Гу Хуаймо едва не рассмеялся. Одной рукой он вытащил старую курицу, крепко схватил её за крылья и протянул Вэй Цзы:
— Держи вот так — тогда не убежит.
Она взяла птицу, и та уставилась на неё. Они долго смотрели друг на друга, глаза в глаза. Наконец Вэй Цзы подняла нож — и тут же опустила, совершенно обескураженная:
— Ах, Гу Хуаймо, я не умею резать кур.
— Просто боишься, — спокойно заметил он.
Вэй Цзы покорно кивнула:
— Да, правда боюсь и не умею. Может, я лучше пойду посплю?
Ну и ладно — зато будет крепко спать, а потом он разбудит её, чтобы помочь дойти до туалета, и она снова услышит звук «жемчужин, падающих на нефритовую чашу».
Гу Хуаймо промолчал.
Иногда он искренне не понимал, о чём только думает его маленькая жена. Как её мысли могут так резко перескакивать с одного на другое? От резни кур — к сну? Ему приходилось напрягать мозги, чтобы уловить её логику.
Он слегка поманил пальцем — и она тут же всё поняла. Радостно бросив нож, она обхватила его за талию, помогая подняться, и, полуподдерживая, полуприжимая к себе, повела на кухню.
Гу Хуаймо вырвал несколько перьев с шеи курицы и велел ей помогать. Вскоре птица была ощипана и разделана до блеска.
Да уж, парень из спецподразделения — настоящий хладнокровный профессионал. Курица даже не пикнула.
«Наверное, — подумала Вэй Цзы, — мне лучше никогда не злить его. А то и не пойму, как умру».
Но со временем всё пошло гладко. Она уже знала, как угодить ему даже в мелочах. Например, с чаем — каким бы привередливым он ни был, она всегда находила выход.
Купила термометр, опустила его в воду: пятьдесят шесть градусов. Добавила немного холодной воды — ровно пятьдесят. Вынула термометр и подала ему чашку.
Гу Хуаймо прищурился, глядя на отражение в дверце холодильника… Молодёжь всегда найдёт способ полениться.
Она улыбнулась:
— Гу Хуаймо, чай готов! Ни горячий, ни холодный — в самый раз. Попробуй.
— В следующий раз просто наливай кипяток.
— Хорошо.
«Чёрт, — подумала она, — зря потратила деньги на термометр. Всего два-три раза использовала, а он уже решил пить простой кипяток».
Мужчины — как морская глубина: их не разгадаешь.
— Вэй Цзы, — окликнул он.
Она тут же встрепенулась, энергично замахала веером, чтобы усилить поток воздуха, и бодро отозвалась:
— Есть!
— Потом поедем в больницу снимать гипс. Пойдёшь со мной?
— Да.
Он больше ничего не сказал, дожидаясь водителя, чтобы тот помог ему спуститься.
Рядом с больницей был большой торговый центр. Гу Хуаймо протянул ей карту:
— Сходи купи себе что-нибудь. Мне ещё долго обследоваться. Погуляй, а потом вернёшься.
— Есть! — радостно улыбнулась она, взяла карту и убежала.
Он слегка усмехнулся. Всего лишь маленькая радость — и она уже счастлива. Несколько дней заставлял её работать, а потом дал сладкую конфетку — и она стала послушной, как котёнок.
Деньги для него никогда не были проблемой. Но она странная: возможно, из-за юного возраста, она не тратила чужие деньги без спроса и почти никогда не просила денег на себя.
На самом деле она довольно экономная. А его деньги — для неё. Ему казалось, что так и должно быть.
Врач, увидев его улыбку, чуть не упал со стула.
Легендарный Гу Хуаймо, которого все считали человеком без эмоций, вдруг улыбнулся!
Гипс сняли. В местах, куда он не мог заглянуть сам — например, в подколенной ямке — кто-то нарисовал крестик, а поверх него — череп. Он снова чуть не рассмеялся.
Это, конечно, работа Вэй Цзы. Малышка всё ещё затаила обиду.
— Господин Гу, я уберу эти осколки, — предложил врач.
— Подождите.
Он поднял кусок гипса с черепом и крестом, провёл по нему грубым пальцем и, найдя рисунок забавным, спокойно положил в карман.
Врач напомнил:
— Господин Гу, всё равно будьте осторожны. Даже без гипса колено ещё слабое.
«Болтун, — подумал он. — Разве я сам не знаю?»
Выходя из больницы, он увидел, что ещё рано. Малышка, наверное, ещё долго будет примерять наряды. Он достал телефон, чтобы позвонить, но передумал и убрал его обратно.
Водитель тихо спросил:
— Господин Гу, возвращаемся домой?
— Нет. Поезжайте к торговому центру.
— Есть.
Он сидел в машине и ждал. За окном сияло солнце, мимо проходили ярко одетые юноши и девушки, беззаботно наслаждаясь молодостью.
Их возраст был примерно таким же, как у Вэй Цзы.
Только он это подумал — как вдруг увидел её: она выбежала из торгового центра, запыхавшись, с несколькими бумажными пакетами в руках. На ней было новое платье — нежно-белое, словно крылья бабочки, и очень красивое.
Её глаза сияли. Заметив машину, она бросилась к ней.
Он открыл дверцу, и она, счастливо улыбаясь, юркнула внутрь.
— Гу Хуаймо, сегодня невероятная удача! Везде распродажи!
— Мало купила? — спокойно бросил он.
Вэй Цзы замерла. «Старикан издевается или злится? Может, считает, что я слишком много накупила?» — подумала она, опустив голову. Лучше промолчать: чем больше говоришь, тем больше ошибок.
— Дай посмотреть, — сказал он.
Он взглянул на её покупки и вынес вердикт всего в четырёх словах:
— Красиво, но бесполезно.
«Ладно, — решила она, — с ним вообще не стоит разговаривать. Разные поколения, разные взгляды. И смысла нет — он же любит военную форму и костюмы, которые не рвутся и служат вечно. А мне нравится то, что нравится. Мне не нужно его одобрение».
— Вот карта. Я потратила всего три тысячи пятьсот.
— Неважно, сколько. Главное — не гонись за внешним блеском.
Она чуть не схватилась за волосы от досады, но в итоге просто уставилась в окно.
— А это что? — Он вытащил из пакета серо-чёрную рубашку в тонкую полоску.
Вэй Цзы взглянула:
— Акция «купи одну — получи вторую бесплатно». Мне понравилась одна рубашка, так что я взяла и тебе. Если не нравится — отдай младшему брату.
Его жена купила одежду… для Хуайцина?
Он положил рубашку обратно:
— Неплохо. Не надо никому отдавать.
Настроение Вэй Цзы мгновенно улучшилось. Она порылась в маленькой коробке и вытащила оттуда еду:
— Гу Хуаймо, в «Кентаки» тоже акция! Я купила курицу. Хочешь попробовать?
«Ладно, — подумала она, — всё равно он не ест такое. Эти острые крылышки надо есть горячими — когда остынут, вкус пропадёт».
Но Гу Хуаймо взглянул и не отказался. Взял крылышко, откусил — хрустящее, острое, сочное. Раньше он никогда не ел подобного, но часто видел, как Вэй Цзы с наслаждением уплетает такую еду, будто это деликатес. А теперь попробовал — и оказалось, что и вправду неплохо.
Многие вещи, как и еда, стоит попробовать.
Вэй Цзы с тоской смотрела на оставшееся крылышко. Всего два в коробке — и он съел одно!
Она взяла второе, но наслаждения не почувствовала — наверное, потому что жалко было потерянного крылышка.
Руки стали жирными, а салфеток с собой не оказалось. Она огляделась в поисках бумажек.
В этот момент «старикан» протянул ей чистый платок:
— Вытри руки.
— Это… неудобно как-то. — Качество платка было настолько высоким, что она побоялась испачкать его жиром.
Он не дал ей отказаться, взял её руку и начал аккуратно вытирать каждый палец. Медленно, бережно. У Вэй Цзы сердце ушло в пятки, мысли спутались.
Его ладонь была тёплой, длинной, сильной, покрытой мозолями, но при этом удивительно нежной. Он держал её тонкое, белое запястье.
«Её руки такие маленькие… — подумал он. — И ест она мало, как котёнок. Ни грамма жира не набирает».
— Впредь ешь побольше, — сказал он.
— А? — удивилась она.
— Набери немного веса. Ты слишком худая.
— Полнота — это плохо! Сейчас в моде худоба. Я не хочу толстеть — это всё испортит!
«Старомодный динозавр, — подумала она, — ему всё равно, что сейчас в тренде».
Она широко распахнула глаза, протестуя, и её длинные ресницы трепетали, как крылья бабочки.
Ему вдруг стало жарко.
«Чёрт, — подумал он, — она постоянно, сама того не ведая, будит во мне желание. Прошло столько лет без женщины… Я думал, моя сила воли безупречна».
— Не надо следовать моде.
— Ха! Я всё равно не хочу толстеть!
— Как бы то ни было, ты теперь моя жена. Я сказал — набирай вес, и будешь набирать.
«Тиран», — мысленно фыркнула она. «С ним не о чем говорить». Она отвернулась к окну и почувствовала, как клонит в сон.
Пейзаж за окном был скучным. Её голова начала кивать, и вскоре она действительно уснула.
Гу Хуаймо притянул её ближе, чтобы она опиралась на него. «Разве я чудовище? — подумал он. — Зачем так далеко отодвигаться? Голова стучит о стекло — неужели не больно?»
Она была такой маленькой и мягкой в его объятиях. Впервые он по-настоящему ощутил: это его ответственность. Его жена.
Он нежно потёр то место на голове, куда она ударилась.
Она что-то промычала во сне и ещё глубже зарылась в удобную позу.
«Наверное, эти дни сильно её вымотали», — подумал он, глядя на неё с нежностью: длинные ресницы, изящный носик, маленький ротик, крошечное, изысканное личико. Его пальцы легко коснулись её гладкой щёчки.
— Езжите медленнее, — сказал он водителю. — Не трясите.
— Есть, господин Гу.
«Моя Вэй Цзы, моя малышка, — подумал он. — С этого момента я буду заботиться о тебе по-настоящему».
Если превратить её в послушную, покорную жену — это, пожалуй, станет скучно.
Вэй Цзы спала крепко, но в машине всё равно было неудобно. Её разбудил свист. Она открыла глаза и увидела, что рука «старикана» всё ещё лежит у неё на талии. Машина давно остановилась, водитель куда-то исчез.
Она осторожно сдвинула его руку, но он тут же произнёс:
— Проснулась?
— Да, — пробормотала она, глядя себе под ноги. «Как я умудрилась уснуть у него на груди? Надеюсь, не текли слюни…»
— Выходи. Если хочешь спать — дома доспишь.
На самом деле они уже давно приехали, но он велел водителю уехать и спокойно ждал, пока она проснётся.
Она потянулась за пакетами, но Гу Хуаймо взял их все сам. Ей оставалось лишь поддерживать его, пока они медленно поднимались по лестнице.
По пути им попались знакомые. Увидев их, те радостно приветствовали:
— Господин Гу! Госпожа Гу!
Щёки Вэй Цзы вспыхнули. Она держала его, будто горячую картошку, и мечтала поскорее отпустить.
— Какие вы, господин Гу и госпожа Гу, любящие супруги!
«Любовь? — мысленно фыркнула она. — Между нами нет никаких чувств!»
— Господин Гу, для вас посылка!
— Принесите позже.
Наконец они добрались до квартиры. Вэй Цзы так устала, что хотела просто рухнуть в кресло, но сначала послушно пошла наливать ему кипяток.
Через минуту она радостно закричала:
— Гу Хуаймо, скорее сюда! Цветы распустились!
Он выглянул на балкон:
— Что в них особенного?
— Очень красиво! Их вырастила соседка Чжан!
Она налила воды в стакан и полила цветы:
— Через несколько дней зацветёт ещё больше. Будет так приятно пахнуть!
Он ничего не ответил, взял газету и стал читать.
Вскоре постучали — принесли посылку.
Он распечатал конверт и увидел внутри ещё один:
— Вэй Цзы, это тебе.
Она подбежала, раскрыла письмо и радостно вскрикнула:
— Моё уведомление о зачислении!
Как быстро пролетело время под гнётом «старикана»! Она уже и не помнила, какой сегодня день. А вот и уведомление пришло — скоро она поступит в университет и наконец-то сможет вырваться из его лап.
Она улетит далеко-далеко, туда, где он её никогда не достанет.
Вэй Цзы быстро распечатала конверт. Свежее, пахнущее типографской краской уведомление о зачислении!
Она никогда ещё не испытывала такого счастья. Раньше университет казался ей чем-то недостижимым, а теперь она с нетерпением ждала этого дня.
— Я поступила! Гу Хуаймо, смотри!
Она подняла лицо, сияя от радости, и её улыбка затмила даже солнечный свет.
Такая Вэй Цзы сильно отличалась от всех женщин, которых он знал. Она никогда ничего не скрывала: радовалась — искренне, от малейших поводов.
Его настроение тоже поднялось, и он мягко улыбнулся:
— Отлично.
— Университет А… Нет, подожди! Это не то! — Она подавала заявления только в вузы, расположенные как можно дальше от города Б. И по её баллам она не могла пройти в университет А.
— Да, именно университет А, — спокойно сказал он. — Там неплохо.
Как будто на неё вылили ледяную воду. Вся радость мгновенно испарилась.
Конечно! Они подменили её заявление. Она чётко помнила, что лично подала документы.
Вэй Цзы потемнела лицом и сердито уставилась на него:
— Гу Хуаймо, это ты?!
Он приподнял бровь:
— Следи за тоном.
«Да пошло оно всё!» — мысленно выругалась она, резко толкнула его и выбежала из квартиры, хлопнув дверью.
«К чёрту университет А! К чёрту семью Гу! Почему они лезут в мою жизнь? Кто они мне такие, чтобы распоряжаться моей судьбой?!»
http://bllate.org/book/2031/233487
Готово:
