В соседней камере Вэй Ляо нервно дёрнул веком. Помянув нечистого, он привычно зажмурился и сделал вид, будто совсем ничего не слышит.
Что ж, судя по происходящему, Гу Минчжоу на удочку Шэнь Эра не попался — скорей уж сам Шэнь Эр запутался в собственных сетях до полной потери рассудка. Вэй Ляо даже почувствовал к нему нечто похожее на жалость.
Ну и ладно. Парочка — что надо.
Шэнь Эр звонко чмокнул Гу Минчжоу в губы и вытер рот рукавом. Щёки его пылали, но он изо всех сил изображал невозмутимость.
— Научился? — гордо хмыкнул он. — Владыка именно так с любимыми наложниками и целуется!
Гу Минчжоу промолчал.
«И зачем только нужно было добавлять последнюю фразу?»
Он уже собирался подразнить упрямого кролика дальше, когда каменная дверь с гулом отворилась. В камеру, держа на руках Чаохуая, вбежал Сяо Цин.
— Почтенный!
Щёки Шэнь Эра всё ещё горели. Заслышав голос Правого покровителя, он от неожиданности вздрогнул, виновато отпихнул Гу Минчжоу подальше и постарался придать лицу беспечный вид:
— Сяо Цин? Ты чего здесь?
Связанный с ним узами слуги и господина, Сяо Цин без труда ощутил присутствие хозяина. Не теряя ни секунды, он отпер решётку и буквально всунул младенца Шэнь Эру в руки:
— Бегите! Военный советник хочет избавиться от ребёнка!
У Шэнь Эра всё внутри похолодело. Прижав малыша к груди, он пробормотал с немыслимым изумлением:
— Он... сам это сказал?
— Почтенный, — Сяо Цин горел желанием выложить всё без таи, но боялся, что если правда вылезет наружу, Шэнь Эр и Се Сюнь разойдутся навсегда. Сцепив зубы, он выдавил: — Военный советник желает вам добра! Но вы должны бежать! Он скоро будет здесь, и я долго его не удержу!
Шэнь Эр замер. В груди его мгновенно вспыхнула глухая ярость:
— И это он называет «добром»?!
Опять эта ахинея про то, что одно Великое зло должно сожрать другое! Опять сказки, будто Левый и Правый покровители — лишь верные инструменты! Советник ошибся, он сам круглый дурак, и такого «добра» Шэнь Эру даром не надо!
Сяо Цин занервничал ещё сильнее, пытаясь увлечь его к выходу, но едва Шэнь Эр переступил порог камеры, у каменных ворот выросла тёмная, точно излитая из туши фигура.
Багровый клинок с тихим скрежетом волочился по камню. Лицо Се Сюня было чернее тучи. Прошагав внутрь, он вперил тяжелый взгляд в Сяо Цина. Голос его прозвучал ледяным, чеканным шёпотом:
— Сяо Цин.
Правый покровитель изменился в лице. Заслонив собой Шэнь Эра, он отчаянно заговорил:
— Владыка, вы не можете зайти так далеко! Послушайте меня, ещё не поздно всё исправить!
Се Сюнь издал сухой, ядовитый смешок и перевёл взор на Шэнь Эра, баюкавшего младенца:
— Значит, он тебе всё рассказал?
Шэнь Эр подсознательно ждал подобной развязки. Левый покровитель предупреждал не попадаться советнику на глаза, но разве можно что-то утаить от такого хитреца?
Сжав кулаки, Шэнь Эр спросил:
— И с каких пор ты разговариваешь со мной в таком тоне? Или надоело притворяться?
Три века он не показывался ему на глаза. Даже если Шэнь Эр не блистал умом, он умел делать выводы. Советник стал другим. Он больше не видел в нём повелителя и даже позволял себе отдавать приказы.
Се Сюнь молча разглядывал его, а затем натянуто, безжизненно улыбнулся:
— Почтенный, этому ребёнку не жить, и ты знаешь почему. Пусть сейчас ты не желаешь его смерти, но когда он вырастет, никто не гарантирует, что он не захочет убить тебя. В этом мире может остаться лишь одно Древнее Великое Зло.
— С чего ты взял?! — мгновенно огрызнулся Шэнь Эр. — И кто вообще дал тебе право решать за меня?!
Ладони его, обнимавшие крошечный свёрток, покрылись липким потом. Шэнь Эру было страшно: а что, если советник действительно решит напасть? Что делать тогда? Неужели придётся пожрать его злую волю? На такое он не способен.
Забившийся в угол Гу Минчжоу остался незамеченным для Се Сюня. Он слышал каждое слово — Демонический владыка намеревался убить их дитя.
Лицо Гу Минчжоу потемнело. Он положил ладонь на область дантянь, нащупывая внутренним взором второе золотое ядро, запечатанное в глубине тела.
Имя «Гу Минчжоу» давалось первенцам их рода не просто так: каждый из них от рождения обладал двумя ядрами. Именно поэтому их культивация продвигалась невиданными темпами.
В детстве бабушка заметила, что одно из ядер Гу Минчжоу поглощало духовную энергию небес и земли слишком стремительно — его плоть попросту не выдерживала такой нагрузки. Оставь она всё как есть, тело мальчика разлетелось бы на куски от избытка мощи. Поэтому гиперактивное ядро пришлось запечатать, а второе, обычное, позволило ему дорасти лишь до стадии Очищения Пустоты.
Без крайней нужды сокрушать печать запрещалось — накопившаяся за двадцать один год духовная энергия могла мгновенно испепелить его изнутри.
«Нужно выждать. Если эта демоническая тварь действительно вознамерится уничтожить дитя, я сорву замок».
«С чего я взял?»
Се Сюнь знал это наверняка. Ведь он сам был Великим злом, пожравшим собственную мать. И так происходило из века в век. Он прошёл через это и прекрасно понимал: глупые игры Шэнь Эра в «семью» — лишь бездарная подделка под человеческие чувства, в которую тот сам поверил.
Откуда у Великого зла взяться любви? Они лишь сгустки порока, рождённые в самых смердящих углах людских душ. И надеяться стать подобными людям, жаждать чувств и привязанностей — смехотворная глупость!
— Что ж, — Се Сюнь прищурился и с тихим звоном бросил длинный клинок на плиты. — Раз Почтенный более не желает слушать меня, отныне я не стану давать советов.
— Хочешь сказать, тебе больше нет до меня дела? — Шэнь Эр прикусил губу. В груди сжался тяжелый, обидный комок.
— Таков выбор Почтенного, — равнодушно отозвался Се Сюнь.
— Тогда мой выбор — чтобы ты слушался меня, как миленький! Не смел трогать Чаохуая и не смел молчать, когда я жду совета! — свыкшись с капризами, вспыхнул Шэнь Эр.
Его баловали с самых малых лет. Се Сюнь и оба покровителя сдували с него пылинки, превратив в своенравного избалованного ребенка. Он привык, что всё выходит по его указке, не понимая: мир не вращается вокруг его желаний.
Се Сюнь некоторое время молча смотрел на него. Ничего не ответив, с застывшим, каменным лицом он развернулся и вышел. Шэнь Эр лишь сильнее закусил губу, но окликать его не стал.
Едва советник скрылся, Сяо Цин облегчённо перевёл дух. Нащупав в пелёнках малыша Нефрит Цянь, от которого исходило мягкое золотистое сияние, он погладил гладкую поверхность камня и прошептал:
— Слава предкам, артефакт при нём. Судя по тону советника, какое-то время он не станет трогать дитя.
Тан Сяошу всё же оказался сообразительным малым и подготовился заранее — иначе Се Сюнь заколол бы младенца прямо на месте. Впрочем, зная упорство советника, тот не успокоится и обязательно попытается избавиться от ребёнка чужими руками.
Подумав об этом, Сяо Цин поднял глаза на растерянного Шэнь Эра и тихо молвил:
— Не принимайте близко к сердцу, Почтенный. Советник не желает вам зла.
Кабы желал, сорвал бы маску ещё здесь, а не стал вести пустые речи.
— А ты? — вдруг вскинул голову Шэнь Эр.
Сяо Цин обомлел:
— Я?
Да разве мог он замыслить недоброе против хозяина?!
Шэнь Эр обеспокоенно кивнул:
— Советник стал куда сильнее, чем прежде. Берегись, вдруг он решит избавиться и от тебя?
Хоть зайчонок и соображал туго, но даже он видел: советник набрал невероятную мощь, став Владыкой всех демонов. Сяо Цину с ним не сровняться. К тому же советник раньше обронил, будто Покровители для него — лишь удобное орудие. А сегодня Правый покровитель сорвал его замысел — такое не прощают.
Заметив его заботу, взгляд Сяо Цина потеплел.
— Так вот вы о чём... Не тревожьтесь за меня, Почтенный. Советник меня не тронет.
Хозяин действительно повзрослел. А ведь казалось, ещё вчера этот малыш не доставал ему и до колена, спотыкаясь на каждом шагу. И вот — уже взрослый, сам стал отцом, обрёл собственное мнение. Даже начал переживать за них...
На душе у Сяо Цина стало так тепло и гордо, что защипало в глазах.
Смахнув подступившие слёзы, он отвернулся — и налетел взглядом на Гу Минчжоу, который, скрестив руки, пристально наблюдал за ним из тени.
Выражение лица Правого покровителя тут же сделалось суровым.
— Почтенный, ступайте отдыхать. Малыш тоже измотан.
Шэнь Эр глянул на сына. Тот едва открывал глазки — Сяо Цин выхватил его из колыбели прямо посреди сна.
— Ладно, я пойду. А ты запри Гу Минчжоу как следует! — Шэнь Эр метнул на пленника яростный взгляд, решив расплатиться с ним позже.
Мерзавец! Так и не сказал, как быть со злой волей! В следующий раз он избьёт Гу Минчжоу до полусмерти, чтобы тот забыл, как напускать на себя таинственность!
Сяо Цин кивнул.
Когда они ушли, Правый покровитель повернулся к Гу Минчжоу.
Триста лет назад Шэнь Эр отослал его на поиски советника, и когда Сяо Цин вернулся на гору Фуфэн, всё уже было кончено. Небеса видят, как сильно он жаждал снести Гу Минчжоу голову! А этот подлый смертный мало того что осквернил Почтенного, так ещё и обманом заставил его заключить Брачный контракт Небесного Дао! Неслыханная дерзость!
— Гу Минчжоу, — сквозь зубы процедил Сяо Цин, сощурив глаза. — Почтенного с малых лет берегли от любых невзгод, он не ведает людского коварства. Раз в жилах этого ребёнка течёт кровь нашего господина, я защищу его любой ценой. Но не думай, будто твои грехи забыты.
Гу Минчжоу слушал его и всё отчетливее понимал, почему его маленький кролик вырос таким доверчивым — его воспитали в безумной слепой любви.
Помолчав, он спокойно спросил:
— И как же ты намереваешься со мной рассчитаться?
Сяо Цин оторопел и задумался:
— Э-э... Пока не решил! Но даже не думай, будто наш Почтенный беспомощен! Рано или поздно ты заплатишь за всё собственной жизнью!
— Договорились, — ровно ответил Гу Минчжоу. — Как только я запечатаю всех Великих демонов, через четыре года ты придешь и убьёшь меня.
Сяо Цин ждал возражений, и столь лёгкое согласие сбило его с толку. Нахмурившись, он тут же придрался:
— Это ещё что за фокусы?! Собрался запечатать Почтенного вместе с ребёнком?!
Гу Минчжоу медленно поднял взор:
— Ты прекрасно понял, о чём я. Шэнь Эру нельзя больше поглощать злую волю, иначе его разум помутнится, и дитя не сможет вырасти в покое. А раз он не станет её есть, зачем мне его запечатывать?
Сяо Цин поджал губы. Поразмыслив пару мгновений, он снова пошёл в атаку:
— Красиво поёшь! Да кто тебе поверит? Откуда мне знать, правда это или ложь? А если через четыре года ты передумаешь умирать?!
— Об этом не переживай, — тихо вздохнул Гу Минчжоу. — Мы с Шэнь Эром связаны условием: если он прикажет мне умереть, я не смогу ослушаться. — Он выдержал паузу и добавил: — Я вижу, ты действительно желаешь Шэнь Эру мира, а не хочешь превратить его в сосуд для скверны, как этот Демонический владыка. Посему прошу лишь об одном: не позволяй заставлять его жрать злую волю. Ему это не нужно.
Сяо Цин замкнулся. Он знал замысел Се Сюня. Изначально тот скормил Шэнь Эру тёмные сущности, чтобы передать ему свою проклятую судьбу. Но даже теперь, когда Гу Минчжоу лишён духовных сил, Се Сюнь всё равно подталкивал Шэнь Эра к поглощению скверны — ибо свято верил, что выросший ребёнок прикончит родителя. Как ни крути, а Се Сюнь по-своему привязан к Шэнь Эру.
Правый покровитель и сам опасался, как бы младенец не повторил судьбу Се Сюня. Но иного выхода он с ходу найти не мог. Как вырастить мальчика здоровым и при этом уберечь Шэнь Эра от опасности?
И тут Сяо Цина озарило.
— Ты любишь этого ребёнка?
Гу Минчжоу чуть помедлил:
— Разумеется.
Что за глупый вопрос?
— Завтра я устрою так, чтобы ты забрал его и ушёл. И больше никогда не показывался Шэнь Эру на глаза, — Сяо Цин впился в него пристальным взглядом, выискивая малейшие признаки лжи. — А через четыре года, как и уговорились, я отправлю Почтенного за твоей головой.
Лишённый внутреннего ядра Гу Минчжоу не представлял никакой угрозы — ни для них, ни для Се Сюня. Если он унесёт дитя в свой орден и вырастит там, мальчик будет в безопасности и не причинит вреда Шэнь Эру. Для Шэнь Эра разлука станет жестоким ударом, но это лучший из всех возможных вариантов.
Гу Минчжоу насупился и мгновенно отрезал:
— Нет. Ты хочешь, чтобы Шэнь Эр возненавидел меня...
— А ты как хотел?! — громко перебил Сяо Цин. — Пойми ты: среди Великих сущностей нет места чувствам! Почтенный со временем забудет и тебя, и дитя. Ты всё равно не достоин его расположения. А если откажешься уйти — не обессудь, я заставлю тебя силой!
Гу Минчжоу глубоко вдохнул:
— Триста лет вы были рядом, а ты так и не понял, чего Шэнь Эр хочет на самом деле.
— Да пусть хоть тысячу! Мой долг — следовать за Почтенным и возвести его на вершину этого мира! — Сяо Цин сорвал с пояса нефритовый подвес и швырнул пленнику. — На, держи. Эта драгоценность на время скроет демоническую природу ребёнка. Береги его пуще собственного глаза.
Гу Минчжоу не стал спорить. Поступать так он всё равно не намеревался: сделай он подобную глупость, Шэнь Эр станет проклинать его до конца дней. Век смертного короток, и Гу Минчжоу дорожил каждым днём, проведённым подле любимого. Замысел Сяо Цина был неплох, вот только выполнять его никто не собирался.
Приняв его молчание за согласие, Сяо Цин ушёл, довольный собой, чтобы подготовить побег младенца.
***
Комната Номер Два Небесного Ранга
Сун Цзинъюй, сражённый Заклятием сонного беспамятства, наконец начал приходить в себя. Едва открыв глаза, он увидел Се Сюня, сидевшего на краю ложа.
Ощутив плотную, давящую демоническую ци, Сун Цзинъюй дёрнулся к мечу, но Се Сюнь мягко остановил его, прижав ладонь к его запястью:
— Не раскачивайся. Ты тяжело ранен.
Голос Се Сюня звучал безмятежно, но у Сун Цзинъюя сладко замерло сердце.
Пересилив боль, он попытался приподняться, однако всё тело отозвалось тупой, ломающей ломотой. Он был сплошь покрыт синяками и ссадинами.
«Да что со мной стряслось?!»
Се Сюнь чуть повернул голову, и в его взоре проскользнуло нечто похожее на печальный вздох:
— И ты перестаешь меня слушаться.
Сун Цзинъюй прежде никогда не видел его таким. Се Сюнь всегда отличался ледяным хладнокровием и редкой сдержанностью, никогда не раскрывая душевных порывов. Неужто... он так переживал из-за его ран?
Впрочем, почему «и ты»? Кто ещё дерзнул перечить Владыке?
— Благодарю за заботу, Владыка, со мной всё в порядке, — робко проговорил Сун Цзинъюй, опираясь на изголовье. Справившись со стуком сердца, он вдруг вспомнил: — Ах да... Повелитель! Там, в подземелье, есть один заклинатель из смертных по имени Гу Минчжоу...
— Я знаю. Он в плену, — Се Сюнь расправил одеяло и бережно укрыл его ноги. — Я же просил не напрягаться. Отдыхай.
От такой нежности Сун Цзинъюй окончательно растерялся. Послушно поджав ноги, он прошептал:
— Спасибо вам...
«Надо же, Владыка одолел самого Гу Минчжоу! Поистине, Демонический владыка невероятен!»
— Как вам это удалось? — сгорая от любопытства, спросил он.
Се Сюнь чуть заметно улыбнулся. Запустив руку в широкий рукав, он извлёк сияющую сферу и протянул Сун Цзинъюю:
— Держи. Это его внутреннее ядро.
Сун Цзинъюй вытаращился на драгоценный шар, переливающийся чистейшей духовной энергией стадии Зарождающейся Души.
Это... ядро Гу Минчжоу?!
— М-мне?! — у него отнялся язык, а дыхание перехватило.
Неужели Се Сюнь настолько ценит его?! Ведь это ядро самого Гу Минчжоу!
— Бери, — утомлённо пробормотал Се Сюнь, потирая переносицу. — Лишившись ядра, он больше не представляет для тебя угрозы.
Сун Цзинъюй замер. Вдруг какая-то догадка озарила его, и лицо его мгновенно побледнело:
— И... это всё? Только одно?!
Се Сюнь едва заметно нахмурился:
— О чём ты?
Спина Сун Цзинъюя покрылась холодным потом. Сжимая ядро дрожащими пальцами, он забормотал:
— Повелитель... Вы забрали у него лишь одно ядро... Но у него... у него есть второе!
Се Сюнь застыл на месте.
— Это ловушка! Он специально подставился, чтобы усыпить вашу бдительность и прикончить нас одним ударом! — запричитал Сун Цзинъюй, вспомнив расчетливый, холодный взгляд Гу Минчжоу. — Он невероятно хитёр и всегда держит козырь в рукаве! Он лишь притворился беспомощным...
— Что значит «у него два ядра»? — лицо Се Сюня исказилось, он впился в юношу тяжелым взглядом. — У людей не бывает двух ядер!
Напуганный его гневом, Сун Цзинъюй сбивчиво пояснил:
— Владыка знает, что раньше я был вторым учеником ордена Ицин, а мой отец — его Главой. Когда Гу Минчжоу только вступил в орден, отец лично проверял его духовные жилы из уважения к клану Гу — и обнаружил, что у него два ядра!
Лишь позже выяснилось, что в каждом поколении клана Гу рождался гений по имени Гу Минчжоу, обладавший двумя ядрами. Второе ядро Гу Минчжоу находилось под печатью, но он мог сорвать её в любое мгновение! Двадцать один год накопленной мощи в один миг вернул бы его на пик силы или сделал ещё опаснее!
Лицо Се Сюня сделалось мрачнее ночи. Нависнув над юношей, он грозно переспросил:
— Ты не врешь?
Сун Цзинъюй испуганно закивал:
— Чистая правда! Как бы я посмел обмануть Владыку?! Гу Минчжоу просто выжидает! Он проверяет ваши силы, и как только убедится, что сможет одолеть вас... — Он осекся и торопливо добавил: — Я вовсе не к тому, будто вы слабы!
— Договаривай, — сдерживая глухую ярость, бросил Се Сюнь.
— Когда он разузнает всё о вашей мощи, а вы расслабитесь, заполучив его ядро, он нанесёт смертельный удар! — горячо зашептал Сун Цзинъюй. — Владыка, вам нельзя здесь оставаться! Меня он не тронет, а вот вас — обязательно убьёт!
Се Сюнь хранил мрачное молчание.
— Может... Возьмите меня в заложники? Прикройтесь мной перед Гу Минчжоу, он точно не станет вредить мне... — в порыве чувств Сун Цзинъюй схватил Се Сюня за руку.
Се Сюнь нахмурился и высвободил пальцы:
— Нет.
— Но почему? Неужели Владыка...
— Гу Минчжоу слишком коварен. В решающий миг он не посмотрит на тебя. Я не стану рисковать твоей жизнью, — бросил Се Сюнь, пока в его голове лихорадочно строился план отступления.
Сун Цзинъюй обомлел, ощущая, как грудь наполняется трепетной нежностью.
— Ты совершенно уверен, что у него есть второе ядро? — переспросил Се Сюнь.
Получив самый решительный кивок, Демонический владыка процедил сквозь зубы проклятие.
Гу Минчжоу оказался куда опаснее, чем он думал! Неудивительно, что тот так легко отдал своё ядро ради младенца! Это была капканная приманка.
Триста лет Се Сюнь прятался от Гу Минчжоу, скармливая Шэнь Эру тёмные сущности и заставляя его отбывать за себя проклятый жребий. Теперь его тайна раскрыта, и Гу Минчжоу наверняка жаждет его крови. Оставаться здесь — безумие. Нужно немедленно забрать глупого младшего брата и бежать, чтобы обдумать дальнейшие шаги.
— Цзинъюй, — тихо позвал Се Сюнь.
— Я слушаю, Владыка! — откликнулся юноша.
Се Сюнь пристально поглядел на него:
— Я хочу просить тебя об одной услуге.
— Приказывайте, я исполню всё!
— Впрочем, нет... Это слишком опасно, — Се Сюнь поджал губы и отвернулся.
— Говорите! Я не боюсь опасности! — пылко заговорил Сун Цзинъюй.
Лишь тогда Се Сюнь поднял на него глаза:
— Я хочу, чтобы ты выиграл для меня немного времени и задержал Гу Минчжоу. А я тем временем уйду.
Сун Цзинъюй растерялся:
— А... как же я?
Если Се Сюнь сбежит, а он останется сдерживать Гу Минчжоу, тот просто насильно утащит его обратно в орден Ицин!
— Когда я выберусь, я пришлю за тобой демонов... — Се Сюнь замялся. — Или... не согласишься ли ты остаться в ордене Ицин в качестве моего лазутчика?
Разумеется, Сун Цзинъюй вовсе не горел таким желанием.
— Впрочем, забудь. Считай, я ничего не говорил, — Се Сюнь ласково погладил его по плечу и мягко проговорил: — Завтра мы уйдём вместе. Выберемся мы или нет — я тебя не брошу. Как и обещал в тот день, когда забрал с собой.
У Сун Цзинъюя задрожали ресницы, пальцы сами собой сжались в кулаки:
— Хорошо.
http://bllate.org/book/20310/2228243
Готово:
