— Ладно-ладно, ты повторяешь это уже десятый раз. Я всё прекрасно понимаю, просто память отшибло... Спасибо вам. Если бы не вы — пропал бы.
— Да не, мы-то тут при чём! — отмахнулся Чжоу Тун. — Тебя этот... как его... ситцевый лоскут вытащил!
— Лоскут? — переспросил Юй Чжоу.
— Ага, — подтвердил Чжоу Тун. — Выпал у тебя из кармана. Я его только поднял, а он как рванёт к твоему лицу и сожрал ту маску с потрохами!
Юй Чжоу сдвинул брови, мысленно сопоставляя детали, и вдруг прозрел:
— Так вот почему ты спрашивал, смогу ли я снова надеть накладку?
— Ну да!
— И где он сейчас?
— Лоскут-то? — хмыкнул Чжоу Тун. — Погиб смертью храбрых вместе с маской.
Юй Чжоу не нашёл, что ответить.
— Что это вообще за артефакт такой? Спасти тебя ни с того ни с сего... Офигеть же! — восхищался Чжоу Тун.
Юй Чжоу отрицательно качнул головой. Если парень не ошибался, этот «ситцевый лоскут» был той самой вещицей, которую в предыдущем мире призрак женщины умоляла его забрать с собой.
Но ведь он собственными руками закопал его подле алтаря! Как тряпка снова очутилась в его одежде?
И с чего бы ей спасать ему жизнь?
Если всё это время она лежала у него в кармане, почему он её не замечал?
Какая-то смутная догадка зародилась в сознании, но уверенности не было.
Чжоу Тун пихнул Янь Чжэна в бок:
— Ты чего застыл? Хоть бы спросил у Юй Чжоу, как он себя чувствует!
Янь Чжэн наградил его таким тяжёлым, мрачным взглядом, что тот аж отшатнулся:
— Воу-воу, ты чего взъелся?! Не хочешь говорить — не надо, чего зыркаешь-то? Странный ты какой-то...
— Отвали от меня, — буркнул Янь Чжэн. — Задолбал.
Засунув руки в карманы, он продолжил идти вперёд, но держался от них на расстоянии пары шагов.
Огребя на ровном месте, Чжоу Тун впал в ступор и озадаченно почесал затылок:
— Это чего это с ним?
— Без понятия. Пойду узнаю, — ответил Юй Чжоу.
Однако Янь Чжэн будто прочёл его мысли: стоило Юй Чжоу сделать шаг в его сторону, как тот прибавил ходу, не обернувшись и даже не поведя бровью.
В душе Янь Чжэна бушевал ураган.
Чжоу Тун — новичок, с него спросу нет. Но сам-то Янь Чжэн прошёл через весь ад на станции метро и отлично понимал, чем на самом деле являлась эта тряпка!
Это артефакт.
Тот самый артефакт, о котором со слезами на глазах твердил Линь Чэнхуань, уверяя, что у Юй Чжоу он точно есть.
И он у него действительно был!
Юй Чжоу его обманул.
Больше всего на свете Янь Чжэн ненавидел ложь — а особенно когда его дурачил тот, кого он искренне считал верным товарищем. Гнев и обида распирали грудь, не давая нормально дышать. Тут как раз под ноги подвернулась стопка плетёных корзин. С досады он со всей дури пнул их. Корзины разлетелись в стороны, обнажая то, что пряталось под ними.
В то же мгновение чья-то сильная рука мёртвой хваткой вцепилась ему в плечо и отдёрнула назад.
Под корзинами сидел свернувшийся в клубок человек-паук. Разбуженная пинком тварь распрямила сочленения лап и уставилась на нарушителя покоя десятками горящих яростью глаз.
Янь Чжэн обомлел. Оглянувшись, он увидел Юй Чжоу. Не выдерни тот его вовремя, заострённая лапа насквозь пробила бы ему грудь.
— Бежим! — рявкнул Юй Чжоу. — Здесь полно этих тварей!
Оба огляделись.
Тесный переулок оказался кишащим гнездом. За лотками, под столами, в кучах хлама и корзинах — в каждом тёмном углу копошились сотни людей-пауков.
Чжоу Тун от ужаса чуть не лишился чувств:
— Ты что, совсем сдурел?! На фига ты это пнул?!
— А я почём знал, что там паук сидит?! — заорал в ответ Янь Чжэн.
— Да потому что у тебя характера нет, один псих!
— Да-да-да, виноват! Потолкуем об этом позже, валить надо!
— Слышь ты, если я тут сдохну, это будет отцеубийство! Отцеубийство, понял?!
— Твою мать! — не выдержал Янь Чжэн. — Проехали уже! Я же уже назвал тебя батей, хватит паясничать!
— Нифига! — вопил Чжоу Тун. — Единожды папка — навеки папка!
Янь Чжэн потерял дар речи.
У Юй Чжоу от их перепалки разболелась голова. Растащив спорящих в разные стороны, он быстро оценил обстановку и указал на свалку неподалёку:
— Вон туда! Там никого нет, затаимся!
Но не успел он договорить, как за спиной взвилась острая лапа монстра-паука. Одна целила Янь Чжэну в затылок, вторая — в поясницу. Свист разорвал воздух, конечность твари превратилась в размытую тень.
Янь Чжэн заметил отблеск, но увернуться не успевал. Он вскинул руки, закрывая голову, но кто-то оказался быстрее.
Бледная, тонкая кисть вынырнула из-за его плеча и приняла удар на себя. Но разве могла человеческая плоть сдержать стальную мощь чудовища? Кожа на руке Юй Чжоу мгновенно лопнула, обнажив кость.
— А-ах...
Острая лапа не остановилась. Пробивая преграду, раскалённый шип со скрежетом вошёл в мягкие ткани, прошивая предплечье до самого локтя и впиваясь в плечо.
Алая кровь брызнула во все стороны.
— Ах ты мразь!..
Глаза Янь Чжэна налились кровью. Вид израненного друга выжег из его головы все мысли. Сцепив зубы, он обхватил костяной шип и с хрустом отломил его, превращая в смертоносный пик, после чего кинулся на монстра.
От подобного безумия паук опешил и попятился, но Янь Чжэн вонзил его же собственную лапу прямо в сочленение панциря. Из туши брызнула зловонная жижа. Но на этом парень не остановился: схватив с ближайшего лотка чан с бурлящим маслом, он без колебаний выплеснул кипяток на тварь. Раздался оглушительный треск и шипение — монстр сжался в обугленный ком.
Янь Чжэн тяжело дышал, пытаясь перевести дух. Грудь разрывало от бешеного стука сердца — то ли от пережитого страха, то ли от дикой вспышки гнева.
Ему было плевать.
Обманул его Юй Чжоу или нет — он остаётся его братом.
И это не изменится никогда.
Скинув тяжесть с души, Янь Чжэн почувствовал невероятный прилив сил. Подхватив раненого Юй Чжоу и заграбастав за шкирку Чжоу Туна, он рванул вперёд, возобновив свой неудержимый бег.
Чжоу Тун окончательно потерял нить происходящего. «Что его за муха укусила?» — вертелось у него в голове.
На пункте приёма вторсырья было пусто. Всюду возвышались кипы старых газет, картонные коробки и горы пустых бутылок — идеальное укрытие.
Преследователи налетели следом. Заострённые лапы тварей с грохотом врубались в завалы хлама, швыряя в воздух стопки макулатуры. Газеты и картон взмывали к небу и рассыпались хаотичным роем, точно листовки во дворе школы после выпускных экзаменов.
Маневрируя под этим бумажным дождём, троица прошмыгнула за массивный агрегат. Это был промышленный шредер: в его приёмном бункере меланхолично пережёвывались старые документы, превращаясь в мелкую лапшу.
Место оказалось надежным. Несколько монстров покружили неподалёку и, так ничего и не найдя, убрались восвояси.
Янь Чжэн осторожно опустил Юй Чжоу на землю, оторвал от своей футболки длинную полосу ткани и принялся бережно перевязывать ему раненую руку.
Юй Чжоу с удивлением посмотрел на него:
— Вокруг полно чистой бумаги, обязательно было рвать одежду?
Хоть обида и прошла, Янь Чжэн всё ещё состряпал неприступный вид и буркнул:
— Хочу и рву. Тебе-то что?
Юй Чжоу перевёл недоумённый взгляд на Чжоу Туна. Тот сначала покрутил головой, а затем лишь беспомощно развёл руками.
Немая сцена: оба ничего не понимали.
Повернувшись обратно, Юй Чжоу столкнулся с тяжёлым, сложным взглядом Янь Чжэна.
— Что стряслось? — спросил Юй Чжоу.
— Жду объяснений, — отрезанно произнёс тот.
Юй Чжоу выпал в осадок.
В этот момент Чжоу Тун громко ахнул:
— Гляньте, что я нашёл!
Парни склонились над ним. Чжоу Тун выудил откуда-то пожелтевшую от времени газету и ткнул пальцем в газетную заметку:
— Тут статья про убийство многолетней давности. Смотрите на фото!
На снимке была изображена лишь одна деталь: алое платье.
Пятна засохшей крови и красная ткань переплелись так тесно, что слились в единое целое.
— Призрак женщины, которого я видел прошлой ночью, был именно в таком платье! — прошептал Чжоу Тун.
Юй Чжоу нахмурился и забегал глазами по строчкам. Дойдя до самого конца заметочки, он замешкался.
Внизу стояла подпись:
«Следователь по делу: Фань Чживэй».
http://bllate.org/book/20468/5176568
Готово:
