Владыка Тунтянь посмотрел на Небесного Владыку и мягко произвел:
— Мой ученик еще не образумился, прошу Небесного Владыку не судить его строго.
Небесный Владыка покачал головой и ответил:
— Ученики вашего брата отличаются искренним нравом, а Хао Тянь просто пошутил. Разве мог он всерьез схватиться с Феей Юньсяо?
Владыка Тунтянь лишь легко улыбнулся. Неважно, шутил Небесный Владыка всерьез или понарошку, он просто продолжил спокойным тоном:
— Обо всем случившемся мне уже известно. Драконий Владыка Восточного моря — истинное божество Небесного Двора, и нет ничего предосудительного в том, что Ваше Величество желаете защитить его. Беда лишь в том, что Ваше Величество не ведает: этот драконий владыка невольно навлек на себя кармические последствия, оскорбив одного моего знакомого друга-даоса. Если эта карма не рассеется, боюсь, в скором времени сему дракону не избежать гибели и полного стирания в небытие.
Сегодня мне ничего не стоит позволить моему ученику пощадить этого дракона, но что станет делать Небесный Двор, когда эта карма постучится в его двери?
Сердце Небесного Владыки пропустило удар. Друг-даос Владыки Тунтяня?
Разве не означает это, что речь идет о Святом?
Эта старая рептилия умудрилась случайно оскорбить самого Святого?!
Небесный Владыка испытал смесь ужаса и гнева, чувствуя, что этот старый дракон подставил его самым бессовестным образом.
Даже будучи владыкой Небесного Двора, за спиной которого стоит Предок Дао, он прекрасно понимал: навлечь на себя гнев Святого — значит гарантированно нажить страшные неприятности!
И все же в ситуации следовало разобраться до конца. По крайней мере, нужно было узнать, какого именно Святого оскорбил этот старый дракон. Если с тем окажется легко договориться — еще куда ни шло, но если тот несговорчив, ему придется без сожалений пожертвовать этой старой рептилией.
Поэтому Небесный Владыка сломал руки в приветственном жесте и произнес:
— Прошу брата открыть мне: какого именно Святого оскорбил этот драконий владыка?
Он верил, что Владыка Тунтянь не станет обманывать его.
Святые не лгут, и уж тем более им недостойно опускаться до обмана.
Если бы Владыка Тунтянь сам пожелал уничтожить старого Драконьего Вана, ему хватило бы одного слова.
И он, Небесный Владыка, даже занимая престол Небесного Двора, не посмел бы чинить ему препятствия.
Владыка Тунтянь покачал головой:
— Нельзя говорить. Об этом нельзя говорить.
Небесный Владыка на мгновение остолбенел. Что еще за «нельзя говорить»?!
В Мире Хунхуан Святых всего-то по пальцам пересчитать. Если Владыка Тунтянь умалчивает имя, неужели он сам не догадается?
Поэтому Небесный Владыка решил испытать удачу и осторожно спросил:
— Старший брат Лао-цзы?
Владыка Тунтянь покачал головой и ничего не ответил.
— Старший брат Юаньши?
Владыка Тунтянь продолжил качать головой в молчании.
— Нюйва? Два Святых Запада?
Владыка Тунтянь снова покачал головой.
— И не они?
Небесный Владыка невольно нахмурился. Он перебрал в уме всех Святых до единого, но Владыка Тунтянь неизменно отрицательно качал головой. Неужели этот старый Драконий Ван умудрился прогневать самого их Учителя — Предка Дао?
Однако Небесный Владыка тут же отбросил эту безумную мысль.
Какая-то паршивая старая рептилия оскорбила Предка Дао — что за шутки? Разве он ровня ему?
Не Святой?
Тоже не сходится. Кто же под силу Святому достоин именоваться его другом-даосом?
Неужели в мир явился новый Святой?
И это невозможно! Если бы кто-то достиг уровня Святого, небеса непременно явили бы знамения, разве мог он этого не заметить?
Небесный Владыка чувствовал, что от усердных размышлений его мозги вот-вот превратятся в кашу.
Неужели этот Святой Тунтянь просто водит его за нос?
Видя, что Небесный Владыка ломает голову и никак не может найти разгадку, Владыка Тунтянь с легкой улыбкой произнес:
— Ваше Величество, можете не ломать голову: этот друг-даос — вовсе не тот, кого вам под силу постичь в данный момент.
Небесный Владыка запутался еще сильнее. Не под силу ему постичь?
Неужели это все-таки Святой? Но какой именно?!
Он никак не мог взять в толк, что за загадки загадывает ему Владыка Тунтянь.
Слегка покачав головой, Небесный Владыка был вынужден смиренно испросить совета:
— Старший брат, неужели этот ваш друг-даос непременно жаждет предать Драконьего Владыку Восточного моря смертной казни?
Владыка Тунтянь улыбнулся:
— Не обязательно. Ваше Величество возведены в сан Небесного Императора моим Учителем и правит Шестью Путями и Тремя Сферами. Раз уж Ваше Величество желаете защитить этого дракона, то ради уважения к наставнику я, естественно, замолвлю за него словечко перед тем другом-даосом. Другой вопрос, как именно тот распорязится судьбой дракона — это уже вне зоны моей юрисдикции.
Когда всё было сказанопрямым текстом, Небесный Владыка всё понял.
Удастся ли спасти старого Драконьего Вана, решал вовсе не Владыка Тунтянь, а тот загадочный друг-даос, о котором он упомянул!
Впрочем, раз уж Владыка Тунтянь согласился вмешаться лично, можно было считать, что жизнь старого дракона в безопасности.
А каков окажется конечный итог — тут оставалось уповать лишь на волю небес.
Эх, от судьбы не уйдешь, а беды не избежишь. Что ж, тогда вся надежда на старшего брата!
Небесный Владыка беспомощно вздохнул.
— Старший брат, я прощаюсь!
Раз уж спасти старого Драконьего Вана своими силами не удалось, у него больше не было лица оставаться здесь. Слегка поклонившись Владыке Тунтяню, он сделал шаг вперед и растворился в пустоте.
Увидев, что Небесный Владыка удалился, Владыка Тунтянь перевел взгляд на Юньсяо и мягко произнес:
— Ты поняла мои слова?
Юньсяо кивнула:
— Ученица поняла. Я обязательно объясню всё... ему.
Владыка Тунтянь кивнул и велел:
— Выпусти Драконьего Владыку Восточного моря.
— Есть!
Юньсяо применила Золотой Ковчег Хуньюань и сделала легкий жест пальцем. Старый Драконий Ван, затянутый внутрь артефакта, кубарем выкатился наружу.
Едва оказавшись на свободе, старый дракон, не раздумывая ни секунды, рухнул на колени перед Владыкой Тунтянем и завопил:
— Старый дракон не ведал небесных законов и оскорбил Святого! Умоляю, спаси мою жизнь!
Владыка Тунтянь холодно произнес:
— Находясь в Золотом Ковчеге Хуньюань, ты слышал мои слова. Я не могу спасти тебя — спасти себя можешь только ты сам. Ступай вместе с моей ученицей к тому другу-даосу. Всё, что я мог сделать для тебя, я передал через Юньсяо, а исход зависит лишь от твоей собственной удачи.
На лице старого дракона отразился первобытный ужас. Он мог лишь молча кивать, чувствуя, как его сердце бешено колотится от страха перед туманным и пугающим будущим.
Только после этого Владыка Тунтянь кивнул, бросил взгляд на стоявших внизу детей и слабо улыбнулся:
— Ваши дети поистине необычны, их будущие достижения превзойдут любые ожидания!
Услышав это, Юньсяо тоже посмотрела вниз. В ее глазах промелькнула нежная материнская теплота, и она почтительно произнесла:
— Благодарю Учителя за благословение.
Владыка Тунтянь на секунду замер, а затем с легкой улыбкой отозвался:
— Благословение? Ха-ха, ладно, раз с этим покончено, мне пора уходить.
С этими словами призрачный силуэт Владыки Тунтяня рассеялся в воздухе и исчез без следа.
— Счастливого пути, Учитель!
— Счастливого пути, Святой!
Юньсяо и старый дракон почтительно проводили его поклонами.
Когда образ Владыки Тунтяня полностью растворился, Юньсяо холодно и бесстрастно бросила взгляд на старого Драконьего Вана:
— Пошли!
Старый дракон горько улыбнулся:
— Слушаюсь...
На гигантском судне трое малышей — Фан Те, Фан И и Фан Бэй — все это время стояли задравши головы.
Недавняя грандиозная битва оставила их в полном оцепенении.
Все это время в глазах малышей Юньсяо была самой обычной, ничем не примечательной матушкой.
По сравнению с отцом Фан Пином, чья каждая сказка позволяла им постигать чудесные божественные техники и заклинания, матушка Юньсяо казалась не столь выдающейся.
Однако они и представить себе не могли, что у их матушки есть столь суровая и властная сторона.
Тот самый старый Драконий Ван, что загнал их в угол и не оставлял ни единого шанса на отпор, перед лицом их матушки был совершенно беспомощен — он не мог даже сбежать и был способен лишь молить о пощаде.
И даже явившийся лично владыка Небесного Двора не получил от их матушки ни капли уважения.
Она была готова сойтись с Небесным Владыкой в жестокой схватке.
Если бы не появление учительского наставника матушки, она наверняка скрестила бы мечи с правителем небес.
Прежняя матушка всегда была нежной, заботливой и доброй — казалось, она не способна даже раздавить муравья.
В их детских сердцах Юньсяо олицетворяла самую теплую и добрую маму на свете.
Но теперь эта грозная, властная и решительная Юньсяо полностью разрушила тот образ, к которому они привыкли.
http://bllate.org/book/20169/2008609
Готово: