Глава 10. Брат Лу, ты лучший! Обожаю тебя!
На следующее утро Тан Чисину пришло сообщение от съёмочной группы.
С сегодняшнего дня официально стартовали съёмки.
«Кумир и фанат» представляло собой шоу, в котором звёзды и их поклонники рука об руку проходили различные испытания. Каждый этап разворачивался на новой локации. В присланном Тан Чисину сообщении организаторы вкратце обрисовали съёмочный процесс, а в самом конце указали место встречи для первого раунда.
Первая средняя школа города B.
Тан Чисин со странным выражением лица перечитал адрес дважды. Убедившись, что глаза его не обманывают, он закрыл сообщение.
Едва разослав инструкции участникам, съёмочная группа шоу тут же, без малейшей передышки, выложила в официальном аккаунте на Вэйбо промо-постеры гостей.
А следом поочерёдно отметила каждого из них.
Тан Чисин зашёл в приложение, чтобы полюбопытствовать, но его тут же выкинуло из сети из-за шквала поваливших в личку сообщений.
Тан Чисин лишь безмолвно возвёл глаза к небу.
Набравшись терпения, он подождал пару минут и наконец смог беспрепятственно войти в аккаунт.
Скользнув взглядом по забитой вкладке личных сообщений, он даже не подумал её открывать. Тан Чисин сразу перешёл на официальную страницу шоу и со всей ответственностью профессионала сделал репост, добавив свой комментарий.
Тан Чисин: «Ура, фейерверк! 🎉🌸»
Стоило репосту появиться на его стене, как под ним тут же выросла лавина комментариев.
«И как только совести хватило пролезть по блату? Свали отсюда!»
«Ну и крыша у него, девчонки! Вы постеры от организаторов видели? Только у него с братом Лу совершенно другой вайб. Офигеть, он даже на плакате умудрился выпендриться! Представляю, что этот интриган устроит на съёмках!»
Организаторы опубликовали четыре промо-плаката. На остальных трёх снимках пары выглядели примерно одинаково: хоть партнёры и стояли рядом в похожей одежде, от их поз и лиц так и веяло холодной отстранённостью.
И лишь снимок Тан Чисина и Лу Шисюя буквально дышал нежностью и едва уловимым интимным притяжением.
Поклонники Лу Шисюя исходили ревностью и ядом, выискивая в кадре малейшие изъяны.
«И всё же, надо признать, постер вышел шикарным. Они невероятно красиво смотрятся вместе, прямо глаз не оторвать».
«Ну и что, что красиво? Это отменяет тот факт, что он блатник? Обычный пиявка, мечтающий о славе. Присосался к нашему брату Лу, чтобы распиарить свою персону».
«Предыдущий оратор зрит в корень. Я вообще сомневаюсь, что этот тип реально фанатеет от брата Лу. Тут девчонки уже раскопали его старый твинк под ником @Рано вставшая звезда, гуляющая с луной. Аккаунт древний, подписок тьма, а на Лу Шисюя он даже не подписан!»
«Ору, чувак отчаянно жаждет славы. Ну и клоун».
Сделав всё, что просил режиссёр Сюй, Тан Чисин вышел из сети и принялся собирать чемодан.
Первым местом съёмок назначили школу, причём на целую неделю.
«Похоже, придётся жить в общежитии, — рассудил он».
Тан Чисин и подумать не мог, что спустя столько лет ему вновь доведётся ютиться на школьной койке. Ирония судьбы, не иначе.
Интересно, улучшились ли условия в общежитии Первой средней? Хоть бы кровати заменили.
«Те деревянные настилы были немилосердно жёсткими, — Тан Чисин предался воспоминаниям и с тоской потёр поясницу».
Организаторы дали участникам время на сборы до полудня, а после обеда съёмочный процесс запускался на полную мощность.
Выкатывая чемодан из квартиры, Тан Чисин набрал Чжоу Цзяна, чтобы попросить его присмотреть за мамой.
Чжоу Цзян отнёсся к поручению со всей серьёзностью, будто принимал государственную присягу.
— Тан-Тан, не переживай, — твёрдо пообещал он. — Я позабочусь о тётушке Лин.
Маму Тан Чисина звали Нань Лин, и Чжоу Цзян с детства привык называть её тётушкой Лин.
— Спасибо тебе, Да-Цзян, выручил, — поблагодарил Тан Чисин, запирая входную дверь. — Ну всё, я отключаюсь?
— Давай. Сам тоже держи ухо востро и береги себя, — заботливо напутствовал Чжоу Цзян.
Стоило Тан Чисину сбросить вызов, как телефон тут же завибрировал снова.
— Алло? Тан Чисин?
Спускаясь по лестнице с чемоданом в руке, тот ответил:
— Режиссёр Сюй? Что-то случилось?
— Тебя нужно забрать? Отправить за тобой машину? — поинтересовался Сюй Цзинь.
— Да нет, не стоит, — отозвался Тан Чисин.
На том конце провода возникла короткая пауза.
— Понимаешь, мы транслируем всё в прямом эфире, — наконец произнёс Сюй Цзинь. — Камеры начнут снимать тебя в ту самую секунду, как ты покажешься возле ворот.
Вот так новость.
Тан Чисин посмотрел на свой чемодан, а затем перевёл взгляд на подъезжающий к остановке автобус.
— И почему вы молчали до последнего? — вздохнул он.
— Ну, ты и не спрашивал, — без тени раскаяния отозвался Сюй Цзинь.
— Так как быть? Машину присылать?
Встретившись взглядом с водителем автобуса, Тан Чисин покрепче перехватил ручку чемодана, шагнул на подножку и ответил:
— Не нужно. Я уже еду.
— А? Поймал такси?
Салон был полупустым. С удобством устроившись на свободном сиденье, Тан Чисин невозмутимо пояснил:
— Зачем такси? На автобусе еду.
Сюй Цзинь на том конце линии лишился дара речи.
«Ну и ладно, — подумал режиссёр. — Ближе к народу — это даже хорошо».
Тан Чисин убрал телефон в карман.
«Интересно, а я не буду первым в истории участником, приехавшим на съёмки на рейсовом автобусе? — Тан Чисин улыбнулся собственным мыслям. — Зато оригинально».
Автобус катился неспешно, убаюкивая монотонным покачиванием. Тан Чисина вскоре начало клонить в сон, и он лениво зевнул.
— Остановка «Первая средняя школа города B», — прозвучал металлический голос автоинформатора.
Сонливость Тан Чисина как рукой сняло. Он подхватил чемодан и поспешил к дверям.
Возле ворот его взору предстали остальные участники съёмок, которые уже успели разбиться на небольшие группки и вели неторопливые беседы.
А в чате прямой трансляции тем временем вовсю кипело обсуждение.
«Что, до сих пор не начали? Кто там опять опаздывает?»
«Да Тан Чисин это, кто ж ещё. Тот самый напарник брата Лу».
«Ничего себе замашки! Сам брат Лу приехал заранее, а этот барин заставляет себя ждать».
«Я уже пальцы разминаю, девчонки. Как только этот тип появится в кадре, устрою ему знатную порку в чате!»
Лу Янь, сделав пару нетерпеливых кругов у ворот школы, раздражённо цокнул языком.
— Сколько нам ещё его караулить? — проворчал он.
— Потерпи немного, — попытался успокоить его Сюй Цзинь. — Он добирается своим ходом, на дорогах наверняка пробки.
Стоявший поодаль Лу Шисюй, который до этого не проронил ни слова, внезапно перевёл взгляд на режиссёра:
— Своим ходом?
Сюй Цзинь замялся, после чего неохотно кивнул.
— За ним никто не заезжал? — уточнил Лу Шисюй.
Режиссёр замялся, силясь подобрать оправдание.
— Ну, вообще-то мы планировали отправить машину, просто...
— О, а вот и он! Лёгок на помине! — вдруг оживился Сюй Цзинь, указывая куда-то вдаль.
К остановке по узкой улочке как раз неторопливо подкатывал рейсовый автобус.
Лу Шисюй едва заметно нахмурился.
Остальные гости невольно проследили за его взглядом.
Тан Чисин вытащил чемодан из дверей, обогнул остановочный павильон и наконец воочию разглядел толпу у школьных ворот.
«Ого, сколько народу набежало!»
Тан Чисин скользнул взглядом по собравшимся. Всё-таки для телевидения внешность играла ключевую роль: знаменитости, привыкшие к безупречным ракурсам, выглядели великолепно, но и приглашённые фанаты из числа обычных людей могли похвастаться незаурядной привлекательностью.
Настоящий праздник для глаз. Тан Чисин окинул присутствующих ещё одним ленивым взглядом, пока его внимание не зацепилось за одного человека. Парень расплылся в лучезарной улыбке и весело замахал рукой.
Стоявший рядом Лу Янь растерянно ткнул себя пальцем в грудь.
«Это он мне, что ли?»
Тан Чисин утеплился на славу: объёмная куртка горчичного цвета укутывала его, словно плотный кокон, а на шее красовался пушистый белоснежный шарф, в котором почти полностью тонул его острый подбородок. Издалека парень напоминал круглое, нежащееся в тепле маленькое солнце.
И сейчас это солнце стремительно катилось прямиком в объятия Лу Шисюя.
Чемодан, судя по всему, только мешал Тан Чисину, поэтому парень без лишних раздумий бросил его у дороги и со всех ног припустил к Лу Шисюю. Лицо его озаряла сияющая, чистая и совершенно искренняя радость.
Лу Шисюй вовремя протянул руку, мягко, но крепко перехватив его за запястье.
— Куда ты так несёшься? — негромко, с едва заметным упрёком спросил он. — Смотри под ноги, вокруг машины.
— Да просто я безумно рад тебя видеть! — расплылся в довольной улыбке Тан Чисин.
Лу Янь, наблюдавший эту картину, молча отвернулся.
«Простите, что вообще дышу с вами одним воздухом».
Стоявшие неподалёку фанаты других знаменитостей сперва посмотрели на Тан Чисина, затем перевели взгляды на собственных кумиров и мысленно надавали себе пощёчин за излишнюю скромность.
«Какая непростительная зажатость! Вот у кого надо учиться!»
Цзинь Линъюнь с нескрываемой завистью покосилась на Лу Шисюя, а затем обернулась к своей скромнице-фанатке.
«И почему чужие фанаты такие милые? Завидую белой завистью».
«Офигеть, брат Лу такой заботливый! Вот это я понимаю — любовь к фанатам!»
«У меня сейчас зубы сведёт от зависти, честное слово».
«Тан Чисин такой забавный, вообще без комплексов! Ха-ха-ха! Остальные трясутся, как бы камера их не полнила, и мёрзнут на ветру в тонких куртках, а этот без тени смущения укутался, как полярник».
«Ору, учитель Цзинь попыталась сыграть в заботу, но потерпела сокрушительное фиаско».
«Погодите, а куда делся брат Лу? Только что же стоял тут».
«Пошёл забирать брошенный чемодан Тан Чисина... нервно затягивается сигаретой».
Объектив камеры плавно повернулся вслед за Лу Шисюем, который неторопливым, размеренным шагом направлялся к противоположной стороне улицы.
Оставшийся на месте Тан Чисин устыдился собственной беспечности. Заметив, что мужчина лично отправился за его багажом, он поспешил было следом, но не успел сделать и шага, как его окликнул стоявший неподалёку Тан Чжо.
Тан Чжо, которому наконец-то представилась возможность поговорить с Тан Чисином без лишних ушей, тут же придвинулся ближе и ядовито прошипел:
— Ну и наглец же ты. Совести совсем нет — заставлять учителя Лу таскать твои баулы?
Тан Чисин застыл на полушаге. Медленно повернув голову, он смерил Тан Чжо равнодушным взглядом и спокойно сделал шаг назад, возвращаясь на место.
Тан Чисин одарил собеседника обезоруживающе невинной улыбкой, а затем сложил ладони рупором и звонко закричал через всю дорогу:
— Спасибо большое, брат Лу!
— Брат Лу, ты у меня самый лучший! Обожаю тебя!
Тан Чжо потерял дар речи.
http://bllate.org/book/20225/2121761
Готово:
