Крупные капли дождя застучали по широким листьям камфорных деревьев. Минута — и одинокая дробь сменилась плотной стеной проливного дождя.
Сун Ицзэ на мгновение отвлёкся от ливня, разбушевавшегося за окном. Влажная прохлада окутала его, когда он отвёл взгляд от тёмного неба и толкнул дверь класса.
Нин Си всё так же сидел за партой, не отрывая взгляда от экрана планшета. Он выглядел настолько увлечённым и сосредоточенным, будто решал судьбу мира.
Сун Ицзэ нахмурился. Он подошёл ближе, снова недоверчиво взглянул на экран, затем на Нин Си.
— Эй, — он слегка коснулся его плеча.
Нин Си вздрогнул, ощутив тяжесть на плече, и спешно сдёрнул наушники. Обернувшись и увидев Сун Ицзэ, он виновато улыбнулся:
— Ой… Привет, Ицзэ! Какая встреча. Ты чего в такой час?
Сун Ицзэ чуть сдвинул брови:
— Ты…
Нин Си нервно сглотнул.
Сун Ицзэ, заколебавшись, с минуту вглядывался в экран, прежде чем спросить:
— Тебе нравятся волшебницы?
Тишина в классе стала почти осязаемой.
На экране планшета шёл аниме-сериал про волшебницу Айшашу. Длинноногая девица с пышными бровями и ослепительными радужными волосами ярко улыбалась, посылая воздушные поцелуи и складывая пальцы «викторией» для маленьких зрителей.
—…
—…
— Ха-ха… Да я так, от скуки включил! — Нин Си мгновенно хлопом закрыл чехол планшета и с открытой улыбкой посмотрел на Сун Ицзэ. — Волшебницы, ага! Отличное аниме.
Сун Ицзэ озадаченно посмотрел на него. Нин Си улыбался так искренне и непринуждённо, будто для старшеклассника засматриваться детскими девчачьими мультиками было самым обычным делом.
«Неужели про волшебниц и впрямь так интересно?» — мысленно усомнился Сун Ицзэ.
А вот сам Нин Си внутри буквально сходил с ума от паники.
«Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! Чуть не попался!»
Внешне он сохранял абсолютное спокойствие, но про себя уже перебрал все известные ему ругательства.
Пренеприятнейший момент.
Вообще-то Нин Си честно учил высшую математику. Только-только досмотрел очередной онлайн-урок и поднял голову, чтобы дать глазам отдохнуть, глядя в окно. И тут в отражении стекла увидел, как открывается дверь.
Нин Си аж подскочил. Кто бы там ни вошёл, старшеклассник, штудирующий вузовский курс вышки в пустом кабинете, выглядел бы по меньшей мере странно.
Он бегло окинул взглядом список рекомендованных видео — ровный ряд роликов, из которых только одно детское аниме про волшебниц не имело никакого отношения к математике.
Нин Си среагировал мгновенно: не раздумывая, кликнул по мультфильму, отмотал шкалу времени немного вперёд и уставился в экран с видом человека, заворожённо смотрящего аниме уже долгое время.
И надо же было такому случиться, что вошедшим оказался именно Сун Ицзэ!
Нин Си мысленно перекрестился. Иначе как бы он объяснил, с какого перепугу двоечник, с трудом набравший сорок баллов на пробнике, изучает высшую математику?
— Ицзэ, а ты чего пришёл? — Нин Си доброжелательно улыбнулся. — У тебя разве не уроки?
— Закончились, — ответил Сун Ицзэ. — Звонок только что был.
— А, уже звонок? — Нин Си бросил взгляд на планшет и глупо хихикнул: — Ой, видать, слишком увлёкся, ничего не слышал.
Глядя на его невинную и сияющую физиономию, Сун Ицзэ со вздохом заметил:
— Ты же говорил, что собираешься взяться за ум. Почему вместо этого смотришь мультики прямо в классе?
— Да что-то… учеба не идёт, — почесал затылок Нин Си, выдумав первую попавшуюся отговорку, и тут же перевёл тему: — Кстати, а ты зачем меня искал?
Сун Ицзэ только сейчас вспомнил о цели своего визита. Достав из-за спины стаканчик с чаем, он поставил его на парту:
— Директор угостил. Держи.
Нин Си с удивлением уставился на внушительную порцию:
— Мне?
— Угу, — кивнул Сун Ицзэ и, заметив его озадаченный вид, уточнил: — Что, не любишь боба-чай?
— Да нет, ты что! Очень люблю! — Такая неожиданная радость застала Нин Си врасплох, и он тут же вспомнил про печенье, которое приготовил в подарок.
Порывшись в столе, он вытащил большую банку и протянул Сун Ицзэ:
— А это тебе. Хотел занести на перемене, да ты сам пришёл. Забери заодно.
Сун Ицзэ взглянул на высокую банку печенья — размером аккурат с поллитровый стакан чая, — совершенно не понимая, зачем Нин Си выбрал именно такую громоздкую упаковку.
И хотя Сун Ицзэ не был голоден и сладости особо не любил, подарок он взял. Откажись он — Нин Си всё равно бы не отстал.
— Спасибо за чай! А сам почему не пьёшь? Это же вам директор выдал, — Нин Си рассмотрел этикетку на стаканчике. — О, боба-чай с чёрным сахаром и молоком! Обожаю его!
— Не хочется, — Сун Ицзэ запнулся на мгновение и добавил: — Выбрасывать жалко, так что отдаю тебе.
Экономия — благородное дело.
Нин Си всё ещё пребывал в лёгком шоке от внезапного появления Сун Ицзэ, поэтому торопливо проговорил:
— Спасибо! Слушай, а ты на урок не опоздаешь?
Сун Ицзэ сверкнул взглядом на часы. До начала оставалось пара минут.
— Ладно, я пошёл. — Он уже повернулся было, но вдруг остановился и протянул руку: — Давай сюда.
— А? — не понял Нин Си.
Сун Ицзэ сделал призывающее движение пальцами и холодно взглянул на гаджет:
— Планшет отдай.
Нин Си скривился. Отдавать технику не хотелось, но он всё же послушно подчинился.
— Изымаю. Сначала нормально поучись, — взял планшет Сун Ицзэ. В его обычно прохладном голосе проскользнули наставнические интонации.
— Ну ладно-ладно, — пробормотал Нин Си.
Затем он поднял свои красивые глаза, хлопая густыми ресницами, в которых затаился ласковый блеск:
— Только ты сам тоже учись хорошо!
Фраза прозвучала настолько послушно и мило, что Сун Ицзэ на автомате отозвался:
— Хорошо.
Десятиминутная перемена пролетела мгновенно. Не успеешь и глазом моргнуть, как снова гремит настойчивый звонок.
Под этот самый звонок Сун Ицзэ вошёл в кабинет на глазах у всего класса. В руках у него красовались непонятно откуда взявшийся планшет и огромная банка с печеньем.
Одноклассники только рты раскрыли, гадая, где Бог Цзэ разжился трофеями. И лишь Чжан Циан из своего угла зрел в самое сердце:
«Сразу видно — невестка подогнала. Эх, хорошо всё-таки иметь личного репетитора!»
***
Из-за внезапной проверки Сун Ицзэ Нин Си весь остаток дня сидел как на иголках.
К высшей математике он притрагиваться больше не рисковал — оставалось коротать время за задачниками по физике и химии.
Сжимающий ручку Нин Си откровенно клевал носом от скучных и простых упражнений.
За окном хлестал проливной дождь. Небо затянуло серой пеленой, будто набросили тёмное покрывало. Сырой, спёртый воздух проникал в коридоры учебного корпуса, принося с собой душную влагу.
В классе Нин Си остался один. Тишина и сумрак за окном располагали ко сну лучше любых колыбельных.
Дрёма окончательно сморила его. Веки налились свинцом, и Нин Си, махнув на всё рукой, просто уткнулся лицом в тетрадь.
Шум дождя монотонно барабанил по стёклам.
Сон накрыл его быстрее и глубже, чем обычно. Однако сквозь эту тяжёлую пелену скользнул едкий, неприятный запах — резкий, с солоновато-рыбной ноткой. Он кружил вокруг, назойливо липнул и вызывал тошноту.
— Нин Си…
Кто-то звал его. Но открыть глаза не получалось.
— Надо же, заснул прямо здесь…
Запах становился всё гуще, ближе, словно вот-вот обретёт плоть и набросится на него.
Нин Си резко очнулся и на инстинктах отпихнул то, что оказалось рядом.
— Чёрт! — раздался чужой голос.
Придя в себя, Нин Си увидел отшатнувшегося парня. Это был Ли Имин.
Осознав, что выразился не слишком культурно, Ли Имин тут же сменил тон на наигранно-доброжелательный:
— Ого, да у тебя со сна характер портится.
Нин Си потёр переносицу, совершенно не понимая, какого чёрта этот тип забыл в его классе:
— Ты чего хотел?
— Да так, ничего особенного, — усмехнулся Ли Имин. — Проходил мимо, смотрю — ты спишь. Вот и зашёл разбудить.
Нин Си этот тип с первой секунды не нравился, а тяжёлый шлейф его феромонов выводил из себя ещё больше:
— Спасибо.
— Не за что, — улыбнулся Ли Имин.
Они молча уставились друг на друга. Воздух в кабинете стал липким и неловким.
Нин Си не испытывал к нему ни малейшей симпатии — ни психологически, ни физиологически общаться с ним не хотелось.
— Слушай, а ты почему не в своём классе на самоподготовке?
— Ха, — Ли Имин снова хмыкнул. — Нин Си, ты вообще в курсе, который час?
Нин Си глянул на настенные часы.
— Уже шесть вечера, между прочим, — Ли Имин сочувственно покачал головой. — Я уже заканчиваю заниматься. Ты что, с обеда тут дрыхнешь?
«Неужели и вправду столько проспал?»
Ли Имин сделал шаг ближе:
— Проголодался? Пойдём перекусим вместе. Всё равно уже вечер, давай за компанию.
От него снова понесло этой химической вонью, похожей на медицинский антисептик:
— Жаль, ты мне тогда свой номер не дал. Неужели так сложно поделиться контактом?
Феромоны Ли Имина отдавали наглой, нескрываемой агрессией. У Нин Си от этого запаха мурашки побежали по коже, а в области железы отозвалась острая, колющая боль.
«Чёрт… Неужели опять нестабильность? С чего вдруг всё так заныло?»
— Эй, ты чего молчишь? — Ли Имин изогнул бровь, разглядывая сидевшего за партой Нин Си.
— А на кой тебе мои контакты? — вскинулся Нин Си, теряя терпение. — Я тебе денег должен, что ли?
Ли Имин явно не ожидал отпора:
—…Да просто познакомиться, жалко тебе, что ли? Ладно, пошли поедим.
— У меня уговорено, — отрезал Нин Си.
— Уговорено? — Ли Имин засунул руки в карманы. — С кем это?
«А тебе-то какое дело?!»
Нин Си казалось, что сам воздух вокруг них отравлен. Дело было не только в мерзком запахе — чужеродные феромоны провоцировали вспышки острой боли в железе, доставляя физические мучения.
Ли Имин сделал ещё шаг навстречу, но в этот момент спасительно зазвонил телефон.
Нин Си схватился за этот звонок как за соломинку. Даже не глянув на экран, он спешно принял вызов.
— Нин Си.
Низкий, чистый голос на том конце провода мгновенно принёс ощущение надёжности и спокойствия.
Звонил Сун Ицзэ.
— Я сейчас в Четвёртом учебном корпусе, на лабораторной. Скоро закончу. Собирайся и дуй к северным воротам.
Слушая Сун Ицзэ и глядя на самоуверенную рожу Ли Имина, Нин Си тихо ответил:
— Хорошо.
— Ладно, тогда я…
— Ой, подожди! — перебил Нин Си.
Он слегка повернул голову к Ли Имину, чуть прищурив уголки глаз — то ли отвечая собеседнику, то ли специально для стоящего рядом парня:
— Ицзэ, ты только приходи поскорее, ладно?
Лицо Ли Имина заметно изменилось.
Нин Си сбросил вызов. Ли Имин насупился:
—…Ты что, с Сун Ицзэ?
— Угу, — Нин Си убрал телефон и принялся сгребать тетради в рюкзак. — Я пошёл.
Ли Имин ничего не ответил. Наблюдая, как Нин Си закидывает рюкзак за плечи и спешно выскакивает из класса, он злостно сжал челюсти.
Сун Ицзэ! Опять этот Сун Ицзэ!
Чего Нин Си так за него цепляется?
Ли Имин вспомнил, как только что Нин Си нежно и сладко лепетал в трубку — полный контраст с той холодной неприязнью, с которой он общался с ним самим.
«Хех, ну да. Омегам лишь бы перед Альфами крутить хвостом. Понятно, на что он клюнул. Только вот бесит. Сам-то Нин Си никто и ничто, а строит из себя недотрогу, даже мессенджер не даёт!»
Гнилая зависть разъедала душу.
Ли Имин со злостью пнул стоящий рядом стул и в гулкой тишине пустого корпуса поплёлся прочь.
***
Нин Си почти бежал до самых северных ворот.
Дождь едва утих, оставив на асфальте тёмные лужи, в которых отражалось светлеющее небо.
Нин Си выскочил из здания, словно спасался бегством. Внутри было нечем дышать — казалось, каждый сантиметр пространства пропитался тошнотворной вонью Ли Имина.
Свежий, озоновый воздух после дождя казался настоящим спасением. Нин Си страстно хотел как можно быстрее смыть с себя этот липкий запах.
Он мчался во весь опор.
Как раз закончились занятия у тех, кто не оставался на вечернюю самоподготовку. На улице было полно школьников, из-за чего в воздухе смешалась пёстрая гамма чужих феромонов.
Нин Си казалось, будто с него содрали кожу, а внутрь проникает жгучая, пульсирующая боль.
«Спасите… Что за мучение!»
Сун Ицзэ быстро закончил с опытом и вскоре после звонка уже ждал у северных ворот.
Он стоял у самого входа — высокий, длинноногий, с неизменно бесстрастным лицом, привлекая к себе десятки взглядов.
Проходящие мимо Омеги так и норовили заговорить с ним.
Ещё бы! Живой, да ещё и никуда не торопящийся Бог Цзэ — редкое зрелище!
Однако ледяная аура, окружавшая его, мгновенно остужала пыл.
Пусть и ходили слухи, будто Учёный бог Сун на самом деле весьма сговорчив, внешне он казался совершенно неприступным.
Кроме того, всем безумно хотелось узнать: кого же он тут ждёт?
Сун Ицзэ взглянул на часы. Нин Си должен быть с минуты на минуту.
Он поднял глаза и увидел фигуру, стремительно несущуюся к воротам.
Асфальт после ливня оставался мокрым, повсюду блестели глубокие лужи. От каждого шага бегущего во все стороны с громким плеском летели брызги.
На Нин Си сегодня были короткие шорты, открывавшие стройные белые ноги, и простая белая футболка.
Пальцами он вцепился в лямку рюкзака, который ритмично подпрыгивал у него за спиной на каждом шагу.
«Словно кролик», — мельком подумал Сун Ицзэ.
Но бегать по скользкой дороге после дождя — идея так себе.
Нин Си оставалось подбежать совсем немного. Метрах в пяти он замахал рукой, на ходу крича с улыбкой:
— Ицзэ! А ты уже…
Договорить он не успел. Нога соскользнула прямо в лужу.
Скрытая под водой грязь оказалась невероятно скользкой.
Нин Си инстинктивно подался вперёд, пытаясь удержать равновесие.
Но тяжёлый рюкзак за спиной сместил центр тяжести: лямка сползла набок, увлекая его вслед за собой.
Нин Си потерял опору и мешком полетел носом в землю.
«Всё, хана!»
Сун Ицзэ сработал чисто на рефлексах — не раздумывая ни секунды, он рванулся навстречу, чтобы подхватить падающего Нин Си.
Нин Си, готовый через мгновение вспахать носом асфальт, тоже действовал на инстинктах — слепо выбросил руку вперёд, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь.
И тут подоспел Сун Ицзэ.
На том сегодня была свободная футболка с очень широким вырезом.
А Нин Си летел вниз.
И его спасительная рука вцепилась точненько в воротник доброго самаритянина.
И…
Нин Си, изо всех сил спасающий свою тушку, с треском сдёрнул широкую футболку Сун Ицзэ вниз.
Плечо, ключица, рельефные мышцы груди — всё это в одну секунду выставилось напоказ перед потрясённой общественностью.
И выглядело это, чёрт возьми, безумно соблазнительно.
Нин Си: «……»
Сун Ицзэ: «……»
Застывшие мозги, застывшие люди, застывший воздух и застывшие в нелепой позе тела.
Почему дышать стало ещё тяжелее?
http://bllate.org/book/20373/2235744
Готово:
